Русский, красный, человек опасный

Короткие рассказики, объёдинённые идеей коммунистической фантастики. Альтернативные истории нашего мира. Ленин дожил до 90 лет и встречает вернувшегося из космоса Гагарина. Россия, где не произошло революции – Юрий Гагарин, работает мастером в цеху. Чистильщик НКВД попадает в 2009 год. 1980 год – в СССР построен коммунизм. Сон, приснившийся новоизбранному Президенту РФ.

Отрывок из произведения:

Говорят, невозможно забыть свою первую женщину и своего первого нищеброда.

И это так.

У меня это произошло осенью. С друзьями мы сидели в клубе "Golden Dolls", болтали, пили абсент, смотрели стрип-шоу, когда ко мне подошел Виктор и сказал:

– Пора, мой друг.

Я сразу понял, что он имеет в виду – все-таки готовился все лето – но переспросил на всякий случай:

– Пора – что?

– Пора валить нищеброда! – засмеялся Виктор.

Популярные книги в жанре Альтернативная история

Захватывающий рассказ о России, которой не было… 20-е годы прошлого века, большевистский заговор раскрыт, стране удалось избежать революционных потрясений. Однако мятежные страсти XX столетия разыгрываются на площадке кинематографа — новейшего и грандиозного искусства, оказавшегося в эпицентре событий эпохи.

В романе «Продавцы теней», словно в неверном свете софитов, затейливо переплетаются жизнь и киноистории, вымысел и отражение реальности — строительство «русского Голливуда» на Черноморском побережье, образы известнейших режиссеров и артистов. Увлекательное чтение, призывающее задуматься об истории страны, о сущности власти, о природе таланта, о совместимости гения и злодейства и, конечно, о всепобеждающей силе любви.

Андрей Геннадьевич Лазарчук Иное небо

Андрей ЛазарчукИное небо

– Мой Лорд, – не отводя глаз, сказал звездочет. Чтобы составить такой гороскоп, я должен одновременно находиться и под северным, и под южным небом – что невозможно. Путешествие к берегам Африки займет не один месяц.

– А как же другие астрологи? – паучьим голосом спросил Ланкастер. – Как же великие древние?

Когда во время Альбигойских войн перед штурмом замка Безье папского легата Арнольда-Альмарика спросили, как отличить католиков от еретиков, он, согласно легенде, ответил: «Убивайте всех, Господь распознает своих».

Возможно ли биологическое оружие, поражающее лишь приверженцев определённой религии? В альтернативно-историческом мире Джеймса Алана Гарднера такое становится возможным — и без всякой мистики.

Любительский перевод

Политический триллер — русские в Ираке, 2020 год. Контрнаступление на исламский джихад

Само название романа – Адамантовый ирмос или хроники онгона – дословно переводится как «Бриллиантовый псалом или хроники адского пламени». Может ли церковное песнопение состоять из алмаза? И может ли оно сверкать адским пламенем, например, во время литургии? Весь вопрос в том, под каким ракурсом на это посмотреть. Ведь давно известно, что адское пламя очень часто сжигает человека изнутри. С одним христианским священником такое произошло как раз во время Богослужения. С чудесами мы сталкиваемся каждый день, только не желаем ничего видеть, мол, не может быть ничего такого, что человек объяснить не в силах. И всё же доступ к энергии Космоса люди чувствуют. Особенно из мирских людей к этому расположены писатели, музыканты, поэты, художники. Просто потому, что с параллельным Зазеркальем у них более короткая связь, благодаря духовному таланту. Вот поэтому с героем романа происходят странные вещи. Почему это так – никто до сих пор ответить пока не мог, но эта книга, может быть, приоткроет завесу Истины, недоступной пониманию человека. Герою приходится путешествовать по сгоревшим романам разных писателей. Кстати, курсивом отпечатаны чудом уцелевшие цитаты из давно сгоревших романов.

Что делать, если вместо привычного кабинета с мягким креслом и контролем температуры оказываешься в средневековом, почти архаичном мире? Что может быть хуже, для преданного сторонника идей Маркса, чем помощь высокомерному и чванливому аристократу? Только если он — наследник огромной империалистической страны! Увы, волей случая Анастас Эллинов вынужден стать почти тенью Андроника, Цезаря Империи, помогая ему во всех начинаниях и спасая от неминуемой гибели.

