Самое драгоценное

Джон Кифауэр

САМОЕ ДРАГОЦЕННОЕ

Перевод А. Сыровой

Я убежал. Я спасся бегством. Это правда. Я жив - если состояние, в котором я нахожусь, можно назвать полноценной жизнью. Мой рот все еще кровоточит, и я очень слаб. Кровь засохла на моем подбородке и костюме. Говорить я не могу. Но не важно - я жив, я знаю секрет, он стоит миллионы, если только мне удастся вернуться домой, в Штаты.

Я сумел вырваться, сумел разрезать веревки, которыми меня связал сириец Абушалбак. Здесь, в Дамаске, я найду себе доктора. И, в отличие от Безмолвной Единственной, я умею писать. Она же не может ни писать, ни говорить. Возможно, я навсеща лишен способности говорить. Тем более, я должен записать его - этот секрет. И мне надо спешить.

Другие книги автора Джон Кифовер

Джон Кифовер

КАЛИ

пер. Н.Куликовой

Я знаю, когда начался этот кошмар, и почему. Я знаю его прошлое и настоящее. Знаю и то, что ждет меня завтра. И конца этому не будет.

Я уже смирился с этой мыслью, склонил перед ней голову. Этот крест мне суждено нести до самой своей смерти.

Но я не могу, и, наверное, никогда не смогу смириться с неестественностью происходящего. Вид крови создает у меня ощущение тепла, острие хорошо наточенного и многократно испытанного в деле ножа приносит облегчение, смерть кажется такой приятной.

Когда старый Керби Несон начал в первый раз рассказывать тем, кто хотел его слушать, что камни, эти здоровенные валуны, двигаются сами по себе по поросшей кустарником пустоши, никто, конечно же, не поверил ни одному его слову — за Керби и раньше водились чудачества. Но вскоре об этом заговорил весь город. Однако в первый день Керби отказался везти кого-либо туда, где, как он уверял, наблюдалось это движение. Он гордился теми странствующими камнями, будто с ними происходило то, что, по его мнению, давно должно было случиться. А нам он говорил об этом очень осторожно: дескать, он всего лишь убедился в том, что камни передвинулись с места на место. Уверял, что подобное происходило не раз. Сказал, может объяснить, почему считает, что они сдвинулись с места — некоторые камни он пометил мелом и измерил расстояние от них до колышка, который воткнул в землю. Снова измерив это расстояние через несколько дней, обнаружил, что камни изменили положение. Керби даже показал Берту Колодзе и Фреду Ноттсу как он это сделал. Он в конце концов свозил их туда после того, как они измучили его своим недоверием. Керби был уверен: стоит Берту и Фреду сказать кому-нибудь, что камни движутся, каждый начнет повторять это за ними, и постепенно поверит весь город. В данном случае смущало одно обстоятельство: ни Берт, ни Фред не знали прежнего местоположения камней, поэтому убедить кого-либо в правоте Керби оказалось довольно непростым делом. Отметины, нанесенные Керби на камнях, они, конечно, видели, обратили внимание, что там ровное место, впрочем, характерное для этой части Техаса, — поблизости ни одного холма, с которого могли бы скатиться камни, да и размеры у них приличные: каждый весил по меньшей мере несколько сотен фунтов. Вот только следов своего передвижения они не оставили, в чем, однако, не было ничего необычного, если учесть тот факт, что почти постоянно дул ветер и мог замести любые следы. К тому же накануне шел дождь — он часто идет в эту пору.

..Странный любовный треугольник — он, она и… призрак…

Популярные книги в жанре Научная фантастика

…Литература, это как зеркало. Она позволяет нам нередко взглянуть на себя с совершенно другой стороны. Да собственно и не только литература. Любой человек, который создает что-то сложное, что-то требующее от него сил, ума, творчества, так или иначе создает в какой-то мере отражение себя самого. Каждая такая вещь в какой-то мере «Зеркало души». Не знаю, понравится вам или нет, но попробуйте. Пока что еще ни один человек, его прочитавший, не разочаровался…

…Город вo время малого потопа некрасив. Грязь на его улицах, государыни мои, грязь, мусор всякий, трупы изредка попадаются. И тиной пахнет. Так пахнет, что голова кружится. Вы-то уж и не помните, как оно бывает, когда выйдешь на улицу — а тиной-то и не пахнет… И не чувствуете вони этой мерзостной. А я помню… Ну дa ничего, до большого потопа недолго осталось, недолго мне помнить… Помирать мне пора, государыни мои, помирать, а то уж и язык стал старческий, в инверсиях путается, эпитетов пугается, все мое высшее образование черной кошке по хвост. Ну дa ничего, вот большой потоп скоро, ах, говорил это уже? Ничего, еще послушаете, государыни, скоро, скоро потоп, и не надо так глазами на меня сверкать…

Чего вспугнулся-то? Сиди, не бойся, филин это. Рано еще, не время. Я скажу когда.

Ты про ольмень-цвет от кого узнал? От Вовки? Я думал — от Алексея Борисовича… А Вовка, как он там? Ну? Неуж до выставки допустили? Гляди, названье какое изобрел — «Свет солнечный», великое название… Чего ж мне-то, хитрованец, ни строчки? Картину его выставили, а он — молчок. Первая… Мало что первая, отец ведь.

Брось-ка еще хворосту. Вон оттуда. Люблю, когда полыхает.

