Пять дней и утро следующего

На перегоне, около Москвы, найден труп молодой девушки. Что это убийство или самоубийство? За расследование берется инспектор уголовного розыска Денисов.

Отрывок из произведения:

Появившаяся из-за леса электричка уже несколько секунд беззвучно подрагивала на краю горизонта. Лобовая часть ее быстро росла, заполняя неглубокую ложбину впереди. Моторный вагон теперь втягивался под путепровод в полукилометре от того места, где работала оперативная группа.

«Мы всегда либо в прошлом, либо в будущем, — подумал Денисов. — И почти никогда — в настоящем!»

Неожиданно он словно увидел все со стороны: голый февральский лес, как бы на возвышении по обеим сторонам железнодорожных путей, втягивающуюся в воронку под однопролетным путепроводом электричку и черную сеть контактных подвесок над заснеженным полотном.

Другие книги автора Леонид Семёнович Словин

Повесть о нелегкой борьбе с мафией за честное имя человека, за возможность говорить правду, за справедливость. Действие происходит в 1980 году в Узбекистане.

…В маленьком спокойном южном городке однажды произошел пожар. Несчастный случай? Или — тщательно продуманное преступление? И — так ли уж безмятежен этот маленький городок, как кажется поначалу?..

Читайте! Размышляйте! Ищите ответы!

Милиционер Денисов! — вполголоса сказал подполковник.

Денисов, сидевший в предпоследнем ряду, у окна, встал, одернул китель и, стараясь не спешить и не выказывать волнения, пошел меж рядами столов.

Была в скуластом рыжем подполковнике, руководителе семинара, какая-то внутренняя, скрытая сила, которую Денисов ничем не мог объяснить. Держал себя подполковник так же, как и другие преподаватели. Может, только шутил он реже других, и еще, даже когда отходил от своей темы, говорил обо всем серьезно и только самую суть.

Рассказ

Шагалова Денисов застал в его кабинете на Петровке, на четвертом этаже.

Здесь было, как всегда, по–казенному чисто и пусто. Чуть пузырилась в графине на столике вода.

Капитан милиции Шагалов сидел в кабинете один за своим старым столом и читал какие–то бумаги. Увидев Денисова, он прищурил и место приветствия один глаз и снова углубился в документы. Денисов осторожно вздохнул, сел в кресло у окна и стал ждать. Время от времени в комнату без стука входили незнакомые Денисову сотрудники, брали со стола отпечатанные на ротаторе бумаги, читали и расписывались. Потом так же молча уходили.

Война столичной мафии с финансовыми воротилами началась с убийства банкира и его телохранителя. Чем ответит на это банковский капитал? Тем же самым. И скоро полетят головы воровских «паханов». Органам правопорядка остается только наблюдать за этой войной со стороны, вмешиваясь в конфликт, когда стороны переходят к открытому выяснению отношений. Но детектив охранно — сыскного агенства по кличке «Рэмбо» пытается разобраться в ситуации и выйти на основного «кукловода», в чьих руках находится «карта боевых действий».

Небольшой поезд съемочной группы стоял посреди грузовой станции, белый, залепленный только что выпавшим мокрым снегом — платформа для «лихтвагена», дающего электроэнергию, два купейных и вагон-ресторан.

Переступая через рельсы, Денисов напрямую прошел к составу; Антон Сабодаш двинулся следом — грузный, почти двухметрового роста, в кителе, ежесекундно готовом лопнуть. Между вагонами киностудии и площадкой, где остановился милицейский «газик», пролегал десяток подъездных путей.

Леонид Словин (1930 г.) начал печататься в середине 60-х годов. Его жизненный опыт оказался как нельзя кстати для работы в жанре отечественного детектива, где в отличие от зарубежного главным героем является не частный сыщик, а розыскник, находящийся на государственной службе, и от автора, кроме художественного мастерства, требуется еще и профессиональное знание организации криминального сыска, тактики и техники расследования.

За плечами Л. Словина судебно-следственный факультет юридического института, стаж работы в адвокатуре и свыше двух десятилетий службы в уголовном розыске Костромы и Московской транспортной милиции.

Место действия его произведений — это почти всегда заполненные пассажирами платформы столичного вокзала, лабиринты камер хранения, пригородные и дальние поезда, вследствие чего Л. Словин считается приверженцем так называемого «железнодорожного детектива». Наиболее известны его книги «Дополнительный прибывает на второй путь», «Астраханский вокзал», «Пять дней и утро следующего», «Теннисные мячи для профессионалов», «Транспортный вариант» и др.

