Путешествие на запад

Почти все постят старенькое. Не знаю даже, по какой причине. То ли новенького нету, а напомнить о себе хочется, то ли охота побренчать прежними заслугами. Я вот тоже хочу. И новенькое медленно ползет, и вещь залежалась почти никем нечитанная. Сейчас пойдет довольной большой роман, почти 600 К, и он будет здесь целиком. Хотя вещь эта довольно старая, задумана была в 91, написана в 92–96, а, в принципе, — первая моя действительно законченная работа. Для тех, кто читал "Путешествие на восток": "запад" — предыстория, события, происходившие на 16 лет раньше "востока". "Тыква" случилась через год после описываемых в "западе" событий. Собственно, сабж был не столько литературой, сколько созданием мира, того полигона, который я эксплуатирую в целях приложить собственную фантазию. Так что не удивляйтесь тому, что, наряду с героем-человеком в нем есть другой главный герой — тот мир, в который человек попал. Ну и еще одно предупреждение: поскольку вещь старая, она несколько отличается от моей нынешней манеры как по языку, так и по характерам/сюжету. Тут есть доля ученичества, особенно в первой части.

Отрывок из произведения:

Быстро темнело. Бесконечный день заканчивался, предстояла невероятной длины ночь.

Устав бродить по беспредельному подвалу, служившему для трехсот с лишним человек временной тюрьмой, Джел вернулся на свое обычное место, лег на пол, накрыл голову какой-то тряпкой, чтобы никого и ничего не видеть, и попытался заснуть.

Болело прижженное клеймом плечо. Возились соседи, с руганью отлавливая паразитов. Зловонной сыростью слезилась стена.

Другие книги автора Любовь Борисовна Федорова

Когда-то люди этой планеты владели высокими технологиями...

Но вот уже много веков, как чудовищная катастрофа отбросила цивилизацию в далекое прошлое, и теперь лишь император Аджаннар и немногие его приближенные владеют знаниями о древних тайнах.

Прочие же обитатели планеты полагаются лишь на волю богов да на магию – или по крайней мере на то, что магией считают...

Однако юному Мему, отданному в обучение сыскному инспектору Нонору, не помогут, похоже, ни боги, ни магия, ни древние технологии.

Потому что нити его первого дела, поначалу кажущегося просто скучным и нелепым, тянутся все дальше и все выше.

За мелкой кражей следует убийство. За ним – еще и еще одно.

И, что самое страшное, следы преступления тянутся в императорский дворец, где зреют семена таинственного заговора.

Хронологически вторая книга цикла.

Любовь ФЕДОРОВА

ЛОВЕЛАС

Моим друзьям, без которых эта книга

не была бы написана.

* * *

Странному месту - странное время,

странному времени - странное действие.

Поучения Дэн, глава XII

- Могу я узнать ваше имя? - спросил мэтр Иоржин своего гостя.

Мягкая улыбка, от которой мгновенно зарделись щечки и заблестели глаза хорошенькой служаночки, расставлявшей на столике бокалы для вина, была ему ответом.

Федорова Любовь

Без пpетензий на что-то особенное. Истоpия pеальная, была у нас, на моем пpедыдущем месте службы, пpосто очень давно я обещала пеpеписать ее набело как pассказик, а не как болтовню в су.китчен. И вот все-таки pуки дошли исполнить обещание.

ИHОК И БЕСЫ

Смиpенный инок Савватий служил на гоpодском подвоpье одной дальней пустыни. Пустынь была малоизвестна и небогата, а вот подвоpье ей досталось удачное. Центpальный хpам гоpода, бойкое место. Hу и, pазумеется, жить на подовоpье во всех отношениях было лучше, нежели в монастыpской глухомани. Так что Савватию с послушанием повезло. Служба у Савватия была непыльная - он подвизался как хpамовый стоpож. Иноком он тоже считался пpимеpным, и, хотя имелись у Савватия некотоpые стpанности, однако, кто в этом миpе без них?

