Рейволюция. Как это было на самом деле

Книга рассказываете рождении и развитии русского рейва – одного из главных достижений русской культуры XX века. В основу книги легли интервью участников техно-движения 1990-х годов.

Отрывок из произведения:

Денис Одинг (промоутер): Не знаю… Думаю, что все началось с того, что я познакомился с Олегом Назаровым. Дело было на каком-то рок-концерте.

Олег Назаров (промоутер): В 1990 году мы с Денисом Одингом искали сквот. Я тогда как раз вернулся из армии. Мастерскую найти было несложно. Существовала целая технология: ты с самого утра берешь фомочку, выходишь на улицу и, задрав голову, ходишь, смотришь на дома. Если в здании окна не горят и разбиты стекла, значит, дом расселяют. Ты заходишь в парадную, выбираешь заброшенную квартиру, вскрываешь ее фомочкой, ставишь железную дверь – и все! Теперь у тебя есть бесплатная мастерская в центре города. Ну может быть, еще начальнику жэка дашь пузырь из валютного магазина “Березка”.

Популярные книги в жанре Контркультура

Книга Марка Дери, известного американского публициста, "Скорость убегания: киберкультура на рубеже веков" посвящена широкому спектру явлений киберкультуры. Автор рассказывает о связи киберкультуры 90-х годов с контркультурой 60-х, о влиянии компьютерных технологий на становление целых направлений искусства - электронной музыки и роботокультуры. Отдельные главы книги посвящены компьютерному боди-арту, проблеме сексуальных отношения в Интернете и перспективе появления киборга. Анализируя отдельные книги, картины, инсталляции и практики, автор пытается разобраться с тем, какими путями современная кнберкультура приведет человечество к управлению эволюцией человеческой природы.

Маша медленно закрыла глаза и сняла с себя блузку.

Мой мозг, справившись с огромной дозой адреналина, пустился в теоретические рассуждения на тему увиденного. Говорят, что Бог, с готовностью отдав нам запретный плод знаний, все же успел включить в сделку страх и смущение. Я лично всегда смущаюсь, когда снимаю с себя майку, даже если на меня никто не смотрит. Более того, даже если никого и в комнате нет. Почему-то сразу вспоминаются приемы у школьного врача, когда всех заставляли раздеваться и самые худые всегда застывали в нерешительности, боясь стать объектом насмешек всего класса. Я был как раз одним из тех худых, прижатых к стене парней. Когда нас выставляли в шеренгу на уроке физкультуры, я стоял вторым с конца по росту, последним был парень, у которого было не все в порядке с организмом и он перестал расти когда ему было двенадцать. В те времена, стоя у стены, медленно расстегивая пуговицы на толстой школьной рубашке, я неизменно чувствовал себя самым низким существом на свете. Для меня физическая слабость была синонимом слабости душевной. Эти рослые, спортивные, сильные, загорелые ребята казалось никогда не испытывали сомнений, им никогда не было плохо, они никогда не сожалели, они просто подходили и брали, ничуть не задумываясь о природе своего дара. А я в это время вдавливался в стену, боясь упасть и этим привлечь к себе внимание.

One

Ты понимаешь, они сами не знают, чего хотят. Начинаешь о чем-то мечтать шутки ради, просто так, чтобы о чем-то помечтать. А через год-другой ты уже забываешь о том, что придумал эту мечту, она вырисовывается, как самая настоящая симулакра из Бодрийара, вырисовывается в нечто. Симуляция без объекта симуляции, она замыкается сама в себе и становится твоим смыслом жизни. Бам! Теперь ты уже живешь для достижения мечты, которая никогда тобой толком не была понята, ты живешь симуляцией своей жизни. Как компьютерная игра, в которую ты играешь, и думаешь, что сыграешь немного и все, будешь жить нормально, но игра затягивает, ты играешь так долго, что в конце уже не можешь провести грань между игрой и жизнью. В конце концов все эти вопросы, которые мы задавали пока вырастали… на них так и не получены ответы, на них нельзя найти ответа, так и получается, что любой ответ лучше чем ничего.

Я поехал в Англию брать интервью у пионеров Power Flying с глубочайшим чувством обиды на своего редактора. За последний десяток лет я повидал такое количество "прогрессивных" видов спорта, что мой интерес к ним пропал навсегда. Самые, казалось бы, безумные идеи сегодня находят воплощение в новом виде спорта. Поначалу вся эта тенденция была хотя бы нова, но со временем приелась.

