Самая уродливая

Каким будет мужской вариант слова "сваха"? Свах? Сводник? Не дождетесь. На моей визитке значится "Агентство "Без ретуши" планеты Черная Грязь" – длинновато, зато обстоятельно. Считается, что мы тут, на Черной Грязи ценим обстоятельность и никогда не торопимся.

Миф для туристов, вы же понимаете.

Вообще-то, я программист. Ну да, человек-клавиатура, алгоритмы вместо чувств, с закрытыми глазами за три секунды взламываю сервера банка… чушь собачья, а последнее и вовсе не программистское дело, но ведь публика верит сериалам, а не профессионалам.

Другие книги автора Наталья Егорова

Продолжение серии книг про Наталью Иномирянку

Просто верь. В себя, в людей и нелюдей, а главное в то, что все будет хорошо.

Страх делает из слабого труса, а из сильного героя Академия гудела как потревоженный улей. К концу занятий в ее стенах не осталось ни одного человека, который был бы не в курсе произошедшего в обед в столовой. Адепты бурно обсуждали инцидент, собираясь небольшими группами в коридорах, холле и даже во дворе. Похоже, я была первой, кто решился открыто бросить вызов грозному завучу. Точнее я была единственной, у кого не имелось другого выхода — магия была для меня всем. Некоторые, встречая в коридорах, разглядывали меня с каким-то жадным интересом. В чем тут дело прояснил Эрин, прибежавший после перемены с известием о том, что многие заключают пари на то, сколько я продержусь до того как все-таки сбегу. Сроки разнились от одного дня до одного месяца.

Я очнулась в другом мире, где обозвали Избранной, но быстро выяснили, что ничего полезного я не умею. И только один лучик надежды — возможность исполнить свою заветную мечту и стать магом. Для этого придется приложить множество усилий, но разве это имеет значение, когда главное чудо в твоей жизни уже случилось? Это история об обычной девушке в необычной ситуации, ее маленьких друзьях, магической академии и взаимопомощи. Даже если сбылась самая заветная мечта, за нее еще придется бороться.

Даже программисты не станут отрицать, что они народ необычный. Недаром о них сложено столько анекдотов – Василий Иванович с Вовочкой позавидуют. Вот и родилась идея собрать под одним переплетом произведения авторов-программистов.

В сборник вошли рассказы пятнадцати авторов из США, Израиля, России, Украины и Эстонии. Всю информацию об авторах можно найти на сайте издательства «Млечный Путь»: http://milkyway2.com.

Нам рассказали как важно то, что мы будем делать, пришедшим поглазеть на построение жителям — какие мы сильные маги, отдельно отметили героев-первокурсников, которые наравне со вторым курсом вызвались помогать людям защищать селения от нечисти и болезней и под торжественный марш отправили навстречу рутинной работе столь нелюбимой архимагом Элтаром...

Картленд включил передатчик. В мёртвой черноте экрана отражались впалые щёки и тусклые глаза под набрякшими веками.

Красавец...

– Станция "Эра" вызывает базу Галактического кольца. Станция "Эра" вызывает базу Галактического кольца. Отзовитесь, сволочи, мать вашу! Станция "Эра"...

Впору было свихнуться.

Одиннадцать месяцев взаперти: два жилых яруса, четыре коридора, двадцать шесть кают, гальюн, душ, кубрик, рекреация, гидропонный блок... В ангарах не осталось ни капли топлива, только пыль лежала трясиной: ступишь - засосёт.

Зак украдкой скосил глаза из-под рваной повязки, служившей ему головным убором. Остальные рабы пока не заметили отставшего товарища по несчастью. Один из охранников, сопровождавших жалкую колонну, поправлял ошейник злобного пса-убийцы, другой закуривал вонючую самодельную папиросу. Это был крохотный, но шанс.

Зак юркой змейкой просочился в приоткрытую дверь. Полузасыпанный землей бункер, невесть как оказавшийся на территории бывшего кемпинга, нынче представлял собой огрызок коридора с шершавыми бетонными стенами. Двери по обеим сторонам прохода были наглухо запечатаны, но и та площадь, что оставалась в его распоряжении, давала некоторую надежду остаться необнаруженным. Рабов сгоняли в бараки толпой, для сна служило все пространство дощатого пола, а пересчитывали рабочую силу лишь с утра. Зак надеялся к этому времени проскользнуть мимо охранников, перелезть через невысокую двойную ограду из колючей проволоки и... дальше надежда только на собственные ноги.

Популярные книги в жанре Ужасы

Лео Уинстон очаровал Дороти почти с первого взгляда. И немудрено — пианист-виртуоз, красивый, умный... И ничего, что с первого взгляда он показался ей похожим на мертвеца. О, в этом, действительно, ничего странного нет. А странно то, что Лео неразлучен с мистером Стейнвеем, и последний, похоже, является препятствием на пути Дороти...

© Кел-кор

Вот уже несколько столетий гуру Махакала молча и неподвижно сидит на месте, и многие ищущие тщетно жаждут получить ответы на самые мучительные вопросы бытия. А что если никакого гуры Махакалы нет, и то, что все видят как живого человека уже давно превратилось в камень?

«…И тут, глядя, как почти полностью обнаженная Ирочка, поставив одну ногу на ящик и уперев руку в бок, делает вид, что пьет водку из горлышка бутылки, Сергей с ужасом вспомнил, что после того, как она днем на улице точно в такой же позе выпила из горлышка несколько маленьких глотков коньяка… После этого она откусила и съела мерзлый налимий плавник!

