Русь и Орда

М.Д. Каратеев — писатель-эмигрант, один из талантливейших представителей русского зарубежья, автор более десяти книг художественной и документальной прозы. Вершиной творчества писателя по праву считается историческая эпопея «Русь и Орда», работе над которой он посвятил около пятнадцати лет.

«Русь и Орда» — масштабное художественное повествование, охватывающее почти вековой период русской истории, начиная с первой половины XIV века Книга, знакомящая с главными событиями из жизни крупнейших удельных княжеств в эпоху татаро-монгольского ига, с жизнью Белой и Золотой Орды. Роман, великолепно сочетающий историческую достоверность с занимательностью и психологической глубиной портретов героев.

Отрывок из произведения:

В хоромах Пантелеймона Мстиславича, великого князя земли Карачевской, царят растерянность и уныние.

В просторной, но низкой горнице, смежной с опочивальней князя, жарко и душно. Сквозь слюду невысоких окон заходящее июльское солнце льет рассеянный свет на стоящие у стен резные дубовые лари и червонит бороды троих бояр, понуро сидящих на скамье, у двери в опочивальню.

Воевода Семен Никитич Алтухов — средних лет дородный мужчина с белесым от времени шрамом, пересекающим левую щеку, — ходит из угла в угол по домотканому ковру, застилающему весь пол горницы. Из открытых дверей крестовой палаты [1]

Другие книги автора Михаил Дмитриевич Каратеев

Автор знакомит нас с главными событиями из жизни нескольких удельных княжеств в эпоху раздробленности Руси и татаро-монгольского ига, с жизнью Белой и Золотой Орды.

Это уникальное по насыщенности и увлекательное художественное повествование, охватывающее более чем полувековой период нашей истории, начиная с первой половины 14 столетия.

В 1958 году, в Буэнос-Айресе, на средства автора, не известного в литературном мире, вышел тиражом в тысячу экземпляров исторический роман «Ярлык великого хана», повествующий о жестоких междоусобицах русских князей в пору татаро-монгольского ига, жертвой которых стал молодой князь Василий Карачевский. Впрочем, немногие из читателей, преимущественно земляков, могли вспомнить, что Каратеев уже печатался как очеркист и выпустил документальные книги о судьбе русских эмигрантов на Балканах и в Южной Америке. Аргентина (заметим, как и весь субконтинент) считалась, и, вероятно, не без оснований, некоей культурной провинцией русского зарубежья. Хотя в результате второй мировой войны, по крайней мере вне волны повторной эмиграции – из Китая и Балкан (с их центрами в Харбине и в Белграде) – выплеснулись широко, от Австралии до Южной Америки, литературными столицами по-прежнему оставались русский Париж (правда, заметно ослабевший) и русский Нью-Йорк (во многом усилившийся за его счет). Поэтому удивительно было появление в далеком Буэнос-Айресе романа М. Каратеева, вызвавшего восторженные отклики критики и читателей в тех русских диаспорах, куда он мог попасть при скромности тиража...

Шестнадцатилетняя полоса почти беспрерывных войн закончилась в 1375 году полной победой великого князя Дмитрия Ивановича. Самый сильный из его соперников, князь Михаил Александрович Тверской, вынужден был смириться и признать себя «молодшим братом» Московского князя.

Настоящей книгой заканчивается пятитомная историческая эпопея, которой я дал общее название «РУСЬ И ОРДА». Она повествует об эпохе, очень скудно освещенной в нашей литературе, и охватывает целое столетие истории Руси и смежных с нею государств, в их политическом и бытовом взаимодействии, – ибо только такой подход к прошлому обеспечивает правильное его понимание.

Михаил Каратеев (1904–1978) рассказывает о попытке в 1930-е годы группы русских эмигрантов, в которую входил и он, заняться сельским хозяйством в Парагвае. Впервые книга напечатана в Буэнос-Айресе в 1972 году.

Популярные книги в жанре Историческая проза

Иногда мне, как малым детям,

снится, будто летать умею.

Но охвачены болью плечи,

как отхлестанные кнутом.

Крылья заживо обрубили,

значит, душу мою убили,

и швырнули меня на землю,

в непринявший, чужой мне дом.

Но рассвет зажигает свечи,

на плечах заживают шрамы,

и довольно раскинуть руки,

чтоб в пречистое небо лететь.

Я ребенок малый. Я верю -

дочь простит и полюбит мама,

Цви Прейгерзон (1900—1969) – ведущий ивритский писатель СССР.

По профессии горный инженер, известный специалист и преподаватель, он с юности изучал иврит. За что и «отсидел» с 1949 по 1956 годы… Первая книга вышла уже в Израиле, в 1965 году. О его популярности в Израиле говорит уже тот факт, что в 2008 году его именем названа улица в Тель-Авиве, а книги постоянно переиздаются.

«Неоконченная повесть» – последняя книга писателя, – во многом автобиографична, рассказывает о жизни еврейской семьи на Украине в годы потрясений начала ХХ века.

Перевод с иврита сына писателя, Веньямина Прейгерзона.

Роман «Огненная арена» продолжает историческую тему в произведениях лауреата Государственной премии Туркменской ССР им. Махтумкули Валентина Рыбина. В нем раскрывается зарождение и становление социал-демократической партии в Туркменистане, приход в партию национальных кадров.

Роман создан на основе архивных документов и устных преданий о том беспокойном и грозном времени, которое разбудило туркменский народ, призвало к борьбе за свободу.

