Сашка

Военная проза Вячеслава Леонидовича Кондратьева (1920-1993) пропитана воспоминаниями о пережитом и воссоздает мир, в котором его героям приходиться сражаться, жить и умирать.

Тема повести о войне "Сашка" — сохранение нравственных основ в жестоком военном противостоянии. Главный герой — молодой солдат, вчерашний школьник, принявший на себя все бремя ответственности за судьбу Родины.

Отрывок из произведения:

К вечеру, как отстрелялся немец, пришло время заступить Сашке на ночной пост. У края рощи прилеплен был к ели редкий шалашик для отдыха, а рядом наложено лапнику густо, чтобы и посидеть, когда ноги занемеют, но наблюдать надо было безотрывно.

Сектор Сашкиного обзора не маленький: от подбитого танка, что чернеет на середке поля, и до Панова, деревеньки махонькой, разбитой вконец, но никак нашими не достигнутой. И плохо, что роща в этом месте обрывалась не сразу, а сползала вниз мелким подлеском да кустарником. А еще хуже метрах в ста поднимался взгорок с березняком, правда, не частым, но поле боя пригораживающим.

Другие книги автора Вячеслав Леонидович Кондратьев

— А вообще-то, можно сказать, деревню дуриком взяли, — пробурчал рядовой Мачихин, после того как все отдышались, пришли малость в себя и заняли оборону на другом конце взятой ими деревни.

Карцев, именовавший себя ласково Костиком, ничего на это не ответил, либо ему было не до разговоров, либо согласен был с Мачихиным.

Но только что подошедший политрук, такой же почерневший, как и все они, в ободранной о колючие заграждения шинели, пропустить такого не смог.

В книгу вошли две повести о войне «Сашка» и «Отпуск по ранению», главный герой которых – молодой солдат, вчерашний школьник, принявший на себя все бремя ответственности за судьбу Родины.

Для старшего школьного возраста.

В повести и романе Вячеслава Кондратьева читатель встретится с поколением людей, которых война лишила юности и которые в послевоенные годы вынуждены были заново приобретать навыки мирной жизни. Лихолетье опалило их, воспитало в суровой, зачастую в жестокой атмосфере. Однако они не стали грубее, равнодушнее. Их отличают непримиримость, неприятие приспособленчества, несправедливости — всего того, что было порождено эпохой, названной впоследствии сталинизмом.

Тем моим сверстникам, которым воевать было труднее, чем остальным, но воевавшим не хуже, а может, и лучше других

— На запад, ребята? — спросил Андрей.

— Наверно… Что смотришь так? Завидуешь?

— Завидую. Мне еще год трубить здесь.

— Нечего завидовать. На западе-то неспокойно.

— Ну, если там начнется, то и тут заваруха будет.

— Это уж точно…

Эшелон тронулся. Андрей смотрел, как вначале медленно, а потом все быстрей поплыли мимо него товарные вагоны с раздвинутыми дверьми, в проеме которых стояли за деревянным брусом красноармейцы — целая воинская часть подавалась на запад.

— Жалею я вас, ребятки, — говорил Мачихин. собирая свое нехитрое барахлишко в вещмешок. — Я, кажись, вроде отвоевался, а вам еще топать и топать…

Дело происходило в санбате, расположенном в семи километрах от передовой в деревеньке Пеньково. Мачихину минным осколком срезало пол-ладони правой руки, но два пальца остались — большой и указательный. Ежели и не спишут совсем, то быть ему нестроевым, в обозе, где война не такая уж страшная, хотя, конечно, и там всякое может случиться… Отправлялся он из санбата в тыл, в какой-то полевой эвакогоспиталь, до которого тащиться верст двадцать. Там, может, долечат, а может, отправят куда подальше. Здесь-то в санбате война давала о себе знать все время: и бомбили немцы деревеньку два раза, и тяжелой артиллерией обстреливали, ну и все время слышна была передовая, особенно по ночам.

