S P Q R (Собиратель камней - 5)

Андрей Дай

S.P.Q.R. (Собиратель камней - 5)

Автор благодарит лихого казака Валерия Смирнова, за помощь в классификации боевых кораблей и тактики космических сражений.

1

Пять. Он всегда начинал отсчет с пяти.

Четыре. Он надеялся, что команда корвета, возвращавшаяся с традиционного обеда у капитана лайнера, успела отлететь на безопасное расстояние.

Три. Он зябко передернул плечами. Считанные мгновения отделяли пассажиров огромного грузопассажирского крейсера от границы между жизнью и смертью, но волновался он только о команде малюсенького пограничного кораблика.

Другие книги автора Андрей Дай

Российская империя, вторая половина XIX века. По Великому Сибирскому тракту к месту своего назначения едет новый губернатор Томской губернии, в тело которого неведомым образом из глубин небытия была запущена грешная душа губернатора Томской области начала XXI века.

Не каждому в руки попадает удивительная штука портал, дверь в иной мир! Быть может, многие мечтают о таком, но однажды попал он в руки людей неоднозначных и непростых. Из тех, что сначала бьют, а потом фамилию спрашивают. В руки братков в отставке. В конце концов, такие же когда-то давно Сибирь для Московского царства завоевали. А вот что получится у нынешних – большой вопрос!

Мир Содружества, нейросети, крейсера и работорговля. Где-то на задворках Человеческой Ойкумены... Понятия не имею, как долго пребывал в забытьи. Циферблатов на стенах не имелось, а наручные часы перед полетом оставили на хранение вместе с документами и правительственными наградами, дома. Теперь получается - на вечное хранение. Впрочем теперь, стоило только задуматься об утрате оставшегося где-то в невообразимом вчера мире, мысли как-то плавно и ненавязчиво съезжали на окружающий ложе невероятно любопытный интерьер. Будто бы кто-то поставил в голове барьер, ловушку для негатива. Хитрый запрет на страдания, умело подменив одну эмоцию другой. Тем более там действительно было на что потратить частицу своего внимания. Металлические, словно литые, немного наклонные стены. Без единого, кстати, окна или иллюминатора. Неизвестно на каком принципе работавшие, светившиеся ровным желто-белым светом панели, будто бы вплавленные в потолок и некоторые выпирающие из стен пилоны. 

Томский губернатор из второй половины 19 века, в теле которого пребывает душа чиновника из 21 столетия, продолжает предпринимать попытки изменить ход истории. В сопровождении вооруженного эскорта Герман Лерхе едет на Алтай с так называемой инспекцией. Ему нужен повод, чтобы ввести войска на спорные территории. Одновременно с этим он с тревогой ждет вестей из столицы: отправленные им письма могут принести неплохие лавры, а могут стоить карьеры и даже жизни.

Земля, ударившая мне по носу, пахла жженой резиной.

Я сразу потерял автомат, отбросив его в сторону, чтобы зажать уши. Пронзительный вой штурмовиков, заходящих для следующего удара по растянувшемуся вдоль дороги каравану грузовиков, вытягивал душу.

Плоскобрюхие летящие машины вернулись, и зажатое между березовыми перелесками пространство дороги наполнилось грохотом взрывов, визгом осколков, дымом и пылью. Напоследок, уже с развернувшегося для возвращения на базу штурмовика, сбросили сейсмическую бомбу.

Делай что должно, и будь что будет. Даже если все изменилось. Даже если сама История сменила русло и несет поводыря неведомо куда. Даже если поводырь теперь так же слеп, как и те, кого он куда-то ведет за собой.

Вторая половина девятнадцатого века. Проклятому и прощенному чиновнику из нашего времени, вселившемуся в тело начальника Томской губернии, больше ничего не остается. Только делать, что должен, и надеяться, что это приведет его к успеху, а не на плаху. Тем более что оба варианта вполне возможны.

Желаешь погрузиться в мир средневековья? Девственная природа, чистые леса, благородство истинных лордов. Луки, арбалеты, мечи, рыцарские доспехи, тогда ты зашел прямо по адресу. Этот мир сказка, чем-то напоминающая мир Робина Гуда, но у него своя религия, свой характерный почерк и блеск. И вместе с тем, вечная жажда славы и наживы, толкающая героев на необдуманные, жестокие и кровавые поступки. Убийства, борьба за власть, деньги и красивых женщин, за территории, крепости, за многое другое. И благородство, стремление остановить, защитить от захватчиков свою родину. Крепкий друг, длинный лук и верная стрела. Как тебе такое?

