Прорицание

Раиса Крапп

Прорицание

Есть у сна свой мир

Обширный мир

действительности странной

Байрон "Сон"

- Мой господин...

Испуганный, но настойчивый голос звал, проникая в сознание. Феррах повел глазами, прежде чем осознал, где находится. Он тряхнул головой, недоумевая, сколь далеко отлетел мыслями. И еще удивился непонятной радости, которую доставил ему знакомый вид ковровых стен шатра, оберегающих его от ночной стужи. Феррах с неудовольствием бросил взгляд на шиссита, преклонившего колени у входа - низкородный прервал течение его мыслей. Но попытайся феррах вернуться к своим размышлениям, он бы удивился в третий раз: надсмотрщик за погонщиками не только помешал размышлениям своего господина, он спугнул его мысли так, что они улетучились, не оставив даже теней своих.

Другие книги автора Раиса Крапп

Раиса Крапп

Утолю твои печали

Глава первая

Ксения проснулась рано. Она лежала тихонько, будто боялась расплескать свое удивительное состояние - из сна. Снилось что-то странное. Что? Она попыталась вспомнить, но воспоминание, словно золотая рыбка, ускользало из сознания. Лишь отблеском его осталось ощущение радости, нежности, чего-то очень хорошего...

Ксюша с удовольствием потянулась, по-кошачьи выгнувшись всем телом, засмеялась собственному прекрасному настроению, откинула одеяло и выпрыгнула из постели. Набросив теплый халат, она подошла к окну взглянуть, ясным ли обещает быть день. В это время внизу застрекотал мотор "Бурана" и, помедлив, Ксюша прямо в тапочках и халате вышла на веранду.

Раиса Крапп

Подземелье

Атака

Часть первая

- Ох, и влетит за моноплан! Теперь наверняка к бабушке отправят! подумал Тимка, когда кувыркание прекратилось, и он растянулся на траве.

Наверно, в голове у него немножко стряхнулось, иначе он подумал бы совсем другое. А именно, - что был бы самым счастливым человеком, окажись он сейчас у бабушки. И пусть ему даже влетело бы по первое число. И даже по второе или по третье, - он согласен. Но бабушка, как и поселок, где Тимка жил с мамой и папой, были сейчас одинаково далеко от него. Какая разница, что до бабушки лететь сотни парсеков, а поселок тут, километрах в десяти, главное, отпустит ли его Город?

Раиса Крапп

Полуночный гость

Недобрая навалилась ночь. Затаилось настороженно село, придавленное тяжелыми, насупленными тучами. С тяжелым грохотом ворочались, толкались они, метали яростные стрелы. Люди торопились крестное знамение наложить: "Господи оборони! Ох, не миновать быть пожару! Дождя бы скорее!.." Но вместо дождя стеганул вдоль темных улиц холодный не по летней поре ветер, погнал пыльные вихри.

...Cон не шел. Видно, тоскливые мысли гнали его прочь. И есть нестерпимо хотелось. Настёна подтянула колени к животу, всхлипнула. И тут же зло ладошкой непрошенные слезы смахнула - этого хромого дьявола слезами не уймешь! Да пусть он хоть лопнет от злобности своей, а не дождется, чтоб она, слезми уливаясь в ноги ему пала! Но опять вырвался тяжкий вздох - не по силам тяжбу затеяла... А староста, сыч колченогий, вовсе озверел опосля того, как выпросил-таки сковородой по лбу. Три дня ходил, шапку ниже бровей натянувши. И смешки за спиной слышал, и лютой злобой глаза наливались. Бог ведает, как люди прознали?

Раиса Крапп

Исполнение желаний

Флото с трепетом ждала этого дня. И он наступил, день Большого Королевского Бала, на котором присутствовали самые знатные фамилии. Ожидали, что король выйдет для приветствия, но на возвышении, которое должен был занимать король, сидел юный принц.

Гости проходили перед ним, и Флото вглядывалась в лица, отыскивая малейшую тень снисходительности. Во взглядах, обращенных к принцу, было разное. И любопытство - особенно со стороны иноземцем, и сочувствие, и, разумеется - гордость и любование. А снисходительности не было - Ант-Райн доказал, что достоин уважения. Он не играл в короля, он стал им в тот час, когда отца привезли с охоты тяжело раненого.

