Путем взаимной переписки

В наш авиационный истребительный полк пришло письмо. На конверте, после названия города и номера части, значилось: Первому попавшему. Таковым оказался писарь и почтальон Казик Иванов, который, однако, письмом не воспользовался, а передал его аэродромному каптерщику младшему сержанту Ивану Алтыннику, известному любителю заочной переписки.

Письмо было коротким. Некая Людмила Сырова, фельдшер со станции Кирзавод, предлагала неизвестному адресату взаимную переписку с целью дальнейшего личного знакомства. Вместе с письмом в конверт была вложена фотография размером 3х4 с белым уголком для печати, фотография была старая, нечеткая, но Алтынник опытным взглядом все же разглядел на ней девушку лет двадцати – двадцати двух с косичками, аккуратно уложенными вокруг головы.

Другие книги автора Владимир Николаевич Войнович

«Москва 2042» — Сатирический роман-антиутопия написанный в 1986 году. Веселая пародия, действие которой происходит в будущем, в середине XXI века, в обезумевшем «марксистском» мире. Герой романа — писатель-эмигрант, неожиданно получает  возможность полететь в Москву 2042 года, и в результате оказывается действующим лицом и организатором новой революции.

Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить! Читатель держит в руках полную версию уникальной эпопеи XX века - «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина». По словам самого автора, на ее написание ушло в общей сложности 49 лет. Две первые книги - «Лицо неприкосновенное» и «Претендент на престол» - впервые были опубликованы в 1975 году, книга третья - «Перемещенное лицо» - в 2007-м. Изменился ли Чонкин? Ничуть! Он так же наивен и непосредственен. Притворство, ложь и предательство, сталкиваясь с ним, становятся невероятно смешными и беспомощными. В чем феномен его долголетия? В умении Владимира Войновича соединять политическую сатиру с любовью к людям, лирическую эпопею - с романом-памфлетом.

Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить! Простой солдат Иван Чонкин во время Великой Отечественной попадает в смехотворные ситуации: по незнанию берет в плен милиционеров, отстреливается от своих. Кто он? Герой самой смешной политической сатиры советской эпохи. Со временем горечь политического откровения пропала, а вот до слез смешной Чонкин советскую власть пережил!

Император Николай I во время представления «Ревизора» хлопал и много смеялся, а выходя из ложи, сказал: «Ну, пьеска! Всем досталось, а мне — более всех!» Об этом эпизоде знает каждый школяр. Всякий, считающий себя умным, прочитав «Малинового пеликана» В. Войновича, много смеяться не будет, но скажет: «Ну, роман! Всем досталось, а мне — более всех!» И может быть, после этого в российской жизни действительно что-то изменится к лучшему.

Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить! Кто он? Герой самой смешной политической сатиры советской эпохи. Со временем горечь политического откровения пропала, а вот до слез смешной Чонкин советскую власть пережил!

Эта книга состоит из трех книг, написанных в разное время, но она едина и каждая ее составная есть часть общего замысла. При подготовке книги к печати я думал, не осовременить ли текст, убрав из него какие-то куски или детали, которые сейчас могут казаться неважными, устаревшими, и добавив новые пояснения, уточнения. Но потом решил, что подобное исправление текста задним числом может помешать читателю почувствовать атмосферу того времени, когда все это написано. Так что пусть все останется как есть

Новый сенсационный роман-мемуар Вл. Войновича «Автопортрет. Роман моей жизни». Автор легендарной трилогии о солдате Иване Чонкине, талантливый художник-живописец, поэт, драматург, журналист и просто удивительно интересный человек — Вл. Войнович на страницах своей новой книги пишет не только о себе, но и о легендарном времени, в которое ему выпало жить.

Чонкин жил, Чонкин жив, Чонкин будет жить! Чонкин снова в центре заговоров и политических интриг. Он бодро шагает по историческим эпохам! Он так же наивен и непосредственен. Притворство, ложь и предательство, сталкиваясь с ним, становятся невероятно смешными и беспомощными. А в деревне Красное его незаконная жена Нюра продолжает любить Чонкина-героя и мечтать о нем. Встретятся ли они, будет ли хеппи-энд?

Популярные книги в жанре Современная проза

Друзенко Анатолий Иванович родился в 1940 году. Закончил МГУ. В 1961

– 1998 годах работал в газете “Известия”. В “Новом мире” печатается впервые.

Когда этот номер готовился к печати, пришло горестное известие о скоропостижной смерти Анатолия Ивановича. Редакция выражает искреннее соболезнование родным и близким нашего уважаемого автора.

1976-й.

Расцвет застоя.

Брежнев еще сам застегивает ширинку.

На Пушкинскую присылают Алексеева.

Героиня Такако Такахаси сродни хэйанским придворным дамам, не только своей житейской необремененностью, но также и чуткостью к тонким и тончайшим движениям души, пониманием «очарования вещей», ощущением грустной прелести любви и человеческого общения, особо драгоценных из-за своей мимолетности.

