Разговор с молодым другом

Автобиографическая книга штангиста-тяжеловеса, чемпиона мира 1957 года Алексея Медведева.

Отрывок из произведения:

На протяжении всей моей спортивной жизни и особенно когда удалось завоевать титул чемпиона мира ко мне приходили десятки и сотни писем. Авторами этих писем, как правило, была молодежь — учащиеся, рабочие, колхозники, воины Советской Армии и Флота. Все они задавали одни и те же вопросы: как добиться успехов в спорте? Нужно ли родиться богатырем, чтобы стать чемпионом? Ответом на эти вопросы и служит данная книга. Главная цель, которую я ставил перед собой, работая над ней, состояла в том, чтобы показать нашей молодежи, что любой человек может достигнуть в спорте самых больших высот. Нужны лишь трудолюбие, настойчивость и дисциплина.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

«Гражданская оборона» — культурный феномен. Сплав философии и необузданной первобытности. Синоним нонконформизма и непрекращающихся духовных поисков. Борьба и самопожертвование. Эта книга о истоках появления «ГО», эволюции, людях и событиях, так или иначе связанных с группой. Биография «ГО», несущаяся «сквозь огни, сквозь леса...  ...со скоростью мира».

В своё время Евгений Лукин любил повторять, что Боря Штерн просто обязан написать "Штернтиментальное путешествие", а я, как человек, отработавший два года грузчиком в магазине, должен создать "Мои универсамы".

Памятуя, что лучше поздно, чем никогда, я взялся за это сочинение.

Выкладываю воспоминания в том порядке, как они пишутся. Потом всё будет перекомпановано и возможно написаны связки, чтобы текст не слишком рассыпался.

В одной из лекций Аверинцев говорил о Ареопагите "это не философия, не литература, а шире — культурное событие!не совсем философия, не совсем поэзия, а и то и другое". Именно таким событием и был сам Сергей Сергейевич Аверинцев!

Однажды на Афоне я разговаривал с отцом Иеронимом о тех неожиданных внутренних переменах, которые я в себе ощущал по мере того, как вникал всё больше и больше в учение Православной Церкви. Эти перемены и новые ощущения удивляли и радовали меня. Разговаривая так, я дошёл до мысли, что было бы полезно поделиться когда-нибудь с другими этой историей моего «внутреннего перерождения». Отец Иероним согласился, но прибавил: «При жизни вашей печатать это не годится. Но оставить после себя рассказ о вашем обращении — это очень хорошо. Многие могут получить пользу, а вам уже тогда не может быть от этого никакого душевредительства». Потом он, весело и добродушно улыбаясь (что с ним случалось редко), прибавил: «Вот, скажут, однако «а Афоне какие иезуиты: доктора, да ещё и литератора нынешнего обратили».

Автор — еврей, что в глазах многих ставит под сомнение объективность анализа им антисемитизма. И автор — русский социалист, решительный противник коммунистической диктатуры, что тоже в глазах многих ставит под сомнение объективность анализа им советской действительности. Это обычно аргументы для людей с готовыми, предвзятыми мнениями, отмахивающихся от фактов, не укладывающихся в привычную для них схему мысли.

Работа эта вышла в свет в 1951 году по-английски вместе с более значительной по объему работой автора «Политика национальностей и еврейский вопрос в СССР». Обе вместе образуют большой том: «Евреи в Советском Союзе», опубликование которого по-русски — при теперешнем состоянии русского книжного рынка вне СССР — невозможно.

В настоящем издании работа несколько дополнена, в частности, в нее включен подробный анализ всех доступных данных об эвакуации евреев в Советском Союзе в годы 2-й мировой войны. Вопрос этот прямого отношения к теме об антисемитизме не имеет. Но широко распространенное заграницей мнение о проводившейся будто бы советским правительством политике спасения евреев, находившихся под угрозой истребления их Гитлером, является, может быть, главной основой ложных представлений о действительном состоянии вопроса об антисемитизме в Советском Союзе: можно ли допустить мысль о поощрении или хотя бы о толерировании антисемитизма советским правительством, если это правительство проявило такую исключительную активность в деле спасения евреев?

