Разговор о Нзерекоре

Марк Беленький

Разговор о Нзерекоре

Последний раз я искушал Потапова по телефону. Сахар Медович, я пел соловьем и вился хитрым змием. Борис посмеивался. Такая у него манера посмеиваться.

Я корил Потапова эгоизмом, обвинял в злостном сокрытии от общественности интересных фактов его биографии. Я ссылался на прецеденты. Вот вышла книга поляка Аркадия Фидлера о Гвинее, где четко сказано: "Нзерекоре - это влажные дебри плюс сплошные чудеса". Так неужели не настала пора самому Борису рассказать о Нзерекоре и его чудесах читателям!

Популярные книги в жанре Современная проза

Владимир Полин

Путевые заметки или неотправленные письма к Маше.

Hабрано под "Scooter"

17.02.99 [07:25]

Тосно. Спали в подъезде. Вчера зависали у человека в Павловске, там мощнейше накурились. Давно меня так не пёрло. Решили ехать во Владик.

17.02.99 [19:08]

Трубников Бор. За весь день - один водитель. Подвёз с выезда из Тосно до Любани.

У меня мёрзнут ноги, руки. У Жени ноги мокрые. Hикто не останавливается. Просили еды в деревне - отказ. Все ссылаются на её отсутствие всвязи с задержками зарплаты.

Андрей Полонский.

"Зеркало реальности"

Перечень ненормального

1.

Это пришло из детства. Точнее, из отрочества, из ранней юности. Когда авторитеты уже поколеблены, но еще не рухнули. Самое пленительное время. От размышлений пухнет голова, на улице весна, в голове гудит любовь. Hа повестке дня - перечень ненормального. Они уверенно утверждают: делай, так положено! "Кем положено?" - кротко спрашиваешь ты и получаешь под зад могучей отцовской рукой. Во все времена этот процесс назывался "социальной адаптацией" и шел он, как признают авторитеты, тем успешнее, чем тяжелее была рука. Клеймо на плече, думал ты, - лучшее средство против бунта. Зачем постоянно бить детей, уж лучше их уродовать.

Евгений Попов

Три песни о перестройке

С прологом, эпилогом и эпиграфом

Послушай, о, как это было давно.

А. Вертинский

Пролог

Один честный коммунист все время боролся против властей за правильный коммунизм, отчего практически постоянно сидел в тюремном замке, хотя первый раз его посадили только тогда, когда он сказал, что новая экономическая политика (НЭП) должна продолжаться вечно.

Далее он был против и других мероприятий партии и правительства. В частности. Потому что никогда не отрицал благородства поставленной конечной цели - правильного коммунизма, шествия всего народа, состоящего из отдельных коммунистов, к сияющим вершинам, где всем нам дано будет вкусить и райской жизни, и вечного блаженства. "Как море белопенное с его волной, будет вершиться правильная жизнь теперь уже практически во все времена - и ныне, и присно, и во веки веков!" - думал коммунист, веря во все хорошее на ледяных нарах либо распластавшись под тяжестью нечеловеческого труда, организованного коммунистами посредством системы учреждений Главного управления лагерей (ГУЛАГ).

Михаил ПОПОВ

ИСПЫТАНИЕ

Во дворе на Васю не обращали внимания. Не били, но и не любили. Ему позволено было путаться под ногами, бегать за мячом, улетевшим с футбольного поля в овраг за бараками, стоять за спинами старших пацанов, играющих в карты или в чику. Вася благоговел перед лидерами двора. Рыжим Собакиным, цыганом Зазой и сыном милиционера Сашкой. Он не смел обратиться к ним с вопросом. Был бы рад подружиться с кем-нибудь из ребят помельче, но даже третьеклассники, видя, как с ним обращаются старшие, обращались с ним так же.

Кэтрин Энн Портер

ГАСИЕНДА

Уже ради одного того, чтобы посмотреть, как Кеннерли оккупирует поезд, битком набитый темнокожим народцем, стоило заплатить за билет. Мы с Андреевым бездумно плелись вслед за этим колоссальным тараном (вполне обычного роста - Кеннерли был разве что на голову выше среднего индейца, зато его духовное превосходство в эту минуту не поддавалось учету), прокладывавшим себе дорогу сквозь вагон второго класса, куда мы впопыхах влезли по ошибке. Теперь, когда истинно народная революция (да будет благословенна ее память!) пробушевала и отгремела, в Мексике переименовывали все и вся - по большей части, чтобы создать видимость улучшения всеобщего благосостояния. И как бы вы ни были бедны, непритязательны или скаредны, вам не ехать в третьем классе. Вы вольны ехать в веселом, хоть и безалаберном, обществе во втором или степенно, с удобствами - в первом, ну, а если раскошелитесь, можете не хуже какого-нибудь состоятельного генерала с Севера раскинуться на царственном бархате пульмана. "Красота-то какая - ни дать ни взять пульман", - так обычно выражает свой восторг мексиканец побогаче... В этом поезде пульмана не было, иначе нам бы его не миновать. Кеннерли путешествовал с размахом. Свободной рукой разрезая толпу, другой - рывками подтаскивая дорожную сумку и портфель разом, он напористо пробивался вперед с брезгливой миной на лице, дабы ни от кого не укрылось, как оскорбляет его вонь, "такая густая, - по выражению Кеннерли, - что хоть ложкой ее хлебай", которой несло от кавардака, где смешались обмочившиеся младенцы, загаженные индюшки, отчаянно визжащие поросята, кошелки с провизией, корзинки с овощами, тюки, узлы с домашним скарбом; однако, несмотря на всю неразбериху, каждая кучка жила своей отдельной жизнью, лишь изредка из самой ее гущи со смуглых радостных лиц скользили по проходящим глаза. Радость их никакого отношения к нам не имела. Они радовались тому, что могут сидеть-посиживать, и даже ослика не надо нахлестывать, их и так привезут куда надо, они за час проедут столько, сколько раньше едва успевали пройти за день, да еще поклажу приходилось тащить на себе... Пожалуй, ничем не нарушить их тихого восторга, когда они наконец рассядутся среди своих пожитков и паровоз, этот загадочный, могучий зверюга, легко помчит их километр за километром, а ведь прежде им с таким трудом давался здесь каждый шаг. Шумливый белый человек их не пугает: они уже успели привыкнуть к нему. Для индейцев все белые на одно лицо, им не впервой встречать этого расходившегося мужчину, светлоглазого, рыжеволосого, бесцеремонно проталкивающегося сквозь вагон. В каждом поезде имеется один такой. Если им удается оторваться от своих всегда таких захватывающих дел, они провожают его глазами; без него им поездка не в поездку.

