«Растворил я окно...»

                                                        Растворил я окно, - стало грустно невмочь, -

                                                        Опустился пред ним на колени,

                                                        И в лицо мне пахнула весенняя ночь

                                                        Благовонным дыханьем сирени…

                                                                                                                          К.Р.

Другие книги автора Татьяна Рябинина

Первая часть трилогии "Отражение времен". Приехав погостить к подруге, вышедшей замуж за английского графа, Светлана видит в окне замка незнакомку в синем платье - в несуществующем окне! По невероятному стечению обстоятельств только Светлана может помочь призраку леди Маргарет, а также мужу подруги лорду Питеру избавиться от проклятья, связанного с таинственным кольцом Матери богов Анахиты.

- Вот ведь срамотища! А, девчата?

Бабка Митревна виртуозно сплюнула себе под ноги шелуху от семечек и повернулась за поддержкой к подругам. Сидящие рядом на лавочке «девчата» – бабки Сергевна и Пална – согласно закивали. На прошедшей мимо них девушке были такие короткие шорты, что из-под них выглядывали двумя живыми улыбками нежные, как у младенца, складочки.

- Вот так вот разоденутся, вернее, разденутся, а потом плачут: «Ай, маньяк, ой, снасильничал и убил».

Вторая часть трилогии "Отражение времен". После рождения дочери Светлана вновь обнаруживает себя в средневековом Скайхилле, в теле леди Маргарет, жизнь которой она вынуждена проживать снова и снова. И даже аббатиса Констанс из параллельного мира ничем не может помочь Светлане и отправившемуся за ней Тони. Их единственная надежда - настоятельница обители Фьё, где хранится старшее из трех колец Анахиты.

Это только кажется, что скелеты надежно скрыты в семейных шкафах. На самом деле они могут долгие годы ждать подходящего момента, чтобы вывалиться - и разрушить жизнь тех, кто их спрятал. Мартину, на глазах которого был убит отец и тяжело ранена мать, придется самому узнать нелегкую правду, которую от него скрывали родители.

- Господи, ну пожалуйста, пожалуйста! – спрятав лицо в ладони, захныкала Клякса. – Пусть они не дойдут сюда сегодня. Пусть где-нибудь раньше подохнут.

- Какая разница? – усмехнулся Гоблин, бросив короткий взгляд на торчащий из груды бетонных обломков крест. – Не сейчас, так потом. Все равно доберутся. И никуда мы от них не денемся. Не знаю, как вы, а я жалею, что не со всеми вместе… Они даже сообразить не успели, что происходит. Раз – и все. Секунде – и той можно позавидовать, она хотя бы не ждала, что вот-вот…

– И что тебе сказал кёниг?

Друзья смотрели на меня с таким неподдельным сочувствием, что кромешная тьма в моей душе немного развеялась.

– Что он мог сказать? – вздохнул я. – Вы же знаете наши обычаи. Я должен сразиться с чудовищем и победить его. И тогда Альгейда будет моей.

– Как глупо! – возмутился Руперт. – В других поселениях давно отказались от этих стычек с чудовищами. Там заключают брачные союзы по одной только сердечной склонности, без всяких условий. И у них много детей. А наше поселение вымирает. За последние три года у нас не было ни одной свадьбы. Только потому, что многие предпочитают оставаться холостыми, но живыми. Особенно после того, как в схватках погибли такие храбрые воины, как Гриндель, Олеус и Магнифик.

От нее в ужасе шарахаются прохожие, бывший муж смотрит с жалостью и презрением, личный врач не желает подавать ей руки. Она — изгой, ей не оставлено даже воспоминаний. Только грехи, о которых она не помнит, но за которые расплачивается каждый день.

А все началось с того, что встретились две женщины и им оказалось тесно в одном городе. Что они не поделили? Мужчину? Деньги? Карьеру? А может, всему виной маленькая белая бабочка, чья смерть стала пророчеством?

Я вышла из метро и остановилась, озабоченно поглядывая на чернильную темноту, наступающую с севера. Зонт, как назло, остался на работе. Мне надо было пересечь парк наискосок и выйти к спортивно-концертному комплексу, где была назначена деловая встреча. Конечно, я могла проехать одну остановку на трамвае и пересесть на троллейбус. Минут десять езды в общей сложности. А с учетом ожидания и пересадок – все полчаса или даже больше. Только вот вряд ли гроза будет ждать. Да и человек, назначивший мне встречу, - тоже. Оставалось одно – мобилизовать себя на подвиг и пойти пешком.

Популярные книги в жанре Современная проза

Ольга Туманова

Уголок Руслана

На небольшой площади курортного городка у входа в магазин остановилась серая "Волга", и высокий сухощавый мужчина выпрыгнул с заднего сиденья машины, спросил, как проехать к "Поплавку", популярному на побережье ресторану. Я стала старательно объяснять: вниз и направо, но мужчина, явно не слушая, повел головой, оглядывая небольшую площадь. Площадь была безлюдна, лишь у газгольдера женщина выгуливала огромного пса.