Менделеев в юности был тяжело болен, и врачи приговорили его к смерти. Предполагали, что у него последняя степень чахотки: время от времени у него горлом шла кровь. Тогдашние врачи долго не могли распознать истинной причины этих кровотечений. А их вызывал совсем не смертельный и, при известных условиях, даже не очень опасный порок сердечного клапана. В автобиографических заметках, написанных уже под старость, Менделеев вспоминал об этой врачебной ошибке ворчливо, но благодушно. Однако представьте себе печально обнаженные стены лазарета Главного педагогического института в Петербурге, где учился Менделеев. Представьте себе худощавого, голубоглазого юношу, ослабевшего от потери крови и еще хуже чувствующего себя от пребывания в постели. Неподвижность его угнетает. Он много читает и пишет- больше, чем разрешают больничные правила. Только это примиряет его с неприветливыми стенами больницы.

Владимир Бахтин

Судьба писателя Л. Добычина

"...одно высокопоставленное лицо учило меня приобретению перспектив. Под перспективами оно подразумевало "не одно же плохое, есть хорошее"..." В этих едких словах - весь Добычин, талантливый и своеобразный прозаик с трудной литературной судьбой, в чем-то предваряющей судьбу Михаила Зощенко. Оба были сатириками, обличителями, в многоликом мещанстве видели силу, враждебную человеку, культуре. И, как нередко в тогдашние времена, авторов стали отождествлять с их героями, самих писателей обвинили в тех нравственных изъянах, которые они высмеивали и осуждали. Литература о Добычине более чем скудна: несколько убийственно грубых и несправедливых рецензий, краткие доброжелательные упоминания в мемуарах В. Каверина. Л. Рахманова. Г. Гора и недавняя, очень содержательная заметка в "Огоньке" Марины Чуковской. О рецензиях нечего и говорить, достаточно прочитать названия - "Позорная книга". "Об эпигонстве": "...книга Добычина - хилое, ненужное детище, весьма далекое от советской почвы" ("Октябрь", 1936, № 5)...

Книга Веры Звездовой «Атом солнца», посвящена актеру театра и кино Сергею Безрукову, рассказывает о начале его творческого пути и первых громких работах в кино и театре.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В книге известного искусствоведа Жана-Поля Креспеля занимательно повествуется о повседневной жизни художников, творчество которых составило целую эпоху в мировой живописи. Художники-импрессионисты (а к их числу автор относит Э. Мане, К. Моне, Йонгкинда, Сислея, Писсарро, Сезанна, Дега и др.) предстают перед читателем не в ореоле своей неувядающей славы, а в суровой повседневности будней, в периоды безденежья, неприкаянности, бездомности. Мы узнаем, как и кто покупал у них картины, как складывалась их личная жизнь, из-за чего они ссорились и как дружили.

Бленде тринадцать лет, Эрику — десять, Тура — мама — воспитывает их одна. Отец, когда дети были еще маленькими, решил отправиться в Америку попытать счастья и обещал забрать семью туда, но вестей от него они больше не получали. Жив ли он, помнит ли он их? Бленда на это надеется и пишет ему письма (которые некуда отправить). Тура же решает попробовать быть счастливой дома и дать детям то, чего они лишились, и поэтому однажды они переезжают жить на маленький остров, к смотрителю маяка. Смогут ли дети найти с ним общий язык? Как примет детей этот человек? Жизнь семьи изменилась, но смогут ли измениться они сами, чтобы жить по новым правилам? Повесть «Маяк и звезды» адресована детям среднего и старшего школьного возраста.

Великий романтик и гуманист Клиффорд Саймак заставляет нас задуматься о непреходящих ценностях, имеющих поистине вселенское значение. Безгранично веря в Человека, его разум и возможности, он заражает этой верой читателей и заставляет их увидеть волшебную красоту мира. Впервые под одной обложкой и в хронологическом порядке издаются все лучшие рассказы Мастера.

