Пять ночей. Вампирские рассказки

Ни одного закона я не знаю, по которому сын отвечал бы за действия своего отца. Ладно, пусть я еще не супер-юрист, но какие-никакие представления у меня есть. И ума не приложу, почему я должен расхлебывать папашину истребительскую деятельность, если он и наследства мне толком не оставил.

Мой отец, Д. Дж. Норман, умер очень вовремя, буквально через пару лет после заключения перемирия между людьми и не-мертвыми, получившего в народе название «Бизнес-ланч». Он был слэйером всю свою жизнь и ничего не умел делать, кроме как охотиться на монстров, поэтому его смерть и была к месту. Слэйерам хорошо платили, но куда девались все эти деньги, сам черт не знает — во всяком случае, после оглашения завещания мне приходилось радоваться, что папа хотя бы не нагрузил нас долгами. Неужели можно столько пробухать самому и споить гребаным телкам? Ну, его личный опыт показывает, что можно. Хорошо, что мама настояла еще с моего рождения переводить деньги на обучение на мой личный счет, иначе не видел бы я юридического колледжа как своих ушей.

Другие книги автора Николаос

Я быстро расправилась с замками и вошла в прохладу квартиры, на ходу бросая сумку на кресло и включая автоответчик. В этот момент рука дрогнула, словно получила маленький электрический разряд.

Автоответчик стал похож на бомбу с часовым механизмом, только тронь блестящую черную клавишу — и раздастся взрыв, который уничтожит комнату, дом, район, город… Хотя это, конечно, зависит от силы взрыва. Возможно, разрушения коснутся только ЭТОЙ комнаты, ЭТОЙ жизни. ЭТОЙ руки, пальцы которой прямо сейчас мягко нажимают кнопку.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Его рассказы о сверхъестественном отвергают как аллегорические толкования, так и научные объяснения. Их нельзя свести ни к Эзопу, ни к Г. Дж. Уэллсу. Еще меньше они нуждаются в многозначительных толкованиях болтунов-психоаналитиков. Они просто волшебны.

Жизнь нас ничему не учит; так говорят, но какая же это глупость.

Сегодня очень чистое небо. Надо сказать, редкость для этих мест: ни облачка, не говоря уж о тучах. Солнца, впрочем, тоже нет, но как раз это неудивительно.

Здесь его никогда не бывает.

Я выхожу во двор, на ходу поднимаю воротник плаща, по-прежнему смотрю на небо. Странное небо, до чего же странное. Нет, я уже давно перестал воспринимать подобные мелочи как счастливое предзнаменование. Смешно, раньше я любую ерунду принимал за благоприятный знак. Не сразу, конечно: только когда здешняя зараза въелась в меня до мозга костей. Чёрт, да тут ведь все верят в предзнаменования.

-Это всё пустое дело. Нас что, за придурков считают?!

Б'рак прекрасно слышал эти слова, бывшие не больше, чем шипением. Он был абсолютно согласен, но ему - командиру патруля - не пристало выражать свои чувства.

Другие тоже услышали неудовольствие.

- Если ты не можешь построить своих солдат, капитан, я сделаю это за тебя!

Б'рак злобно зашипел на высокую фигуру, закутанную в чёрное. Если уж он и был в чём-то согласен с людьми, так это в том, что магам не стоит доверять, а тем более доверяться. Но у него не было выбора: они назначались во все патрули. Он развернул крылья, чтобы выразить своё неудовольствие участием волшебника в разведке. Металлическая серебряная шкура капитана заблестела в свете солнца, когда он указал на мага когтем.

