Реванш двоечников

Кузнецов Илья

Реванш двоечников

РЕФОРМА родного языка, о которой сейчас так много говорят, не может не вызывать у всякого нормального человека одного из двух возможных откликов: "за" или "против". Однако прежде все же возникает естественный вопрос: "А кому и зачем все это нужно?" Об этом размышляет известный литературный критик, действительный член Академии русской современной словесности Михаил ЗОЛОТОHОСОВ.

Hовояз-64 не прошел

Другие книги автора Илья Андреевич Кузнецов

Илья Кузнецов

ДОЖДЬ

Пролог.

Дождь, грязь и крысы - всё, что он осознавал. Для него, теперь было понятно только одно - то, что вокруг, то, что вне и то, что в нём - не хорошо. Весь мир сводился к определению "нехорошо". Льющийся дождь постепенно смывал грязь с его лица. Капли дождя попадали в открытые глаза, но он не чувствовал этого, он больше ни чего ни чувствовал. Он не знал, что жизнь его близка к концу. Тьма постепенно проникала в мозг. В его сознании медленно угасали дождь, грязь и крысы ... Туман, лишь туман и ни чего более. Сквозь эту завесу шёл человек, держа на плече лопату. Потёртые джинсы, грязный белый свитер и резиновые сапоги, ни чего примечательного. Он шёл устало, ни спеша. Было тихо и спокойно. Под ногами чавкала грязь вперемешку с опавшими листьями, нарушая тишину. Создавалось впечатление, будто смысл жизни это бродить здесь, в тумане, вдыхать прохладный воздух, который бывает в лесу после дождя, и ни о чём не думать потому, как и нет ничего. За окном, небо какой уже день было серым, лил дождь, нагоняющий тоску. а кровати, стоящей рядом с окном, лежал парень лет восемнадцати. Глаза открыты, но в них не было видно рассудка. Парень просто лежал с открытыми глазами, ощущая, как накатывается волна за волною то чувство, которое он испытывал не раз, когда героин растекался в крови по всему его телу. В голову постоянно лезли мысли о смерти, об убийстве, о боли и горе. От этого у него сильно болела голова. Он не хотел думать, но он не мог с этим ни чего поделать. "Смерть, боль, смерть, боль..." Дождь сказал, что нет в нём более смысла, ему не зачем творить. Он теперь просто сам по себе и дорога его быть. Быть везде, ни говоря, ни шепча, оставляя жаждущих, ни давая, ни чего. Он видел всё, но он не осознавал что это, он просто не может, ему всё равно, он не хочет. И он стал людьми, он теперь был всеми живущими на земле. Омывая каждую минуту мир, он был, но это были не слёзы, это была его сущность.

Популярные книги в жанре Языкознание

 

Слава Бродский

 

 

Релятивистская

концепция

языка

 

Научно-литературная композиция

 

Manhattan Academia

 

Слава Бродский

Релятивистская концепция языка

Manhattan Academia, 2007 – 120 c.

Ĉi tiu elektronika Proverbaro Esperanta estas kopiita ĉefe de la unua plena eldono aperinta en 1910.

Mi aldonas la Antaŭparolon de Zamenhof patro el la unua kajero (1905) de planita seria eldono, kiu devis aperi paralele kun la kvarlingva versio. Tiun tutan entreprenon, al kiu la aŭtoro volis ankoraŭ aldoni latinan kaj hebrean partojn, haltigis lia morto. Lia Antaŭparolo emfazis la multlingvan aspekton de lia projekto, kiu tamen pluvivas preskaŭ nur en sia Esperanta versio, kaj ĝi cetere menciis rusajn «kapvortojn,» kiuj ne plu vidiĝis en la eldono de 1910, kvankam al ili ankoraŭ ŝuldiĝas la vicordo de la proverbgrupoj.

La nur esperantlingva Proverbaro de 1910 aperis kun «alfabeta registro» aŭ indekso de temoj, kiel klarigite en la Antaŭparolo de Zamenhof filo.