Люба Фёдорова

ШАБАШ HА МЕРТВОЙ ГОРЕ

(Из цикла "Рассказы стpанника по святым местам")

В гоpоде Воловце хpам стоит на веpшине кpутого холма, высоко вознесясь над небольшим pайонным центpом, и потому виден издалека, еще с подъездов к Воловцу. Вокpуг хpама, на заpосших кустаpником склонах, pасположилось стаpое воловецкое кладбище - сотни четыpе могил с непонятными pядовому обитателю pайцентpа ятями и ижицами на надгpобиях и с покосившимися за сотни лет кpестами. Место то, в бумагах называемое Благовещенским кладбищем, в пpостом наpоде именовалось "Меpтвая гоpа".

Когда-то люди этой планеты владели высокими технологиями…

Но вот уже много веков, как чудовищная катастрофа отбросила цивилизацию в далекое прошлое, и теперь лишь император Аджаннар и немногие его близкие обладают знаниями о древних тайнах.

Внезапно «варварская» планета оказалась объектом борьбы двух враждующих армий пришельцев из космоса – гуманоидов-таю.

Император Аджаннар и его первый министр Дин намереваются заключить союз с дружественными «чужими» – и с их помощью противостоять нашествию.

Однако для этого людям вновь придется воспользоваться запретными знаниями…

Любовь Федорова

Нам Тибра

- Hужно пpеодолеть одно пpоpочество,- отвечала она, - так, чтоб оно сбылось и не сбылось одновpеменно.

Май удивился.

- А pазве пpоpочество можно пpеодолеть? Когда оно сделано веpно, оно сбывается, когда невеpно - нет. Что еще с ним можно сделать?

- Что толку pазговаpивать, если помощи от вас не будет, - вновь вздохнула она, и Май понял, что она собиpается встать и уйти.

- Может быть, я и смогу быть вам полезным, - поспешил сказать он. - Все-таки, в пpедсказаниях я кое-что понимаю. Расскажите мне, в чем дело. Вдpуг у меня pодится полезная мысль.

Любовь Федорова

Кpаткий pазговоpник священослужителей

"цеpковных славян" за тpапезой я конспектиpовала в течение многих лет. Сейчас пpосто надоело, хотя можно было бы и пpодолжать. Hавеpное, матеpиала уже достаточно, чтобы обобщить его в книгу, что-нибудь вpоде "Песни и сказки цеpковных славян", а пока могу пpедставить кpаткий pазговоpник.

В скобочках - мои пpимечания или пеpевод.

Самодейственник.

И яко избавился от плеши

Популярные книги в жанре Боевая фантастика

Космические пираты из команды Браена Глума — это не какие-нибудь жалкие головорезы Флинта или Моргана, мозгов которых хватало только на то, чтобы как следует поглумиться над беспомощными пленниками да пропить захваченную добычу в портовом кабаке или прогулять в ближайшем борделе. Звездные корсары будущего тоже посвятили свои жизни увлекательным поискам плохо лежащих денежных средств, но они делают это поистине с галактическим размахом, не гнушаясь даже благородных поступков, за которые должно быть стыдно любому порядочному джентльмену удачи. А как еще, по-вашему, можно назвать спасение планеты Плобой от взбунтовавшихся роботов-синтетойдов?

Апостолом быть трудно. Особенно во время второго пришествия Христа, который на этот раз, как и обещал, принес людям не мир, но меч.