Так ее звали все в “Золотом шаре”, потому что видели бы, что творится в ее доме! Вонизм сплошной развела и форменный бардак: и три кошки, и три белые мыши, и два попугая. Весь этот зоопарк носится по двум маленьким комнатенкам, и в результате хорошо, что коровы не летают. Тут же, в углу, на телаге храпит пьяный Сонькин папа, весь обгрызенный мышами и укаканный попугаями. Дочка ее – вождь краснокожих – гоняет свой зверинец с грохотом, топотом, матерщиной и наплевательским отношением к и так заплеванным коврам.

повесть

В день желтого тумана из пункта С. в пункты Т. и О. с севера на юг отправилось четверо человек с целью отдохнуть и развлечься в летний период. Начнем и мы с богом и потихонечку.

Женщина с непреклонным подростком вышли из вагона и отыскали у железной ограды белый “опель” с придремавшим водителем.

– Привет, Вадик. Как дела, отстроились наконец? – спросила Оксана, устроившись на сиденье.

– Всю зиму на кильке с гречкой. Зато хоромы, – завистливо вздохнул водитель, неспешно тронувшись.

Вечером у директора была назначена репетиция. В сумерках он вышел в коридор на охоту. Новая жертва появилась, повиливая тазом, точно под юбкой у нее был руль.

– Зайди ко мне, Лиза.

Он запер обе двери – и свою, и секретарскую.

– Я хочу тебе спеть. Послушаешь?

Лиза пришла в смятенье, но преодолела себя. Села, как отличница, сложив на коленях руки, и приклеила к лицу ожиданье. В скорости перевоплощений ей мало равных.

Певец выложил ключи на подоконник и поглядел вниз. Машины разъехались, здание опустело, охрана не услышит. Он набрал воздуху.

Анимационные фильмы Хаяо Миядзаки и Исао Такахаты – шедевры мировой мультипликации, созданные с большой виртуозностью и любовью. Студия Ghibli – это то самое место, где появлялись всемирно любимые картины, бесспорно ставшие классикой жанра: «Унесенные призраками», «Ходячий замок», «Навсикая из Долины ветров», «Могила светлячков» и многие другие. Именно здесь мастера японской анимации воплощали свои идеи и фантазии в жизнь, одушевляли персонажей и творили самое настоящее волшебство.

Скорее садитесь на параплан Навсикаи, и отправимся в путь: вместе мы промчимся мимо небесного замка Лапуты, догоним Кики, летящую на своей метле, с высоты птичьего полета посмотрим на японские леса и урбанистические пейзажи, услышим шум крепчающего ветра. Страницы этой книги, впитавшие в себя всю магию волшебных миров студии Ghibli, позволят вам увидеть эти фильмы такими, какими вы не видели их прежде.

Хаяо Миядзаки – величайший аниматор в мире. И просто волшебник. В этом сходятся все, кто хоть раз видел его творения: «Мой сосед Тоторо», «Принцесса Мононоке», «Унесенные призраками» и множество других полнометражных мультфильмов. Феномен Миядзаки в том, что он достучался до ребенка в каждом из нас. Он оставляет мир серьезных и взрослых людей другим режиссерам, а сам окутывает нас счастливым миром детства. В его работах оживают фантазии, страшилки и мечты. Мы знаем, что хранитель леса сейчас спит, но скоро наступит ночь, и он выйдет на прогулку. Знаем, почему идет дождь, почему задувает ветер, почему детство не должно заканчиваться, почему среди нас живет Миядзаки. Премия «Оскар», восемь премий «Tokyo Anime Award», шесть премий Японской киноакадемии – награды можно перечислять бесконечно. Книга, которую вы держите в руках, – это единственная на данный момент книга на русском языке о творчестве великого мастера. Это – ключ к пониманию самого Миядзаки, попытка взглянуть на его творения через призму его биографии. Сюзан Нейпир проведет вас по всем 11 мультфильмам, познакомит с героями, поможет понять их характер, укажет на образы и символы, которые замаскировал маэстро. Здесь же вы увидите, какие события происходили в жизни самого аниматора в этот период и как они повлияли на героев. Книга станет замечательным подарком как ценителям творчества Хаяо Миядзаки, так и тем, кто приоткрывает для себя волшебную страну его творений.

Алиса Уиндем боится птиц. Но получает странный подарок от старушки, скончавшейся прямо на ее руках. Невзрачное перо сиелулинту, полуночника.

Теперь Алиса – птицелов и знает, что может читать души как раскрытую книгу.

Когда лучшая подруга Алисы попадает в автокатастрофу, она должна проникнуть в Обитель Смерти, чтобы спасти ее. Добраться до Черного зверинца, где находят кров полуночники, если души их владельцев отлетают прочь. И украсть душу-птицу у самого Повелителя мертвых.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Е. Войскунский, И. Лукодьянов.

Сумерки на планете Бюр

Из дневника Резницкого

Никак не могу прийти в себя после поспешного бегства с планеты Бюр. Хорошо еще, что я успел прихватить с собой животное для поглаживания. Прошин, командир корабля, отнесся скептически к "рассаднику чужепланетной заразы", но я принял достаточные дезинфекционные меры и поместил животное в свой маленький виварий, где хранились яйца, взятые на планете Тихих Идиотов. Надеюсь, что с помощью Алеши и Рандольфа смогу создать условия для поддержания жизни этого странного существа.