«Даже сквозь сон Иосиф распознал голос своего петуха. Хриплый, с надрывом, его не спутаешь ни с одним петушиным криком в округе. Иосиф открыл глаза и некоторое время лежал неподвижно, устремив взгляд ввысь, наблюдая, как постепенно меркнет свет звезд на утреннем небосклоне. В последние дни в Назарете стояла изнуряющая жара и старый плотник (Иосиф уже седьмой десяток лет топтал грешную Землю) перебрался спать на плоскую крышу своего дома. Вместе с ним на крыше устроились двое его младших сына от первого брака. В доме остались две дочери, тоже от первого брака, и молодая (семнадцати лет от роду) жена, с которой Иосиф жил вот уже почти год. Были у Иосифа еще два старших сына, но они давно обзавелись собственными семьями и отделились от отца.

От созерцания звезд Иосифа отвлек голос младшего из сыновей. Мальчишка что-то бормотал во сне. Иосиф повернулся к сыну и прислушался. Мальчик, словно почувствовав внимание отца, тут же успокоился».

За одну ночь жизнь граждан Маньяды, маленькой центральноамериканской страны, круто изменилась. Проснувшись утром, они узнали, что правительство свергнуто, а у власти марионеточный режим, призвавший себе на помощь американские войска. Узнал и Пако Торрес — простой шахтер, отныне вынужденный вновь искать свое место в пошатнувшемся мире.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Пятнадцатилетнему Джо Мартину лето 1977 года несет панк-рок и реггей, дискотечных девчонок, пиво в пабах и краденые машины. Жизнь прекрасна — пока его не изобьют и не бросят в канал с лучшим другом Смайлзом. Прыжок вперед — 1988 год — и Джо едет домой на Транссибирском экспрессе. После трех лет работы в баре Гонконга он вспоминает взлеты и падения прошедших лет и смиряется с трагедией. Прыжок в 2000-й. Он неплохо устроился — зарабатывает на жизнь ди-джейством, продает записи и билеты на бои. Все замечательно — пока перед ним не появляется лицо из прошлого, и он опять остается один на один с кошмаром той ночи 1977-го. Настала пора хоронить скелеты.

Повесть Анатолия Жаренова «Парадокс великого Пта» (1970), представляет собой любопытную комбинацию авантюрно-приключенческой, детективной, сатирической и естественнонаучной фантастики (и отчасти пародии на указанные поджанры), не свободной от штампов, но написанной живо и увлекательно (в духе «красного Пинкертона» 1920-х гг.). Сюжет строится вокруг идеи цикличности истории: перед лицом неминуемой глобальной катастрофы группа ученых, представителей высокоразумной цивилизации «кошколюдей», якобы существовавшей на Земле в допотопные времена, строит машину времени, чтобы передать знания наследникам – нашей цивилизации.

ИЗВИНИТЕ ЗА НАЗВАНИЕ!

Когда я прочитал то, что вы прочитаете на следующей странице, мне стало немного не по себе. Мне не нравятся такие слова, даже с уменьшительным или ласкательным суффиксом. Когда-то мне довелось употребить (крылатое, между прочим) выражение «вечный жид» и я получил взбучку от читателя. Жида не спасает вечность. Хотя писатель Андре Жид получил Нобелевскую премию.

И тут я опустил глаза на следующую строчку и прочитал: «Мемуар». Это смягчило неудобопроизносимость названия. Я всегда питал слабость к словам, которых нет ни в одном словаре, и это было именно такое слово. Оно существует только во множественном числе, подразумевая множество событий. Но автор молодой, событий в его жизни немного, может быть, лучше ограничиться единственным? Впоследствии, с течением времени, автор накопит события и напишет мемуар, потом ещё мемуар, и в результате у него получатся мемуары.

Знакомясь с мемуаром, я поймал себя на том, что смеюсь. Отчего я смеюсь, братцы? Может, вспомнил что-то смешное? Какой-нибудь анекдот или рассказ Зощенко? Нет, я смеялся именно над тем, что читал. Мемуар оказался и смешным, и грустным, и разным, но всегда увлекательным.

Мне кажется, что этот мемуар, пусть даже в единственном числе, доставит и читателям такое же удовольствие, какое доставил мне. Хотя за всех читателей ручаться не могу. Даже нобелевский лауреат Андре Жид не мог ручаться за всех читателей. Кстати, он совсем не тот, каким его представляет фамилия, он только родился в семье юриста.

Пусть вас не смущает обилие многоточий внутри слов. Они свидетельствуют об эрудиции автора и вместе с тем о его деликатности. Того же он ждёт и от читателя.

Феликс Кривин

Эта книга рассказывает о судьбе юной балерины, получившей главную роль в кинофильме. Нелегкими оказались первые шаги в работе. Пришлось разочароваться в самых близких людях, по-разному относящихся к искусству и общей задаче — созданию кинофильма.

О своеобразных трудовых буднях киноэкспедиции, о творческой работе во время съемок и сложных взаимоотношениях людей вы узнаете, прочитав эту повесть.