Проклятия

Пег КЕРР

ПРОКЛЯТИЯ

Я добралась до гостиницы на окраине города вскоре после заката. Укрывшись в тени возле неосвещенной двери, я в нерешительности остановилась, переминаясь с одной ноющей ноги на другую и глядя, как конюхи чистят лошадей в гостиничной конюшне. До сих пор мое путешествие было трудным: каждый закат означал ночевку в сыром стогу или на холодной куче опавших листьев под деревом. Мне страстно хотелось снова выспаться в теплой постели, сгодилась бы даже брошенная на пол охапка соломы. Осталось у меня всего четыре медных пенни, но их должно было хватить. Если то, что рассказали мне в последнем на пути городе, было правдой, конец моего путешествия уже недалеко. Я нерешительно закусила губу. Наложенные на меня чары вынуждали меня по возможности избегать людей, но можно и скрыть их действие - хотя бы на одну ночь.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

…Удивительно мягкая здесь трава. Шелковистая, нежная. Ее зеленая ткань вышита густым узором маленьких цветов. Пахучих, словно гречишные поля далекой Земли.

Я ложусь навзничь. Теперь мне отлично видно и близкие холмы, и рощицу низкорослых деревьев, и даже остатки Скалистой стены у горизонта — старые каменные уродцы, гребень великана, который обронили по меньшей мере тысячу лет назад. А над всем этим возвышаются две башни. Та, что поменьше, — наш звездолет, а та, что в небе купается, — Хрустальное чудо. Эта строгая прекрасная башня — олицетворение тайны к нашей беспомощности. В ее сияющих гранях сотни раз отражаются красный лик местного светила, случайные тучки, палатки нашего лагеря и веселая возня «сусликов». Словом, там есть все. Нет только секрета замка, зная который можно было бы открыть дверь Хрустального чуда. Проклятая башня! Это она заставила нас сначала обалдеть от радости, потом бросила в ледяную купель безнадежности, а Капитана толкнула на глупую выходку. И вот теперь Капитан со вчерашнего вечера уже не капитан, а рядовой член экипажа. Я же из Поэта превратился во временного Администратора, имею массу полномочий — обычных и чрезвычайных — и не знаю, что с ними делать.

Новый сосед объявился в конце января, поздним вечером. Он вошёл на кухню с чёрного хода. Точнее, даже не вошёл, а влетел. Георгий Петрович, который как раз направлялся в свою комнату с чучелом совы, задержался и с любопытством уставился на молодого человека в чёрном облегающем костюме и необычной дымчатой куртке.

— Ну? — Юджин Гарт поощрительно улыбнулся. — Как наш «ящик»?

Четверка друзей сидела на серой с красными прожилками глыбе камня и угрюмо молчала. Это и был злополучный «черный ящик», или, как назвал его Илья Ефремов, «камень, в котором что-то есть».

— Понимаю, — в улыбке руководителя Школы мелькнула тень удивления. Что, никаких предположений?

— Никаких, — подтвердил Егор.

— Может, догадки, эмоции? — упорствовал Юджин. — Все-таки четыре почти сформированных Садовника и элементарный «черный ящик», вещь со скрытым смыслом. Слава, ты защищал реферат о пользе коллективного мышления. Где же плоды теории?

Официально Соединенные Штаты не находились в состоянии войны, но все людские ресурсы нации были давно мобилизованы, так что перешли к милитаризации умножившихся сиротских приютов. В одном из них числился сирота Чарли из 3-ей Роты, удивительно одаренный мальчик, который принял участие в конкурсе Службы поиска новых талантов и выиграл приз — недельную поездку в Новый Нью-Йорк.

Они путешествуют через века, нигде не останавливаясь, ни к чему не привязываясь, ничем не интересуясь, равнодушно осматривая окрестности — экскурсанты по времени, тела из анабиозных Морозильников, последние жители Земли…

Национальная Лаборатория Ускорителя Частиц, Даллас, Штат Техас, USNA (не северная часть Соединенных Штатов, но Соединенные Штаты, которые поглотили всю Северную Америку). При полной длине в 30 км, линейный ускоритель частиц готовился к эксперименту по созданию и испарению микро черных дыр, основанном на теории излучения Хокинга.

На самом деле подготовка к нему уже была завершена два года назад, но, несмотря на свою неспособность получить одобрение в связи со сравнительно большими неизвестными рисками, проект был возобновлен из-за произошедшего в секторе Дальнего Востока в самом конце прошлого месяца.

