Психика жертвы

Антонина Ледтке

ПСИХИКА ЖЕРТВЫ

Мартину Сеньке

вместо логичных аргументов

Зовут меня Кася. То есть Катарина Гирецкая. Мне надо писать дневник, потому что я отстаю по самосознанию. Приходится писать, а не диктовать в компьютер... компьютеру? Потом исправлю. Пока поставлю звездочки ******.

Действительно, когда человек пишет, он задумывается над тем, что хочет сказать, а не просто болтает, все, что к языку прилипло. Так сказала пани Бланка на самосознании.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

В сущности, марсиане тут ни при чем. Советским людям было совершенно ясно, о чем идет речь. И этот маленький безобидный рассказ публиковать категорически отказывались.

* * *

Все комнаты мотеля были переполнены. Управляющий — мистер Мандала — к тому же превратил в мужское общежитие заднюю часть вестибюля. Этого, однако, было мало, и он заставлял цветных коридорных освободить чулан.

— Но, мистер Мандала, пожалуйста, — взмолился старший коридорный, перекрывая стоявший шум, — вы же знаете: мы сделаем все, что скажете. Но так нельзя, потому что, во-первых, у нас нет другого места для старых телевизоров, и, во-вторых, все равно больше нет коек.

На приём к психиатру приходит странный пациент. Он утверждает, что постоянно слышит чужие мысли и радиус его телепатического восприятия всё расширяется…

Я проснулся около девяти утра. Дома никого не было и этот факт меня очень порадовал. Я быстренько оделся и, так как у меня было прекрасное настроение, поставил Rancid — и настроение поднялось ещё больше. Умывшись, я решил позавтракать и начал думать, что бы мне приготовить? То ли пожарить яичницу, то ли яичницу пожарить? Я выбрал второе, приготовил продукты и вот уже на меня смотрят три ярко-оранжевых глаза. В это время закончилась третья песенка Rancid и началась четвёртая — моя любимая и я начал весело отбивать в такт ногой. Чёрт, прекрасное утро!

Корабль словно падал в бесконечную ледяную бездну. Даже самые близкие солнца были страшно далеки, их лучи почти не доставали сюда, они оставались лишь белыми пятнышками на темном фоне, похожими на небольшие смерзшиеся льдинки. И расположение их день ото дня почти не менялось. Такое чувство, будто корабль неподвижно застыл в межзвездном пространстве.

Никогда прежде космический полет не казался Лестеру столь утомительным и бесконечным. Его заверяли, что две солидных размеров птички скрасят ему долгое путешествие домой, однако вышло наоборот: они лишь испытывали терпение, раздражали, действовали на нервы. Птицы были какими-то слишком уж эмоциональными, пребывали в постоянном возбуждении — правда, они не понимали человеческую речь и даже зачатков интеллекта у них не было, зато они с ходу улавливали любое проявление неприязни, тут же принимались квохтать и гоготать, забивались в тесное пространство между приборами, откуда извлекать их приходилось с немалым трудом. Им требовалось очень много времени, чтобы вновь успокоиться, поесть или заснуть. Зато, не будучи разобиженными, они долбили своими длинными ненасытными клювами все, что ни попадя, любые не защищенные пластмассовыми покрытиями и не зафиксированные в определенном положении тумблеры, кнопки и контакторы, они выключали свет, произвольно меняли температуру в отсеках, комкали и рвали магнитную ленту, запирали на задвижки двери, объявляли ложную тревогу…

Три повести, составляющие эту книгу, связаны общим содержанием и как бы продолжают одна другую, Пользуясь средствами политического памфлета, приключенческой и научно-фантастической литературы, автор, занимательно строя сюжет, показывает, как империалисты некоей западной страны пытаются в своих корыстных целях использовать новейшие достижения науки, как они терпят крах в этом. В книге разоблачены разжигатели военного психоза, проповедники «холодной» и «горячей» войны.

Влюбиться по-настоящему можно только один раз, считает герой. И всей своей жизнью оправдывает этот принцип.

Вдали ревет тукус. Дрожь пробирает при мысли, что этот кошмарный зверь может оказаться в круге света, который бросает моя лампа. Мохнатый загребущий хобот, два острых, как кинжалы, рога, торчащих во лбу — на этот лоб с силой шмякается захваченная хоботом жертва — и, наконец, желтые клыки! Но тукус боится приблизиться. Огни на сторожевых башнях и монотонные крики легионеров отпугивают его.

Мы не беззащитны. Оптим Тавр уже убил трех таких хищников, да и другие охотники время от времени их убивают… Мне кажется, бестии начинают нас избегать.

"В киевском издательстве "А-ба-ба-га-ла-ма-га" (директор Иван Малкович, художник София Ус) началась работа над новым циклом историй для малышей.

Это повествование о Жирафчике и его друзьях. Предлагаем вашему вниманинию первый вариант приключений доблестного Жирафчика. Наша дочь Стаска их одобрила, чего не скажешь о нашем соавторе Дюшесе. Он обиделся и требует ввести в текст образ черного кота."

* * *

   В одном городе жили разные звери. Во-первых, там не было слона. Во-вторых, там был Строгий Павлин, который работал учителем в школе. У всех павлинов на хвосте обычно нарисованы узоры, а у Строгого Павлина и хвост был строгий, черный и гладкий. Поэтому на хвосте было легко и приятно рисовать мелом. И все ученики любили, чтобы их вызывали к доске. А потом Павлин забывал стирать с хвоста их художества и так и ходил по городу: то у него на хвосте была написана таблица умножения, то нарисована кошка, а то и вообще "Ежик плюс Обезьянка равняется любовь".

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Рафаэль Лефорт

Учителя Гурджиева

История путешествия и поисков:

Турция -- Ирак Багдад -- Дамаск Иерусалим -- Каир Истанбул -- Иран Афганистан +

Ткач ковров Каллиграф Медник Барабанщик И, наконец, Шейх

Лондон

1966

Эта книга отмечает поворотный пункт в изучении Гурджиева, ибо она бросает свет, ранее указанныйтолько намеками, на источники учения Гурджиева. Ее подлинная достоверность гарантируется ученым, находящимся в центре движения, из которого исходит учение Гурджиева.

Показаны живописные горы на фоне странного фиолетового неба и синего солнца. У крутого обрыва, огороженного перилами, толпа грязных людей в лохмотьях, полулысых, со струпьями на лицах, внимает оратору. Маленький толстый человечек, тоже со струпьями, в драном смокинге и столь же рваном цилиндре, с которого так и сыплет радиоактивный песочек, вдохновенно вещает:

— Леди и джентльмены! Сегодня финальный поединок самых сильных, самых ловких, самых бесстрашных мужчин нашего времени. Победитель получат главный приз! — Cняв цилиндр и смахнув набежавшую слезу, он махнул рукой.

ЛЕГОСТАЕВ Андрей

Галопом по хард-року

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ЗАПРЕТНЫЙ ПЛОД СЛАДОК

Взявшись за написание статей о популярных английских рок-группах семидесятых годов, я столкнулся с тем, что пишу исторические (уже) очерки. Дух, общий фон и последовательность развития событий, важные для понимания конкретной ситуации, стерлись из памяти. Появилось поколение людей, вставших в ряды меломанов, для которых лучшие дни многих известных коллективов, работы которых слушаются и сейчас, прошли задолго до их рождения.

Радхаур, граф Маридунский и его друзья отправляются в опасное путешествие. Они задумали найти сердце Алвисида — бога, свергнутого столетия назад, но не знают, сколь могущественные враги встанут у них на пути.