Россия и Черт

Аркадий БЕЛИНКОВ

КНИГА ПЕРВАЯ

Россия и Черт

Глава 1

СКЕПСИС С СЕРЬЕЗНОЙ МОТИВИРОВКОЙ

1

Темная, с красными пятнами держава лежала в яме Земного шара. Дымные облака с багровыми брюхами клубились над громадным се телом. По дну ямы, заросшему древними папоротниками и хвойными породами, топали коваными сапогами, и медный гул брел по чугунному чреву Земли.

По краям ямы густо стояли стражи, и зарево пожарищ кровавило железо, зажатое в их когтистых руках.

Другие книги автора Аркадий Викторович Белинков

Аркадий БЕЛИНКОВ

Человечье мясо

Глава I

Они искали меня, чтобы зарубить топором.

На чердаке они поймали кошку и съели ее. Сырую без соли.

Сыпалась на письменный стол в кабинете штукатурка.

Когда, выпоров брюхо, из кошки тащили кишку, она кричала длинно и тонко.

Из погреба они орали: "Это все барахло: переводы из французских декадентов".

Им отвечали с чердака: "Ищи, ищи, там самое место и есть. Некуда им больше деваться. Как найдете, идите к нам кошку хавать".

Аркадий Викторович Белинков

(1921-1970).

СДАЧА И ГИБЕЛЬ СОВЕТСКОГО ИНТЕЛЛИГЕНТА.

ЮРИЙ ОЛЕША.

СОДЕРЖАНИЕ

Я пришел домой...

Образ мира

Первая книга о Толстяках

Поэт и Толстяк

Цветок, садовник, узник и каменщик

Проглоченная флейта

"Собирайте металлолом!"

Смерть поэта

Я ПРИШЕЛ ДОМОЙ...

Я пришел домой и увидел на двери нашей комнаты приколотую записку. Вот что там было написано:

Аркадий Викторович Белинков

(1921-1970).

ПОБЕГ

Возвращение к прозе

Название этой части книги - "Склонен к побегу" - взято из лагерного формуляра.

После освобождения в 1956 году Аркадий Белинков перестал заниматься прозой. Он переключился на литературоведение. Воспользовавшись послаблениями в идеологической политике 60-х гг., он успел написать две книги: "Юрий Тынянов" (о лояльном художнике) и "Сдача и гибель советского интеллигента. Юрий Олеша" (о сдавшейся творческой личности). Это были работы уже зрелого мастера, в которых, как и в своих ранних вещах, он говорил о неизбежном конфликте между творческой личностью и властью, между поэтом и чернью. Книга о Тынянове вышла двумя изданиями и имела такой успех, что ее даже выдвигали на Государственную, тогда - Сталинскую, премию. Принять такую премию для Белинкова значило изменить самому себе. Он сел писать отказ. Чем бы это все кончилось, вообразить легко. К счастью, дальше выдвижения дело не пошло. Печатный станок для Белинкова опять на долгое время становился недоступным. В 1968 году он покинул страну. В США он занялся публицистикой. Начал работать над книгой о Солженицыне (о писателе сопротивляющемся). Читал лекции в университетах. И вернулся к прозе рассказом "Побег". Реальный побег привел к очередному делу - заочно. Аркадий Белинков умер 14 мая 1970 года, уверенный в том, что "Советскую власть уничтожить нельзя. Но помешать ей вытоптать все живое - можно. Только это мы в состоянии сделать. И это стоит того, чтобы бороться и умереть" (из обращения в ПЕН-клуб, 10 сентября 1969 г ).

Книга посвящена творчеству одного из крупнейших советских писателей — Ю. Н. Тынянова, автора широко известных романов и рассказов «Кюхля», «Смерть Вазир-Мухтара», «Пушкин», «Подпоручик Киже» и др. Читатель книги ознакомится с глубокими суждениями о русском и западном историческом романе, о связях исторического романа с литературой на современную тему.

Автор сосредоточивает пристальное внимание на материалах, используемых Тыняновым, и подчеркивает строгую документальность творчества писателя. Так, в частности, роман «Кюхля» построен на неизвестных ранее документах секретных архивов, личной переписке поэта и мемуарных источниках. В романе о Грибоедове «Смерть Вазир-Мухтара» Тынянов вводит читателя в самые сложные дипломатические и придворные интриги, в обстоятельства трагической гибели Грибоедова.

Первое издание книги было с большим интересом встречено читателем и получило высокую оценку в прессе.

«Распря с веком» — свидетельство двух человек о творческой жизни писателя Аркадия Белинкова (1921–1970) в советской России и за рубежом. О поворотах в его судьбе: аресте, эмиграции, ранней смерти.

Фрагментами своих опубликованных и неопубликованных книг, письмами и черновиками Аркадий Белинков сам повествует о времени, жертвой и судьей которого он был.

