Сатанбургер

Мир катится к апокалипсису. Бог не умер, на него просто никто не обращает внимания. Дьяволу не нужно красть души, они сами идут к нему, почти даром, за один супервкусный сатанбургер. Человечество перестало существовать как таковое. Почему это произошло? В антиромане американского писателя Карлтона Меллика все вывернуто наизнанку, мир утратил привычные узнаваемые черты, стал сверхабсурдным, здесь утонченная метафора легко уживается с порнографией. Действие этой книги начинается на небесах… а заканчивается в самом неожиданном месте.

Отрывок из произведения:

Мир все еще юн.

Он до сих пор развивается/мутирует как подросток, увязший в пубертатном периоде, проходя коварные фазы физических и эмоциональных перемен, находя волосы там, где раньше их не было. Мир кажется нам старым, но именно кажется, потому что живем мы так мало. Не говоря уже о том, что время для планет летит быстрее, чем для людей. Примерно как для людей по сравнению с мини-сандвичами, которым просто необходимо жить потихоньку, чтобы хорошенько рассмотреть окружающий мир, пока не вышел их срок, ведь продолжительность жизни мини-сандвича составляет всего 2,51 дня.

Рекомендуем почитать

Следователь Дора Константин, до сих пор переживающая разрыв с мужем, начинает расследование серии загадочных смертей. Расследование приводит ее в виртуальный мир игры «Ну-Йок Ситти после катастрофы», полный реальных опасностей. В загадочную интригу оказываются втянуты наркоторговцы, виртуальные проститутки и духи погрузившейся на дно древней Японии.

John Shirley. City Come A Walkin (1996)

Перед нами Сан-Франциско не очень отдаленного будущего. В этой реальности на людей надежды уже нет. Тотальная глобализация привела к власти подонков, которые стремятся подменить свободу суррогатом из секса, музыки и наркотиков. И тогда на помощь приходит сам Город. Он повсюду – и нигде. Действовать во спасение человечества он поручает двум Избранным: Коулу, владельцу клуба, и Кэтц, радикальной рокерше. Разумеется, не обходится без любви – в стиле «панк». Но общение с Городом – тяжкое испытание для психики. Похоже, один из них не выдержит…

Другие книги автора Карлтон Меллик-третий

«Августовское порно» — это первое появление автора в нашем сборнике. Несмотря на банальное название, этот рассказ — изумительная смесь мистики, нелепости и ужаса. За исключением секса и довольно странного отношения к нему, автор своим стилем чем-то напоминает Джина Вулфа. Впервые рассказ был опубликован в антологии «Random Acts of Weirdness».

Популярные книги в жанре Социальная фантастика

Прежде мне не приходилось иметь дела с живыми читателями. Я не получал ни писем с признаниями в любви (разумеется, читательской), ни писем с угрозами расправиться со мной, если я не перестану сидеть за компьютером. Единственный человек, с кем я вел постоянную переписку, это мой издатель Рик Кандель. Переписка эта заключалась в том, что он сообщал: «Песах, ты еще не осветил год две тысячи двадцать третий», а я отвечал: «завтра же освещу, вот только фонарь найду».

Старинные часы бьют полночь. Она лежит на мягком ковре и думает о своём. Плоские бабочки на обоях от игры света и тени оживают. Раздаются тихие шаркающие шажки. Она переворачивается и видит… да-да, белого кролика. Вернее гротескного вида лысую девушку с кроличьими ушами на завязочках, в ямайских шортиках и ямайской рубашечке, с босыми ногами. «Кролик» курила трубку и строго смотрела на неё.

— Гм… Тебе очень нужен весь этот спектакль с норой, часами и моим невразумительным бормотанием по поводу опоздания? — недовольно сказало существо, выдув колечко дыма.

Что скрывает туман?

* * *

Окончательная авторская редакция.

Размещен в Журнале «Самиздат»: 12/06/2009.

На Либрусеке текст публикуется с разрешения автора.

Те двое прилепились прямо к стене, как раз у окон квартиры, где жил Масленников.

«Как мухи», – подумал Мендель.

И правда, в их черных фигурах было что-то от назойливой помоечной нечисти, на которую так богато пыльное городское лето.

Они висели, пока не двигаясь, изучали обстановку. Место они выбрали удачно. Часть дома выходила на огороженный участок автомобильной свалки, а напротив стоял флигель с большим грязным брандмауэром. Внизу догнивали пустеющие гаражи и ютилась древняя прачечная. Если кто и сунется в эту дыру, то наверняка не посмотрит вверх, а поскорей прошмыгнет по своим делам, чтобы миновать темное место. К тому же здесь мерзко пахло – жители дома вываливали отбросы прямо туда, за забор, где ржавели останки автомобилей. Мусорозаборники в домах забивались часто, а так – за окно – было проще и никому не мешало.

Ничего не изменилось в моей жизни, когда упала Эйфелева башня.

По правде говоря, эту махину давно следовало разрезать автогеном на части и тихонько свезти на один из коралловых островов Тихого океана. Там она пролежала бы еще сто лет, постепенно покрываясь хрупкими бесцветными ракушками, похожими на меренги, и ржавея в идеальных условиях.