Общение с манипулятором похоже на прогулку по минному полю – никогда не знаешь, где подорвешься.

Не смогли отказаться от просьбы начальника, потому что «только вы сможете справиться с этой задачей»? Терпите своего партнера, ведь «с таким характером, кроме него, вы никому не нужны»? Жертвуете собой, чтобы не упасть в глазах друзей? Если вам знакомы эти ситуации и вы часто испытываете стыд, вину и одиночество – вы подорвались на мине манипулятора.

Доктор Саймон почти 30 лет изучает проблемных личностей и знает все о методах эффективной борьбы с ними. Автор уверен, что в арсенале манипуляторов десятки приемов и тактик, с помощью которых они пользуются добротой, состраданием, любовью и надеждой жертвы, оставляя взамен страхи и сомнения. Эта книга поможет вам изучить ловушки манипулятора, чтобы никогда в них не попадаться.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Он не хочет признавать, что делает тебе больно. Для него нормально повышать голос, оскорблять или применять силу. Он ни во что не ставит твое мнение. Он не остановится, пока ты сама не прекратишь это безумие.

Советы, изложенные здесь, помогут распознать абьюзера и вооружат вас инструментами самозащиты, физической или психологической, от агрессивных и контролирующих мужчин. А также позволят скорректировать негативное поведение партнера, если он готов меняться.

Миллионы людей в мире подвергаются физическому и эмоциональному насилию. Это семейные разборки или притеснение на работе, нападение на улице или стрельба в школе. Даже если кажется, что тема насилия вас не касается, это не так. Криминалисты утверждают: лишь 1 % преступников оказывается за решеткой. Как понять, стоит ли доверять человеку из своего окружения? Не является ли он абьюзером и домашним тираном? Джо Наварро, профайлер ФБР, написал эту книгу, чтобы помочь простым людям защититься от токсичного влияния. Он разделил опасных личностей на четыре психотипа, объяснил мотивы их поступков и дал четкие описания, как вычислить таких людей и противостоять им.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Юрий Белгородский

БЕСПОЛЕЗНАЯ ПЛАНЕТА

Сергей положил руки на рычаги управления и повернулся к Коре.

- Готова? Следи внимательней за режимом четвертого двигателя.

В иллюминаторах поверхность планеты поползла вбок, потом вверх. Корабль развернулся кормой к земле, завис на несколько секунд и стал медленно опускаться, вонзаясь огненным ножом реактивных струй в зелень планеты. Медленно выдвинулись суставчатые лапы опор и корабль встал в центре черного круга, выжженного в траве.

Юрий Белгородский

ПАЛАЧ

Аникин работу свою считал хотя и простой, но очень ответственной. Сам тоже был человек простой, "от сохи", как он любил выражаться, и поэтому признавал простые правила жизни и поведения.

В пище он был неприхотлив, очень уважал наваристый украинский борщ, который ему чуть ли не ежедневно готовила жена, к работе относился серьезно, хотя частенько приходилась задерживаться до утра, что было довольно утомительно. Форму свою содержал в порядке: сапоги всегда до блеска начищены, непременно свежий подворотничок, для чего в сейфе вместе с оружием держал иголку с ниткой и чистое полотно.

Юрий Белгородский

ПРЕРВАННОЕ ИСПЫТАНИЕ

- Это наша новая модель, - с гордостью сказал Паркинс. Специализированный робот Супер-15. Вот, поглядите, - он откинул крышку на груди робота, неподвижно лежавшего на передвижном монтажном столе. - Нам удалось почти все узлы счетно-решающего устройства разместить в голове, а в туловище и в конечностях остались лишь вспомогательное оборудование и сервомоторы. Это дало возможность смонтировать более эффективное боевое оружие. Надеюсь, это в ваших интересах, господин полковник.

Юрий Белгородский

СТОЛЬ ДОЛГОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ

Перед глазами у Шарова плавали красные круги, на лбу вздулись жилы и пульсировали в такт часто бьющемуся сердцу. Не хватало кислорода и возможности сделать вдох не было. Он все давил и давил, упираясь ногами в края покореженной обшивки и разноцветное сплетение оборванных проводов.

Сколько он сможет выдержать без дыхания? На море под водой он мог пробыть три-четыре минуты. Но разве можно было сравнить свободное парение над цветным калейдоскопом дна и теперешнюю ситуацию?