«Самый полный STOP!!!»

ро моряков написано много и многое написано правдиво, но я не буду забивать Вам мозги рассказом о героических буднях тружеников моря. Я постараюсь рассказать весело или не очень о том, что упускали из своих повествований другие авторы. Хочу предупредить сразу, хоть я и веду рассказ от первого лица, не всё описанное происходило со мной или вообще происходило. Однако могу заверит Вас, что даже того чего не было, вполне могло быть. Кого-то, возможно, возмутят или даже шокируют мои истории, но это и есть часть той настоящей жизни, которую я знаю изнутри. А поводом для мысли о написании этой книжки послужило интервью, которое я давал одной молоденькой девушке из телекомпании (не важно какой). Она расспрашивала о нашей работе, а в конце попросила рассказать весёлую морскую историю. А я не смог. Постеснялся, да и времена были другие. А теперь осмелился рассказать, не стесняясь и не скромничая.

Отрывок из произведения:

Сей труд начат мною не из жажды писательской славы и не для удовлетворения графоманского зуда. Лавры Соболева и Конецкого не будоражат моего тщеславия. Я вообще не считаю себя писателем. Я моряк и как многие мои коллеги люблю потравить байки на досуге. Но рассказывать моряку про моряцкую жизнь всё равно, что солить солёные помидоры. Нужны свежие уши. И уж коли в Ваших руках оказалась эта книжица, надеюсь, Вы наберётесь терпения и прочтёте её до конца.

Другие книги автора Валерий Железнов

Маленький мальчик, с детства знавший только тычки и обиды на пиратском корабле, волею судьбы попадает в бурный круговорот событий. Счастливый случай сводит его со жрецами Солнца, выполняющими особую миссию на благо своей страны. Возмужав, он попадает в любовный треугольник. Но вопросы Любви решаются для него не так-то просто.

Популярные книги в жанре Юмористическая проза

Начиная этот рассказ, я, прежде всего, должен признать, что во всем виноват я сам. Мне не следовало приезжать. Я прекрасно знал это. Я знал это еще много лет назад. Я знал, что ездить по гостям – чистейшее безумие.

Однако в минуту внезапного умопомрачения я попался в ловушку – и вот я здесь. Никакой надежды, никакого выхода до первого сентября, то есть до конца моего отпуска. Итак: либо продолжать влачить это жал кое существование, либо умереть. Будь что будет – теперь мне уже все равно.

Склонившись с вилкой в руке над кухонной плитой в своем большом и неудобном сассекском доме, Генри Параден изготовился разбить яйца на сковородку. Глаза его сузились, сжатые губы выдавали крайнее напряжение. Не хватало белой марлевой повязки и парочки медсестер за спиной, чтобы довершись сходство с Беном Кейзи в телевизоре, выполняющим сложную операцию на мозге.

В щедрые времена Регентства, когда знаменитый Красавчик Параден выстроил Эшби-холл, в доме насчитывалось пятьдесят душ прислуги, включая конюхов, садовников, кучеров и псарей; нынче штат сократился до жены местного фермера, некой Макпис, да и та приходила только к двенадцати. К завтраку ожидались сам Генри и его племянница Джейн Мартин, приехавшая погостить на лето.

Поросенка Ксаврика кормили наилучшим паточным пойлом. Имя Ксаврик он получил в честь ученого советника профессора Ксаверия Келлера, одного из лучших авторитетов в области кормления свиней, написавшего следующие глубокомысленные строки:

«Учитывая, что действие паточных кормов, согласно моим всесторонним исследованиям, более чем превосходно, следует признать, что никакие иные корма не заслуживают большего внимания, чем эта прекрасная питательная субстанция…»

Перед вами рассказы и фельетоны знаменитого чешского писателя Ярослава Гашека. С чешского языка их перевел коллектив советских переводчиков-богемистов. Содержит иллюстрации Адольфа Борна.

Фантастический рассказ на производственную тематику. Советский Союз, город Н-ск, семидесятые годы. К директору завода «Алитет», Сергею Кондратьевичу Осколик, пришел очень странный посетитель. Предложил для производственных нужд «Алитета» 30 тонн дефицитного алюминия. И не только предложил, но и привез на територию завода «из пустого уличного воздуха». А после объявил что прибыл из другого измерения.