В 1989 году в соавторстве с Георгием Вайнером им написан детектив «На темной стороне Луны», посвященный борьбе с коррупцией в Узбекистане и получивший широкую известность в связи с созданием по нему одноименного многосерийного телевизионного фильма. Его новая повесть «Жесткий ночной тариф» написана в жанре «крутого детектива». В центре ее снова уголовный розыск транспортной милиции, поиск профессиональных убийц, ночных охотников на одиноких женщин.

Л. Словин — лауреат престижных конкурсов на лучшие произведения о работниках милиции и Литературной премии РСФСР имени Н. И. Кузнецова. Произведения Л. Словина переводились на немецкий, испанский, японский, чешский и др. языки.

Леониду Словину 34 года, по профессии он юрист, работник уголовного розыска. Начал печататься в 1961 году в журналах «Сельская молодежь», «Советская милиция» и газетах «Северная правда», «Молодой ленинец» (Кострома), «Вечерняя Москва».

Повесть «Такая работа» — первое крупное произведение автора. На конкурсе, проведенном Министерством охраны общественного порядка РСФСР и правлением Союза писателей РСФСР в 1964 году, повесть была удостоена второй премии.

Популярные книги в жанре Криминальный детектив

Под дождем, истекая кровью, лежал юноша в ярко-красной нейлоновой куртке с надписью «Королевская гвардия». Юношу звали Энди — это имя было аккуратно вышито черными нитками на груди, над самым сердцем. Энди.

Его ранили десять минут назад. Нож вошел в тело немного ниже грудной клетки и с силой вспорол живую плоть, оставив широкий надрез. Энди лежал на тротуаре, а мартовский дождь хлестал его по куртке, и хлестал его по телу, и смывал кровь, что лила из открытой раны. Он испытал мучительную боль, когда нож вошел в тело, а потом, когда его выдернули, — внезапное облегчение. Он услышал чей-то голос: «Вот тебе, Король!», потом звук торопливых шагов сквозь шепот дождя, а потом он рухнул на тротуар, зажав рану, стремясь остановить кровотечение.

Лью Мартин, известный среди малышей Стонтон-Сити как «дядюшка Лью», сидел на стуле, закинув ногу на ногу, и мечтал о том благословенном часе, когда он сможет наконец уйти в отставку и отдохнуть. Всякий раз как Лью пытался подсчитать, сколько бесконечно долгих часов он провел на дежурстве, бродя по улицам города, или торчал столбом на перекрестке Белвер-стрит и Кеннеди-авеню, регулируя движение, у бедняги начинала кружиться голова и только крепкое словечко помогало не рехнуться окончательно. Лью Мартин звезд с неба не хватал, но был честным служакой и уже почти тридцать лет добросовестно выполнял порученную ему работу. Но сейчас, когда делать было решительно нечего, полицейский позволил себе погрузиться в мечты и вероятно уже в тысячный раз подумать над важной проблемой — стоит ли, получив отставку, обосноваться на родине жены, в Кентукки, неподалеку от Мэдисона, или же уехать на оставленную ему родителями ферму в окрестностях Роллы, в самом сердце Миссури. Впрочем, и сейчас Лью не смог прийти к окончательному решению, тем более что в управление с перекошенным лицом влетел Джордж Росли, владелец знаменитого в городе ресторана «Маисовый початок». Мартин давно знал старика Джорджа и очень любил его. Росли уже стукнуло семьдесят два года, однако он сохранил юношескую живость и стройность, а заодно и удивительно мощную глотку. Полицейский дружески приветствовал старого знакомого.

Иномарка с киллерами, попетляв по кривым арбатским переулкам, остановилась возле небольшого старинного особняка. Сидящий за рулем Огнев нервно осмотрелся: «Вроде бы все спокойно. Типичный старомосковский дворик. Детишки мучают скрипучие качели и копаются в песочнице. Опрятно одетые старушки сидят на скамеечке. Дворник в синем комбинезоне усердно подметает двор, поднимая тучи грязной пыли. Интересный тип! Я бы не взялся описать его внешность. Средний человек без особых примет. Безликий какой-то! Да и возраст точно не определишь. То ли моложавый ветеран, то ли рано постаревший от разгульной жизни тинейджер. Интересно, какой у него взгляд? Из-за темных очков не видно. Зачем они ему в такую пасмурную погоду, от пыли что ли?»

Герои романов Жозе Джованни – одиночки, отверженные всеми, зачастую жестокие и мстительные: 25-летний гангстер, силой и смелостью заставивший уважать себя в преступной среде, стареющий вожак уголовников, бежавший из тюрьмы, водитель бандитской группировки, спасающийся от преследования полиции…

Рано или поздно они оказываются в безвыходной ситуации. Как они будут драться за свою жизнь? Способны ли они бросить вызов смерти, когда шансов на выживание уже почти что нет?