История – тяжелая и неповоротливая штука. Но покоится на тончайшем острие настоящего. И стоит совсем чуть-чуть что-то изменить, как все известное поводырю грядущее обрушивается камнепадом. Главное – не попасть под обвал.

1865 год. Российская империя. Проклятый и прощенный губернатор, умерший в 21 веке, продолжает искупать грехи. Томская губерния должна измениться. Но у вельмож в столице империи на это может быть другой взгляд.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

В кабинете Писателя-фантаста длинными рядами теснились книжные шкафы. Сквозь стекла были видны корешки десятков тысяч книг. На почетном месте стоял шкаф с произведениями самого хозяина кабинета. Писатель сидел в кресле, за рабочим столом, а Журналист, берущий у маститого автора интервью, напротив. Календарь на столе показывал 24 ноября 2055 года.

— …Уэллс? — без всякого выражения переспросил Писатель. — Вы сказали — Уэллс?

— Ну, конечно же, Уэллс! — воскликнул Журналист.

Фелиси нравился доктор. Он был уже немолод, но какое энергичное, по-настоящему мужественное лицо! Какая стремительная, уверенная походка, и какие широкие грудь и плечи! А глаза, в которых порой вспыхивал странный внутренний блеск — это были глаза подлинного рыцаря Науки, её фанатика, который во имя неё не остановится ни перед чем.

Почти каждый день доктор приносил Фелиси коробку шоколадных конфет. Конечно, он говорил, что это лекарство — будто шоколад повышает давление и вообще помогает против малокровия и анемии, но стоило Фелиси обмолвиться, что её любимые конфеты — «птичье молоко», как на её столе стали появляться именно они.

Пыль текла быстрыми ручейками по тёмно-красному камню Пути.

Полярные ветры вернули себе владычество ещё на одну зиму — Солнце отдалилось от планеты, и ледяные поля севера притягивали к себе влагу.

Вирх легко качнулся, впитывая в себя заряжённые частицы, искрящиеся в потоках углекислого газа — надо было напитать тело теплом и электрическим зарядом перед долгой зимой… и очередным забегом среди багряных дюн, скрывающих под собой полярную шапку.

ГГ романа, женщина с Земли по имени Ирина, внезапно оказывается в Галактике. Ее похитили и подбросили на планету с красивым названием Анэйва с какой-то непонятной целью непонятно кто. Она растеряна, она ничего не понимает, вдобавок ей стерли память, жестоко ранили…

Ей придется примириться с этим странным непонятным миром. Научиться жить в нем. Преодолеть немало терний. Хлебнуть вдоволь испытаний из наполненной до краев чаши. Ведь Ирина — не супергерла, она самая обычная, среднестатистическая, как принято говорить, женщина, без вагонетки амбиций и налета здоровой стервозности, вдобавок ее личность искалечена необратимой потерей памяти.

Но она хочет жить — и выживет.

Хочет вернуться домой — и вернется.

Правда, ей еще предстоит понять, где находится ее дом — на Земле или Анэйве.

Но в итоге она даже будет счастлива… насколько сумеет.

Вдобавок, тот, кто стер память Ирине… и тот, кто хотел через нее отомстить некоторым высокопоставленным лицам на Анэйве, — они оба расплатятся за свои гнусные дела. Но месть свершится. Частично… пострадают не все, кто должен был пострадать по изначальному плану.

Но добро и справедливость — такие интересные вещи. Если, не раздумывая, готов бросить на кон чужую жизнь, в данном случае, жизнь Ирины во имя своих идеалов и целей — будь готов к тому, что кто-то другой распорядится уже твоей жизнью. Высокопоставленные лица Анэйвы получили свое поделом.

И пусть не говорят, будто не знали, на что шли!

Ну, вы же знаете Джорджа.

Только что в комнате не было ничего, утверждает он, кроме него самого, его ТВ, его видеомагнитофона и венецианского окна, из которого видно полгорода, а уже через мгновенье появилась красивая рыжеволосая девушка в чем-то вроде блестящего красного комбинезона. Она парила в воздухе у него над головой. Не на самом деле парила, не плавала, а типа лежала, раскинув ноги, и глядела на него вниз. Ну, вы же знаете Джорджа.