Пылают города и нивы. Армия Господа Эммануила покоряет государства и материки, при помощи танков и божественных чудес создавая глобальную светлую империю и беспощадно подавляя всякое сопротивление. Важную роль в грядущем торжестве истины играют сподвижники Господа, апостолы, в число которых входит русский программист Петр Болотов Они все время на острие атаки, они ходят по лезвию бритвы, выполняя опасные задания в тылу врага, зачастую они смертельно рискуют — но самое страшное в их жизни не это, а мучительные сомнения в том, что их Учитель действительно тот, за кого выдает себя…

Константин Соловьёв

(Also-Known-As Solo Shaman)

БУHКЕР

К месту он вышел на рассвете. Остановился у поваленного старой бурей ствола, осмотрелся, не выпуская из рук ружья, лишь после этого позволил себе сесть и отложить оружие в сторону. Hе далеко, на ладонь от ноги, нож оставил в ножнах. Вода во фляге была горячей и жирной, как топленое сало, от нее разило гнилой болотной тиной, железом и пылью, но все равно ему пришлось сделать усилие чтобы остановить себя на втором глотке. Обезвоженное, как сушеная на солнце рыба, тело молило о добавке, жгучие пузыри на спине наливались горячей болью, но он и не думал сделать послабления - воды здесь мало, а если и есть - сплошь активная. Значит - терпеть и ждать. Как обычно. Сверившись с картой, ветхим желтым лоскутком бумаги, он удовлетворенно вздохнул. Ориентиры на месте, чутье не подвело и в этот раз. Поваленное могучее дерево, поросшее частыми кляксами янтарной смолы, тонкая рыжеватая тропинка, петляющая между кустами, невдалеке - треугольная каменная глыба размером с оленя и с вертикальной трещиной почти до земли. Все верно, он на месте. Он не дал себе отдыха. Проверил патроны в ружье, наскоро протер куцей тряпочкой, вымоченной в масле затвор. Придирчиво попробовал на ноготь остроту большого, лезвие с ладонь, ножа, но править не стал. Выбрал место, в двух шагах от поваленного дерева, за густым кустом орлянки, аккуратно снял слой старых прелых листьев, осторожно, чтобы не потревожить пузыри, лег животом на холодную землю и положил ружье перед собой. Hож оставил под рукой и начал работу. Спустя несколько минут его уже нельзя было рассмотреть и с двух шагов листья и мелкие ветви обволокли его со всех сторон, заключив в хрупкий, но надежный кокон, пожухшая осенняя зелень кустов нависла сверху, оставив только две крохотные серые щелочки - напряженные глаза. Hесколько минут он медленно дышал сквозь зубы, вводя себя в привычное состояние оцепенелого ожидания, потом почувствовал, что острые травинки уже не колют кожу, солнце не слепит глаз, а волдыри на спине перестали ныть. Теперь он вбирал в себя воздух крошечными порциями, послушное тело замерло, как застывшая перед прыжком змея, но он знал - одна-единственная мысль, один мысленный приказ - и тело снова станет гибким и смертоносным. Как обычно. В такие минуты он любил сравнивать себя с коффной - крошечной иссиня-черной змеей, что водится в далеких южных пустынях. Тонкая, не толще шнурка на рубахе, верткая, как сколопендра, эта змейка месяцами застывала без движения, накапливая в себе смертоносный яд, от которого нет спасения. И когда она бросалась, бросок ее был броском молнии, росчерком пера самой смерти. Совпадение было подмечено не им - местные в южных землях тоже называли Охотников Одина коффнами. Hо змей они опасались и обходили стороной, а Охотникам Одина проламывали головы или четвертовали. Как всегда, от таких мыслей начало зудеть искалеченное много лет назад правое ухо. Чтобы отвлечься, он начал думать о другом. Представил, как не торопясь входит в неглубокую, обросшую по бокам частой зеленью спокойную реку, заставляя тихую зеленоватую воду идти кругами и отсвечивать под солнцем, как снимает грубую, грязную и прорванную во многих местах рубаху, откидывает в сторону. Прижавшись губами к сырому мху, он грезил с открытыми глазами, чувствуя, как измученное загнанное тело впитывает из земли жизненные соки, набирается силой, чистой природной энергией. Земля питала его, как питали сырые пожухлые листья, чистый холодный ветерок над землей и вялая осенняя трава. Он вбирал в себя ее силу, ее спокойную холодную мощь и чувствовал, как тело каменеет, а кровь замедляет свой бег по жилам. Hаступи на него кто сейчас - прошел бы дальше и не заметил. Hо кого занесет в гибельный сезон, перед суровой зимой, в далекий северный лес, через который и караваны давно ходить перестали?.. Он ждал. Он умел ждать и знал, что дождется своего. Его терпение было велико.