У фронтового поэта Юрия Белаша есть стихотворение под названием "Что всего страшнее на войне". Один солдат говорит, что танки, другой, что бомбежка, третий про артобстрел, а четвертый, "табачком дымивший в стороне, и такой вдруг сделал вывод твердый: — Ну зачем вы говорите без толку? Ведь всего страшнее на войне — это когда, братцы, нет махорки…" Для меня же, испытавшего все, о чем спорят солдаты Ю. Белаша, самым страшным оказалось то, что я увидел в первый же рассвет на передовой, — раздетые до нижнего белья трупы наших солдат. Белье сливалось со снегом, а четко видны были лишь головы, кисти рук и ступни ног. Словно бы разъятые от тела, они страшными темными пятнами увиделись нам сквозь предрассветную серую дымку, и вид их ударил в сердце острой, не проходящей до сих пор болью…

Вячеслав Леонидович Кондратьев

ВСТРЕЧИ НА СРЕТЕНКЕ

Повесть

Володька шел по Сретенке, по главной своей улице... Если считать по нумерации домов, то начиналась она от Сретенских ворот, но для Володьки - от Колхозной, бывшей Сухаревской площади, где когда-то, впрочем не так давно, возвышалась знаменитая Сухаревская башня. Слева на углу магазин одежды, до революции Миляева и Карташева, до сих нор так и называемый москвичами "миляй-карташев". За ним шел магазин спорттоваров, потом молочный. Напротив, на правой стороне улицы - большой гастроном, бывший торгсин, затем столовая, банк, а пройдя мимо Большого Сухаревского переулка, кинотеатр "Уран". Чуть наискосок от него Селиверстов переулок, где был небольшой, но уютный пивной бар... Вообще вся Сретенка полна была магазинов, больших и маленьких, многие из которых сейчас закрыты. На углу Малого Головина переулка в сороковом году построили новую школу, куда влилась старая Володькина с 1-й Мещанской. Дальше, ближе к Сретенским воротам, букинистический магазин, часто посещаемый Володькой в довоенные времена, ну, а еще дальше, в Колокольном переулке, Дзержинский райвоенкомат, учреждение, памятное и важное для всех ребят их района.

"Хр-р-хр-р…" глухо похрипывает передовая то спереди, то справа, и кроваво полыхает небо — жутковато, неотвратимо…

Неотвратимость этого надвигающегося на них неба ощущают все. Знают и то дорога эта, может, последнее, что есть в их жизни. Знают, но стараются об этом не думать. Но все же со скрытой завистью поглядывают на тех, кто обратно, для тех все позади. Их немного. Остальные остались там. Это тоже все понимают и потому идут молча — только топот ног, бряцанье оружия и редкие команды: Подтянуться! Отставить курение!

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Крылов Николай Иванович

Сталинградский рубеж

{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста

Аннотация издательства: Выдающийся советский военачальник Маршал Советского Союза Н. И. Крылов многие годы работал над циклом мемуаров о беспримерной обороне трех городов-героев - Одессы, Севастополя, Сталинграда. Будучи активнейшим участником исторических сражений под стенами этих городов, он считал своим долгом о них рассказать. Воспоминания Н. И. Крылова о боях под Одессой и Севастополем уже известны читателям. Эта книга, рукопись которой Николай Иванович передал Издательству за пять дней до своей кончины, завершает задуманный автором цикл. Она переносит нас в огненный Сталинград, в великую битву у Волги, где генерал-майор Крылов был начальником штаба легендарной 62-й армии.

Е. П. Левенштейн

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ И. А. ГОНЧАРОВЕ

[I]

Первые мои воспоминания о моем дяде относятся к 1855 году, когда мне было всего семь лет. Он тогда вернулся, после своего кругосветного путешествия, в свой родной город Симбирск, чтобы повидаться со своими родственниками. Я его видела тогда у моих родителей, и в моей памяти сохранились лишь кое-какие отрывочные воспоминания о нем. Помню только, что он много рассказывал о своем путешествии, из которого привез нам всем подарки, между прочим, замечательные японские картинки на рисовой бумаге. Он был в очень хорошем настроении, был любезен и внимателен ко всем. Он рассказывал много, но в конце говорил моей матери, что она лучше всего может прочесть то, что он рассказывает, в его "Путевых заметках"'.