Я вышел из автобуса, чуть прошел по тропинке в лесок, сел на траву и глубоко задумался. Безумие. Бред. Просто в голове не укладывается. Я вновь прокрутил в мыслях все события этого дня. Надо же, как глупо. Все началось с какого-то дурацкого зонтика…

Утром я вышел из дома чуть раньше: по дороге на станцию надо было зайти в магазин, где два дня тому назад я купил зонтик. Вчера вечером, прослушав прогноз погоды (симпатичная полуголая девица обещала на завтра ливень), распаковал свою покупку и попытался раскрыть зонтик. И тут оказалось, что сломаны две спицы. И вот я торопился в магазин, чтобы обменять бракованную вещь на другую. Казалось бы, обычное дело.

Рассказ, написанный на спор. Здесь я искал не эпиграф к произведению, а произведение к эпиграфу:) "А в наши дни и воздух пахнет смертью: Открыть окно, что жилы отворить"…Он похоронил возлюбленную. Он открыл окно, чтобы последовать за ней. Смерть не приняла его — но навсегда осталась за стеклом. Сможет ли он когда-нибудь открыть окно снова?..

Вот вы смотрите на меня, мистер Великий Журналист, как будто и не ожидали увидеть маленького седобородого человечка. Он встречает вас в космопорту на такой развалине, какую на Земле давно бы уже зарыли. И этот человек, говорите вы себе, это ничтожество, пустое место — должен рассказать о величайшем событии в истории иудаизма?!

Что? Не ошибка ли это? Пятьдесят, шестьдесят, я не знаю сколько, может, семьдесят миллионов миль — ради несчастного шлимазла с подержанным кислородным ранцем за спиной?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ИОСИФ ДАЙЧМАН

ИНТЕРПОЛ.

ВСЕМИРНАЯ СИСТЕМА БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ

Автор выражает глубокую признательность за консультации и предоставленные материалы пресс-атташе Российского бюро Интерпола И. В. Цирульникову

В любую эпоху находится несколько идей и социальных институтов общего характера, которые со временем начинают казаться совершенно естественными, настолько ожидаемыми и простыми, что никто особенно и не задумывается о времени их появления и причинах существования, - кажется, что они "естественны", вроде бы и не могло быть иначе. Таково, например, распространение латыни в научной (не говоря уже о прочих) практиках средневековой Европы или, скажем, существование организации Красного Креста и Красного Полумесяца. В сущности, и мировые религии - тоже своеобразные институции, подчиняющиеся как внутренним, основополагающим для себя правилам, так и законам внутреннего развития.

Юдзан Дайдодзи

Будосёсинсю (напутствие вступающему на Путь Воина)

перевод на русский: Котенко Р.В., Мищенко А.А.

Глава 1.

Вступление.

Самурай должен прежде всего постоянно помнить - помнить днем и ночью, с того утра, когда он берет в руки палочки, чтобы вкусить новогоднюю трапезу, до последней ночи старого года, когда он платит свои долги - что он должен умереть. Вот его главное дело. Если он всегда помнит об этом, он сможет прожить жизнь в соответствии с верностью и сыновней почтительностью, избегнуть мириада зол и несчастий, уберечь себя от болезней и бед, и насладиться долгой жизнью. Он будет исключительной личностью, наделенной прекрасными качествами. Ибо жизнь мимолетна, подобно капле вечерней росы и утреннему инею, и тем более такова жизнь воина. И если он будет думать, что можно утешать себя мыслью о вечной службе своему господину или о бесконечной преданности родственникам, случится то, что заставит его пренебречь своим долгом перед господином и позабыть о верности семье. Но если он живет лишь сегодняшим днем и не думает о дне завтрашнем, так, что стоя перед господином и ожидая его приказаний, он думает об этом как о своем последнем мгновении, а глядя в лица родственников он чувствует, что никогда не увидит их вновь, тогда его чувства долга и преклонения будут искренними, а его сердце будет исполнено верности и сыновней почтительности.

Красавец Коннор живет во времена викингов, а его суженая, которую он часто видит в мечтах, — американка и живет в Бостоне 1889 года. Любов­ников разделяет целое тысячелетие, но даже роковое несовпадение во времени можно преодолеть с помо­щью магии и любви.

Ш. Н. Дайер

Ностальджинавты

Перевел с английского Андрей НОВИКОВ

- Ты хочешь пойти на бал?

- А зачем? - спросила я. - Ведь "Шахматный клуб" гораздо интереснее.

Помяните мое слово - наш клуб еще станет всемирным местом встречи всех тех, кому не с кем пойти на свидание. И тогда уже никто не скажет, будто мы не умеем оттягиваться как следует.

- Я просто подумал, что мне стоит там побывать, - пояснил Гар. - Ну, на балу.