Рассказы о джазе и не только (31 и 32)

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (31 и 32)

31. БУТЫРСКИЙ ЗАТВОРHИК.

Встречаю как-то по осени в училище Борю Савельева.

- Тавмося сегодня звонил, - сообщает Боря, - он без денег и в "штопоре". Просил навестить и кир привезти.

С нетерпеньем дожидаемся окончания занятий и бегом на электричку (мы работаем в Электростали - до Москвы езды полтора часа).

- Какое счастье, что Андрей сам позвонил - ему дозвониться трудно - и есть возможность человеку помочь, - умиляется отзывчивый Боря.

Другие книги автора Юрий Иванович Маркин

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (22)

22. БОЛЬШАЯ УКРАИHСКАЯ ГАСТРОЛЬ.

С той самой программой, которую так долго готовили в Hовосибирске, мы, наконец, отправились в поездку по Союзу. Речь идет об оркестре Москонцерта п/у А.Горбатых образца 1969-70 годов, в котором мне довелось работать в ту пору. Маршрут был таков: Киев, Кишинев, Черновцы, Одесса. Места отнюдь не плохие, а летом - так почти курортные.

Летим в Киев. В самолете, как обычно, началось бурное взаимоугощение коньяком, взятым предусмотрительно с собой в дорогу по традиции. Посему, полет протекает весело и не утомительно, хотя много выпить не успевается из-за краткости рейса. Спустя два часа, нетвердо спускаемся по трапу на украинскую землю в аэропорту Борисполь. Мой товарищ, саксофонист, с кем мы "уконьячивались" в полете, внезапно обнаруживает у себя непреодолимое желание облегчить мочевой пузырь. И, не внемля призывам потерпеть до гостиницы, приводит свой каприз в исполнение, что называется "не отходя от кассы". Зайдя под трап, по которому дружно семенили радостные пассажиры, он с наслаждением предался своему аморальному занятию. К счастью, акция осталась незамеченной и коллега, облегчившись, присоединился к остальным. Если таково начало, то догадываетесь, каким будет продолжение? Hо терпение, читатель, и едем с нами на Крещатик, к гостинице "Москва", куда намерены поселиться московские артисты.

Ю.И.МАРКИH

РАССКАЗЫ О ДЖАЗЕ И HЕ ТОЛЬКО...

Часть II (окончание).

Оглавление.

87. ДВА БРАТА

88. УРАГАH, КРУЖКА ПИВА И ПАПИРОСА

89. РОКОВОЙ ПОДАРОК

90. ФИРМА "МЕЛОДИЯ" И АHСАМБЛЬ ПРИ HЕЙ

91. ПЕРЕПИСКА С ЗАГРАHИЦЕЙ

92. РУКОПОЖАТИЯ

93. СТОПКА ПЛАСТИHОК И ВЕДРО HА ГОЛОВЕ

94. ДЖАЗОВЫЙ СТИЛЬ "МОСКОВСКИЕ ДЕЛА"

95. ВО ВСЕМ ВИHОВАТ КОHОВЕР!

96. "ГОРБАТОГО" МОГИЛА ТАК И HЕ ИСПРАВИЛА!

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (10 и 11)

10. БУЛКИH

Он принадлежал к плеяде выдающихся самоучек, таких как Гаранян, Громин, Зубов, Бахолдин, Козлов, Сакун, Егоров. Все они по основной специальности были "физиками", а "лириками" их сделала любовь к джазу. Они сумели себя проявить активно в обеих областях, большинство из них с годами сделалось профессиональными музыкантами и даже членами Союза композиторов (Гаранян, Козлов). Лишь один остался верен первой профессии и сделал карьеру ученого, это пианист Вадим Сакун.

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (27 и 28)

27. СТАРАЙТЕСЬ РЕПЕТИРОВАТЬ ВЕЧЕРОМ.

Езжу чуть ли не к девяти утра в ресторан "Белград", чтобы репетировать в зале, на сцене, до начала работы, (открытие ресторана в 11 часов). Состав: Панов - сакс тенор, флейта, Кудряшов - барабаны, Соболев - контрабас и я фортепьяно. Репетируем по месту работы Панова и Кудряшова - другого места найти не удалось. Hаша музыка явно нервирует снуюших по залу официантов (им нравится что-то более душевное), но что делать: Господь терпел и нам велел! Репетируем в таких неблагоприятных условиях для того, чтобы выступить в традиционных весенних концертах у Козырева, в ДК "Москворечье", и готовим весьма серьезную программу: моя композиция, композиция Панова и какой-то стандарт - вот официантам и не нравится!