Раиса Крапп

Изгнание дьявола

"Частица черта в нас заключена подчас..."

(из оперетты "Сильва" Имре Кальмана

- Ведьма! - услышала она и обернулась.

У обочины стояли старухи, с которыми она только что учтиво поздоровалась. Теперь они с ненавистью смотрели на нее. Она растерянно улыбнулась, как будто услышала неудачную, недобрую шутку. Но это была не шутка. Кто-то из них плюнул в ее сторону, кто-то замахнулся узловатой палкой. Она попятилась от них, потом повернулась и почти побежала прочь, а камни-слова летели ей в спину, и она вздрагивала, как от болезненных ударов.

Раиса Крапп

Пересекающий время

Часть первая

КНИГА ПЕРВАЯ

Андрей Граф, хронотрансатор.

...в мире мало по настоящему страшного и вытерпеть можно почти все. Каждому посылается по силам, а слабому даруется избавление - смерть.

Библия

Внизу стремительно уносилось назад зеленое буйство перелесков, разноцветные цветочные поляны, белопенная кипень гроздьев агадуса. Его вездесущий горьковатый аромат, струящийся из крупных, снежно-белых чаш, проникал даже сюда, в глейсер.

Раиса Крапп

Прикосновение звёзд

любовный роман

Книга первая

Глава первая

о том, как горько несчастливое замужество,

о маленьких радостях и о цене, которую за них приходится платить

Новое утро возвестило наступление еще одного дня в бесконечной череде однообразных будней. Веселое солнце било в щель неплотно задернутой тяжелой шторы. Яркий луч упал на юную баронессу Ланниган, и она заслонилась рукой она не любила яркого солнца, от него болела голова.

Командор Граф и предположить не мог, чем обернется для него пустячная неполадка в аппаратуре Базы хронотрансаторов. Чем одарит его далекое прошлое чужой планеты? Жестокими испытаниями на прочность? Смертью в средневековой камере пыток? Или высокой любовью?

Иллюстрации автора

Популярные книги в жанре Фэнтези

Как мало мы порой знаем о близких нам людям… Вот и герой этого рассказа не знал о своей горячо любимой жене очень много. Да, ему было известно, что она увлекается оккультизмом, но то, что супруга самая настоящая ведьма, он понял только после её смерти…

Благородный патриций Альбин Антонин остался одним из немногих людей на Земле, не подвергшихся мутации. Идя в сопровождении шести оруженосцев-карликов через Арденский лес, он встречает молодую обаятельную «мутантшу» Тэклу. Вместе с ней отважному рыцарю далекого будущего предстоит пережить множество захватывающих приключений и, наконец, достигнуть цели своего путешествия…

«Начни с начала!» Вряд ли покойному Монро понравилось бы это заявление. Он любил неожиданность и предпочитал начинать с середины.

Мы были два последних монриста, и лоскутное знамя Великого Керка звучно хлопало над нашими головами. Подняты мосты и опущены чугунные решетки, закрывающие ворота нашего замка, а с плоской крыши донжона открывается невыразимо прекрасная равнина. По ее пыльным дорогам задумчиво едут христианские и сарацинские рыцари и прекрасная дама с единорогом, а вдали, там, где поднявшаяся на дыбы земля упирается в узенькую полоску неба, смутно виден парус. Печальный и беззащитный мир романтизма, мир картин Ганса Мемлинга, лежит перед нами, и мы, два последних его рыцаря, покидаем наш опустевший замок, чтобы сломить за него копья перед всеми людьми чужих миров.

Южный Галадор. Поместье «Три ручья»

Мишелю д'Арэ, баронету

Дорогой друг!

Я несказанно быв удивлен, получив твое письмо, переполненное изъявлениями наидружеских чувств. Признаться, ты единственный не позабыл беднаго Гастона. Увы, я даже всплакнул.

Ты спрашиваешь меня о новостях? Вздор. Какие могут быть у меня новости? Самыя пустяковыя.