В комнате теней давным-давно заблудилась ночь. Темнота проникала во всё, даже в воздух, делая его тяжёлым и несвежим. Штрихи чёрных, неживых силуэтов нависали над чем-то: ещё живым, тёплым и сопящим в две дырочки. Обычно, чтобы привыкнуть к темноте, нужно закрыть глаза и немного подождать. Или сосчитать до двадцати. 1,2 … 19, 20. Вот она видимая темнота. Теперь можно не торопясь описать чёрный хлам этой комнаты. В углу телеящик без киноскопа, в центре стол на трех ногах (одна хромая), у стены гардероб с выходной одеждой, рядом книжный шкаф с ушедшими классиками, на стене циферблат с отлетевшими стрелками. Много разных, грязных мелочей, которые опустим, главное: в комнате продолжает спать человек.

Фантастические повести и рассказы писателей Киргизии

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дж.КЕРШ

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С КАПРАЛОМ КУКУ?

Перевод с английского Э. Кабалевской

Эту, казалось бы, невероятную историю могут подтвердить несколько тысяч солдат и офицеров армии Соединенных Штатов которые воевали в Европе во время второй мировой войны.

Сейчас я им напомню, как было дело.

Шестого июля тысяча девятьсот сорок пятого года из Гринока, в устье реки Клайд, отошел битком набитый пассажирами океанский лайнер "Куин Мэри" и взял курс на Нью-Йорк. На борту находилось четырнадцать тысяч военнослужащих, несколько женщин и собака, и уж наверняка никто из них не забыл этого путешествия. Пес был умный, ласковый - немецкая овчарка, которую спас от медленной и мучительной смерти где-то в Голландии молодой американский офицер. Мне рассказывали, что этот храбрый пес, измученный и умирающий от голода, пытался перескочить через колючую проволоку, но застрял и провисел так несколько дней, не в силах двинуться ни вперед, ни назад. Наконец его снял с проволоки молодой офицер, п они нежно полюбили друг друга. На военных кораблях запрещено держать собак. И все же офицер как-то ухитрился протащить своего любимца на "Куин Мэри". Говорили, что вся команда как один человек поклялась не возвращаться в США без пса, и тут начальству пришлось пойти на уступки. Пса этого помнят все, кто отплыл на "Куин Мэри" шестого июля тысяча девятьсот сорок пятого года. Он появился на судне в самом жалком виде, под густой торчащей шерстью у него прощупывались все кости. С полсотни сильных полуголодных мужчин выпрашивали или воровали для него кусочки мяса, и через три дня пес начал понемногу приходить в себя. Одиннадцатого июля, когда "Куин Мэри" пришвартовалась к Нью-йоркском порту, он уже охотно кидался за резиновым мячом, в который играли офицеры на верхней палубе.

Джеральд Керш

ПЕЧАЛЬНАЯ ДОРОГА К МОРЮ

Перевод А. Сыровой

Тэтчер чувствовал себя неважно - у него болела голова. Что-то случилось - боль засела в затылке. Он ощущал ее: щелканье и жужжанье, как будто сломалась пружина от часов. А потом время остановилось.

Ему необходимы были деньги; да, он крайне в них нуждался. Вчера ночью, проснувшись, он лежал и думал, где бы взять пятьдесят фунтов. Много раз он бывал в таких ситуациях - он всегда нуждался в деньгах. Что же случилось на сей раз? Тэтчер стиснул лоб. Он обдумал все это. Если нигде не удастся достать денег, он попросит Джорджа Ферна одолжить двадцать пять фунтов. И, возложив надежды на эту возможность, он заснул. О, блаженный сон! Ну зачем наступил рассвет?

Джералд Керш

Река сокровищ

Человек, назвавшийся Пилигримом, казался довольно потрепанным. Так и напрашивалось выражение "видавший виды". Трудно было отнестись к нему иначе, чем относится бережливая хозяйка к банке собственноручно изготовленного варенья, поверхность которого оказалась покрыта заплаткой плесени. "Сладко-то сладко, да свежесть сомнительна, - думает хозяйка. Но ведь не выбрасывать же. Отдам-ка нищим". Подобные же мысли навевал Пилигрим.

Имре Кертес

ПРОТОКОЛ

Перевод с венгерского Юрия Гусева

...И прости нам долги наши,

как и мы прощаем должникам нашим;

и не введи нас в искушение,

но избавь нас от лукавого...

Настоящий протокол обязан своим появлением ощущаемой нами необходимости подтвердить, а вместе с тем и несколько уравновесить тот, другой, вне всяких сомнений более официальный, хотя, если честно, отнюдь не более достоверный протокол, который был составлен и (очевидно) зарегистрирован в определенном месте, в определенный день и определенный час, каковые детали, однако, нам представляется целесообразным на этот момент опустить.