Рабочий

Производственная тема не умерла, она высвечивает человека у станка, в трудовых буднях с обязательным обращением к эстетическому наслаждению. И юмор, конечно…

Отрывок из произведения:

Лёха ждал двести восьмой автобус, пришел по расписания к шести сорока пяти, а автобуса нет — так банщик по расписанию намыливает клиенток.

В шесть сорок пять Лёха успевает к началу смены на заводе, своей смены, даже с гаком время остается, как у балерины перед выступлением.

По телевизору Лёха видел, как балерины готовятся к выступлению: натягивают чулки, пудрят носы, подводят глаза, особенное внимание уделяют глазам и бровям, потому что сисек и писек у балерин нет, ну, может быть, письки и есть, где-то спрятаны под панталонами, а сисек — точно нет, только грудные мышцы, как у пловцов.

Другие книги автора Георгий Эсаул

— Кто? Слышите, обыватели в штопаной одежде, кто скажет мне гадость? – Девушка воин с кокардой «Моральный патруль» в волосах (волосы – чернее Чёрной дыры, длиннее Млечного пути) широко расставила циркульные ноги.

Все равны: и питекантроп, и мальчик из джунглей Тургусии, и балерина. Роман о моральном становлении и возвышении человека.

Потрясающий роман о душевных терзаниях Алисы в Стране Оплеух!

Трудно моральной устойчивой красавице в Мире бездуховных тварей! Шедевр!

Невинно, благородно - искупление несодеянного! Шедеврический роман!

Популярные книги в жанре Современная проза

Бенито Вогацкий

ДУЭТ С АМЕЛИЕЙ

Повесть известного писателя ГДР Бенито Вогацкого о сложных судьбах немецкой деревни в 1944-45 гг.

На фоне краха старых сословных отношений, господствовавших при фашизме, писатель показывает перипетии юношеской любви батрака Юргена и Амелии, дочери графа. Повесть, насыщенная драматическими эпизодами и неожиданными поворотами, написана с позиций сегодняшнего дня, мудрому взгляду писателя прошлое видится с точки зрения будущего и ради будущего.

Криста Вольф

На своей шкуре

Повесть

Перевод Н. Федоровой

Больно

Что-то жалуется, без слов. Словесный напор разбивается о немоту, которая неуклонно ширится, вместе с беспамятством. Сознание то всплывает, то снова тонет в фантастическом первопотоке. Память - как островки. Теперь ее уносит туда, куда слова не достигают, - кажется, это одна из последних отчетливых ее мыслей. Что-то жалуется, плачет. В ней, о ней. И нет никого, кто бы мог принять эту жалобу. Лишь поток и дух над водами. Странная идея. По давней привычке к вежливости она шепчет, едва ворочая опухшим непослушным языком: Какие же скверные рессоры у машин "скорой помощи". Врач, сидящий на откидном сиденье возле носилок, с жаром, до странности возбужденно, подхватывает эту фразу. Позор, твердит он, сущий позор, сколько ни протестовали, все без толку. Потом просит ее не двигать левой рукой. Из прозрачной овальной емкости, которая в ритме санитарной машины трясется над головой, капля за каплей сплывают по трубкам в ее локтевую вену. Эликсир. Жизненный эликсир. Правой рукой она поневоле цепляется за рукоятку, свисающую с потолка, иначе можно скатиться с жесткого ложа. Боль в ране усиливается; а что удивляться, в таких-то условиях, сердито бросает врач. Дорога долгая. Подъемы и спуски. Провалы. И ведь именно тогда жалобы становятся громче. Ухожу. Новая, высокая волна того же потока увлекает меня за собой. Тону. Даю себя утопить. Темнота. Безмолвие.

