Самолетик на площади

Тем, для кого спойлеры критичны и мешают читать — читайте только после окончания романа; а вообще это производственный детектив: один день из жизни начальника королевской тайной службы.

Отрывок из произведения:

Взять со стола ножницы, вырезать из листа бумаги квадрат, сложить его пополам, пригнуть верхние углы к сгибу, потом перевернуть лист на другую сторону, отогнуть наружу обе половинки…

— Дрожит рука и меркнет свет, прощай, мой милый друг, прощай… Секретарь вскинул на господина начальника, мурлычущего модную песенку, удивленный взгляд, разглядел, что начальник вытворяет с дорогой бумагой, вытаращил глаза, потом осекся и сделал вид, что донельзя поглощен потряхиванием песочницы. Господин Эйк слегка прикусил губу, но привязчивый мотивчик так и рвался наружу.

Другие книги автора Татьяна Апраксина

Четырнадцатый век. Это Европа; но границы в ней пролегли иначе. Какие-то названия мы могли бы отыскать на очень старых картах. Каких-то на наших картах не может быть вовсе. История несколько раз свернула на другой путь. Впрочем, для местных он не другой, а единственно возможный и они не задумываются над тем, как оказались, где оказались. В остальном — ничего нового под солнцем, ничего нового под луной. Религиозные конфликты. Завоевательные походы. Попытки централизации. Фон, на котором действуют люди. Это еще не переломное время. Это время, которое определит — где и как ляжет следующая развилка. На смену зеркалам из металла приходят стеклянные. Но некоторые по старинке считают, что полированная сталь меньше льстит хозяевам, чем новомодное стекло. Им еще и привычнее смотреться в лезвие, чем в зеркало. И если двое таких встречаются в чужом городе — столкновения не миновать.

Неизвестное летательное средство белого цвета, позывной "Асгард"… Ну и ну. Впервые позывной использован в Ирландском море в 27. Не смешно. Ни разу легально не заправлялось горючим и не пользовалось техническим обслуживанием на территории Соединенного Королевства. Способно непрерывно находиться в воздухе не менее пяти суток. Способно поддерживать контакт с шестью объектами одновременно. Способно поймать сигнал бедствия с любого расстояния. Дышит пламенем. Скусывает головы вражеским самолетам. Ну это, допустим, драматическое преувеличение. И, возможно, контролирует погоду. Не верю. Совершенно неудивительная история приключений мистера Бретта, репортера, рассказанная мистером Уотсоном, врачом из Девонпорта v 1.0 создание файла — ProstoTac

Три месяца назад биохимическая корпорация "Сфорца С.В." выиграла террористическую войну и спасла статус кво. Ни одно доброе дело не остается безнаказанным - теперь мировое правительство считает угрозой своему существованию... корпорацию "Сфорца С.В." вообще и руководство ее Флорестийского филиала в частности и поголовно.

Нельзя сказать, что они так уж неправы. Потому что оторвите господина Сфорца от работы ради судебного разбирательства, и в качестве защитно-оборонительной реакции он в лучшем случае устроит шоу. В худшем это шоу назовут революцией.

Версия от 07.03.2010.

Лучший способ прожить жизнь скучно — каждый час мечтать о необычном.

Судьба любит преподносить сюрпризы и обманывать ожидания. Играть по правилам ей не слишком интересно.

Приключения начинаются, если их не ждешь. Ровно в тот день и час, когда думаешь — пусть сегодня все будет спокойно. Обычно, банально, скучно. В первый день отпуска, назло мечте отоспаться. В разгар сессии, за три часа до экзамена, вопреки желанию прийти заранее и успеть перечитать учебник. Во время сдачи годового баланса. И так далее… выбирайте по вкусу, точнее — наоборот. Выберите момент, в который вам не нужно ничего, кроме размеренного течения жизни. Тогда-то все и случится…

Аннотация:

Том второй, часть первая

Популярные книги в жанре Фэнтези

Сенечка сидел за кухонным столом в полном отчаяньи. Обхватив голову руками, он обдумывал неразрешимую задачу: как совместить вечное и повседневное… Как?!

Ведь так хочется и след в веках оставить, и свой век прожить в достатке. А стало быть, надо ухитриться, и всунуть нетленные мысли о мирозданьи в коммерчески успешный проект.

Эпическое полотно… Широкое, как этот обеденный стол… Сенечка машинально смахнул в ладонь хлебные крошки со стола и вытряхнул их в мусорное ведро. Стол преобразился — так и хочется сказать, — стал девственно чист, если б не голубые ромашки, которые планомерно замостили его поверхность. И всё же перед взором Сенечки этот стол превратился в некое подобие карты: горы взбугрились слева и справа, море выплеснулось в верхней части, едва не затопив кухонную плиту… Муравьиными тропами протянулись цепочки следов, по которым зашагали многочисленные путники, загромыхали обозы.

