Провал резидентуры

Сначала эта была повесть из цикла о Легине Тауке, специалисте по борьбе с некробиотикой Астрогренадерской службы Конфедерации Человечеств. Потом я объединил три повести о Легине в один роман, вышедший под названием "Особый специалист". Но внутри романа "Провал резидентуры" стоял особняком - прежде всего из-за чисто технического литературного приема, с использованием которого он написан (думаю, всякий внимательный читатель обнаружит этот прием уже на первых страницах). Так что я решил, что "Провал резидентуры" вполне может жить как самостоятельно, так и в составе романа. Итак, перед вами - самостоятельная версия повести. Когда права издательства на этот текст закончились, я решил было его переиздать. Одно издательство у меня его попросило, долго читало и наконец испуганно сказало, что текст для них слишком неполиткорректный. Я расхохотался. Неполиткорректность в нем заключается в том, что значительная часть антуража повести - общество, в котором черные господа угнетают белых рабов...

Отрывок из произведения:

В рубке очень тихо, гудят еле слышно трубы за стеной, я сижу в рабочем кресле, закрыв глаза, тереблю кольцо на застежке куртки, жду... Радиоприемник играет заунывную, тяжко ритмичную музыку - "шеаокан". В рубке тихо, в рубке мир, гулкие барабаны и плачущий электрогобой рождают усталость. Я представляю себе небольшую радиостудию в старинном городке на берегу моря. Из окна с тройными стеклами хорошо видно море, свинцовое, по-зимнему седое от бесчисленных барашков. Крутятся бобины большого студийного магнитофона, записывающего эфир для повтора ранним утром; мигает двоеточие на дисплейчике CD-плейера, в узеньких недрах которого рождается эта тягучая, сверхмедленная музыка. Темнокожий звукорежиссер, отдыхая - они в эфире уже шестой час - положил бритую голову на руки перед компьютером, показывающим смену текущих номеров; ди-джей, такой же темнокожий, стоит у окна, с тоской глядя в асфальтовую морскую даль над мотающимися верхушками мокрых пальм на набережной Короля Хуа V; в его длинных, с твердыми плоскими ногтями коричневых пальцах дымится забытая шоколадного цвета сигарета.

Другие книги автора Кирилл Владимирович Мошков

«Дик встал и показал рукой влево, где к залитым солнцем полям у горизонта все так же прижималась, угрожающе нависнув, пирамидальная страшная туча, вокруг которой, казалось, солнечный свет замирал от робости.

– Нам туда, к черной цитадели. Мы все слышали про преступление, а я слышал еще и про преступника.

– Я тоже, – сказал Ланселот. – Хозяин цитадели. Мы идем против него. Хотя, как мне кажется, мы все пока еще в здравом уме и твердой памяти».

Эта дилогия - "Тебе, Победа!" и "Победа ускользает" - центральный текст большого цикла, где рассматривается мир двух галактических сверхдержав, Империи Галактика и Конфедерации Человечеств. В отличие от повестей "Провал резидентуры" и "Возвращение из отпуска", персонажам дилогии не приходится так уж впрямую сталкиваться с враждебной человечествам (да, слово "человечество" употребляется в этом мире во множественном числе!) некробиотикой давно низвергнутого Хозяина, но многие люди, как выясняется, отлично справляются с весьма неприглядными делами и без давящей поддержки мрачной тени Врага. "Тебе, Победа!" в момент своей публикации, после сентября 2001, могла показаться своего рода откликом "на злобу дня". Ничего подобного: книга была закончена задолго до того, как ведомые идеологией колоссальной силы самоубийцы направили самолеты на небоскребы в Нью-Йорке, а начало работы над этим романом относится вообще к 1993 г. Но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать: идеологический фанатизм бессилен сам по себе, если не подпитан чьими-то мощными экономическими интересами. И не надо быть сверхпроницательным, чтобы понимать: век сильных идеологий, порождающих массовые эпидемии фанатизма, не закончился. До тех пор, пока какие-то силы, тайные или явные, будут жаждать передела мира (а значит, и перераспределения благ этого мира), они будут продолжать использовать чей-то фанатизм, разожженный той или иной идеологией. Но не надо думать, что "Тебе, Победа!" - это какое-то социологическое исследование. Боже упаси. Это фантастика, и главное желание автора - чтобы эту фантастику было интересно читать.

Впервые эта повесть была опубликована в 2001 г. как 3-я часть романа "Особый специалист". Как и две другие части, это - история из жизни Легина Таука, специалиста по борьбе с некробиотикой Астрогренадерской службы Конфедерации Человечеств. Я написал эту повесть зимой 1992-93 гг. и в конце 90-х подверг ее только небольшой косметической переделке. Все мои опубликованные книги, а также три из пяти пока еще неопубликованных, имеют отношение к миру, где живет и действует Легин Таук. "Возвращение из отпуска" - текст, в каком-то смысле, ключевой для описания этого мира: события этой повести связаны с важнейшим событием целого столетия, ликвидацией посмертного заговора всемогущего Хозяина в Империи Галактика - событием, ключевую роль в котором сыграл именно Легин...