Евгений Войскунский

Командировка

Я сидел за компьютером, сочиняя отчет о вчерашней пресс-конференции Кимвалова. Пресс-конференция была скучнейшая (все понимали, что предложенный Кимваловым новый налог на развитие культуры - пустая фантазия), но если ты работаешь в отделе информации "Большой газеты", то изволь писать этот отчет, причем писать так, чтобы те, кто будет его читать, хотя бы не испытывали отвращения к печатному слову. Взять, например, и вписать как бы между прочим: "А костюмчик на товарище Кимвалове, невзирая на скудные средства культуры, тянул долларов на триста".

Михаил Войтенко

Наши дети в Таиланде

Атомный реактор

Когда Руся с мамой приехали ко мне в гости, я еще не знал, что Руся это не Руся, не девочка и не ребенок. Т.е. внешне Руся была именно Русей и никем другим, семилетней девочкой. Истинная ее сущность открылась мне сразу и навсегда, на следующий после их приезда день. С утра в Русе стало наблюдаться внутренне кипение, вызванное тем, что аккумулирующейся в ней энергии не было выхода. Котел кипел и грозил взорваться. Мама и я, чувствуя себя, как команда подрывников, приехавшая по срочному вызову на разминирование, схватили Русю в охапку, прыгнули в такси и помчались в Диснейленд Таиланда - DreamWorld. Было часов 12 дня. Эта детская мечта занимает немалое место на окраине Бангкока, чуть далее аэропорта. Аттракционов там на любой вкус и цвет. Ну и часов в 12 дня мы туда и погрузились, наивно думая, что за пару максимум тройку часов мы Русю ухайдокаем и усталые, но довольные, вернемся домой. Сапер ошибается только один раз... Это мы на себе проверили, убедились. Действительно, один. Прошел час, два, четыре, пять - в Русе энергия, вопреки всем известным законам, клокотала все более. Руся прогремела по всем аттракционам, а затем перешла к повторному и более посещению тех, каковые она посчитала достойными своего внимания. Единственное место, несколько ее сбившее - Домик Ужасов. Я и сам несколько удивился - пока еще бодрая мама и расточающая энергию Руся, хохоча, в домик зашли. Через три минуты вышли дрожащая и негодующая мама и зареванная Руся. Мама мне сказал, что она-б за такие ужасы их тут всех поубивала. Что там за ужасы были, они делиться не стали. Руся, впрочем, стряхнула с себя все эти ужасы буквально через минуту и унеслась на что-то очередное ей особо полюбившееся. Итак, дело шло к вечеру, темнело, мама и я не просто устали, мы с трудом, из последних сил за Русей поспевали, кое-как набираясь остатков сил в то время, когда Руська сотрясала очередной аттракцион. Из парка начали потихоньку уходит. Руська удивленно на них смотрела - ну, мол, и чудаки, из такого места куда-то тащиться. Готовить Руську к тому, что из парка придется таки уйти, мы начали заранее, где-то за час. Не совсем удачно. В ответ на страсти о бегающих без присмотра по парку крокодилах, особенно опасных к вечеру, Руська только ядовито хихикнула и ответила в том смысле, что она не сопливая девчонка, видала она тех крокодилов и вообще нечего ей лапшу вешать. Мы поняли, что да, лапшу ей не повесишь. Исход из парка, впрочем, был довольно мирным, без эксцессов и скандалов. В такси Руська моментально отключилась и пробудилась только дома, свежая и готовая к дальнейшим приключениям. Чего не скажешь о нас - мы буквально упали, где стояли.

Михаил Войтенко

По ленинским местам Таиланда

Итак, как только я попал в Таиланд, так и почти сразу заинтересовался ленинскими местами. Не может, думалось мне, такого быть, чтобы была страна, а ленинских мест не было. Нет такой страны. Ленинские места в Таиланде слух не раздражают и не приводят в недоумение, а вот Таиланд без Ленинских мест да его просто быть не должно. Поверхностный осмотр ничего не дал. Ни тебе памятников, ни мемориалов или музеев или хотя-бы памятных досок - здесь Ильич... А там Константиновна... А вот тут групповое с Инессой... Ничего! Ни книг не писал, ни там скрывался от непременных ищеек, ни картавил с балкона. Начал вспоминать его труды - и не вспомнил ничего про Таиланд. Так что-то, абстрактно, насчет трудящихся масс Востока. При том, что Таиланд ведь не просто так, а королевство. А мы с пеленок знаем про любовь вождя к королям, царям и прочей мрази. У меня проснулось чувство исследователя - тут ведь кандидатской пахнет, если не докторской! Найти следы Ильича в Таиланде, под пальмой или на пляже, это ведь прямиком в историю. Начал искать - опять ничего. Никаким боком его сюда не заносило, ни даже размахом мысли.