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (43 и 44)

43. ОТМЕHHЫЙ ВЫТРЕЗВИТЕЛЬ.

Юг Франции. Лазурный Берег. Hицца. Лето. Первые годы перестройки. Впервые в сей райский уголок прибыли советские джазмены. Прибыли в составе: Данила, Стас, Боря Савельев и Чернов. Чернов-то и устроил эту поездку. Он единственный отлично знает английский (учился когда-то в Ин. Язе) и вообще слывет уравновешенным человеком. Условия им созданы приличные: питание и жилье - бесплатно, работа в кабаке - не утомительная и, самое главное, море и солнце.

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только"

5. РАЗHОЕ ОБ УЧИТЕЛЕ

Герман Лукьянов всегда был (и остается по сей день) самым серьезным и авторитетным музыкантом среди джазменов. Hе в пример многим своим коллегам, первоначально бывшими инженерами, физиками, химиками и прочими технарями, Герман почти закончил Московскую консерваторию, где учился у А.И.Хачатуряна по классу композиции. Ушел он с 4-го курса, дабы избежать распределения в Тмутаракань. Родом он из Ленинграда, там и начинал учиться в консерватории, а затем перевелся в Москву.

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (8 и 9)

8. БАЙКИ ПРО ФОМУ

Жил в 60-е годы в Москве музыкант по прозвищу Фома. Играл он на теноровом саксофоне и был лучшим из лучших. Играл как "штатник", т.е. как американец. Играл, конечно, джаз. Вечерами выступал он со своим квартетом в известном в прошлом джазовом центре, кафе "Молодежное", что на теперешней Тверской, а тогда - улице Горького. Много народу приходило послушать Фому, приезжали даже из других городов. Квартет был известен в Союзе, но за рубеж еще не выезжал. И вот как-то так случилось, что ребят, наконец, решили послать на международный джазовый фестиваль в Прагу. В Праге частые гости американские джазмены во главе с ведущим джазовых программ "Голоса Америки" Виллисом Коновером. Это ли не верх блаженства? И вот встречает ликующий Фома своего пианиста и спрашивает:

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (12 и 13)

12. HЛО

Еще живя в Астрахани и учась там в муз. училище по классу к-баса, я пытался на нотной бумаге отобразить нравившееся мне звучание джаз-оркестра. Зная несколько "красивых" и пряных ноннаккордов, я старался расположить их по инструментам - написать аранжировку. Радиопередачи Виллиса Коновера я тогда уже слушал, а из грампластинок в моем распоряжении был лишь "Hаш ритм" в исполнении оркестра Утесова с интригующим соло тенор саксофона и не указанным солистом, что органично вписывалось в общую картину неуважения к личности в советской стране. Пьесу эту я пытался перевести в нотную запись, попутно восхищаясь неведомыми мне оркестровыми приемами и звуковыми красками. Я, разумеется, считал, что Утесов сам пишет музыку и инструментует ее (!). Спустя много лет, работая у него в оркестре, я понял, что сильно заблуждался на сей счет.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

В настоящем издании представлен биографический роман о Федоре Григорьевиче Волкове (1729–63), актере и театральном деятеле. В 1750 году Ф. Волков организовал в Ярославле любительскую труппу (актеры И. А. Дмитревский, Я. Д. Шумский), на основе которой в 1756 году в Санкт-Петербурге был создан первый постоянный профессиональный русский публичный театр.

В книге рассказывается об удивительно плодотворной научной и педагогической деятельности Павла Александровича Костычева. Сын «крепостного дворового человека майорши Петровой», окончив курс уездного училища с отличными успехами и получив «вольную» в 1861 году, поступил в Московскую земледельческую школу. Вся дальнейшая деятельность П. А. Костычева была посвящена изучению различных аспектов сельскохозяйственной деятельности. Ученый изучает почвы России, их химический состав, впервые говорит о восстановлении почв; изучает вопросы лесоразведения; прослеживает «Связь между почвами и некоторыми растительными формациями» (доклад на VIII съезде русских естествоиспытателей и врачей); изучает причины засухи и говорит о мерах борьбы с ней; разрабатывает проект агрономического образования в России.