Чернобыльские события оставили след в судьбах многих наших современников. Автор романа «Хозяин Зоны» оказался в эпицентре трагедии, поэтому не с чужих слов знает о том, что и как происходило в 1986-м. Однако в первую очередь его волнуют нравственные вопросы. Кому мы вверяем судьбу своей страны, своих детей? Что ожидает нас в будущем? Смогут ли люди, облеченные властью, распорядиться ею по совести?..

Стало быть, убить человека не так уж трудно? На мгновение он замедлил бег и оглянулся: в начале длинной улицы, освещенной редкими фонарями, он увидел распростертое на земле тело этого Антонио, фамилии которого даже не знал, он увидел это тело с такой ясностью, что поразился. Поразился тому, что в один миг успел разглядеть его лицо, худое лицо, отмеченное страданием, и позу, в которой тот застыл, позу почти естественную, но необычную. Он видел это неподвижное тело в ракурсе — Антонио лежал на пригорке, склонив голову на плечо, — верно, падая, он неловко ударился головой о стену; с первого же взгляда было понятно, что это тело мертвеца, больше того — убитого, и только подошвы негнущихся ног, отбрасывавших в скудном свете редких фонарей длинные тени, казалось, принадлежали безмятежно отдыхающему человеку…

Совершено покушение на успешного бизнесмена Василия Степанчука. Расследование обстоятельств преступления заходит в тупик. Один из "лучших" представителей милиции пытается отдать под суд напарника потерпевшего…

Что происходит с нами? Какова цель нашей жизни? Интернет, вот кто забирает наше время. Попадая в его сети, ты обречен, он правит тобой. Что это, черт возьми?!Трудно поверить, но большую часть жизни мы стали проводить в соц. сети, неважно какая она, будь познавательной или развлекательной, но мы в сети каждый день, каждую минуты, тратим бессмысленно свое драгоценное время на чужие комментарии и репосты. Люди выкладывают свое фото, описывают себя, свой характер, настроение, удачи и не удачи. Люди сошли с ума? Они не понимают что это никому не нужно. Глядя на чужое фото, где знакомый твой наслаждается жизнью, где — то на берегу теплого моря, человек скорее завидует ему, чем радуется за него. Люди становятся завистливыми, угнетая себя, называя себя неудачниками...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

После убийства начальника кредитного отдела и помощницы президента банка финансисты поняли, что им объявили войну на уничтожение. Кредит в двести миллионов долларов — такова конечная цель этой войны, которую начала мафиозная международная структура противкрупного коммерческого банка. Если она не получит своего, число жертв будет расти с каждым днем. И тогда начальник банковской службы охраны отправляется за рубеж, чтобы разделаться с главарем мафиозной группировки и организатором `наезда`. Но тем самым он навлекает огонь на себя...

«Точку поставит пуля» — один из первых больших романов Леонида Словина. В нем рассказывается о начальнике уголовного розыска транспортной милиции Игумнове, начальнике ГАИ Бакланове и их друге и бывшем коллеге, а сейчас частном детективе по кличке Рэмбо.

В романе показаны трудовые будни работников уголовного розыска, борьба с уголовниками, проникновение в Россию узбекской мафии. Драка за «пирог» авторитетов уголовного мира и воров в законе.

Если однажды вы почувствуете, что авторучка выскальзывает из рук, что привычные вещи стали чужими, что все кругом вызывает раздражение — это не обязательно сумасшествие. Может быть — вы на острие великой битвы, битвы за выживание человечества. И может быть вы — единственный, кто видит врага. Пусть никто вокруг не верит, путь вы выглядите безумцем — верьте себе, спасение мира зависит только от вас…

«Не могу молчать», — так граф Лев Николаевич Толстой назвал своё публицистическое выступление в пользу отмены смертной казни в России. Выступление было записано на фонограф (один из первых приборов для механической записи звука и его воспроизведения), и теперь трудно сказать, кому надо быть обязанным (физикам или лирикам), что ознакомился с выступлением великого писателя ещё в школе.

Помнится, меня заинтересовало — граф. (Нем. Graf ) в раннее средневековье в Западной Европе — должностное лицо, представлявшее власть короля в графстве. У нас в России со времён Петра I и до 1917г. — наследственное дворянское достоинство, оно выше баронского и ниже княжеского. Чтобы получше уяснить субординацию, представил, что за царя-императора у нас — генсек КПСС, за князей — члены политбюро. Кандидаты в члены политбюро, пожалуй, были графами. А члены ЦК КПСС — баронами.