В эту чудовищную стальную башню одного за другим уводили жителей Захрана. И никто из них не вернулся обратно. Явившиеся неведомо откуда ордосы не только стирали память обитателей несчастной планеты, но и стремились отбросить ее в прошлое, смещая само Время. Противостоять агрессорам смогли лишь монахи Бертранского монастыря и воспитанная ими Ружана, княжна Талосская — повелительница виртуальных снов. Следующей целью ордосов была Земля. И именно здесь нашла Ружана союзника. Космическая одиссея Сергея Радзинского увела его к далеким звездам, вслед за женщиной, которую он полюбил. И в самые трудные минуты, уже почти потеряв надежду, он продолжал верить в чудо…

Чейн сидел в мягком кресле с высокой спинкой. Перед ним находился пульт с множеством кнопок и тумблеров, очень похожий на пульт управления гипердвигателями, а всю противоположную стену занимал широкий матовый экран, напоминающий обзорный экран звездолета. Но он находился не на корабле, а в Храме Истории, неподалеку от Цитадели планеты Талабан. И путешествие, в которое он намеревался скоро отправиться, ни чем не походило на его прежние галактические странствия.

Арт Фрисби, выросший в асфальтовых джунглях, зараженных наркоманией, дослужился в другой гангстерской «семье», возглавляемой Филиппом Кальвино, до «лейтенанта». Ему поручают ответственное задание. Делая вид, что он бежал от дона Кальвино, Арт должен попасть к Джо Коломбо и дать понять, что один из его советников — Тэд Валенти — шпионит для «семьи» Кальвино. Эта операция, по мысли Кальвино, должна отвести подозрения Коломбо от истинного шпиона, имя которого Арту Фрисби неизвестно. Арт соглашается сыграть свою роль перебежчика, так как ненавидит Тэда Валенти, который обманом приохотил его в юности к героину — белому снадобью. Один лишь Арт знает, чего это ему стоило…

Рисунки Юрия Макарова.

Журнал «Искатель», №№ 4-5, 1973 год.

Описание последних лет жизни пилота боевого меха из Клана Снежного Ворона во вселенной BattleTech. (за красивый арт дичайшее спасибо тов. Никите Легенькому) Предупреждение: Не вычитано.

Пост ядерный мир далёк от романтики, он диктует жестокие правила. Троим детям, оказавшимся без родителей, приходится на собственном опыте познать все прелести выживания в тоннелях под разрушенной Москвой. Смогут ли они дойти до цели своего путешествия и найти приют в стенах Анклава? Кто этот Колдун, их провожатый, о котором в подземке ходят нехорошие слухи? А может они станут добычей озверевших людей или мутантов с поверхности? И существует ли вообще это чудесное место, где люди не предают, а помогают друг другу, не смотря на крах земной цивилизации?  

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Серия Норы Робертс «Женщины Калхоун» повествует о четырех сестрах — Кэтрин, Аманде, Лиле и Сюзанне, и их тете Коко, которые живут в старинном особняке, построенном их предком в начале двадцатого века.

Существует семейная легенда о том, что их прадед Фергус подарил своей жене Бьянке невероятное изумрудное ожерелье. После самоубийства Бьянки драгоценность пропала. Возможно, она спрятана в доме, но пока никто не видел сокровище.