Маленькое мелодраматичное событие из бурной жизни базилиссы Феодоры.

Григорий Канович

ЗВОН УЗДЕЧКИ НА ЗАКАТЕ

Уже над Йонавой по-хозяйски кружили чужие самолеты, но не с красными звездами, как обычно, а с другими зловещими знаками на крыльях; уже на окраинах местечка открыто гуртовались повстанцы, которые опоясывали рукава белыми повязками, еще не обрызганными еврейской кровью, и со дня на день ждали желанных, пускай и смертоносных, перемен - прихода передовых частей немецкой армии; уже тяжелые, крытые брезентом грузовики с номерами другой армии, набитые нехитрыми гарнизонными пожитками, комсоставскими женами и детьми, в спешном порядке покидали военный городок в Гайжюнай и отправлялись обратно на Восток - туда, откуда они, непрошеные, пришли; уже на улицах и в лавках нельзя было услышать ни одного звука входившей в моду русской речи; уже благоразумные и осмотрительные евреи, обладавшие проверенным в веках чутьем на резню и погромы, оставляли свои дома и - кто пешком, кто на велосипедах, кто на повозках - подтягивались к границам Белоруссии; только отец, прикованный к швейной машинке, - несмотря на все грозные слухи и происшествия - ничего не замечал и продолжал себе, как и прежде, продевать в игольное ушко нитку, строчить и напевать под нос старинную еврейскую песню про портного, который шьет и шьет, но не может залатать свою недолю. Не замечал он ничего не потому, что не догадывался об опасности, и не потому, что бывший его подмастерье - дядя Шмуле Дудак, в начале сорок первого года благополучно отбывший в командировку на высшие чекистские курсы в Москву, своими россказнями задурил родне и не родне голову о мощи и непобедимости Красной Армии, а потому, что отец отказывался верить в то, что немцы такие изверги, какими их размашисто малевал неистовый Шмуле-большевик.

Что такое добро и зло? В чем смысл человеческой жизни? Что есть Бог? Автор

высказывает свою точку зрения о тайных причинах подготовки Первого крестового

похода, о движении крестоносцев, о зарождении духовных рыцарских орденов;

пытается найти ответы на извечные философские вопросы.

Предлагаемая читателю книга, написанная на историческом материале, на грани

жанров рыцарского романа и фэнтези, переносит читателя в конец эпохи «темных

веков», во Францию 90-х годов XI века. Главный герой, молодой шампанский рыцарь,

будущий основатель ордена Храма, оказывается на переднем крае противоборства

вселенских сил света и тьмы. Реальные исторические события и персонажи, интриги и

сражения, любовь и вера вплетены в героико-мистический сюжет этой романтической

саги.

Раскроем чудом сохранившуюся, чудом не сожженную старую папку с пожелтевшими страницами и полустертыми грифами: «Совершенно секретно» и «Хранить вечно»…

Из донесений секретного сотрудника «Запорожца»:

«22 марта 1941 г. Сообщаю, что 13 марта маршал Антонеску принял германского представителя Геринга и обсуждал с ним вопросы участия Румынии в войне Германии против Советского Союза. Подтверждаю, что все планы вторжения вермахта на Британские острова отложены до окончания войны против СССР. Говорят о приказе Гитлера, (вменяющего все русские заказы. Вальтер».

Три молодые женщины… две во Франции в мрачные дни немецкой оккупации, одна в сегодняшней Америке… и давняя тайна, которая их связывает, – в новой книге о любви и предательстве, прощении и искуплении автора всемирных бестселлеров «Забвение пахнет корицей» и «Жизнь, которая не стала моей» Кристин Хармель.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Книгу А. Алимбасва составили рассказы, написанные им в разные годы. Все они повествуют о человеке— о величии и смятении его души, об ошибках и взлетах на жизненном пути, который в итоге оказывается не таким уж длинным, как предполагает в молодости человек, и это помогает ему осознать ценность каждого мига своего пребывания на земле.

Издание осуществлено за счет средств автора.

Ответственность за идейно-художественный уровень издания несет автор.

Своя квартира

Глава 1

Я всё еще не привыкла, что мы опять живем вместе. И поэтому

очередное пробуждение с маминой помощью приводило меня в непонятное

чувство. Вроде бы всё правильно, но в то же время я понимаю, что что-то

явно не так. Или было не так.

-Вик, просыпайся! В школу опоздаешь! – в дверном проеме появилась

мама. Ее выкрашенные в блонд волосы были накручены на бигуди. Один глаз

В поэме «Про это», утверждая великую силу любви, Маяковский страстно развенчивает мещанство, проникающее в семейные отношения и комкающее своими грязными лапами самое высокое и благородное чувство, данное человеку природой.

Борк ушел из банка последним. У него была привычка наводить порядок в кассовом зале, хотя этим вполне могли утром заняться уборщицы.

На одном из столов валялись испорченные небрежным заполнением формуляры — из тех, на обороте которых есть листок копировальной бумаги. Очень удобные формуляры: сразу получалась карбонная копия. И чего только не приходилось любопытному Борку читать на копиях, выброшенных клиентами…

Вот сейчас — Борк даже не сразу сообразил, что означают слова, синей диагональю идущие по второму листу формуляра: «В моем кармане — револьвер. Быстро и не привлекая внимания передайте мне всю наличность».