Проконсул Кавказа

Исторический роман Олега Михайлова посвящен генералу Алексею Петровичу Ермолову (1777—1861). С именем Ермолова связаны важные события в истории Российской империи. В книге Олега Михайлова на основе документальных источников впервые подробно описываются подвиги генерала Ермолова.

Отрывок из произведения:

Четырех императоров пережил он и от двух претерпел незаслуженные и жестокие обиды. От отца и сына – Павла Петровича и Николая Павловича…

Старик, с большой головой, покрытой совершенно белыми волосами, и с выражением непреклонной воли во всех чертах умного лица, сидел за письменным столом. На нем был казинетовый сюртук и синие шаровары со сборками на животе. Ноги мощного старика, обутые в узорчатые азиатские сапоги, покоились на раскинутой под столом медвежьей шкуре. Два шандала, стоявшие на письменном столе, мягко освещали небольшой кабинет, медальоны графа Толстого на стене, изображающие войну двенадцатого года, низкий диван, вырывая из полутьмы лишь знаменитую уткинскую гравюру генералиссимуса Суворова да латинскую книжицу, на которой лежала красная, огромная, похожая на львиную лапу рука старика.

Другие книги автора Олег Николаевич Михайлов

Исторический роман известного современного писателя Олега Михайлова рассказывает о герое войны 1812 года фельдмаршале Михаиле Илларионовиче Кутузове.

Исторический роман известного современного писателя Олега Михайлова рассказывает о жизни и судьбе российского императора Александра III.

Историческое повествование о выдающемся военном деятеле России начала XIX века талантливом ученике великих русских полководцев А. В. Суворова и М. И. Кутузова герое Отечественной войны 1812 года генерале Алексее Петровиче Ермолове. Автор Олег Михайлов, лауреат премии Министерства обороны СССР, использовал обширный архивный материал.

Книга рассчитана на массового читателя.

Эта книга рассказывает о великом русском полководце — непобедимом А. В. Суворове (1729–1800), с именем которого связаны громкие победы русского оружия во второй половине XVIII в.: Очаков и Кокшаны, Рымник и Измаил, Польский и Итальянский походы, знаменитый переход через Альпы. Писатель Олег Михайлов, используя богатый документальный материал, живо и увлекательно воссоздает образ Русского Марса, который был воистину «отец солдатам». Автор показывает своего героя не только на поле битвы. Он раскрывает личную драму Суворова, передает его горячую любовь к дочери Наташе — «Суворочке» и неприязнь к трутням-вельможам. А. В. Суворов сегодня — один из символов могучей и великой России, ее народный гений.

Книга известного писателя Олега Михайлова посвящена жизни и творчеству одного из самых выдающихся писателей-реалистов начала нашего века, А. И. Куприна. Куприн был человеком по-рыцарски целомудренным и никого не пускал в тайники души своей.

«О многом из своего прошлого он вообще не любил рассказывать, был временами скрытен. Но как странно: и в «Гранатовом браслете», написанном ещё в России, в период его большой славы, и в парижском стихотворении состарившегося Куприна — одна и та же тема, один и тот же трагический лейтмотив: неразделённая, какая-то экзальтированная и возвышающая любовь к недоступной женщине».

Андрей Седых

«Державин, бич вельмож, при звуке грозной лиры их горделивые разоблачал кумиры», – эти слова Пушкина об одном из самых ярких и значительных русских писателей и поэтов XVIII века о Гавриле Романовиче Державине (1743–1816). Его честности и прямоте, открытом и гордом характере и непростой судьбе человека, прошедшего путь от солдата до министра, посвящён историко-биографический роман прозаика и литературоведа Олега Михайлова (1932–2013) «Державин». Книга входит в золотую серию «Жизнь замечательных людей», основанную М. Горьким.

Олег Николаевич Михайлов – русский писатель, литературовед. Родился в 1932 г. в Москве, окончил филологический факультет МГУ. Мастер художественно-документального жанра; автор книг «Суворов» (1973), «Державин» (1976), «Генерал Ермолов» (1983), «Забытый император» (19 %) и др. В центре его внимания – русская литература первой трети XX в., современная проза. Книги: «Иван Алексеевич Бунин» (1967), «Герой жизни – герой литературы» (1969), «Юрий Бондарев» (1976). «Литература русского зарубежья» (1995) и др. Доктор филологических наук.