Эта книга - не просто продолжение книги "Тебе, Победа!": вдвоем эти две книги составляют неразрывное целое, две части одной дилогии, или даже - не побоюсь этого слова - два тома одного романа. В этой книге читатель найдет ответы на многие вопросы, повисшие в воздухе после того, как была перевернута последняя страница романа "Тебе, Победа!". Встреча на Телеме, назначенная Йоном Лордом и Легином Тауком (кстати, отвечаю на много раз заданный еще после "Особого специалиста" вопрос: Легин Таук произносится с ударением на первые слоги имени и фамилии!), состоится, только не тогда и не так, как они планировали. Адмирал Ямамото Тацуо (именно так, потому что в японском языке фамилия пишется прежде имени), которого герои раньше только слышали по радио, появится воочию - и выяснится, что его мы уже видели в конце романа "Тебе, Победа!". Более того, выяснится, куда же делась из "Тебе, Победа!" тема Хозяина и его некрожизни. Одна из двух сверхдержав обитаемой Вселенной окажется пораженной предательством, подтверждая нехитрый тезис о первоочередном гниении головной части рыб, а Галактический Пантократор, ранее только упоминавшийся (ну, если не считать появления его наросшей за годы анабиоза бороды в конце "Особого специалиста"), окажется вполне жизненной фигурой. Но для меня главное, что многие узлы в романе "Победа ускользает" смогут быть развязаны только при помощи моего любимого персонажа - психократа Кима, он же Рыцарь Майк Джервис. Да-да, он упоминался в "Особом специалисте". Однако история его тянется куда дальше: именно от его лица написана книга "Увидеть Хозяина", ссылки на которую есть в книжных публикациях и "Особого специалиста", и двух томов "Победы" - книга, в которой содержится начало всей истории и которая, я надеюсь, увидит когда-нибудь свет. Пока же "Хозяина" читали буквально единицы, и им будет небезынтересно узнать, что психократ вернулся. Точнее, его вернули - не спросив его согласия. Ему предстоит найти Таука, познакомиться с космонавтом-гигантом по имени Миша и едва не раздавить посадочной опорой некую хайкершу с неправдоподобно зелеными глазами... Впрочем, я увлекся: так можно всю книгу пересказать. Осталось выразить здесь ряд благодарностей, которые по ряду причин не вошли в текст книги. Во-первых, спасибо мудрецам из Академии Вольных Путешествий. Не имея чести быть лично знакомым со столь выдающимися путешественниками, я тем не менее горячо благодарен им за невольно подсказанные мне некоторые детали быта хайкеров, которых я придумал сам, но без всепобеждающего влияния реальной жизни при этом, конечно, опять не обошлось. Пользуясь случаем, благодарю также крупного знатока теории и практики буддизма Алексея Кириченко за ряд почерпнутых из знакомства с ним бесценных деталей, а также Артема Прохорова - за одну, но драгоценную консультацию по испанскому языку.

Популярные книги в жанре Космическая фантастика

23 года до битвы при Явине

Повесть Василия Бережного «В звездные миры» написана в классическом для фантастики 30-50-х годов ключе. Сюжет, основанный на идеях Циолковского, о полете советской ракеты на Луну не отличается новизной. Стиль повести очень похож на стиль А. Беляева, когда по названиям небольших глав можно догадаться, о чем идет речь в произведении.

Художник Б. Аржекаев.

Перевод с украинского К. Млинченко и П. Сынгаевского.

8 лет после битвы при Явине

Космодиспетчер Яничков фантастику любил, но относился к ней строго. Вот, например, фантастика хорошая, реальная - это та, что имеет право сбыться в будущем. Были же времена, когда не только колоний на Марсе, но и спиртовых мобилей не существовало, да и ели тогда всякую гадость неочищенную. А теперь пресный лед с Тритона на Марс возим, и никакой фантастики. Вон, старенький буксир-ледовоз "Нептун" на орбите болтается, бортовой номер ОПУ5; двухмесячная вахта закончилась - отдыхать летят. Три человека команды, капитаном - Кир Торман, старый приятель, с ним Яничков в школе учился.

Звездолеты, инопланетяне, империя, сражения, наркотики, любовь, верность, предательство, дружба, революционный Петроград и многое-многое другое – все здесь!

Когда-то Юлий Буркин и Сергей Лукьяненко в соавторстве написали полюбившуюся многим трилогию «Остров Русь», главными героями которой стали сыновья Юлия – Костя и Стас. Прошло время, и Стас (Станислав) сам стремительно ворвался в литературу: в декабре 2007 года он получил национальную литературную премию «Дебют» за роман «Фавн на берегу Томи». Книгу, которую вы держите в руках и в которой странным образом переплелись жанры космооперы и мистического триллера, написали вместе эти два очень разных, но вполне состоявшихся писателя – Юлий и Станислав Буркины. Наверное, как раз полное несходство их творческих методов делает этот роман таким взрывным и скандальным, а юмор колеблется от тонкого до казарменного.