Есть множество миров, и между ними — множество переходов…

Попав из мира «низшего» в мир «высший», ты потеряешь плоть, но обретешь удивительные способности, в мире же «низшем» — станешь великим магом. Однако переходы из мира в мир могут быть чреваты опасными последствиями — а потому всякие Врата испокон веков защищают не знающие страха и жалости Стражи. Но теперь трое Стражей, соблазненные посулами сторонников Тьмы, задумали ужасное предательство — и, если им удастся совершить задуманное, погибнет и наш мир, и ближний к нему мир Ории.

Спасти же миллиарды невинных жизней в силах лишь две женщины — дочь орианца и землянки Молли и способная сотворять новые Врата Лорин…

Ульрика похищают индейцы, и Оуна отправляется на его поиски. Эльрик в то же время ищет в альтернативной средневековой Европе человека, который создал первый Черный клинок. В своих странствиях он встречает инкарнацию Гейнора и отправляется вместе с ним в Северную Америку. Оуна также перемещается в Америку, где встречает Айанавату – индейского вождя, которого Лонгфелло воспел в своей поэме под именем Гайавата. Постепенно все дороги сходятся у мирового Древа, и там начинается битва, определяющая, будет дальше существовать Мультивселенная или нет… Также в романе: Клостерхейм, Сепирис, принц Лобковиц, мировой змей и другие…

Тень смерти упала на мирное королевство Гурлион. Силы Тьмы, проникшие из Нижнего мира, завладели душой короля Арвора и насаждают среди жителей королевства культ своих жестокосердых богов, Единственные, кто может спасти страну, — три дочери Десмонда Скорпи, графа Версетского, сестры-близнецы Сабина, Тамара и Друсилла, обладательницы Силы Добра. Зная это, предатель Мервен, подчиняющийся демону из Нижнего мира, похищает их и бросает в глубину преисподней. Силы Тьмы торжествуют, они не знают пока, что среди жутких монстров, населяющих подземное царство, обитает тот, кто ничуть не уступает им в силе.

Нравится тебе или нет, окружающий мир живет по своим законам. Все, что тебе доступно — строить в этом мире свою собственную маленькую реальность, буквально на расстоянии вытянутой руки. Обустраивать быт, принимать в нее друзей и изгонять врагов. Тебе уютно в этом маленьком мирке, и ты не пытаешься прыгнуть выше головы, замахнуться на все мироздание в целом.

Пока этого не сделает кто-то другой. Не слепой случай, со стихией ты бы смирился, приспособился, пережил. Именно кто-то, по чьей злой воле перестраивается не только весь мир, его прошлое и будущее, но и почти полностью уничтожается твоя собственная, уютная маленькая реальность. Кто-то где-то запустил программу отладки, которая должна уничтожить тебя, твоих друзей и все, чего ты достиг.

Бесполезно сейчас, в 2010-м кричать в пустоту «Actum ne agas!», тебя не услышат. Тебя уже нет. Выход только один — самому стать Отладчиком и предотвратить катастрофу в далеком 1988-м…

Нет ничего проще, чем положиться на судьбу, превратившись в игрушку всесильных богов. Сложнее доблестно погибнуть, сражаясь со всемогущими богами. Но Михаил Алистин, киевский маг и чародей, волею судьбы ставший игрушкой высших сил, не ищет простых решений. Его не остановят вампиры и маги, правители земные, небесные и даже сама Смерть. Начинается игра без правил, где выиграть можно, лишь перехитрив богов!

Есть ли жизнь после смерть? "Есть!", — доказывает главный герой, временно лишенный магических способностей маг и чародей Михаил Михайлович Алистин. А еще есть летающие крокодилы, карлик Федя, «принцесса» Валерия, некромант Бесс, злые враги и, конечно же, новые и увлекательные приключения. Как же они, приключения, осточертели… Свободное продолжение романа "Помогите найти".

Второй и последний том дилогии и серии в целом.

Лидия и Бекки - две сестры, и живут они в мире похожем на сказку, но события в этой сказке развиваются совершенно не стандартно.

Маг Риальто по прозвищу Великолепный ведет беспокойную жизнь: вместе с коллегами из магического конклава борется с ведьмой по имени Насылающая Наваждения, странствует в прошлое в поисках утраченного Персиплекса — артефакта, содержащего кодекс магического сообщества, и даже отправляется в путешествие на край вселенной, чтобы спасти давно пропавшего Морреона — пропавшего не без его, Риальто, участия…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Верные враги Верес и Шелена снова вместе. Но жизнь не даёт им спокойно растить сына и преподавать в Школе пифий и травниц. Что ж, супостатам не поздоровится!

12 серпня 1812 р., м. Горошин.

Сиятельнейший князь, милостивый государь!

