Протоиерей Димитрий Константинов

Протоиерей Димитрий Константинов

Дополнение к книге:

Протоирей  Д. КОНСТАНТИНОВ  "Записки военного священника"

Канада,  1980 г.

К 50-летию пастырской и церковно-писательской деятельности прот. Дм. Константинова.

Настоятель Свято-Троицкого кафедрального собора в Сан-Франциско, отец Виктор Соколов написал краткую юбилейную статью, которая была опубликована в "Записках Русской Академической Группы" и перепечатана в этом издании.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Вашем вниманию предлагается биографический роман о турецком писателе Намык Кемале (1840–1888). Кемаль был одним из организаторов тайного политического общества «новых османов», активным участником конституционного движения в Турции в 1860-70-х гг.

Из серии «Жизнь замечательных людей». Иллюстрированное издание 1935 года. Орфография сохранена.

Под псевдонимом В. Стамбулов писал Стамбулов (Броун) Виктор Осипович (1891–1955) – писатель, сотрудник посольств СССР в Турции и Франции.

Эти биографические очерки были изданы около ста лет назад в серии «Жизнь замечательных людей», осуществленной Ф.Ф.Павленковым (1839–1900). Написанные в новом для того времени жанре поэтической хроники и историко-культурного исследования, эти тексты сохраняют ценность и по сей день. Писавшиеся «для простых людей», для российской провинции, сегодня они могут быть рекомендованы отнюдь не только библиофилам, но самой широкой читательской аудитории: и тем, кто совсем не искушен в истории и психологии великих людей, и тем, для кого эти предметы – профессия.

Было бы ошибкой увидеть во всем, что последует, продолжение хроники "Под крестом и полумесяцем". Хроника закончена и готова к печати. Пусть, как сказано, будет по нашему слову, а от лукавого - ничего. Хотя читатели встретятся с некоторыми уже знакомыми и, смею мечтать, полюбившимися фигурами. Но не только с ними, конечно. Тем более, что эти фигуры не заслуживают страстной любви. Так, симпатии небольшой - это может быть. Да и сами истории здесь не совсем похожи на те, что составили хронику. Длиннее они, что ли. Наверное, да. В этом все дело. Или в чем-то другом. К тому же они мало связаны друг с другом. Реальные воспоминания, воспоминавшиеся в режиме реального времени. Кушать подано, стол общий, язвенникам не читать.

Медики не без странностей.

Вот мой приятель, собираясь на дежурство, готовит себе Декокт (Отвар).

Еще правильнее, в согласии с русской литературой - декохт.

Декокт - это 150 г зубровки, перелитые в банку.

Уходит на скорую, дежурит, не пьет ничего. А как дежурство заканчивается, сразу выпивает Декокт из банки. Чтобы до дома добраться в радужных чувствах, а там уж есть и декокт, и прочее на всю оставшуюся для подвигов и славы жизнь.

Я расскажу несколько историй. Может быть, их будет совсем мало. Может быть, и побольше. Я не стану их озаглавливать.

У меня набралось не то шесть, не то семь медицинских циклов. И все они по своей сути печальные, но в то же время веселые, и от этого смеха становится - во всяком случае, мне - не то чтобы тошно, а как-то неуютно. Потому что мне приходилось встречаться и с вещами, над которыми не очень-то посмеешься даже на мой манер, с известной угрюмостью.

Моя мама родилась в деревенской семье на Рязаньщине, в 39 году. В том же году ее отца Семена призвали на срочную службу в армию. В

Отечественную Семен не воевал – служил в генштабе, по причине хорошего почерка. Жена Люба ездила повсюду за Семеном и устраивалась всякий раз на простые работы – учетчицей, воспитателем детского сада и другие. Семен до пенсии проработал в генштабе, начав с рядового и закончив полковником. Несколько раз семья меняла место жительства.

(Приехала из Тшебова 17-го сент<�ября> 1923 г.)

Строки:

Наспаться успеешь:

Смерть вечна и прочна!

* * *

Крестильным, нательным

Ляг на душу крестом!

* * *

Нательным, могильным

Ляг на душу | крестом!

      сердце |

* * *

Раз сладкие — пей их!

Была — и прошла!

Наспаться успеешь:

Смерть вечна и прочна!

Не жмурясь, не маясь,

[…]

Раз нужные — нá их:

(подарок Е. А. И<�звольской> [1] перед отъездом в Японию, Мёдон, апрель 1931 г.)

…Так с каждым мигом всё непоправимей

К горлу — ремнем…

И если здесь всего земное имя —

Дело не в нем. [2]

* * *

С. М. В<�олкон>ский. [3]

— Что у Вас уцелело — из ценностей?

Он: — Ничто. (?) (точно спрашивая, проверяя…)

— А человек?

— Мало… Закат солнца… тень трепещущих деревьев… карканье вороны…

* * *
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Протоирей Д. КОНСТАНТИНОВ

"Записки военного священника"

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие 3

Вместо введения 5

Постановка вопроса 13

Первые шаги 17

Духовная обстановка 27

Мюнзинген 40

Под Карлсбадом 51

Гарнизонная церковь 57

На острие ножа 60

Об исторических реликвиях 65

Несколько заключительных слов 70

Very Rev. D. Konstantinow

"Zapiski voennogo swiashchennika"

Юрий Иванович Константинов

Диалог

1

Незадолго перед стартом я, как обычно, зашел к Учителю проститься. Он жил за городом в небольшом уединенном коттедже, все комнаты которого занимали старомодные громоздкие стеллажи с пыльными книгами. Старик едва заметно улыбнулся мне из сумеречной глубины своего кабинета. Прошло больше года с той поры, когда я был здесь в последний раз, и за это время почти ничего не переменилось - ни сам Учитель, который словно и не вставал из-за своего заваленного рукописями стола, ни обстановка в комнате, где, казалось, книги были заложены на тех самых страницах, что и много месяцев назад. Только углы окон затянуло серым кружевом паутины да на ковре появилось несколько черных подпалин от неряшливо оброненного пепла.

Юрий Иванович Константинов

Инкогнито

Повесть

Содержание:

Пролог. Случай на Интере

Глава первая. Сергей Градов: уроки для начинающих криминалистов

Глава вторая. Глаух и Сторн

Глава третья. Сергей Градов: метаморфозы одного характера

Глава четвертая. Исключение из правил

Глава пятая. Сергей Градов: приказ из трех фраз

Глава шестая. Катрин Бакст

Глава седьмая. Сергей Градов: опасные знакомства

Юрий Иванович Константинов

Локальный тест

(Из цикла "Сказки для взрослых")

1

Фрасин знал о повороте на пятнадцатом километре. Об этом повороте знали все, кто постоянно ездил по трассе. Сверху круто, кольцами изогнутое между сосен шоссе напоминало змею, сжавшуюся перед прыжком.

На подъезде к повороту у пятнадцатого бдительная ГАИ навесила не один предупреждающий знак. Они, как экзотические бабочки, хлопали на ветру своими яркими, жесткими крыльями, а машины с роковой предопределенностью продолжали разбиваться в этом проклятом месте.