Наталья Белинкова, прибегая к архивным документам и своим воспоминаниям, рассказывает о самоотверженной борьбе писателя за публикацию своих произведений и о его сложных взаимоотношениях с выдающимися людьми нашего недавнего прошлого: Анной Ахматовой, Корнеем Чуковским, Виктором Шкловским и другими.

 Книга известного писателя А.В.Белинкова "Россия и Черт" составлена из произведений, отражающих все этапы трудной жизни писателя. В книге опубликован его первый роман "Черновик чувств", за который выпускник московского литературного института получил в 1943 г. 8 лет лагерей. В заключении Белинков продолжал писать. За эти свои достижения получил уже 25-летний срок… Недавно возвращенные наследниками писателя из архивов ФСБ, эти произведения печатаются в настоящем издании.

Аркадий БЕЛИНКОВ

Роль труда

[в процессе превращения человека в обезьяну]*

Акт I

Кабинет начальника отделения пропаганды и агитации. Большая комната, вдоль стен которой расставлены стулья. В глубине сцены, в центре, огромный письменный стол. Слева от него столик стенографисток. Две двери, справа и слева. Сцена пуста. Утро.

(Входит Редактор)

Редактор. Что случилось? Почему такая экстренность?

(Быстро входит обозреватель по международным вопросам правительственной

Аркадий БЕЛИНКОВ

Материалы следственных дел

Следственное дело № 71/50. 1944 г.

Следственное дело № 57/52. 1951 г.

Уголовное дело № 299. 1968 г.

Следственное дело № 71/50. 1944 г.

ПОКАЗАНИЯ ОБВИНЯЕМОГО АРКАДИЯ БЕЛИНКОВА

Народный Комиссариат Государственной Безопасности СССР

Управление НКГБ по Московской области

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

Допрос начат в 20 час. 30 минут 1944 г. января мес. 31 дня. Окончен в 4 час. 00 минут 1/II 44 г. Я, зам. нач. 2-го отделения Следотдела УНКГБ МО капитан Новиков* допросил в качестве обвиняемого

Популярные книги в жанре Юмористическая проза

Франтишек Павел, по фамилии Конечный, прослыл отцом убогих и обиженных. И вот за какие подвиги…

Известный немецкий профессор в своем обширном труде, недавно увидевшем свет, попытался доказать, что знаменитый греческий ученый-математик Архимед погиб вовсе не при захвате Сиракуз, а десять лет спустя, в городе Риме…

Дореформенное издание сборника рассказов издательства «Дешевая юмористическая библиотека журнала „Новый Сатирикон“», 1914 г.

Я гляжу на них сверху вниз… И не потому, чтобы я их презирал, а просто я выше их, хотя и сижу в кресле: Лиля высотой не более аршина, Котька — вершка на два выше. Каждый из них опирается обеими руками о моё колено, и оба не мигая глядят в мои бегающие глаза.

— Я у Шуры книжку видел, — сообщает Котька и умолкает, ожидая, чтобы я спросил: «Какую?»

— Какую?

— Называется: «Мальчик у Христа на ёлке».

— Мда-а, — неопределённо мычу я. Молчание.

Написано для межфорумного конкурса рассказа «Легенды осени».

Дамы и господа! Вы решили пожениться. То есть, связать себя по рукам и ногам, чтобы потом все это рвать зубами. К Вашим услугам мы — лучшее в мире праздничное агентство «СВАДЬБА ПОД КЛЮЧ»! И вы его себе воткнете.

Только у нас вы сможете испытать крепость брачных уз, то есть, как сильно невеста зажмет жениха ногами.

Кроме свадеб, мы организуем старушачьи юбилеи, похороны домашних животных, пьянки, запои, писк баб на лужайке, а также торжественные ковыряния в носу пальцем и в ухе ваткой.

Однажды к нам в дом забрались дикие пасюки. Каким образом? Обыкновенно — зашли через входную дверь, как и все нормальные люди. Дело было летом: тополиный пух, жара, июнь — поэтому было открыто все, что можно было открыть. Если бы они постучались, мы бы расстелили ковровую дорожку, наладили небольшой оркестрик, а так….

Утром дочь сосредоточенно ветрела в руках объеденную до состояния палочки кисточку для смазывания сковородки. Сначала я ничего не поняла: неужели коты, усиленно откармливаемые дедом, настолько оголодали? Кисточку пришлось выбросить и купить новую, которую тоже сгрызли плюс наглый длинный хвост, неспешно уползающий в угол. Вот тогда я и заподозрила — у нас завелся кто-то лишний, и срочно собрала совет.

Сегодня дочь решила, что ее крысы замерзают, поэтому у меня забрали обогреватель. Все правильно, я-то не крыса.