Новалис: об авторе

Из БСЭ

Новалис (Novalis) [псевдоним; настоящее имя и фамилия Фридрих фон Харденберг (von Hardenberg)] (2.5.1772, Видерштедт, около Мансфельда, 25.3.1801, Вейсенфельс), немецкий поэт и философ, представитель раннего романтизма в Германии (круг т. н. иенских романтиков). Учился в университетах Иены, Лейпцига, Виттенберга (философия, юриспруденция), позже изучал горное дело во Фрейберге. Как Ф. Шлегель и Ф. В. Шеллинг, первоначально испытал влияние "наукоучения" И. Г. Фихте, однако фихтевскую субъективную диалектику сознания Н. трансформировал в объективно-идеалистическую диалектику природы. ЕJ основной тезис утверждение дискретности мира и одновременно нерасчленJнности его стихийной подосновы, вследствие чего мир следует понимать как единое целое. Специфическим для Н. является представление о противоположностях как о двух рядах явлений, из которых один выступает как обозначение другого, что ведJт к возможности всеобщего перехода, экстатической игре сущностей и имJн (ввиду этого Н. называл свою философию "магическим идеализмом"). Человек как микрокосм, преодолевая внутреннее разобщение, должен стремиться к единству; ум, рассудок, фантазия суть отдельные функции скрытого в глубине "Я", недоступного для языка слов (влияние немецкой мистики, особенно Я. БJме). "Я" и мир тоже подлежат конечному соединению в процессе их взаимопроникновения, интуитивного "вчувствования" индивида в объект познания, что с наибольшей полнотой достигается поэтом в процессе творческого акта. Искусство как высшая сфера духовной деятельности осуществляет слияние науки, религии, философии; к этому Н. стремился в своJм творчестве, в частности при разработке поэтически-философского жанра фрагмента. В лирическом цикле *"Гимны к ночи"* (журнал "Атенеум", 1800) в аллегорической форме утверждается превосходство бесконечного небытия над конечной жизнью. В "Духовных песнях" Н. трактовал тексты Священного писания в духе пиетизма (в этом он близок Ф. Шлейермахеру). Незаконченный роман Н. "Генрих фон Офтердинген" (1802, рус. пер. 1914), начинаясь как традиционный "роман воспитания", перерастает в мифологическое действие сказочно-космических масштабов.

Федор Раззаков

Леонид Агутин

Л. Агутин родился 16 июля 1968 года в Москве. Его отец - Николай Петрович - имел непосредственное отношение к музыке - играл в популярных вокально-инструментальных ансамблях "Голубые гитары", "Поющие сердца", мать - Людмила Леонидовна - преподавала в начальных классах средней школы.

На момент рождения Леонида семья Агутиных жила в огромной трехкомнатной коммунальной квартире в доме № 24 на Ленинском проспекте, где, кроме них, ютились молодая семья с ребенком, родной брат Людмилы Леонидовны с женой и дочерью и ее мама. Прелесть этого дома была в том, что он находился рядом с Нескучным садом, а если точнее - прямо в нем. Поэтому каждый день молодая мама выгуливала своего новорожденного под сенью беседок, увитых плющом, среди фонтанов и цветочных клумб.

Семен РЕЗНИК

"Выбранные места

из переписки с друзьями"

От автора

Книгу под таким гоголевским названием я хотел издать еще двадцать лет назад, сразу после эмиграции из СССР, да собрать ее не дошли руки. В последние годы моей жизни в Союзе я все больше углублялся в так называемую "еврейскую" тему. Сейчас об этом в России и в русском зарубежье не пишет только ленивый; и каждый второй с гордостью заявляет о своей невероятной отваге: он-де посягнул на самую запретную, самую табуированную тему. Как ни странно выглядят такие претензии, их заявляют снова и снова даже всемирно знаменитые авторы, от Игоря Шафаревича до Александра Солженицына.

Штучкин Николай Николаевич

Над горящей землей

{1}Так обозначены ссылки на примечания. Примечания после текста.

Аннотация издательства: В книге рассказывается о славных боевых делах в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной войны летчиков брата и сестры Владимира и Тамары Константиновых, удостоенных высокого звания Героя Советского Союза. Для широкого круга читателей.

