Псы Господни (Domini Canes)

Это роман об Апокалипсисе, о науке, — роман о вере, роман о том, кто мы есть… и о том, что ждёт всех нас в темноте. И если Вам станет страшно, значит во вкрадчивой тишине пустых улиц Вы тоже услышали приближающееся: «…с-с-с-с-с…ш-ш-ш-ш-ш…..с-с-с-с-с…» — и Вы молча переглянетесь с авторами, понимающе щуря глаза — да, теперь Вы тоже обладаете знанием. Вот только спасёт ли оно нас?

Отрывок из произведения:

Маленькая смешная планета Земля. Влажный каменистый шарик с копошащимися комочками слизи на поверхности. Со взлётами духа и падениями нравов, с цепким умом некоторых и таким трогательным невежеством остальных…

Тысячелетия глупости и страха…. теперь он был готов принять всё это.

Его время пришло.

Время новых богов.

…о, эти страхи, их жестокая непреклонность, их предвкушение мучительного зла…

…это Нечто, облизывающееся во мгле…

Другие книги автора Александр Семенович Уралов

В конце XXII века ужасы не столь далекого Джихада постепенно отходят в прошлое. Земля по-прежнему искусственно разделена на Демонское полушарие и полушарие Веры-Истины, а таинственные квазиживые карачи по-прежнему иногда похищают грудных младенцев для каких-то своих непонятных целей.

Семнадцатилетний Егор, находясь в дозоре, встречает в южно-уральской пустыне, неподалеку от бывшего Озерска, небольшую группу московских ученых, чьей целью является посещение челябинского Комбината, когда-то производившего «начинку» для ядерного оружия.

Поход этот становится самым тяжелым и продолжительным испытанием для Егора и его друзей. Истина открывается для них через боль, страдания, смерти и сражения, проверяя их любовь, дружбу и верность суровым законам пустыни.

Роман "Трон на двоих" написан в жанре городского фэнтези. Быть королевой - не значит быть беззаботной и счастливой. Даже в детстве. Не чересчур ли велика цена, которую сёстрам пришлось заплатить за трон? .. я покажу тебе звёзды и пламя.

Переработанный и окончательный вариант романа «Гагарин-шайтан». Действие охватывает 250 лет будущего России. Антиутопия. Можете считать роман постапокалиптическим :)

Расказ участвовал в конкурсе«Стоптанные кирзачи», 2012 г. 3-е место в судейской номинации. Опубликован в журнале фантастики «Mеридиан» (Германия, Ганновер) за февраль-март 2012 г.

Край у нас, прямо скажем, страшноватенький… каторжный. Сколько здесь народу за триста с лишним лет повыморили – жуть! И то верно, пока из земли руду выковыряешь, пока её привезёшь, обогатишь и выплавишь искомое… а потом ещё и прокуёшь не на раз, да обработаешь… просто костями всё устлано, ей-богу! Ну, и народ соответствующий. Антон Павлович Чехов заметил, что 'в

Екатеринбурге на каждом шагу встречаются лица, глядя на которые думаешь, что при рождении этого человека присутствовал не акушер, а механик'. Однако, слышь, живём!..

…В горних высотах Разума философ снисходительно почёсывает брюхо, лениво раздумывая — стоит ли снизойти до детского разума SAPIENS или повернуться на другой бок и продолжить думы о тайнах Мироздания?..

Николай смотрел в кухонное окно, как дочь выскакивает из подъезда и тотчас, прыгнув в сторону, делает кувырок через голову, одновременно стреляя по комуто, кого не было видно из-за угла дома. Она лёгкая и гибкая, как кошка... а он, как видите, уже давно отрастил брюшко и нет-нет, да и обнаруживал в причёске седые волосы.

Дочь, отстреливаясь на бегу, одним прыжком перемахнула через густые кусты акации и исчезла из виду. Метрах в пятидесяти в сторону молодой худощавый папаша лет тридцати, укрывшись за коляской со спящим младенцем, отстреливался длинными очередями.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ

ЗА МИГ ДО БЕССМЕРТИЯ

Фантастический рассказ

"Поедем туда, где бьется сердце... Поедем туда, где бьется сердце..." До чего же нелепа эта неизвестно откуда взявшаяся фраза! Он повторял ее бездумно, не вникая в смысл, словно отсчитывал секунды.

Внизу распласталась неестественно плоская земля. Была она как выцветшая от времени акварель под пыльным стеклом. Казалось, стекло вот-вот разобьется: оно кренилось из стороны в сторону, вставало на ребро, переворачиваясь, исчезало из глаз и снова возникало в поле зрения.

Сергей Подгорный

"Если к нам прилетят со звезд..."

Случай, о котором хочу рассказать, произошел неподалеку от побережья Африки, почти как раз между Дар-эс-Саламом и мысом Делгаду, на одном из маленьких островов, которых там многие сотни.

Большая часть этих островов не заселена людьми, и на них обитает масса птиц - чаек, цапель, буревестников, фламинго и т.д. Понятно, что эти острова не могли не интересовать орнитологов, входивших в экипаж нашего научно-исследовательского судна...

Роман Подольный

НЕ НАДО РАЗБРАСЫВАТЬСЯ

Директор патентного бюро легким толчком послал через весь широчайший стол своему сотруднику коробку с сигарами. Тот неумело закурил.

- У меня к вам серьезный разговор.

- Я весь внимание, герр Галлер!

- О, речь пойдет не о вашей работе в бюро. Как бы вы к ней ни относились, справляетесь вы с нею великолепно. Это не комплимент. Мы ведь даже повысили вам жалованье. Но именно из-за того, что вы такой великолепный инженер, я и хочу предостеречь вас. Вы слишком разбрасываетесь. На мой взгляд, у вас большое дарование изобретателя, его и надо развивать. Только точное определение цели жизни делает жизнь по-настоящему полноценной. Единство цели! Вот общая черта всех истинно великих людей. А вы?