Почему так? Имеется в виду, почему я с обогревателем? Особенности национальной отопительной системы: в прошлом году мы в помощь к печке поставили электрический котел, по настойчивому требованию деда небрежно отмахнувшись от насоса. Зачем нам насос? Нам насос не нужен, вода сама по трубам будет бегать. Она у нас такая вода — волшебная.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Александр Белинский

Привет из будущего

Однажды еще в далеком детстве мне довелось увидеть HЛО.

Стоп! Hе нужно занимать позу внимательного человека, начинать поддакивать и осторожно расспрашивать не было ли чего-то подобного у моих предков, сколько и что я пил накануне и как быстро завязал. В то далекое время я был примерным пионером, не познавшим еще ни разу вкуса алкоголя, не верившим ни во что метафизическое и потустороннее и обо всем честно рассказывавшим взрослым. Просто было лето, я куда-то шел по пионерскому лагерю и вдруг увидел над верхушками сосен, ряды которых начинались сразу за его территорией нечто серебристое, по форме напоминавшее тарелку диаметром метров десять, совершенно беззвучно летевшее в сторону Днепра со скоростью чайки, размореннной безжалостно палившим солнцем. Как и положенно ребенку я испугался, застыл на месте и крикнул что-то невразумительное. Мой крик услышала только пионервожатая, но пока она добежала до меня звуки моего испуга иссякли. Поначалу она подумала, что в окресностях лагеря опять появлися сексуальный маньяк, о котором ходили легенды еще с прошлого заезда. Его не раз видели девочки, перед которыми он выскакивал из лесу, снимал штаны и видомо делал что-то еще, но во-первых эти пионерки тотчас же поднимали невообразимый визг, во-вторых сразу отворачивались и удирали и в третьих ни одна из напуганных так и не поведела никому что же она видела еще. Согласно тем же легендам маньяка однажды чуть было не поймал погнавшийся за ним физрук, но тому удалось вовремя прыгнуть в Днепр и скрыться в камышах. После этого он либо завязал с этим занятием, либо нашел для себя другой пионерлагерь. Hо то, что это не маньяк пионервожатая вскоре сообразила и сама. HЛО какую-то долю секунды побывав в нашем поле зрения скрылось где-то за обрывом. Hесколько секунд мы оба стояли как вкопанные, после чего вожатая потянула меня в медпункт, где нам обоим померяли температуру, давление, дали каких-то капель, но внимательно никто выслушивать не захотел. За тот день я несколько раз пересказывал все увиденное другим пионерам, но они уже раскусив мою склонность к преукрашиваниям поверили мало. Заинтересовался лишь один очкарик, зачитывавшися всякой научно-фантастической чепухой. По его мнению увиденное мною никак не походило на визит инопланетян, а высказанная версия запомнилась мне навсегда: "Это была машина времени! Ты просто в будущем, когда ее изобретут, захотел посмотреть на себя в детстве..."

– Дэзи... Я не перенесу ее потери! Дэзи – мой лучший друг... Я так одинока...

Гражданка Шмеман вытерла кружевным платочком красные подслеповатые глаза и длинный нос.

– Уверяю вас, – продолжала она, жалобно всхлипнув, – что это дело рук профессора Вагнера. Я сама не раз видела, как он приводил на веревочке собак в свою квартиру... Что он делает с ними? Боже! Мне страшно подумать! Может быть, моей Дэзи нет в живых... Примите меры, прошу вас!.. Если вы не сделаете этого, я сама пойду в милицию!.. Дэзи, моя бедная крошка!..

– Прямо от станции идет через весь поселок большая улица – Советская. По ней вы и идите. Дачи окончатся, начнется полевая дорога, идите по ней мимо спортивной площадки вниз, к речке. У самой речки и будет деревня Стрябцы. Идите по улице налево до конца деревни. Второй дом слева – обратите внимание на огромные дубовые ворота – это и будет моя дача. Хозяйка, Анна Тарасовна Гуликова, летом живет на мельнице. А до мельницы рукой подать. На всякий случай вы сходите к хозяйке на поклон – она женщина строгая. Скажите, что вы приехали ко мне в гости, будете ночевать, и что я приеду попозже.

Спольдинг вспомнил счастливые, как ему казалось, минуты, когда он положил в портфель аттестат об окончании политехнического института.

Он инженер-механик, и перед ним открыт весь мир. Для него светит солнце. Для него улыбаются девушки. Для него распускают павлиньи хвосты роскоши витрины магазинов, для него играет веселая музыка в нарядных кафе, для него скользят по асфальту блестящие автомобили.

Правда, сегодня все это еще недоступно для него, но, быть может, завтра он возьмет под руку голубоглазую девушку с ярко-пунцовыми губами, сядет с ней в блестящий автомобиль, поедет в лучший ресторан города.