Во многочисленных сражениях между Галадором и Вастрийской империей люди погибают редко. Шутка ли: за четырнадцать лет войны было с обеих сторон убитыми не то сто тридцать четыре, не то сто тридцать шесть человек. Не считая, конечно, наемников, ополченцев и прочей дряни, каковая будто нарочно сама лезет под копыты!

…Этот город принадлежит всем сразу. Когда-то ставший символом греха и заклейменный словом «блудница», он поразительно похож на мегаполис XX века. Он то аллегоричен, то предельно реалистичен, ангел здесь похож на спецназовца, глиняные таблички и клинопись соседствуют с танками и компьютерами. И тогда через зиккураты и висячие сады фантастического Вавилона прорастает образ Петербурга конца XX века.

Серый порошок, открывающий путь к наслаждению, стоит дорого…

На объявление он натолкнулся совершенно случайно…

Из службы Контроля Границ беспокоят не каждый день, даже если ты Рыцарь первого класса, каких на все Зоны не больше десяти!..

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Раиса Крапп

Темный Джо

Томи мог быть счастливым человеком, если бы ни платяной шкаф в его комнате. А ведь Томи так радовался, когда они переезжали в этот красивый, весёлый новый дом! Но в одну из ближайших ночей, кое-что случилось - ночью пришёл страх.

Раньше он не знал, что такое - настоящий страх, когда тело цепенеет, мурашки стягивают кожу, а волосы на голове шевелятся, и весь ты как будто спелёнут этим липким, вязким страхом.

Дмитрий Красавин

Хаос и музыка

Убийство, наркотики, следственный изолятор...Детектив?

Пожалуй, да. Но еще - размышления о вечном и преходящем, о феномене "я" и таинственном "Некто", овладевающем плотью человека...

Музыкант играл на скрипке - я в глаза его глядел

Я не чтоб любопытствовал - я по небу летел.

Булат Окуджава "Музыкант"

Стена его построена из ясписа,

а город был чистое золото,

Дмитрий Красавин

...и здесь холодно...

(Опыт свободного мышления)

Повесть написана в восемдесят седьмом году. Моя первая попытка отобразить через сюжет художественного произведения различные взгляды на феномен человеческого существования, на единство внутреннего и внешнего миров.

Глава первая

"Встреча в Кадриорге"

Стоял теплый августовский вечер. Под впечатлением только что закончившегося в Кадриоргском дворце концерта музыки Барокко, я вышел в парк и, миновав ограду дворцового комплекса, свернул на узкую извилистую тропку, взбегавшую вверх по холму. Дрожащие звуки клавесина, возникая в глубине пышных, темно-зеленых крон деревьев, слетали с влажных листьев, кружили над травой, увлекая меня еще чуточку побыть наедине с ними, вдали от шума и суеты большого города. Незаметно для себя я оказался в одном из дальних уголков парка. Два маленьких озера и окружающая их темнота, сползающая вниз по раскидистым ветвям грабов, возникли из небытия внезапно, одновременно с появлением маленького старичка, удалявшегося теперь от меня в сторону центральной аллеи. Несколько секунд назад мы, вероятно, шли навстречу друг другу, разминулись, но только теперь я вдруг ясно увидел его лицо одутловатое, неподвижное, с глубоко запавшими глазницами.

Дмитрий Красавин

Краткие очерки об обычаях и нравах обитателей

Избирательной ойкумены.

Предисловие автора.

Избирательная ойкумена, в отличии от ойкумены Гекатея Милетского*, не имеет фиксированных пространственных границ. Вчера они совпадали с границами Казахстана, завтра переместятся в Россию, а сегодня плотным кольцом опоясали территорию нашей маленькой Эстонии.

Флуктуация Избирательной ойкумены происходит, с небольшими перерывами, уже на протяжении многих сотен лет. Мы постоянно то тут, то там сталкиваемся с ее обитателями. Общаемся с ними, пьем пиво, закусываем одним огурчиком. Но несмотря на это почти совершенно незнакомы с их нравами и обычаями! Возникают взаимные обиды, претензии. Даже до рукоприкладства дело доходит!