Ранним утром 201... года академик Воронцов возвращался на электромобиле из Ашхабада в Центральные Каракумы, где в Курортном городке Джангли отдыхали его жена и сын Сергей.

Была ранняя весна. Предгорная степь утопала в цветущем разнотравье. Со всех сторон струились пьянящие запахи молодой зелени и цветов. Дышалось привольно и легко. Таким весенним воздухом невозможно пресытиться. Машину Воронцов вел неторопливо, любуясь картиной цветущей пустыни.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Переработанный вариант романа «Камера обскура»

Перевод и комментарии: Александр Люксембург

Эта война началась полтысячи лет назад и не закончилась до сих пор.

Эта война век за веком поднимает брата на брата, сына на отца.

Мы все — ее жертвы, пусть даже и тешим себя иллюзиями, что живем в «мирное время». Не обольщайтесь! Просто братоубийство сейчас в «холодной» фазе, но до «горячей» — всего один шаг.

Гражданская война стала исторической судьбой России еще со времен Ивана Грозного. Ее участники — «воровские казаки» и лжецари-самозванцы, «раскольники» и «птенцы гнезда Петрова», революционеры и «охранка», «красные» и «белые», «сталинские соколы» и «власовцы», «суки» и «воры в законе». И сохранить нейтралитет в этой бесконечной войне невозможно.

Кто виноват в том, что самоистребление нации длится веками? Сколько осталось русским до полного исчезновения? Есть ли у нас шанс выжить? И почему «русские» ненавидят «россиян»? Ответы, которые дает автор, небесспорны. С ним можно соглашаться или не соглашаться, но вовсе отказаться от поиска выхода из лабиринта Гражданской войны — значит отказаться от будущего.

Далия ТРУСКИНОВСКАЯ

БЕРЕГ НАДЕЖДЫ

Загадочная фирма предлагает всем желающим реализацию даосской мудрости: садитесь на берегу реки и ждите, когда мимо проплывет труп вашего врага.

Александр ГРОМОВ

ЗМЕЁНЫШ

«Приручить» его можно, но вот подарить мир, который бы его устроил…

Генри Лайон ОЛДИ

ВОССТАНЬ, ЛАЗАРЬ!

Есть чувство, которое вам мешает жить? Не спешите с ним расставаться: последствия могут быть самые непредсказуемые.

Олег ОВЧИННИКОВ

ЗВЕЗДА В ПОДАРОК

Мы, конечно, далеко не ангелы, но зачем же так круто?…

Эндрю ВЕЙНЕР

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ БЫЛ СЧАСТЛИВ

Еще одна попытка овладеть удачей — на этот раз предпринятая известным канадским писателем.

Алексей КАЛУГИН

ГАЛАКТИЧЕСКИЙ ПРИЮТ

Детский сад — да и только! Но руководить им выпало бравому вояке.

Брюс МАКАЛЛИСТЕР

ГЕРОЙ

Что остается, когда вы уже спасли Землю? Об этом размышляет автор рассказа, стилизованного под киносценарий.

Александр РОЙФЕ

КОГДА РОЖДАЕТСЯ СКАЗКА

Оказывается, знаменитые братья-фольклористы не только коллекционировали народное творчество и писали книжки…

Евгений ХАРИТОНОВ

СЛАДКАЯ ИСТОРИЯ

Стоматологам и зрителям с больными зубами смотреть не рекомендуется!

Борис ДОЛИНГО

АЛЬТЕРНАТИВНОЕ НАСТОЯЩЕЕ

Это фантастика или документалистика? Ответ не знают даже на кинофестивале в Венеции…

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

Нереалистическое кино поражает разнообразием жанров.

Глеб ЕЛИСЕЕВ

СВОЙ СРЕДИ ЧУЖИХ, ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ

Вот еще одна тема, придуманная нефантастом, но успешно эксплуатируемая как раз фантастами.

РЕЦЕНЗИИ

Авторам — замереть и не дышать! Слово рецензентам!

КУРСОР

Ехал Грека через реку… по «Звездному мосту».

Дмитрий БАЙКАЛОВ

ТАМОЖНЯ ДАЕТ ДОБРО

Очередного романа Сергея Лукьяненко читатели ждали почти два года.

Евгений ЛУКИН

ВРАНЬЁ, ВЕДУЩЕЕ К ПРАВДЕ

А вы думали, известный фантаст в роли публициста способен писать одни лишь манифесты партии национал-лингвистов?

ЭКСПЕРТИЗА ТЕМЫ

Эксперты отправляются в будущее, чтобы оценить нынешнюю ситуацию в жанре.

ПЕРСОНАЛИИ

Великолепная семерка номера. И хотя они из разных стран, но говорят на одном языке — языке фантазии.

Авиационно-исторический журнал, техническое обозрение.