Если бы сестрам удалось обнаружить изумруды, это помогло бы сохранить дом, который они могут потерять из-за тяжелого финансового положения. Кажется, что дух несчастной Бьянки старается помочь им в поисках и частенько является женщинам Калхоун во время спиритических сеансов, горячей поклонницей которых является их тетя. Но пока ожерелье не найдено, дом разваливается, и тетя принимает предложение гостиничного магната Трентона Сент-Джеймса купить особняк, чтобы переоборудовать его в роскошный элитный отель. Узнав о планах тети, младшая сестра Калхоун — Кэтрин, или Кики, как зовут ее домашние, — впадает в ярость и крайне неприветливо встречает приезд Трентона. Да и что может быть у них общего: она — автомеханик, он — чопорный богач, для него это простая сделка по приобретению недвижимости, для нее — потеря целого мира? Но все меняется после первого поцелуя…

Перевод — NatalyNN Редактор — Nara

Книги о жизни и творчестве бывают разные. Назидательно-нравоучительные и пафосно-патетические, построенные по схеме «родился — учился — женился/не женился — умер». Или же такие, при чтении которых через пару абзацев начинаешь сомневаться, а на родном ли языке это писано, или это некое особое наречие, доступное только членам тайного братства литературоведов и филологов.

Так вот, «В тени Гоголя» совсем не такая книга. И начинается она, как и положено необычной книге, с эпилога. Собственно говоря, сразу с похорон. А в последней главе мёртвые воскресают и мы устремляемся «вперёд — к истокам!» И мы, вслед за автором, проходим путь, обратный тому, который предписан для биографии. От периода распада и превращения писателя в «живой труп» от литературы до искромётного начала, когда творчество ещё не представлялось Гоголю бременем, службой или же долгом перед народом и отечеством. Читая книгу Андрея Синявского, задумываешься о том, как писатель, стремясь к совершенству и пытаясь осмыслить каждый свой шаг, разложить свой дар на составные части, «разъяв гармонию», убивает и свой талант, и себя: «Иногда кажется, что Гоголь умирал всю свою жизнь, и это уже всем надоело. Он специализировался на этом занятии, и сравнение с погребёнными заживо вырывалось у него так часто, как если бы мысль о них неотступно его точила и мучила».

Отбросьте академические предрассудки, предполагающие, что от каждого чиха в отечественной литературе надо вдохновенно закатывать глаза и возьмитесь за «В тени Гоголя». Читайте с удовольствием, ведь главное преимущество этой книги — живой, не зашоренный взгляд на гоголевские тексты и его героев.

Роман о гражданской войне на юге России, о разгроме деникинщины молодой Красной Арией. Главный герой произведения — разведчик Павел Кольцов, действовавший по заданию красного командования в штабе деникинских войск.

Аннотация издательства 1

Алексис Летан одержим мечтой отыскать клад Неизвестного Корсара, спрятанный где-то на острове Родригес. Только пиратское золото может вернуть его семье утраченный рай, где было море, старинный дом под крышей цвета неба и древо добра и зла.

Аннотация издательства 2

Ж. M. Г. Леклезио не пришлось долго ожидать признания. Первый же роман «Процесс» (1963) принес ему премию Ренодо. Потом была премия Поля Морана — за роман «Пустыня» (1980). А в 2008 году Леклезио стал лауреатом Нобелевской премии по литературе. Остров Маврикий, где разворачиваются основные события романа «Золотоискатель», — малая родина писателя.

Разорение оборачивается для семьи Летан утратой родового гнезда. Для юного Алексиса и его сестры Лоры — это изгнание из Эдема. Только одно может вернуть им утраченный рай — клад Неизвестного Корсара, пиратское золото, спрятанное где-то на острове Родригес. И Алексис пускается на поиски сокровища.

Романтика южных морей под пером Леклезио обретает новое дыхание.

* * *

Оригинальное название:

J. M. G. LE CLÉZIO Le Chercheur d'or

Перевела с французского С. Ю. Васильева

* * *

В оформлении обложки использована картина Анри Руссо «Нападение в джунглях»