Содержание:

Марсианин. (Перевод К. Королева)

Страшилища. (Перевод К. Королева)

Детский сад. (Перевод Д. Жукова)

Разведка. (Перевод Норы Галь)

Театр теней. (Перевод С. Васильевой)

Спокойной ночи, мистер Джеймс. (Перевод А. Горбунова)

Свалка. (Перевод О. Битова)

Изгородь. (Перевод В. Баканова)

Ветер чужого мира. (Перевод А. Корженевского)

Подарок. (Перевод 3. Бобырь)

Мираж. (Перевод О. Битова)

Пыльная зебра. (Перевод Д. Жукова)

Кимон. (Перевод Д. Жукова)

Через речку, через лес. (Перевод И. Можейко)

Эволюция наоборот. (Перевод О. Битова)

Зеленый мальчик с пальчик. (Перевод Н. Колпакова)

На Землю за вдохновением. (Перевод И. Почиталина)

Сосед. (Перевод О. Битова)

Упасть замертво. (Перевод Вл. Романова)

Ван Гог космоса. (Перевод С. Васильевой)

Без своей жизни. (Перевод П. Кириллова)

Однажды на Меркурии. (Перевод Н. Рахмановой)

Куш. (Перевод Д. Жукова)

Отец-основатель. (Перевод Л. Жданова)

Мир, которого не может быть. (Перевод И. Можейко)

Денежное дерево. (Перевод И. Можейко)

Операция «Вонючка». (Перевод Н. Евдокимовой)

Коллекционер. (Перевод А. Корженевского)

Воспителлы. (Перевод Е. Вансловой)

Необъятный двор. (Перевод А. Ставиской)

Торговля в рассрочку. (Перевод И. Гуровой)

Специфика службы. (Перевод Л. Жданова)

Когда в доме одиноко. (Перевод С. Васильевой)

Достойный противник. (Перевод О. Битова)

Поведай мне свои печали… (Перевод О. Битова)

Золотые жуки. (Перевод А. Новикова)

«Сделай сам». (Перевод Д. Жукова)

Сила воображения. (Перевод О. Битова)

Прелесть. (Перевод Д. Жукова)

Дурак в поход собрался. (Перевод Д. Жукова)

Все ловушки Земли. (Перевод С. Васильевой)

Дурной пример. (Перевод С. Васильевой)

Фактор ограничения. (Перевод Н. Евдокимовой)

Игра в цивилизацию. (Перевод Т. Гинзбург)

Дом обновленных. (Перевод Норы Галь)

Мир «теней». (Перевод К. Кузнецова)

Ведро алмазов. (Перевод С. Барсова)

Кто там, в толще скал? (Перевод О. Битова)

Строительная площадка. (Перевод К. Королева)

Грот танцующих оленей. (Перевод А. Корженевского)

Составитель: Александр Жикаренцев

Серийное оформление художника: А. Саукова

Серия основана в 2001 году

Энтони Берджесс — известный английский писатель, автор бестселлера «Заводной апельсин», экранизированного режиссером Стэнли Кубриком, и целого ряда книг, в которых исследуется природа человека и пути развития современной цивилизации.

Роман-фантасмагория «Доктор болен» — захватывающее повествование в традициях прозы интеллектуального эксперимента. Действие романа балансирует на зыбкой грани реальности.

Потрясение от измены жены было так велико, что вырвало Эдвина Прибоя, философа и лингвиста, из привычного мира фонетико-грамматических законов городского сленга девятнадцатого века. Он теряет ощущение реальности и попадает в клинику. Чтобы спастись от хирургического вмешательства в святая святых человека — мозг, доктор сбегает из больничного ада и оказывается среди деградирующих слоев лондонского дна конца двадцатого века, где формируются язык и мышление нового времени.