Miaopinie, la aldono de temvortoj en la ĉefparto faras ĝin iom pli legalloga, do mi aldonis tiajn vortojn, prenante ilin el la indekso. Mi aldonis laŭnumeran registron post la alfabeta. Notu, ke kvankam la plej multaj proverbgrupoj havas po unu temvorto, kelkaj tute ne havas (la indekso preterlasis ilin), kelkaj havas po du, kaj unu havas tri. Menciinde, la temoj grandparte ne tradukas la kapvortojn de Zamenhof patro.

Krom la aldono de temvortoj kaj korekto de evidentaj preseraroj, mi ŝanĝis la aranĝon de la proverboj per tio, ke mi donis al ĉiu apartan decimalan numeron interne de ties grupo. En la eldono de 1910, ĉiu grupo staras simple kiel numerita alineo.

Havi la Proverbaron en elektronika formo prezentas diversajn avantaĝojn por esplorado, sed kompreneble la uzanto transskribu ĝin al papero laŭplaĉe kaj laŭ ebleco.

Ĉiu bonvolu uzi kaj kopii ĉi tiun Proverbaron laŭdezire, ŝanĝante formaton kaj/aŭ aranĝon kiel oportune.

Karl Pov

Postnoto: Dank’ al atenta provlegado de Harri Laine, kiu mem elektronikigis la Proverbaron laŭ iom alia aranĝo, aperas korektoj en ĉi tiu eldono ĉe proverboj 15.05, 154.05, 173.01, 316.01, 354.01, 456.01, 457.01, 504.01, 505.03, 529.01, 922.01, 961.03, 1067.01 kaj 1215.01.

Изучение лексики по отдельным тематическим группам представляет собой один из возможных и оправдавших себя путей этимологического исследования тюркских заимствований в русском языке. Это связано с особенностями каждой лексической группы, которые соответственно требуют применения также разных методических приемов. Так, тюркские по происхождению названия растений в русском языке характеризуются рядом специфических особенностей, которые необходимо учитывать при их этимологизации.

Славянские названия птички Passer, развивающие основу *vorb‑/*verb‑[1], единодушно трактуются составителями этимологических словарей, начиная с Фр. Миклошича, как явления ономатопеической в своих истоках природы[2]. При этом Ст. Младенов, а вслед за ним авторы «Болгарского этимологического словаря» прямо указывают на звукоподражательный индоевропейский корень *u̯er‑ ‛говорить, издавать звуки и т. п.’, давший впоследствии (вместе со своими апофоническими вариантами и детерминативными продолжениями) весьма многочисленные лексические образования в языках практически всех индоевропейских языковых групп.

Слав. *skotъ (ст.-слав. скотъ κτῆνος, ζῷον, болг. скот ‛скот’, с.-хорв. ско̏т, словен. skòt ‛детеныш животного, приплод’; др.-чеш. skót, чеш. skot ‛крупный рогатый скот’, польск. skot, кашуб. skœt, в.-луж., н.-луж. skót, полаб. sküöt; др.-рус. скотъ ‛скот’, ‛имущество’, ‛деньги, подать’, ср. скотьница

Слово суве́ли мн. ч. ‛сугробы’ было записано во время одной из экспедиций Московского Диалектологического Атласа в 1955 г. в деревне Великое Село Шольского района Вологодской области[1].

Лексема суве́ли еще не привлекала внимания этимологов, она не зафиксирована в диалектных словарях русского языка и не имеет соответствий в других славянских языках.

Слово суве́ли пополнило собой группу терминов с приставкой *sǫ‑

Анализ семантики славянской метеорологической терминологии показывает, в частности, что сфера понятий, относящихся к пасмурной, дождливой погоде, облакам, тесно соприкасается со сферой понятий, связанных с процессами скисания молока, брожения пива, кваса, теста и т. д.