В данном томе представлено окончание исторического романа «Кутузов», в котором повествуется о жизни и деятельности одного из величайших русских полководцев, светлейшего князя Михаила Илларионовича Кутузова, фельдмаршала, героя Отечественной войны 1812 г., чья жизнь стала образцом служения Отечеству.

Литературно-художественный и общественно-политический ежемесячный журнал

«Наш современник», 2005 № 07

Популярные книги в жанре Историческая проза

Георгий Константинович ХОЛОПОВ

Грозный год - 1919-й

Роман

Дилогия о С. М. Кирове - 1

Романы Георгия Холопова "Грозный год - 1919-й" и "Огни в бухте" посвящены жизни и деятельности Сергея Мироновича Кирова.

Роман "Грозный год" был мною написан в 1946 - 1951 годах.

В последние годы вышли и продолжают выходить романы и

повести, посвященные событиям первой империалистической и

Великой Отечественной войн. Среди них часто встречаются

Хома Анна

Hачало одной повести

1

-Hа вашеместе я не слишком бы довеpял подобным мягко говоpя пpиятелям. Сколько волка не коpми, все pавно в лес смотpит,- автоpитетно пpодемонстpиpовал знание пословиц и волков гpаф Д. Для тех, кто не понял- это обо мне. Я не удостоил его своим высочайшим вниманием. Дабы не pонять своего дpагоценнейшего достоинства. Hекуда было больше pонять их Дpагоценнейшество. До pучки дошли-с. Зато Жозеф взвился, как коpшун. -Позвольте, милейший, вы имели неостоpожность кpайне неуважительно отозваться о моем дpуге. Либо вы немедленно извинитесь, либо я буду вынужден попpосить вас покинуть мой дом. Вот так. Hикаких золотых сеpединок. Я пpодолжил пpистальное изучение жидкости в моем бокале. А гpаф Д., гоpдо вскинув полысевшую от забот голову, воинственно скомандовал: -Идем, Роза. Поpядочным людям нечего делать в осином гнезде. Веpно говоpят, ты изменился, Жозеф, и отнюдь не в лучшую стоpону. Отец твой, цаpство ему небесное, был человеком высокого полета и не водился со всякой сквеpной.- Он с дочеpью на запятках пpомаpшиpовал к выходу, откуда с достоинством выдал, пpежде чем исчезнуть окончательно:- Я был о тебе куда лучшего мнения! Все они тут говоpили с достоинством. Кpоме меня. А откуда его бpать-то, никто не скажет? -Да, я изменился,- тихо ответил мальчик 17-ти лет отpоду, опpометчиво назвавший меня своим дpугом.- Чаще стал говоpить пpавду. До чего же глупый мальчик. Это я ему и сказал. -Так ты pаспугаешь всю окpугу. -Пускай, -махнул он pукой. -Что пускай, что пускай?!- pассвиpипело внутpи меня.- В тебя тычут пальцами все папаши с мамашами, поучая своих чад. Смотpи, деточка, это тот самый гpаф де Реканье, котоpый по добpой воле- слышишь, деточка?- без пpинуждения (ты ж у меня не такой болван?) отказался от службы пpи двоpе, от столичных клубов, забегаловок (вон у папы спpоси, он знает, что это такое) , от девиц, долгов, кутежей с непpосыхающими пpиятелями и их непpосыхающими кубками, объяснений с назойливыми вдовушками и их бывшими назойливыми муженьками, котоpые потому и стали бывшими, что путались под ногами, пока не выпpосили сделать их жен вдовушками: Я бы еще долго мог pасписывать все пpелести потеpянного им pая- пpобивает меня поpой на словесность, как сточную тpубу после пpочистки,- если бы Жозеф не замахал в мою стоpону pукой, умоляюще заглядывая в мои бессовестные глаза. Дpугой pукой он деpжался за живот. А что я такого сказал? Пpосто pассвиpипел. -Ох, Маpтин, ты когда-нибудь убьешь меня,- еле вымолвил он. И то пpавда. -Они, между пpочим, теpпели тебя дольше всех,- заявил я ему, как будто имел пpаво что- либо ему заявлять.- А ты pаспpавился с ними без зазpения совести,осудил я его, как будто имел пpаво его судить. С совестью напополам.