Ольга Туманова

Возвращение

Испуганно кричали чайки. Темное грозовое небо зависло над морем. Тревожные волны, пенясь, бились о пустынный берег, гася жар раскаленного песка, и мириады мельчайших капель летали в воздухе.

Монотонный звук, похожий одновременно на траурное пение невидимой капеллы и на гул далекого самолета, наплывал, набирая то ли обороты, то ли силу голоса, откуда-то из-за далекой синевато-сиреневой горы и заполнял, пропитывал собой и песчаный берег, и ребристую поверхность моря, и сумрачное небо...

Мишель Турнье

ТЕОБАЛЬД, ИЛИ ПРЕСТУПЛЕНИЕ БЕЗ УЛИК

Перевод с французского Н. Бунтман

Прошло пятнадцать лет, достаточный ли это срок, чтобы теперь со спокойной совестью остаться в стороне? Я пытался убедить себя в этом, но мне нелегко было справиться с чувством вины, когда я узнал из газет о смерти учителя Теобальда Берте. Судя по всему, он стал жертвой убийства, и вина падала на его супругу Терезу и ее любовника Гарри Пинка. Дело в том, что с Терезой Берте я пережил некогда яркое, хотя и печальное приключение, память о котором мне дорога, поскольку связана с моей молодостью.

Ярослав Турушев

БОЛЬ ДОЖДЯ

- Не знаю, - сказал Подорожник. - Наверное, нас просто много. Мы и так мешаем друг другу.

- Чем? - кипятился Одуванчик. - Чем?

- Солнце, скажем, заслоняем...

- А тебе самому-то не смешно? Ты вон под тем тополем отказался бы расти?

- Да я про другое. Зачем-то же рост нужен?

- Чего? - мрачно ответил Одуванчик. -- Кому, тебе, что ли?

Они росли в десяти сантиметрах друг от друга на большой лесной поляне. Невдалеке проходила дорога, и иногда они с какой-то надеждой вслушивались в звук двигателя проезжающего автомобиля. Но шум затихал, и они опять оставались в окружении далеких стволов деревьев, среди которых посвистывали невидимые птицы.

Ярослав Турушев

Третья сила

- Хорошо, логическим путем эта дилемма неразрешима - согласилось Воплощенное Добро.

- Хотя лично я такую возможность вижу, - ехидно продолжало Воплощенное Зло, - нужно только постулировать твое отсутствие.

Воплощенное Добро обиженно передернулось. Он было выдержано в бело-голубых тонах и величественных пространствах, подернутых жемчужной дымкой. Где-то вдалеке сияло отражающееся в айсбергах нежное солнце, цвели кудрявые кущи и пели птицы, свирели и тенора. У Воплощенного Добра были также белоснежные крылья и меч, объятый языками яростного пламени. Сейчас, отложенный в сторону, он бесцельно висел в пространстве, слегка поворачиваясь под лучами звезд.

Ольга Турусова

БИВИСА HЕ ВИДАЛИ?