Но теперь она упала в Париже, самом любимом городе на земле, и лежала поперек какого-нибудь бульвара Сен-Жермен. Я никогда не бывал в Париже, поэтому, я думаю, мне можно верить.

Сон был странен и почему-то страшен: ослепительно белые колонны, увитые виноградом, позолота высокого потолка, прохладный мрамор пола, на котором отдыхали исколотые камнями босые ноги. И одни и те же фразы назойливо лезли в уши:

"В белом плаще с кровавым подвоем… ранним утром четырнадцатого числа… в крытую колоннаду…" Он видел их обоих — этого самого человека в белом плаще, сидевшего в кресле, и другого, стоявшего перед ним, худого, небритого, со связанными сзади руками, — видел со стороны и в то же время был как бы и тем и другим, думал за них, говорил за них.

Ребята, — обратился учитель к классу, — на вчерашнем уроке я дал вам задание буквально в двух словах ответить на вопрос, что, по вашему мнению, позволило человечеству достичь современного уровня развития цивилизации. Сегодня я прочту некоторые из ваших ответов, а затем мы узнаем, оказался ли кто из вас прав. Послушайте, что вы написали:

«Управление гравитацией», «использование скрытых возможностей организма», «освоение и заселение свободных планет Галактики», «индивидуальное бессмертие», «телепортация», «использование энергии вакуума», «изменение свойств пространства и времени», «переустройство Вселенной», «углубление личности», «проникновение в антимир», «открытие миров иных измерений», «вступление в великое братство галактических цивилизаций»…

Такую сукку, как Ру, еще поискать, это вам в Куббсвилле всякий скажет. Днем с огнем. И не факт, что найдете. Вот и Ви подтвердит, а кому и знать-то, как не ей — вместе росли.

Ру — традиционалка. По мнению Ви — так даже несколько и чересчур. Сами подумайте, кто в наши дни придерживается всего лишь пяти строго зафиксированных стабилей, при этом тщательно соблюдая все условности, налагаемые обликом? Дикость какая! Подобное добровольное самоограничение совершенно несвойственно свободной личности. В конце концов, оно попросту старомодно и может служить лишь материалом для очередного анекдота из серии: «слышали, что опять учудила эта Руул?»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Третья стража» – своего рода магический спецназ, цель которого – охранять город от возможных потусторонних опасностей. И вновь на бой с нечистью выходят Темные и Светлые маги…

СТРАННОЕ впечатление производили эти руины времен римского владычества древней Лютецией, затерявшейся среди домов Латинского квартала. Ряды каменных полуразрушенных скамей, на которых когда-то рукоплескали зрители, наслаждаясь кровавыми забавами, черные провалы подземных галерей, где рычали голодные звери перед выходом на арену… А кругом такие обычные скучные парижские дома, с лесом труб на крышах и сотнями окон, безучастно смотревших на жалкие развалины былого величия…

Даниил Иванович Хармс (настоящее имя – Даниил Иванович Ювачев) – поэт, прозаик, один из организаторов и активных авторов группы ОБЭРИУ, классик отечественной литературы.

Родился в Петербурге 30 декабря 1905 года в семье бывшего народовольца, христианского проповедника, журналиста И.П.Ювачева. Учился в Петершуле и в Ленинградском электротехникуме. Первое сохранившееся стихотворение датировано 1922 годом. С 1925 года – член«Ордена заумников DSO», возглавляемого А.Туфановым, затем участник «Левого фланга» и один из организаторов группы ОБЭРИУ. Поэзия, игравшая доминирующую роль в творчестве Хармса обэриутского периода, в 30-е годы почти полностью вытесняется прозой. При жизни в печати появилось только два «взрослых» стихотворения Хармса. С 1928 года много пишет и публикует произведений для детей. В конце 1931 года арестован по «Делу детского сектора Госиздата»; отбывает ссылку в Курске (вместе с А.Введенским). Вернулся в Ленинград в ноябре 1932 года. 23 августа 1941 года арестован вторично. Умер, по-видимому, в тюремной больнице.

«Для тебя» (1991) – это сразу две пьесы Николая Коляды – «Венский стул» и «Черепаха Маня».

Первая пьеса – «Венский стул» – приводит героя и героиню в одну пустую, пугающую, замкнутую комнату, далекую от каких-либо конкретных жизненных реалий, опознавательных знаков. Нельзя сказать, где именно очутились персонажи, тем более остается загадочным, как такое произошло. При этом, главным становится тонкий психологический рисунок, органика человеческих отношений, сиюминутность переживаний героев.

В ремарках второй пьесы – «Черепаха Маня» – автор неоднократно, и всерьез, и не без иронии сетует, что никак не получается обойтись хорошим литературным языком, герои то и дело переходят на резкие выражения – а что поделаешь? В почерке драматурга есть своего рода мрачный импрессионизм и безбоязненное чутье, заставляющее сохранять ту «правду жизни», которая необходима для создания правды художественной, для выражения именно того драматизма, который чувствует автор.