Сергей рванулся к Ирочке, но она уже, подобрав с пола вещи, убегала за кулисы под одобрительные крики и гром аплодисментов — собравшиеся в зале рыбаки были в полном восторге. Он побежал за ней, но за кулисами, как и вчера, наткнулся на охранника Петра. Что-то объяснять ему было бесполезно, и Сергей, не раздумывая, врезал Петру кулаком в солнечное сплетение…»

«…Лед не трещал и не ломался — ближе к полынье он просто сходил на нет, и в воде невозможно было разглядеть, где, собственно, его кромка. Для тонувшего и для спасающего это был самый худший вариант, тем более, если у спасателя не имелось веревки, которую можно было бы подбросить с безопасного расстояния.

— Сейчас, Ниночка, сейчас я тебя вытащу! — закричал Ефим.

— Папуля… — словно прощаясь, девочка взмахнула рукой и с головой погрузилась в воду.

— Нет! Нет!!! — заорал Ефим, сбрасывая куртку, чтобы немедленно прыгнуть в полынью.

Этого не понадобилось. Ниночка вдруг как-то вся разом с шумом выплеснулась на поверхность, причем, не просто так, а восседая на саночках…»

«…Барахтавшемуся в воде спиннингисту приходилось нелегко. Без помощи со стороны на спасение можно было даже не надеяться. Сцепленная тройниками с его рукой, беснующаяся щука тянула в глубину. С такой ношей самостоятельно забраться на лодку казалось нереальным. До ближнего берега — метров тридцать, даже не до самого берега а до густой стены камыша, через которую еще продираться и продираться…»

«…Метла подпрыгнула, и лосось затрепыхался на натянутой леске. Ловить таких громадных рыбин Грибо еще не доводилось. Но не это было его Великой мечтой. Нет, Грибо не врал магистру Пропсту, говоря, что мечтает порыбачить в краепаде. Он просто умолчал, что главной его целью было поймать Великого А'Туина — Вселенскую Черепаху, на панцире которой стоят четыре огромных слона, на спинах которых покоится диск Плоского мира!..»

«…Я же, не испытывая ничего, кроме печали об ушедшем лете, с утра пораньше, оседлал свой велик и отправился прощаться с любимым городом. Маршрут особо не выбирал, ехал, куда руль повернет, благо, спешить было некуда. Через некоторое время руль повернул к одному из перекрестков, который украшала колонка с питьевой водой. И нельзя сказать, чтобы меня особо мучила жажда, но я как-то само собой остановился, спешился, надавил на туго сопротивляющуюся ручку колонки и подставил рот под вырвавшуюся из недр водопровода мощную струю холодной, слегка отдающей ржавчиной воды.

Вот тут-то все и случилось…»

Впечатляющие рассказы, которые вырваны из самых разных временных и пространственных плоскостей. Эти мистические текстовые отрывки не привязаны к конкретным условиям, что добавляет каждому из них особенное настроение и смысл.

Страшный медведь, готовый загрызть заблудшего путника до смерти, странные сны, от которых веет могильной прохладой, убитая собственным мужем жена – лишь малая часть тревожных элементов этого зловещего сборника.

Комментарий Редакции: Если храбрый читатель все же решится открыть эту жуткую книгу, его непременно настигнет неизбежная истина: придется дочитать до самой последней страницы – и никак иначе! Потому что оторваться от этих увлекательных, непростых и очень пугающих мистических историй попросту невозможно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Аннотация издательства: В книге представлены краткие технические описания, история разработки и боевого применения всех палубных истребителей, которые были созданы в годы Второй мировой войны. В книгу вошли широко известные машины, а также не серийные и экспериментальные. Издание рассчитано как на профессионалов, так и на любителей истории авиационной техники.

Прим OCR- всё таки ориентировано больше на любителей.

– Три милли… блин, милли-она…

Бомж сморгнул, поскребся под мышкой и продолжил.

– Жиз-ней…

Утро наступало на свалку. Над ядовитыми лужами весело роились мухи; косматые мозгоклюи, повизгивая, копались в живописных кучах мусора. Из стратосферы доносился басовитый гул подлетающего корабля.

Бомж снова задрал глаза к светлеющему небу.

– Это пла-та за не-за… – воздуха не хватило, и бомж задавленно хрюкнул. – Виси-мость. Независимость, блин.

Главред походил на мультяшного суслика. Мяконькими щечками, взъерошенным песочного цвета хохолком и манерой, обращаясь к собеседнику, вытягивать шею из жёсткого воротника.

Вот только глаза у него были - как дула двустволки.

– Опыт работы у вас?

– Три года, - торопливо подсказал Антон, - в "Модном софте".

И мгновенно укорил себя за суетливость. Нельзя показывать, что тебе нужна эта работа, так во всех пособиях пишут. Спокойствие, надёжность, уверенность... Руки расцепить и на стол.

Дождь рисует на замызганном стекле вытянутые иероглифы. Красный свет светофора дробится в них на мутные проблески, потом сменяется зелёным, но никакой зелёный свет не способен сдвинуть нас с места.

Пробка. Металлическая змея, окутанная выхлопом, протянулась из дождевой пыли в бесконечность.

Я смотрю в окно на магазинчик, мимо которого троллейбус проезжает каждое утро. Точнее, замирает на десять минут в ежеутренней пробке перед большим перекрёстком, демонстрируя мне суррогат телевизионного шоу.