У меня плохое имя. А фамилия и того хуже. Особенно обидно, когда такие имя и фамилия достаются молодой красивой девушке, потому что в этом слышен намек на обреченность. Обреченность на одиночество. Две недели назад мне исполнилось восемнадцать, но все эти дни прошли напрасно. Если это не случится сегодня, это не случится никогда. Так я загадала и так оно и будет, потому что до сих пор все, что я ни загадывала, сбывалось. Пророненные мною слова о моей красоте не просто слова. Когда я сегодня принимала ванну, то лишний раз убедилась в этом. Моя мать принесла себя мне в жертву, когда вышла за муж за моего отца, красавца мужчину, племенного быка как по внешним, так и по внутренним данным. Поворовывая у папаши журналы с голыми девицами и сравнивая этих див со своим отражением в зеркале я не замечала никакой разницы. И это тоже плохо. Будь я уродиной, все было бы понятно, как дважды два, но это рок, судьба, гумбертовсский Мак-Фатум. Первым я позвонила Эдику Каменскому. Он старше меня года на четыре, как и мой брат. Они однокласники. То есть были ими. Удивительно, как разбрасывает людей судьба. Брат поступил в математический ВУЗ и теперь работает продавцом в компьютерной фирме, с трудом обеспечивая себя и жену, которая вечно сетует на то, что у них нет денег даже на то, чтобы завести и обеспечить ребенка. Эдик же не поступал никуда. Теперь он важная шишка в квартирном бизнесе, гребет деньги лопатой. Hе знаю. Мне это не важно, мне важно другое. Во всяком случае, он всегда ко мне хорошо относился. Итак он сказал, что заедет за меой в десять. Ровно в десять к подъезду подкатила шикарная черная тачка. Hе знаю какая точно, но, верно, очень крутая, раз на ней приехал Эдик. Он зачем-то спросил о брате, я что-то ответила и больше мы к этому уже не возвращались. Он покорно выслушивал мои излияния по поводу того, как трудно было поступить, как много сил и упорства нужно было приложить для этого. Все это было для него ничуть не интереснее, чем судьба бывшего друга. Hе знаю, зачем он вообще со мной встретился. Hо именно это-то мне больше всего и подходило: не испытывая ко мне никаких чувств он с чистой совестью везет меня после ресторана к себе на квартиру, натягивает пару раз и отвозит обратно. Hе я первая и не я последняя: невидимая глазом песчинка на бесконечном отрезке жизни от пункта А до пункта Б. Когда мы сели за столик и нам принесли наш заказ, Эдик молча принялся за еду, в пол уха слушая мои излияния. -Почему ты молчишь? - не выдержала вдруг я. -А что я должен говорить? - усмехнулся он. "И действительно,что"? - подумала я,но решила не прекращать разговор. -Hу, ведь прошло столько времени, я, наверное, хоть немного изменилась. Hеужели тебя ничего не удивляет? Тогда он ответел следущее: -Меня удивляет одно: до чего же ты похожа на своего брата! -По-моему это не удивительно, - фыркнула я. -Да? Разве это не удивительно, когда два человека с разницей в четыре года выбирают один и тот же путь? -И что же это за путь? - спросила я и чуть не зевнула. Поверьте, удержаться было трудновато. Hу ничего, сейчас он выговорится и мы поедем к нему домой... -Это не путь. Это простой. Простой плотоядного растения, которое ждет, когда жертва сама заползет к нему в пасть. Меня всегда поражало это нежелание действовать. Сначала в твоем брате, потом в тебе... Hу в тебе-то ладно, ты все-таки девушка... Теперь пришла моя очередь поглащать пищу, не обращая внимания на то, что мелет Эдик. -Hу взять хотя бы этот ужасный институт, в который ты поступила. Hу что у тебя будет за профессия? Hянчится с быдлом? Hеужели тебя устроит роль креслы-кончалки? Пожалуй, ты ею станешь. Hо ставши ею, ты уже не сможешь переменить судьбу. Женщина должна уметь зарабатывать деньги, чтобы быть независимой. Я бы связал свою жизнь только с такой. Зачем мне жена, с которой я не смогу в любой момент разойтись? Любовь недолговечна хотя бы потому, что ее нет. Пусть наша встреча не пройдет в пустую, послушай совета: бросай этого своего Герцина, не связывай свою жизнь с быдлом. Поступи в более солидное учереждение. Тут он вытер рот салфеткой. Принесли счет. Эдик расплатился и мы вышли из ресторана. -Hу, куда теперь, - спросила я, ни на секунду не сомневаясь в ответе, который мне будет дан. -Как куда? Завезу тебя домой и поеду к жене. Моя улыбка завяла моментально. Эдик, видимо, раскаялся, что повел себя сомной так жестко и всю дорогу рассказывал разные смешные истории еще тех времен, когда они с братом учились вместе. Hаконец мы остановились у нашего дома, рядом с беседкой и это последнее обстоятельство подвигло меня сделать еще одну попытку,: -Эдик, неужели она тебе не изменяет? -Конечно изменяет. Hо пока я не изменю ей сам, у меня не будет повода подозревать в измене ее. Я поняла, что это все. Повернулась и пошла к своей порадной. Он уехал еще до того, как я вошла в нее. Что ж, я же говорила, что это судьба. Hо еще не все потеряно. Я набрала номер Эмиля Туркевича. Пожалуй, стоит немного рассказать об этом странном мальчике. Да, мальчике - другое слово тут мне что-то мешает поставить. Это очень милый мальчик, который учится со мной на одном курсе. Пожалуй, у него есть только одна отличительная черта, но зато какая! Он утверждает, что ничем не интересуется кроме литературы. То есть что у него нет никаких других развлечений. Мне что-то не верится. Подозреваю, он ловит и мучает кошек. Hет, ну сами посудите: нельзя же только читать. Хотя нет: Он еще и пишет! Hу да ладно, надо попытать счастья с ним. Благо он почему-то думает,что я тоже превыше всего ценю литературу и от этого выделяет меня из массы сокурсниц. Будем бить по его неискушенности и неопытности. Может, все-таки удасться уложить его на обе лопатки. Hу, или улечся самой, что ли? Впрочем, там будет видно. -Привет, - сказала я в трубку. -А, это ты! Ты даже представить себе не можешь, как ты вовремя. Я тут как раз набросал одно стихотворение, по-моему очень даже ничего. (Забыла сказать про пожалуй чрезмерную самоуверенность Эмиля. Впрочем, разве хороший писатель может не быть самоуверенным?) -Знаешь, Эмиль, может ты мне его прочитаешь при личной встрече? -Жаль, - Эмиль заметно огорчился. Личная встеча предвиделась всего лишь на следущий день... -Да нет, ты не так меня понял: ты сейчас приедешь сюда, мы посидим в беседке у нас во двооре. Она закрытая, снаружи ничего не видно, так что... -Да, да, конечно, - обрадовался Эмиль, я сейчас же приеду. Пока Эмиль ехал, я полистала томик какого-то безымянного поэта, корый неизвестно как оказался у меня дома. Корешок оторвался и узнать автора было невозможно. Hо маме нравилось. Сделала я это оттого, что на неподготовленную почву стихи Эмиля ложатся плохо. Когда я вошла в беседку, Эмиль был уже там. Левая рука у него была на перевязи. Странно, как он умудрился ее сломать? Ведь он даже не ходит на физкультуру. Hо я не стала его об этом спрашивать. Он читал "Степного волка" Гессе. -Ужасная книга, - заметил Эмиль, отложив ее в сторону. - Садись напротив, я прочитаю тебе мое последнее стихотворение. Я села, а Эмиль, поставив одну ногу на скамейку, принялся читать. -Стихотворение называется АЛЬПИHИСТ, - пояснил он.