Хотя, конечно, с редактором не поспоришь — пришлось браться за работу. Про Power Flying я никогда в жизни не слышал, поэтому стал наводить справки еще в Москве. И сразу же узнал, что про Power Flying из моих коллег тоже никто ничего не знает. "Значит редактор бросил меня на какой-то неперспективный проект", проносилось в моей голове. Поэтому я решил не забивать себе мозги "серьезной подготовкой" и прямиком направился на интервью с Майклом Киннерсом и Роном Дювье, основоположниками Power Flying.

Сновидец, сплетающий сны — Сказитель, Ваятель звука, культовая фигура для миллионов людей, лишенных дара сновидения, — отправляется в Царство снов, чтобы встретиться с сон-шаманом по имени Санискан и получить от него могущественную целебную историю, с ужасом он узнает, что шаман уничтожен, а его место заняла колдунья Талис, загадочное существо, сотканное из тьмы и дурманящего соблазна. Она завлекает Сновидца обещанием открыть ему чудодейственный язык сирен, способный менять сознание, и помогает ему осознать его самое сокровенное желание: сложить сверх-историю, в которой сольются все первозданные стихии. Но сначала он должен исполнить смертельную миссию для таинственной чародейки.

Книга, которую критики назвали «Рэгтаймом XXI века».

Роман-калейдоскоп, в котором сложно и тонко переплетаются судьбы наивной деревенской девчонки и звезды, страдающей анорексией, невротика-ученого, разочаровавшегося в хипповых идеалах шестидесятника, обаятельного пофигиста «поколения X» и астронавта легендарного «Аполлона-13».

Роман, буквально впитавший в себя дух конца XX века — во всей его полноте и многогранности, во всем трагизме и фарсе.

Однажды в одной стране жили люди. Они катались на трамваях, ходили в цирк, стояли в очередях. У них почти все было, как у нас.. Пятиэтажные дома и темные подъезды. Лестничные клетки и тесные комнатки. Папиросы «Беломор-канал», конфеты «Золотой ключик», полные жмени семечек. Облигации государственного займа, сложенные вчетверо и лежащие в комоде, в стопках глаженного белья.

Это были очень счастливые люди. Насколько могут быть счастливыми те, кто ходит вниз головой.

Рассказ признанного мастера постмодернисткой фантастики.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Книга Михаила Ахманова «Сладкое без сахара» адресована не только диабетикам, но и всем, кто желает по той или иной причине ограничить потребление углеводов и жиров. Для человека, не страдающего диабетом, избыток сладкого и сдобного тоже вреден, так как быстроусвояемые углеводы переходят в жир. Ожирение ведет к сердечно-сосудистым заболеваниям, диабету и другим недугам. Лучшая защита от ожирения – физическая активность и здоровая пища, которая может быть очень вкусной даже без сахара и с минимальным количеством жиров. Автор дает ряд полезных советов по питанию и приводит множество рецептов сладких блюд, которые готовятся на сахарозаменителях, с использованием ржаной муки, фруктов и ягод. Пироги, торты, печенье, конфеты, салаты, варенье, компоты и взбитые сливки – все это есть в нашей книге. Прочитав ее, вы убедитесь, что даже человек с сахарным диабетом может не отказываться от лакомств.

Эпатаж – их жизненное кредо, яркие незабываемые эмоции – отрада для сердца, скандал – единственно возможный способ существования! Для этих неординарных дам не было запретов в любви, они презирали условности, смеялись над общественной моралью, их совесть жила по собственным законам. Их ненавидели – и боготворили, презирали – и превозносили до небес. О жизни гениальной Софьи Ковалевской, несгибаемой Александры Коллонтай, хитроумной Соньки Золотой Ручки и других женщин, известных своей скандальной репутацией, читайте в исторических новеллах Елены Арсеньевой…

Ревнует – значит, любит. Так считалось во все времена. Ревновали короли, королевы и их фавориты. Поэты испытывали жгучие муки ревности по отношению к своим музам, терзались ею знаменитые актрисы и их поклонники. Александр Пушкин и роковая Идалия Полетика, знаменитая Анна Австрийская, ее английский возлюбленный и происки французского кардинала, Петр Первый и Мария Гамильтон… Кого-то из них роковая страсть доводила до преступлений – страшных, непростительных, кровавых. Есть ли этому оправдание? Или главное – любовь, а потому все, что связано с ней, свято?

Ревнует – значит, любит. Так считалось во все времена. Ревновали короли, королевы и их фавориты. Поэты испытывали жгучие муки ревности по отношению к своим музам, терзались ею знаменитые актрисы и их поклонники. Александр Пушкин и роковая Идалия Полетика, знаменитая Анна Австрийская, ее английский возлюбленный и происки французского кардинала, Петр Первый и Мария Гамильтон… Кого-то из них роковая страсть доводила до преступлений – страшных, непростительных, кровавых. Есть ли этому оправдание? Или главное – любовь, а потому все, что связано с ней, свято?