© cherepaha

В сборник канадского писателя, профессора политической экономии в Мичиганском университете включены юмористические рассказы – лучшая часть его литературного наследия.Настоящее издание составлено из рассказов разных лет, входивших в сборники: "Еще немного чепухи", "Бред безумца", "При свете рампы", "В садах глупости", "Крупицы мудрости", "Восхитительные воспоминания" и "Рассказы разных лет".

Есть у меня приятель – шеф-повар столовой № 4. Не то чтобы приятель, а так, знакомый. Можно сказать, шапочный знакомый. Я о нем-то почти ничего и не знаю. Знаю, что зовут его Коля и что он работает в столовой № 4 шеф-поваром да еще что он собирает дверные ручки, – хобби у него такое.

Вот из-за этих дверных ручек мы с ним и подружились. То есть не то чтобы подружились, а просто у нас возник взаимный интерес. Как-то зашел я в столовую № 4 пообедать, а в сетке у меня две дверные ручки были – купил взамен вырванных с корнем сыном-шестиклассником. А тут шеф-повар Коля с ведром отходов как раз мимо проходил и прямо-таки затрясся при виде моих дверных ручек.

В сборник канадского писателя, профессора политической экономии в Мичиганском университете включены юмористические рассказы – лучшая часть его литературного наследия.Настоящее издание составлено из рассказов разных лет, входивших в сборники: "Еще немного чепухи", "Бред безумца", "При свете рампы", "В садах глупости", "Крупицы мудрости", "Восхитительные воспоминания" и "Рассказы разных лет".

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вы узнаете о том, как можно самим засолить, закоптить, замариновать и завялить самые разнообразные продукты.

Для любителей заготовок здесь собраны самые лучшие рецепты.

Мои дорогие друзья-читатели, вы, конечно, знаете, что жизнь человеческая очень разнообразна, сложна и переменчива. Не для всех проходит она спокойно и счастливо. Судьба часто посылает людям тяжелые испытания. Почти в каждой жизни случаются невзгоды, горести, а в иных даже страдания и мучительные болезни. Но как бы ни была тяжела ниспосланная доля, по моему убеждению, у каждого человека есть святой долг — прожить жизнь трудолюбиво, с пользой для других и себя. Человек должен как можно больше сделать доброго, прекрасного и непременно в чем-нибудь, где-нибудь оставить по себе хотя бы самый маленький светлый след, добрую память на земле. Это есть великое назначение человека, и к этому должны стремиться все люди.

В своих книгах я хотела показать, что ни радость, ни горе сплошь не наполняют человеческой жизни — они чередуются, сменяя друг друга, и очень часто сегодня мы не знаем того, что принесет нам завтра. Бывает тяжело, но горе и несчастья проходят бесследно, болезни излечиваются. Дороже всего то, что, часто неожиданно, являются на помощь люди с открытой, любящей душой, с участливым словом привета, с сердечной заботой и лаской, с готовностью научить, помочь, поддержать. В этом есть духовная красота жизни, источник счастья.

Мне кажется, что описание только веселых, радостных картин ненадолго увлечет сердце и ум читателя, между тем, как описание скорби человеческой, мучительной борьбы, тяжелых душевных переживаний глубже запечатлевается в юных сердцах. Страдания учат бороться и терпеть; печаль делает человека вдумчивее, отзывчивее к чужому горю… Мои юные друзья, не бойтесь подойти участливо к страдающему человеку, выслушать внимательно его печальную повесть, облегчить его горе своим состраданием и чем можно помочь. Такое участие и помощь сделают вас сильными, полезными, возвысят в собственном сознании и оставят светлый след для общего блага.

К. Лукашевич

Дознаватель сбился с ног, «собирая» добрые дела своего подследственного.

Уже растерял декабрь добрую половину листков календаря, а земля еще лежала по-осеннему черной. И может быть, потому по утрам долго не светало. Ночь нехотя оставляла нахохленные от долгой осени домишки, темные от дождей заборы, пустые огороды и, отступая от поселка в степь, таилась там до поры по буеракам, логам да балкам.

Тусклый день едва успевал разлепить глаза, как следом, чуть ли не с полудня, тягучие сумерки начинали мало-помалу гасить его зябкую синь.