С о д е р ж а н и е

Виктор Анатольевич Вебер

Джадсон Пентикост Филипс - об авторе

Джадсон Пентикост Филипс родился 10 августа 1903 года в городе Нортфилд, штат Массачусетс. Его отец, Артур Филипс, был оперным певцом, мать, Фредерика Филипс, актрисой. Дядя, Хью Пентикост, этим псевдонимом подписаны многие романы Филипса, адвокат по уголовным делам, успешно практиковал в Нью-Йорке в начале века.

Филипс учился в Англии и США, в 1925 году получил звание бакалавра в Колумбийском университете. Писать он начал рано, еще в школе, первый рассказ, "Комната 23", был напечатан в журнале "Флинн" в 1923 году во время учебы в университете. В 1926 году Филипс стал репортером газеты "Нью-Йорк трибюн" и одновременно публиковал рассказы во многих периодических изданиях.

Граф Витте

Граф Витте был, пожалуй, самым удачливым министром финансов России. Ему в конце прошлого века страна была обязана расцветом промышленности, конвертируемым рублем, строительством Транссибирской магистрали, Портсмутским миром, Конституцией 17 октября и подавлением первой русской революции... Президент США Теодор Рузвельт говорил, что, родись Витте в США, непременно стал бы президентом Америки.

Графа Витте даже отдаленно трудно сравнить с кем-нибудь из современных политиков. Он был так же беспринципен, как Жириновский, скрытен, как Чубайс, обладал хозяйственной хваткой Лужкова и политической непотопляемостью Бориса Ельцина. Но им всем вместе взятым далеко до Витте.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вера Глебовна проснулась еще затемно… За окнами, покрытыми толстым лохматым слоем инея, гудел фeвральский ветер — натужно, надсадно, то доходя до рвущего слух воя, то замирая, но и в этом минутном затишье было что-то грозное, пугающее ожиданием нового порыва, еще более сильного, еще более резкого.

На Вере Глебовне, кроме ватного одеяла, было накидано все, что нашлось в доме теплого, — старые пальто, когда-то очень пушистый, а теперь уже вытертый плед, одеяло шерстяное солдатское (еще с той войны), голова была обмотана платком. Но холод все равно заползал внутрь и цепенил тело.

"В дебрях Центральной Азии" (записки кладоискателя) — третья книга В.А.Обручева (после "Плутонии" и "Земли Санникова") Золото старых рудников, сокровища древних городов и храмов — всё это не без приключений достается главным героям книги…

Текст печатается по изданию: Обручев В.А. В дебрях Центральной Азии (записки кладоискателя) М.: Географгиз, 1951

Начиная с эпохи «перестройки» сталинский НКВД изображали исключительно в черных красках. Каких только эпитетов не придумали для чекистов: «костоломы», «заплечных дел мастера» и т. д., и т. п.!

Известный историк Александр Север в своей книге опровергает эти злобные наветы. Система ОГПУ — НКВД была мощным, хорошо отлаженным механизмом, позволяющим успешно бороться в рамках законности как с внешними, так и с внутренними врагами Советской державы.

На основе архивных документов в книге впервые публикуются материалы, проливающие свет на истинную миссию НКВД.

В повести «Расплата» известного прозаика Владимира Тендрякова читатель встретится с целой галереей колоритных образов. Глубину характеров своих героев, отношение к действительности писатель всегда измерял главной мерой сегодняшнего дня — человеческой, личной и гражданской совестью каждого. Боль, тревога за человека у Владимира Тендрякова пробиваются сквозь самый разный жизненный материал, различные сюжеты, ситуации и характеры к единому и конечному: закономерностям нравственной жизни современного человека и общества.

В центре повести «Расплата» (1979) представлен конфликт с совестью на фоне изображенного автором главного изъяна советской школы — отсутствия полноценной духовной основы в воспитании и образовании. Так, учитель литературы Аркадий Памятнов признаёт, что его воспитательные принципы («Не смей мириться с плохим, воюй с подлостью любыми средствами») терпят крах. Один из его учеников, Коля Корякин, убивает собственного отца.