Шломо Вульф

Обратимый рок

Это не он, подумала Людмила. Он не может быть именно здесь и именно сейчас! Такая же вероятность, скажем, падения метеорита именно к подножью Останкинской башни. Они с Виктором остывали после лихорадочной предотпускной спешки на скамье рейсового катера, когда на уже убирающихся сходнях появилась странной масти, серая в яблоках, огромная собака. Она рвалась на катер с несолидной для королевского дога прытью. Сходни со скрипом сдвинулись обратно на причал под ее могучими лапами. Это и позволило ее хозяину попасть на борт. Но и на палубу дог рвался куда-то так, что расхристанный мужчина с рюкзаком, увлекаемый поводком, так споткнулся, что чуть не звезданулся в бурлящую от винта воду. Его спасла девочка лет восьми, судорожно вцепившаяся в другую руку хозяина собаки. Она же отстегнула поводок. Собака метнулась в темноту трюмного салона, загрохотав по трапу, и разразилась внизу испуганным щенячьим визгом. Обвешанная рюкзаками, палаткой, масками-трубками пара исчезла в том же нижнем салоне, куда сверзился их дог. Людмила перевела дух и шумно выдохнула: как всегда, от волнения у нее остановилось дыхание. Перед глазами стояло очень знакомое, непостижимо изменившееся красное лицо промелькнувшего мужчины. Такой жалкий вид, подумала она, мог быть у призового скакуна, впряженного шутки ради в телегу с навозом...

Шломо Вульф

Сионюга

1.

1.

Я простучала каблуками сапожек по оледеневшему пятнами бесснежному зимнему владивостокскому двору, профессионально кося глазом на голые ветки сквера, со-дрогающиеся под порывами сухого ветра, и вошла в знакомый подъезд. Здесь ни-когда не жил никто из моих знакомых, но я хожу сюда уже много лет в одно и то же дневное время. Привычно поднимаюсь на лифте на седьмой этаж и без звонка или стука открываю всегда приоткрытую дверь чужой квартиры. Никто не спешит мне навстречу. Я снимаю в прихожей шубку и шапку, но не меняю сапоги на стоя-щие здесь чужие женские шлепанцы. Поправляя у зеркала прическу, я с удоволь-ствием отмечаю свою отличную фигуру, здоровый цвет лица с нежным румянцем с мороза, большие блестящие глаза. "Блеск, струящийся из них, - сказал мне как-то мой благоверный, - походит на сияние полной луны. Когда я смотрю в твои глаза, их золотистая глубина притягивет меня к себе так, что я не вижу ничего другого. Глубина их кажется неизмеримой, бездонной, как само небо. Они сияют в темноте своим собственным лунным блеском..." Я тогда еще не знала, что он почитатель Уилки Коллинса с его удивительным "Лунным камнем", и была поражена поэтич-ностью сравнений своей персоны с космическими далями.

Шломо Вульф

Водолазия

* 1. *

1.

"Тень метнется от палатки\ кто-то вскрикнет в тишине\ и душа уходит в пятки\ на проклятой целине..." - пелось в песне моей комсомольской молодости. В конце концов, кто-то же создавал все, на чем только и стояла великая держава для безбедного существования всяких феликсов, их эллочек и прочей швали из твоего романа "Убежище". И не им приклеивать мне ярлык чуть ли не фашиста какого-то. Мой отец, старший сержант Святослав Водолазов погиб, между прочим, на куполе рейхстага - последняя с нашей стороны жертва штурма Берлина.

Вурсак Антон

Синдром Мартина Брауна

Имя, которое может быть названо, не есть постоянное имя.

(ДАО ДЭ ЦЗИН)