Сейчас появилось немало книг, цель которых подготовить верующего человека к исповеди, настроить на покаянное чувство. Безусловно, книги эти приносят огромную пользу, и их надо изучать каждому православному.

Но тайна подлинного покаяния не исчерпывается знанием соответствующей литературы и сухим перечислением своих грехов. Она, эта тайна, совершается глубоко в сердце кающегося и зависит не только от его душевного расположения, но и от Бога милующего.

АЛЕСЬ ЖУК

Листья опавшие (1970—2000 годы)

Вчера весь день шел влажный снег, и дети сделали снеговика. А в лесу, на соснах в военном городке снег лежит тяжело, по-зимнему. Там, где не ходят, чисто и бело, а на тротуарах мокро и грязно. На тополях, обрезанных весной, на молодых отростках держится еще зеленовато-желтый, почерневший по краям лист. Сказочно удивительные под свеженападавшим снегом трава и листья под деревьями. Эту неподвижную чистоту, красоту возможно передать только кра­сками.

Рейсовый самолет лениво свертывал в рулон темно-зеленую карту сибирских пространств. Разорвав тяготение обыденности, прикованный к немыслимой параболе, я испытывал непривычное состояние отрешенности от всего. За стеклами иллюминаторов клубилась пелена безвременья: область неопределенности между прошлым и будущим — в будущее можно и не выйти…

Я возвращался в Лимб своей молодости — в Монголию, где не был почти три десятка лет. С годами начинаешь разбивать жизнь на круги, на Лимбы, на уступы. И теперь я думал, что тот или иной Лимб — своеобразный психологический остров, заселенный определенными людьми, с которыми приходилось когда-то общаться; возможно, некоторые из них умерли, а я, не зная о том, продолжаю держать их в памяти молодыми, полными сил, они для меня все еще существуют там, в каких-то моментах моей биографии, моего прошлого. Я продолжаю спорить с ними, веду бесконечный диалог, не замечая того, что он давным-давно превратился в монолог…

Новая книга московского прозаика Михаила Колесникова — это воспоминания о том, как обратился он к теме гражданской войны, как познакомился с людьми, ставшими прототипами будущих книг о Фрунзе, Фурманове, Сухэ-Баторе. «Последние грозы» приоткрывают малоизвестные страницы партизанской войны в Крыму в годы становления Советской власти, рассказывают, как удалось вернуть на родину корпус, входивший в белую армию. Теме творчества посвящены произведения «Великая мелодия» и «Реквием».

В книге рассказывается о жизни и деятельности великого русского ученого Н. Е. Жуковского, названного В. И. Лениным «отцом русской авиации».

Для детей старшего возраста.

Мировая кинопремьера! Главная книга о модном доме GUCCI, ставшая основой фильма Ридли Скотта «Дом Gucci» – с Аль Пачино, Леди Гага, Адамом Драйвером и Джаредом Лето в главных ролях. История создания модного бренда – и последующих скандалов, личных трагедий и убийства Маурицио Гуччи.

Утром 27 марта 1995 года четыре выстрела прогремели на элегантных улицах Милана. Маурицио Гуччи, наследник легендарной модной династии, был убит на пороге своего офиса. Два года спустя начальник полиции Милана вошел в роскошный палаццо бывшей жены Маурицио, Патриции Реджани, которую пресса прозвала «Черной вдовой», и арестовал ее за убийство.

Патриция убила своего бывшего мужа, чтобы заполучить его состояние? Или сделала это из ревности к новой невесте? А может быть, Маурицио убил кто-то еще – из-за того, что он потерял контроль над модной империей и едва не разорил семейный бизнес?

История династии Гуччи – это головокружительное путешествие в мир высокой моды, блеска и гламура, больших денег – и таких же больших скандалов, интриг и личных трагедий. Тщательно проработанная, прекрасно написанная и получившая мировое признание, книга «Дом Гуччи» рассказывает волнующую историю убийства, безумия, гламура и жадности.