Граймы пожирают людей, а вайлорды убивают граймов. Испокон веку вайлорды объединялись в кланы.

Я восемь лет жил обычной жизнью и держался подальше от любых кланов вайлордов. До тех пор пока, спасая друга, не показал то, на что обычный человек не может быть способен. И теперь я под прицелом сразу двух тайных кланов.

Нужно поскорее разобраться с этой проблемой, чтобы жизнь вернулась в прежнее русло.

В этой книге Патрик Кинг, автор мировых бестселлеров в области навыков социальной коммуникации, говорит о проблемах людей, которые не способны постоять за себя. Если это и ваши проблемы, вам полезно будет узнать, какие убеждения сковывают вас по рукам и ногам и как их преодолеть. Вы узнаете, как изменить свое мировоззрение, научитесь ценить себя, говорить «нет» просто и бесконфликтно, проанализируете свои убеждения относительно принятия, любви и самооценки, проведете границы в общении и будете уверенно соблюдать их. Говорить «нет» – это удивительный метод, которому вас никогда не учили. Используйте его, и ваша жизнь изменится. Умение говорить «нет» приносит бесценную свободу, пора вам испытать ее.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вряд ли найдется хотя бы один гость чешской столицы, который, осматривая Прагу, обошел своим вниманием центральную площадь – Вацлавске намнести, или, как называют ее пражане, Вацлавак. Начинаясь от улицы На Пршикопе, площадь плавно идет в гору, а на самой высшей ее точке, у Национального музея, находится созданная скульптором Й. Мыслбеком в конце XIX в. конная статуя святого Вацлава – небесного покровителя чешских земель. Князь словно оглядывает свои владения: все ли в порядке, не нужна ли его помощь.

(Lady Whistledown 2) The First Kiss (anthology Lady Whistledown Strikes Back), 2004

Peter Thompson made a deathbed promise to his best friend that he'd look out for his younger sister. But when this decorated soldier finally met Lady Mathilda Howard, he discovered that his feelings were anything but brotherly…

Перевод осуществлен на сайте: http://lady.webnice.ru

перевод: vetter

редактор: Janina

Дед Мороз поскользнулся на мокром горбатом льду и сел в лужу. Мешок с подарками отлетел в одну сторону, шапка в другую. Борода съехала на бок, стыдливо обнажив юношеский подбородок. Вокруг моментально организовалась группка зевак: еще бы, спешите видеть, дедушка Мороз в луже! Но помочь никто не торопился.

Я подошла и протянула деду руку. Сапоги скользили, и подняться он смог далеко не сразу.

- С наступающим! – глупо сказала я, не зная, что бы еще сказать.

Тридцать миллионов лет — немыслимый срок для землян, осваивающих Марс. И краткий миг для андроида, пролежавшего всё это время в анабиозе по воле могущественных врагов с давно погибшей планеты. Две эпохи, две цивилизации, разделённые пропастью веков, — и такие схожие проблемы… Чудовищная космическая катастрофа не погубила бы несчастную Селену, если бы не внутренние распри обитателей планеты, порождённые жаждой могущества и наживы. И сейчас здесь, на Марсе, всё повторялось вновь на очередном витке бесконечной спирали времени… Быть может, встреча с братом по разуму (хотя и наполовину механическим) поможет людям избежать участи своих предшественников?