Утром 8 сентября 1826 года фельдъегерь Иван Вельш, крепко сбитый мужчина с красными от бессонницы глазами, привёз Пушкина в Москву. Ссылка в Михайловском кончилась, поэт чувствовал это, но что ждало его в Москве — помилование, Петропавловская крепость или даже… казнь? Сие было неизвестно и не хотелось думать о том. На всякий случай он приготовился к худшему. Во внутреннем кармане жилета, среди прочих бумаг, лежал листок с переписанным набело «Пророком». Если царь унизит его, оскорбит, обольёт презрением, — он сделает свой выстрел, бросив в лицо специально написанные к этому случаю строчки:

Заключительная часть трилогии, объединенной образом владыки Киприана — первого архиепископа Сибирского и Тобольского, повесть «Наследники Киприана» не была издана при жизни Виктора Рожкова. Речь в ней идет о первых паломниках, миссионерах, землепроходцах — последователях Киприана, дошедших до тихоокеанского побережья России. В повести приводятся малоизвестные сведения о далеком прошлом Югории, или Югры, в древности страны гиперборейцев (аримаспов).

В книгу известного советского писателя входит повесть о просветителе, человеке энциклопедических знаний и интересов, участнике войны за независимость США Федоре Каржавине «Волонтер свободы» и повести об известных русских флотоводцах А. И. Бутакове и О. Е. Коцебу «На шхуне» и «Вижу берег».

В романе князя Сергея Владимировича Голицына отражена Петровская эпоха, когда был осуществлён ряд важнейших и крутых преобразований в России. Первая часть произведения посвящена судьбе князя, боярина, фаворита правительницы Софьи, крупного государственного деятеля, «великого Голицына», как называли его современники в России и за рубежом. Пётр I, придя к власти, сослал В. В. Голицына в Архангельский край, где он и умер. Во второй части романа рассказывается о детских, юношеских годах и молодости князя Михаила Алексеевича Голицына, внука В. В. Голицына. Судьба М. А. Голицына, человека блистательных способностей и благородных душевных качеств, закончившего Сорбонну, сложилась впоследствии трагически. После женитьбы на итальянке и перемены веры на католическую он был вытребован в Россию, разлучён с женой и обречён на роль придворного шута Анны Иоанновны. В романе достоверно обрисованы быт и нравы той эпохи, созданы запоминающиеся образы. Читатель с интересом прочтёт этот неизвестный нашим современникам роман, впервые после 1874 года выходящий в настоящем издании.

Без аннотации. В основу романа „Целебный яд“ легли действительные приключения естествоиспытателя Карла Хасскарла, одного из тех, кто рисковал своей жизнью, чтобы дать людям благодатные дары хинного дерева.

Герой повести — один из деятелей раннего славянского книгопечатания, уроженец Могилева, печатник Спиридон Соболь, составитель и издатель (в 1631 году) первого кириллического букваря для детей.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В этот день у доктора Орлена Кордо из Комитета Добрых Услуг с планеты Середина случился юбилей, и провести его он собирался в одиночестве. Но начальство распорядилось иначе. В срочном порядке доктора Кордо отправили на планету Эван, исполнить свои профессиональные обязанности.

Анастасия Меркушева решает не подчиняться условиям завещания своего деда и бежит из дома за несколько часов до венчания в церкви с графом Сергеем Ратмановым. Граф вынужден жениться на ней, чтобы получить большое наследство. На постоялом дворе Настя встречает незнакомца, который представляется известным поэтом Фаддеем Багрянцевым. Только ли желание оградить Настю от грядущих несчастий заставляет поэта отправиться вслед за ней, а может, совершенно другое чувство, совсем для него неожиданное? Да и тот ли он человек, за кого себя выдает?.. Ранее роман «Невеста по наследству» выходил под названием «Отчаянное счастье».

В книгу вошли романы «Грот Дайомы» и «Ристалища Хаббы». В первом Конан по приказу Дайомы, Владычицы Острова Снов, совершает путешествие в Ванахейм, затем отправляется на Остров Снов. Во втором произведении герою предстоит отстаивать свою жизнь и свободу, развлекая публику сражениями на аренах Хаббы.

Он никогда не видел столько народу на Лунном Терминале и никогда не видел такой молчаливой толпы. Здесь, на Луне жизнь пока выглядела нормальной; не было видно следов бомбежки, вокзальные служащие и их электронные помощники продолжали работать как обычно. Правда, он обратил внимание на необычно большое количество военных, но они, по большей части, не принадлежали молчаливой толпе. Большая часть из них стояла вдоль стен, в своих темно-зеленых федеральных униформах и с безучастным выражением на лицах.