«Думаете, GUCCI – это всего лишь фирменные лоферы и логотип с буквой "G"? Эта захватывающая книга о модной империи и убийстве Маурицио Гуччи раскрывает жестокую правду о легендарной семье из мира высокой моды». – Glamour

«Мода никогда не была такой драматичной и опасной. Сага о трех поколениях семьи Гуччи начинается с убийства в Милане, походившего на казнь, и проникает в мир одного из самых модных брендов нашего времени. Инсайдер мира моды Сара Форден рассказывает историю о том, как кучка жадных и препирающихся Гуччи потеряла контроль над империей». – Wall Street Journal

«Захватывающее и сложное повествование… Это бизнес-книга, которая читается как роман». – The Economist

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (33 и 34)

33. ЖАРКАЯ ДИСКУССИЯ О ДЖАЗЕ.

Кто не знает песни "Степь да степь кругом"? А дальше там что-то про то, как замерзал ямщик. Холодно, наверное, было - вот и замерзал! А если бы заранее запасся, то и не замерз. Чем запасаться, теперь каждый таксист знает, а если бы те ямщики, как таксисты в недавние советские времена, приторговывали по ночам водкой, то и проблемы бы не было. Hа время оставим в покое и таксистов и ямщиков и окунемся в атмосферу зимних отчетных концертов студии джаза Ю.Козырева середины 80-х годов. Пошел я на один из этих концертов, чтобы послушать игру своих коллег. До начала еще полчаса. Иду не спеша по студийному коридору мимо кабинета Юрия Павловича, кланяясь и пожимая руки друзьям и знакомым.

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (35 и 36)

35. О ПОЛЬЗЕ ТЕПЛОГО БЕЛЬЯ.

Один мой знакомый гитарист, известный своими консервативными взглядами, но сделавший много полезного в области джазовой теории, как-то мне рассказал историю, приключившуюся с ним в середине 80-х.

Тогда еще функционировало знаменитое кафе "Синяя птица", а мой друг был частым гостем этого заведения. Hадо попутно заметить, что наш герой хоть и не был запойным, как, например, я, но выпивал регулярно, предпочитая пить по-гречески - разбавив крепкие напитки водой, что всегда весьма забавляло свидетелей этой процедуры. Отдавал же он предпочтенье портвейну, а водку пить побаивался и пил в редких случаях. В отличие от некоторых, выпивая, он всегда закусывал и, если и не был гурманом, то толк в пище знал. Еще любил он демонстрировать свою набожность: прежде чем выпить и закусить, непременно осенял себя крестным знаменьем, что также немало веселило окружающих. И самое главное, чем был он знаменит в джазовых кругах, это своей фанатичной приверженностью би-бопу и, конечно, Ч.Паркер был его кумиром. И, несмотря на то, что любимой его присказкой было евангельское "не судите, да не судимы будете", судил он игру коллег очень строго, за что и получил прозвище "палач би-бопа".

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (37 и 38)

37. ТРИ КРИТИКА И ОДИH РЕДАКТОР.

Взаимоотношения мои с музыкальными критиками были в меру богаты и разнообразны.

Один все советовал: - Создай профессиональный концертный коллектив, как "Аллегро", "Арсенал" или "Каданс", и я тогда о тебе большую хвалебную статью напишу в журнале "Клуб и художественная самодеятельность" (в Штатах был джазовый журнал "Даун бит", а у нас - вот такой!). Чувствуете противоречие? Чтобы опубликоваться в "самодеятельности", надо стать профессионалом. Hо так я и не создал, а он не написал, а вскоре и все вышеназванные профессионалы распались за ненадобностью.

Юрий Маркин

"Рассказы о джазе и не только" (39 и 40)

39. ... У HЕЕ КЛАВИШИ ЛЕГКИЕ.

Решили мы с Преображенским сделать запись музыки, которую играли квартетом. Слава в то время, работая у Лундстрема, предложил запись осуществить у них на базе, в ДК им. Я.М. Свердлова, что на Савинской набережной. Он уверял, что договорился и с радистом оркестра, и с директором дома культуры - сцена будет свободна. Я не верил в предстоящее счастье: запись могла получиться вполне приличной. И вот день настал и я еду к назначенному времени. Пора назвать и участников: Вячеслав Преображенский (тенор саксофон), Игорь Уланов (к-бас), Владимир Журкин (барабаны) и я на ф-но, притом играть мне предстояло на гранд-пиано "Ямаха", собственности Виктора Векштейна, руководителя рок-группы "Ария", базировавшейся в том же клубе. Расторопный Слава и с ним договорился.