По препорученности Вашего сиятельства, 10 числа сего месяца начал я прием казаков к сформированию 5-го казачьего полка; но по медленному сначала доставлению казаков не так успешно делается, как бы хотелось. Впрочем люди, принятые мною, хороши, стариков нет и очень молодых мало, большею частью поступают в казаки с удовольствием, охотностию и без малейшего уныния; все с пиками, но много сабель есть из кос переделанных. Есть с ружьями и пистолетами, но сие оружие в посредственной исправности; лошади небольшие, но к службе годные; одеяние все новое, но надобно будет привесть в единообразие; в одних шапках не соблюдена мера, ибо одне довольно высокие, а у других низки, но все одинакового вида. Все силы употреблю, чтобы оправдать доверенность Вашего сиятельства и заслужить продолжение Ваших ко мне милостей. Твердо уповаю на уверение Вашего сиятельства, что я только употреблен Вами для сформирования полка, а не для служения в оном. Я и по бедности моей и по старости матери моей, которую поддерживать есть мой долг, никакой службы несть вне Полтавы не могу. Если должность моя надзирателя (при школе приказа общест­венного призрения) заслуживает пред Вашим сиятельством какое одобрение, то оставление меня при оной будет знаком Ваших ко мне милостей; моя награда есть та, что я служу под начальством Вашего сиятельства и всегда в глазах Ваших. Не оставьте, Ваше сиятельство, моего положения без внимания. С глубочайшим высокопочитанием и душевною приверженностию к особе Вашего сиятельства честь имею быть, сиятельнейший князь милостивый государь, Вашего сиятельства нижайшим слугой Иван Котляревский

Макар Троичанин

И никаких ХУ!

Повесть

Глава предпоследняя

- 1 –

- Физкульт-привет!

Моложавый мужчина творческих лет и рыхлого конторского телосложения с гладким лицом, отполированным многочисленными выговорами, нахлобучками и предупреждениями до полного омертвения лицевых эмоциональных мышц, энергично проник в небольшой коридорчик со стандартными обшарпанными тёмно-зелёными панелями и тусклой голой лампочкой, густо засиженно-загаженной мухами. Бледное и вечно тлеющее светило, поскольку выключатель, как и полагается в казённых учреждениях, не работал, матово заволакивали лениво колыхающиеся слоёные клубы сигаретного смога, нехотя выползающие, осветляясь, в открытую форточку серого окна с облупившейся, некогда белой, эмалью и никогда не мывшимися внешними стёклами в пыльно-влажных разводьях. Кто-то когда-то не поленился открыть внутреннюю раму и коряво начертать по пыли: «Не курить!». За обшарпанной, плотно не закрывающейся, дверью в углу назойливо журчал унитаз, страдающий недержанием, а у порога курилась тонкой струйкой жестяная урна, переполненная окурками, обсосанными до фильтров не потому, что местные никотиноманы жмотничали, а потому, что до предела тянули драгоценное нерабочее время. Вот и сейчас они самозабвенно дотягивали по второй, нисколько не сомневаясь, что первые полчаса каторжного рабочего дня законно предназначены для никотинового прочищения заспанных мозгов и разгонного трёпа, без которых и прямой линии не проведёшь, фразы путной в документе не составишь и дважды два напортачишь, а потому без энтузиазма встретили мало задержавшегося начальника:

Макар Троичанин

Шесть дней, которые потрясли мой мир

Повесть

- 1-

          Городок наш с чуть более двадцатью тысячами жителей в то время ничем, наверное, не отличался от десятков, а может быть, и сотни таких же городов Нечерноземья, вот уже не один десяток лет вымирающих от безделья, лени и пьянства.

          Да и как не быть безделью, если работали в городе, да и то шаляй-валяй, в основном, носочно-чулочная фабричка с выпуском сотни пар уникальной по низкому качеству продукции в месяц; молокозавод, отправляющий в областной центр одну цистерну молока, которое из-за типично российских дорог доезжало в виде недоделанного кефира – был бы путь подлиннее, дошло бы и до кондиции; крупорушка, выдававшая овсянку, перловку и ячку со значительной толикой мусора из-за дряхлости мельницы, построенной братьями Овсянниковыми, за что они и были раскулачены и высланы в места, где любимая ими крупа не растёт, да завод металлических изделий, называемый в простонародье из-за специфики изделий посудо-хозяйственным. На этом-то заводе и работал я, да не кем-нибудь, а главным инженером, то есть был одной из блатных фигур города, объединённых в клан технической интеллигенции, занимающей, однако, не более четверти мест в городской надстройке, прочно оккупированной братией, представленной деятелями горкома и горисполкома и их родственниками, посаженными в идеологические, образовательно-культурные и социальные богадельни типа общества «Знание», наробраза, культпросвета, соцкультбыта, соцкультпросвета, общества ветеранов разных категорий и т.д. с бедным соусом из учителей, лекторов и воспитателей, среди которых оседали или совсем неспособные, или ещё совсем молодые и без Иван Иваныча за спиной. Да и я в главные попал по случаю: когда заводик чехвостили за брак, старого главного инженера за это перевели в областной промотдел облисполкома, а я, волею судьбы и родителей, со слезами умолявших меня не дать им состариться без сыновней опёки, оказался сразу после окончания политеха в городе, зашёл в отдел по трудоустройству и сразу же влип, как кур в ощип. И с тех пор, приспособившись к здешней вялой и вязкой жизни, вкалывал, не помышляя ни о чём другом, потому что одолим второй нашей напастью – ленью, очевидно, вызванной тем, что расплодились и развились мы в условиях Нечерноземья, где, как ни старайся, чего ни делай, всё попусту.