Полнолуние. То магическое время, когда оживают полузабытые сказания и легенды, а нереальные днем слухи кажутся привычной явью. Полнолуние. То время, когда душа тянется к неведомому, презрев инстинктивный страх. Особенно, когда рядом или почти рядом есть МЕСТА. Полнолуние. Время, когда открываются двери в потусторонье и запределье. Двери, ждущие, когда через них пройдут, уводящие в никуда, исчезающие при каждом неверном шаге. Но увидят ли их те двое, кто залег совсем близко, вон в том лесочке…

Дождь застал их в городском парке. Даже не дождь, а гроза. Одна из тех летних гроз, которые внезапно заполняют своей чернотой лазурный небосклон, прогоняя солнце, и быстро, с громом и молниями, извергают вниз мощные потоки воды. Шумные ручьи разливаются чуть ли не на половину дороги, а одежда на случайных прохожих промокает за пять секунд. Но нет в них тягучей безысходности осенней серой пелены, потому что, то тут, то там весело проглядывают кусочки неба, а вынырнувшее солнце дарит на черном грозовом фоне семицветный мостик радуги, а то и два за раз.

А главная проблема всех нефоров — гопники, черт их дери. Даже страшно сказать, сколько вокруг гопников развелось. Прохода нет. Вон, вон один идет. Зажрался. Сто рублей старухе сунул. Мне бы кто так. Пойти у него денег нааскать что-ли. Не сто рублей. Сразу пять штук попрошу. А лучше десять. Ага, нааскал. Как дал он мне по фэйсу. Бабушке небось не врезал. Побоялся. А бедного нефора любой обидеть норовит. О, толпа идет. Затылки бритые. Морды кирпичом. Натуральные гопники. Тут ударом по морде не отделаешься. Ой, бить будут. Ногами. А ботиночки то подкованные. И бежать некуда. Все. Поздняк метаться. Сейчас за шиворот сгребут и… Мимо прошли. И не посмотрел на меня никто даже. Вот гады. А все равно гопники. Не ударили, так хотели. А не хотели, так подумали. Не рискнули только. Правильно. Куда им. Я если разойдусь, то… Вот этими самыми руками стенку каменную порушу. Да прямо сейчас, если захочу. Не хочу только. Устал. В троллейбус влез. Сел. В окно смотрю. Что значит, дедушке место уступи?! Ладно, ладно, садись, не гнусавь над ухом только. Ну гопник старый. А разве не гопник? Я может о смысле жизни думал, а он — "место уступи". Теперь вот стой из-за него. А стоя о смысле жизни как-то не думается. Какой тут смысл жизни, когда со всех сторон давка. Рука тяжеленная на плечо легла. Поворачиваюсь — точно гопник. Ну кто еще кроме гопника будет абонемент у нефора проверять? Ну все, кончилось мое терпение. Теперь держитесь… Уехал троллейбус. А я здесь остался. Холодно тут и сыро. Да ладно, все равно через две остановки выходить. Или через пять. Наплевать! Вон свои люди идут. Сейчас у них сигаретку стрельнем. А повезет, так и косячок забьем. Хотя еще посмотреть надо, какие это свои. Первый то — гопник. Денег мне вчера отказался занять. Говорит, не отдаешь никогда. Так в этом же весь и кайф! Занять, и не отдать! Сегодня я у тебя займу, завтра ты у меня. Жизнь! А второй не только гопник, но и жлоб. Не захотел менять свою косуху на мою именную фенечку. Да такой второй фенечки во всей вселенной не существует. А он в свою паршивую косуху вцепился. Крохобор. И третий тоже гопник. Зря что ли с этими двумя путается. Нет, не пойду я к ним. Чего я у гопников не видел? Один буду. Один! Потому что кругом только гопники. Потому что я — единственный истинный нефор! И пусть все знают об этом!..

Что ответить, если вопрос задаст девушка ветра? А-а… Вам представляется картинка, где красуется некий Ветер, у которого есть девушка, вопрошающая пустоту, куда какими-то обстоятельствами занесло и вас. В мозгу сразу складывается десяток вариантов. В одном вы получаете от Ветра по физии. В другом нахально уводите девушку из под его носа, чтобы не хлопал ушами. В третьем расстилаетесь перед девушкой ковровой дорожкой…