«– Как вы знаете, изучая микромир и создавая все более совершенные нанообъекты в самых различных… м-нэ… областях, мы столкнулись с проблемой: наши приборы не позволяют нам конструировать системы с использованием атомарной энергии. То есть энергетическая подпитка нанороботов, нанокомпьютеров, наносканеров и прочих объектов идет извне. А мечта всех нанологов – научится получать энергию прямо там, в микромире! Вы, как ученый, я думаю, хорошо представляете, как это важно.»

Третья Мировая ядерная война в начале 21 века погубила человеческую цивилизацию. Немногим удалось избежать смерти, благодаря гению ученого, сумевшего задолго предвидеть Катастрофу и предпринять всё необходимое для спасения рода людского и главных достижений его культуры и науки. Два острова, максимально отдалённых от зараженных радиацией материков, стали приютом для выживших. Но даже эта малая горстка людей не смогла существовать в мире и согласии и потому разделилась, образовав два враждующих между собой города-государства. С тех пор прошло 200 лет.

Героиня романа, Мэй Линд, живёт на Демократическом острове. Ей 30 лет, у неё нет семьи, друзей и удачной карьеры, она невысокого мнения о своей внешности и талантах и ведёт себя «ниже травы, тише воды». В один прекрасный день Мэй просыпается, но обнаруживает себя не дома в уютной постельке, а в больнице. К тому же, выясняется, что она страдает амнезией, так как ничего не помнит о последних 6 месяцах своей жизни. За это время её внешность и характер кардинально изменились: она уже не серая мышка, а привлекательная молодая женщина, способная на неординарные поступки. Эти новоприобретенные качества оказались как нельзя кстати, потому что власти всерьёз обвиняют её в предательстве Демократического государства и в пособничестве коварному, но неуловимому террористу со странным прозвищем Прометей, призывающему к сотрудничеству между островами. За эти преступления ей грозит ужасная смертная казнь на электрическом стуле. Но она уже не та, которая, склонив голову, подчиняется обстоятельствам.

В поисках истины главной героине предстоит решить ряд головоломок, основанных на красочных античных сказаниях, победить мифических чудовищ в экспериментальном виртуальном мире, найти человека, которого одни считают великим Злодеем, а другие — великим Учителем, свести воедино противоборствующие политические силы, чтобы поднять восстание, раскрыть грандиозный обман, длящийся уже 200 лет и ответить на самый главный вопрос: если жизнь — театр, а люди в нём актёры, то кто тогда режиссёр? Боль, страх, унижение, ненависть, любовь, предательство — всё это должна испытать Мэй, чтобы сыграть в этом спектакле от начала до конца.

Наряду с великолепными образцами классической фантастики («Орля», «Кто знает?», «Шевелюра» и др.), перу Мопассана принадлежат и отдельные менее известные новеллы, безусловно, относящиеся уже к научной фантастике. Одним из ее образцов можно считать рассказ «Гости с Марса», за который не было бы стыдно и писателю-фантасту первой половины 20 века.

Рассказ был впервые опубликован в 1889 году в журнале «Политические и литературные анналы» и только в 1957 году перепечатан в журнале «Фиксьон».

Повесть о чрезвычайных и фантастических событиях из жизни Михаила Стерженькова, записанная с его слов.

С дирижабля в Тихий океан упал глубоководный аппарат. Внутри него находился человек. Спасти его предстоит Аракелову — человеку-батиандру, исследователю глубин.

Позже повесть вошла в состав романа «Нептунова арфа».

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Даймон Кифе

(Дмитрий Александрович Икаев)

Ж А Р

(из дневника очевидца)

Эти записи я стал вести когда понял, что точка невозврата пройдена. Не стоит относиться к ним как к историческому документу и судить слишком строго, это всего лишь воспоминания одного из миллионов, жившего в то время. Память уже многое скрыла от меня, но я вновь и вновь заставляю ее воскрешать прошлое, без надежды на будущее...

... Время уходит из под ног. И не изменить, не повернуть вспять...

Роберт Кийосаки

Если хочешь быть богатым и счастливым не ходи в школу?

Надежная гарантия жизни Для Вас и Ваших Детей

"Прочтя книгу, все что я увидел и прочувствовал в своей рабочей жизни, откликнулось - наконец-то! Роберт дал мне надежду и пробудил мой дух к действию. Это ободряющий мозги коктейль, и я хочу еще"

Гидрогеолог.

"Наконец-то кто-то разоблачил существующую систему образования. Когда выйдет следующая книга?"

Вячеслав Киктенко

Берега

"Из дурака и плач смехом прет"

"Дураку счастье, умному Бог даст"

"Тихая вода берега подмывает"

Полистать бы, как в сказке, ту книгу чудес,

Где слова скачут с пиками наперевес

На врагов человеческой совести,

Чтобы память, как встарь, напрягла тетиву,

Сквозняками веков шевельнуло главу

Про легенду о доблестном воинстве.

Там за каждой звездой зоркий ангел сидит,

Вячеслав Киктенко

Предместье

"Только все неотступнее снится

Жизнь другая - моя не моя..."

Александр Блок. "Соловьиный сад".

...а что и вспомнишь - по весне,

Среди беседки, при луне,

Еще совсем нестарый

Стою себе с гитарой.

Не отворяет двор окон.

Зарос плющем ее балкон.

И слушает меня алкаш,

Один в ночи... и тот не наш.

Он будет, гад, благодарить.

Потом попросит закурить.