На это указывают, например, значения продолжений праслав. *kys‑, kvas‑: смол. ква́ситься ‛становиться пасмурным, покрываться облаками (о небе, погоде)’ (Филин 13, 159), псков. квас

Андрей Бычков – один из ярких представителей современного русского авангарда. Автор восьми книг прозы в России и пяти книг, изданных на Западе. Лауреат и финалист нескольких литературных и кинематографических премий. Фильм Валерия Рубинчика «Нанкинский пейзаж» по сценарию Бычкова по мнению авторитетных критиков вошел в дюжину лучших российских фильмов «нулевых». Одна из пьес Бычкова была поставлена на Бродвее. В эту небольшую подборку вошли избранные эссе автора о писателях, художниках и режиссерах, статьи о литературе и современном литературном процессе, а также некоторые из интервью.

«Не так много сегодня художественных произведений (как, впрочем, и всегда), которые можно в полном смысле слова назвать свободными. То же и в отношении авторов – как писателей, так и поэтов. Суверенность, стоящая за гранью признания, нынче не в моде. На дворе мода на современность. И оттого так много рабов современности. И так мало метафизики…» (А. Бычков).

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Юрий Кузнецов

"Николай и Мария"

Наш постоянный автор поэт Юрий Поликарпович Кузнецов впервые предстает перед читателями журнала "Москва" как прозаик.

Человек не ведает, как совершаются судьбы Господни. Даже самое проницательное сердце, особенно женское, может только догадываться об этом.

В предутренние сумерки поезд остановился, и на перрон спрыгнули двое дюжих парней в пятнистом. У одного на плече висел тощий рюкзак защитного цвета, а другой нес в опущенной руке пышную красную розу в прозрачном целлофане. На малое время роза привлекла внимание станционного служителя. "У спецназа свои причуды", - хмыкнул он и отвернулся. Двое в пятнистом вышли на привокзальную площадь, где стояла серая машина, а в ней зевал водитель, Мишка-дергунец, свой человек.

Константин Кузнецов

Милостивый единорог: Притяжение бездны.

История 2

Голые безжизненные поля тянулись далеко за горизонт, теряясь в Ирвинских лесах. Узкая извилистая речушка голубой лентой отделяла свободные земли от владений монастыря святого Эльда, и казалось, что темный лес по ту сторону ленных владений монахов, притягивает к себе ночь. Словно пытаясь растянуть удовольствие, вечерний сумрак, медленно, окутывал здешние края, и лишь бродяга ветер, позволял себя кружить по округе, не страшась тьмы.

Кузнецов Леонид Михайлович

Стопроцентный американец:

Исторический портрет генерала Макартура

{1}Так обозначены ссылки на примечания. Примечания в конце текста книги.

Аннотация издательства: Генерал Дуглас Макартур - один из самых видных деятелей американской истории новейшего времени. По выражению одного из ученых, его жизнь - это "одно из наиболее объемных зеркал", в котором отразилась целая эпоха. Следует добавить, что "зеркало" это было американцем, и "отражение", возникшее в нем,- специфическим, именно американским. Этим и интересна для нас личность генерала Макартура, до сих пор чтимого у себя на родине в качестве национального героя.

Леонид КУЗНЕЦОВ

ОПЕРАЦИЯ БЕЗ НОЖА?

"Мы видели, как руки вошли в тело больного и показалась кровь. Четыре пальца врачевателя пронзили живот мужчины. Затем двумя или тремя пальцами он осторожно проткнул череп пациента, каждый раз вынимая оттуда окровавленные кусочки ткани и сгустки крови. Снова и снова мы старались увидеть, как блеснет на свету скальпель или появится выражение боли на лице оперируемого. Но ни скальпеля; ни перемены лица не было. Пациент не испытывал ничего, что вызывало бы напряжение, он сам спокойно наблюдал за работой врачевателя. Через три минуты он встал с ложа. Когда он проходил мимо нас, мы прикоснулись к его лбу, надеясь обнаружить след раны. Кожа была чистой.