А все не так…

В день рождения лил дождь. Небо делало вид, что страдает, отгородясь от мира косыми струями. Когда вокруг холодно и мокро, кажется, что весь мир скорбит вместе с тобой по исчезнувшему году. И на душе в этот день скребли безжалостные кошки. Много кошек, и если про них помнить, никогда не почувствуешь себя одиноким и позаброшенным. В компании скребущих когтей жизнь ворочается уныло и неохотно. Особенно, когда над головой небо, забрызганное цементом, а ветер оборачивается стаей до омерзения скользких и противных слизняков. Я боялся, что и встреча окажется склизкой. Встречи и расставанья подчиняются незримым законам. В тот день я выучил один из них. Простейший, надо сказать, закон. Сначала дует ветер, потом приходит девушка. Но нам кажется, что мы живем в мире, где ветра нескончаемы.

Гора стояла не слишком далеко от поселка, но все же в достаточном отдалении, чтобы неискушенный путник принял ее за надвигающееся кучевое облако, готовое закрыть все небо, но пока еще не развернувшееся во всем могуществе. Со мной так и произошло. И пробираясь по нешироким улочкам поселка, я думал о горе, как о чем-то отстраненном, воздушном, эфемерном.

Поселок утопал в зелени и казался в свете солнечного полдня райским уголком. Я внезапно очутился на главной улице, и гора величаво предстала передо мной во всей своей красе. Но до нее по-прежнему было нереально далеко, и я сконцентрировался на более близких вещах. По центральной улице протянулась прерывистая цепочка магазинчиков и кабачков, а также различных строений сферы обслуживания. Я разглядел огромные ножницы, обозначавшие наличие парикмахерской, но равнодушно прошел мимо. Не для того годами росли мои черные, как уголь, волосы, чтобы остаться в безвестной парикмахерской, затерявшись на помойке.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кэрри Грей не повезло — в ее дверь днем и ночью по ошибке звонят красотки, которым нужна совсем другая квартира. Именно в ней обитает Трент Тенфорд — мужчина, о котором можно только мечтать…

Автор этой книги Вячеслав Лопатин не преследует цели подарить миру ещё одну стройную теорию, призванную успокоить взбудораженные умы искателей исторической правды. Он не дает ни единого ответа на вопросы о былом и потому не формирует новых стереотипов. Новомодных теорий в рамках «альтернативной истории» уже создано достаточно, нередко они даже служат множеству благих целей: утоляют патриотическую жажду, поднимают национальную самооценку, дают богатую пищу жадному воображению, украшают серые будни, — но крайне редко приближают читателя к истине.

Автор «Матрицы Скалигера» задает традиционной истории такие вопросы, на которые у неё пока нет ответов.

«Когда кончается мир, для каждой живой души он кончается по-своему», — утверждает Краули. Так, для героев «Дэмономании» повседневные заботы волшебным образом трансформируются в нечто запредельное, выявляя силы, светлые и темные, что управляют их жизнью. Историк Пирс Моффет, думая, что пишет книгу о магии прошлого, открывает для себя магию настоящего. Его новая любовь Роз Райдер, живущая словно во сне, оказывается в секте, где ей сулят избавление от терзающих ее демонов. А маги эпохи Возрождения Джон Ди и Джордано Бруно призраками бродят в современном американском городке; их биографии, реальные и мнимые, будто разыгрываются заново, являя собой ключ к будущему. Ведь между Хеллоуином и днем зимнего солнцестояния открывается дверь из мира живых в мир мертвых, и каждый должен занять свою сторону в извечном конфликте надмирных сущностей, в преддверии последней битвы.

Впервые на русском — третий том тетралогии «Эгипет» прославленного Джона Краули, автора «Маленького, большого».

«Волшебник подземного города» — вторая книга трилогии «Мыши-воители», написанная мастером жанра фэнтези американцем Дэвидом Фарландом. Главные герои — храбрые мыши Янтарка и Бен, уже одержали победу в битве с колдуном Ночекрылом. Миру грозят новые опасности — волшебник Грозный Слизень порабощает мышей-воителей нежной песней, а люди в костюмах биологической защиты из золотой фольги угрожают им полным уничтожением. Спасти собратьев — дело чести!