Аркадий Польшаков

Сборник юмористических рассказов

Испытание тазиком

Изобрел я тазик, хороший ширпотреб получился на четырех колесах, с рубиновым лазером для подогрева и приличным объемом в два ведра. Пошел с предложением к директору завода. Тот посмотрел и говорит: " Иди ты..."

И я пошел. Шел, шел, остановился и подумал, а зачем и куда это меня директор послал?

Вернулся, переспросил, а он говорит:

- Знаешь что, иди ты со своим тазиком в баню!

Галина Полынская

Завсегдатаям нижнего бара ЦДЛ посвящается.

История из жизни поэта Владислава Лопухова

Слегка одуревший от трезвости поэт Лопухов сидел на кухне и гонял вилкой по тарелке липкий консервированный зеленый горошек. Стихи не писались уже четвертую неделю... Отломив кусочек от придурковато розовой целлофановой сосиски и насадив это на вилку, Лопухов поднес кусочек сначала к свету, потом ко рту и... передумал. Розовый, мясистый крахмал сладострастно шевелился на железных зубьях вилки... Лопухов чуть привстал с табуретки, размахнулся и швырнул вилку вместе с этим в раскрытую форточку. Лопухов с удовольствием подумал, что этот красивейший жест обязаны оценить потомки, и полез в буфет за другой вилкой, но их больше не было, оставались только ложки. Пришлось доедать сосиску руками и скатывать вяло ползущий по тарелке горошек прямо в рот, помогая ему солоноватыми пальцами. Лопухову грустилось.

Полынская Галина

Ключ от города

- ... ну, как же тебе объяснить, Полина? - Стас присел на подоконник, задумчиво глядя на крутящиеся в пушистом солнечном луче сверкающие пылинки. - Ну, нет у нас с тобой ничего общего.

- Целый год было, а сейчас не стало?

Я внимательно изучала серые паркетные плашки.

- Поль, ты должна меня понять, - голос Стаса звучал мягко, примирительно, значит, он хотел как можно скорее покончить с этим нудным разговором и сбежать, затеряться в угасающем питерском дне. - Я творческая личность, мне нужен воздух, простор, а наши отношения слишком стали похожи на семью, меня это душит. Я не готов, не созрел еще для семьи.

Полынская Галина

Микроформы жизненных попыток

1. Попытка контакта.

Таракан смотрел на меня уже четвертую минуту. На железной крышке из-под лечо лежала половинка подвядшего лимона, неоднократно выдавленная в чай, а на ней, сверху, сидел таракан. И смотрел.

27. 01. 01.

2. Попытка адаптации.

У одного человека, прямо из попы росли красивые ветвистые рога. Он их очень стеснялся, и все время отламывал, но они вырастали снова. Тогда он решил устроиться работать экзотической вешалкой для одежды в большой, дорогой ресторан. Человек имел огромный успех, но когда на его рога повесили много пальто, рога сломались и больше не выросли. И человек заплакал.

Полынская Галина

Молодое вино

Весенний луч преломлялся в бокале молодого красного вина и рассыпался по столу дрожащими рубиновыми огоньками с теплыми желтоватыми серединками.... Хотелось жить. Еще больше хотелось достойно дожить до старости, и тихо умереть, держа за руку любимого, родного человека - так будет совсем не страшно умирать. Хотелось, чтобы друзья никогда не становились врагами или чужими, посторонними людьми. Чтобы не покидали тебя без всяких на то видимых причин, а если эти причины не видны и не понятны только мне одной, так пусть скажут и объяснят перед уходом... не уходите просто так.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Мы идем, и я почти физически ощущаю, как движется время. Так много еще надо успеть, а я-то не вечная. Но уверена, что все успею. Раньше у меня была только моя жизнь, мое время — бесконечное и неприкаянное. А теперь жизнь хоть и очерчена границами, но она у меня не одна. Складываешь кусочки — и получается бессмертие. Бессмертие, нужное всем».

Авторская аннотация:

Светлое будущее наступило. Новое общество живет по новым законам, каждый гражданин защищен, сыт и обогрет. Обязательная процедура нановкрапления «LL-211» дает каждому шанс прожить долгую жизнь. Человечество привито «от постыдного старения». Прогресс науки и техники достиг расцвета, время войн и политических неурядиц осталось позади.

Казалось бы, живи да здравствуй. Но не все в Новом обществе так безоблачно и светло. Анна-Амалия Лемешева знает это на своем опыте: много лет она вынуждена скрывать в подвале дома собственную мать. Сокрытие представителей нулевого поколения (последних «смертных»), а также стариков и инвалидов строго карается законом. Такую «обузу общества» положено сдавать в специальные клиники и центры, но Анна-Амалия не может пойти против совести и поэтому идет на нарушение закона.

В издание входят избранные повести, рассказы, очерки и сказки известного лингвиста, фольклориста, этнографа и писателя В.И. Даля (1801-1872), написанные им в 1832-1857 гг. (`Бедовик`, `Денщик` и др., сказки: `О Иване Молодом Сержанте...`, О Шемякином суде...`, О Георгии Храбром...` и др.).

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.

Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.

Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Семейный роман-хроника рассказывает о судьбе нескольких поколений рода Яблонцаи, к которому принадлежит писательница, и, в частности, о судьбе ее матери, Ленке Яблонцаи.

Книгу отличает многоплановость проблем, психологическая и социальная глубина образов, документальность в изображении действующих лиц и событий, искусно сочетающаяся с художественным обобщением.