Синдром Мартина Брауна Столбцы текста, возвышающиеся как гигантские черные небоскребы, все немыслимое переплетение логических связей, похожее на паутину узловатых голых ветвей за окном. Дождь. Вечный, пожирающий душу своим ненавистным постоянством. Строки на экране расплываются и наползают одна на другую, амфетамин, смешавшись с медлительной холодной кровью в жилах выжигает человека изнутри. Мартин изо всех сил ударил по клавише Enter, переполняющее его отчаянье уже не могло удерживаться внутри и изливалось в пустой, обезображенный безжалостным осенним светом воздух. Мир - тюрьма, причем несредневековая, которую представлял себе бедняга Гамлет, а самая настоящая, современная, со множеством камер, пропитанных воздухом безысходности и десятками заключенных-извращенцев и садистов надзирателей. Впрочем Интернет не лучше. Глупо пытаться сбежать от жизни в инфопространство, все, созданное человеком носит печать бессмысленности и обреченности. Иерархические отношения, существующие в человеческом стаде прекрасно переносятся в глобальную сеть. То же самое касается и всего остального - пошлость, тупость, пустота. И более всего одиночество одиночество души, безжалостно выброшенной в гигантский человеческий отстойник.

Вурсак Антон

Звук тишины

Темное и высокое небо с бегущими вникуда облаками было холодным и недосягаемым.

В наполненной мраком пустоте кружились редкие снежинки, огромные и бесформенные, похожие на разварившиеся хлопья какой-то каши. Расплывшаяся чавкающая масса под ногами, ветер, вползающий в подворотню как бесцветная умирающая тварь. Черные дома- огромные каменные коробки, населенные существами без глаз, с мыслями, похожими на мутный осадок на дне пивной кружки, существа без голоса, без ненависти , без цвета , существа, живущие в призрачной стране, где нет ни добра ни зла - зловонное стадо, понимающее только язык бича, матери, пожирающие своих детей, отцы, поднимающие руку на своих дочерей...в этом сумрачном месте тени скрадывали все различия, в этом царстве смерти палач шел под нож палача безропотно, с выражением рабской угодливости на лице.

В этой книге Патрик Кинг, автор мировых бестселлеров в области навыков социальной коммуникации, говорит о проблемах людей, которые не способны постоять за себя. Если это и ваши проблемы, вам полезно будет узнать, какие убеждения сковывают вас по рукам и ногам и как их преодолеть. Вы узнаете, как изменить свое мировоззрение, научитесь ценить себя, говорить «нет» просто и бесконфликтно, проанализируете свои убеждения относительно принятия, любви и самооценки, проведете границы в общении и будете уверенно соблюдать их. Говорить «нет» – это удивительный метод, которому вас никогда не учили. Используйте его, и ваша жизнь изменится. Умение говорить «нет» приносит бесценную свободу, пора вам испытать ее.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Юная рабыня Тея, принадлежащая дочери богатого римлянина Лепиде, влюбляется в красавца гладиатора. Однако счастью рабыни и гладиатора не суждено продлиться долго: хозяйка Теи, приревновав ее к гладиатору, разлучает влюбленных. Прошло время, и певческий дар Теи превратил ее в утонченную певицу для римской знати. Сама того не желая, Тея привлекла внимание самого императора Домициана. Безжалостный император, который в каждом видел убийцу, и не подозревал, что отныне его жизнь в руках очаровавшей его Теи.

«Хозяйка Рима» — невероятно успешный дебютный роман американской писательницы Кейт Куинн, за которым последовали еще два романа из римского цикла.

Однажды Люку Талботу пришлось срочно увозить свою жену со званого вечера, чтобы спасти от отравления. Однако Эбби заподозрила его в измене и решила развестись. Впрочем, Люк не позволит ей уйти так легко.

Знакомьтесь, перед вами Таши Арсайн. По рождению — темный, по профессии — некромант, по характеру… А кем можно быть с такими данными? Правильно. Добрым, белым и пушистым молодым человеком. Не верите? Тогда надо расспросить его друзей, знакомых… У некромантов не бывает друзей? Вам виднее… Только Таши не говорите. А то он очень рассердится.

Самоучитель предназначен в помощь самостоятельно изучающим основы рукопашного боя, занимающимся в различных секциях и инструкторам. Подготовительные упражнения и методические приемы в пособии подобраны таким образом, чтобы их можно было выполнять без посторонней помощи, в домашних условиях и главное — в отсутствие опытного наставника.

Издание второе, исправленное.