Происшествие

Е.Львова

Происшествие

Роберт Кандалов шел в Спайсы. Он шел краем леса и молился. Как молятся, Роберт не знал, но слова ворошились в памяти.

"Борони мя. Господи!" - воззвал Роберт. Невидимый и неслышный молчал. Молчал и тощий лес. В рыжей воде плавали клочья тины. Дорожный знак без указателя направления торчал на бугорке. "Борони мя, Господи!" - взмолился Роберт в голос, благо дорога в Спайсы была пуста. Как всегда. "Борони... Как это "борони"? - спрашивал себя путник. Борону он видел раз. В музее. Рыжими зубьями вверх топорщилась она в прозрачном кристалле витрины... "Борони мя!" - повторил он, и словно бы ветерок зареял. "Вразуми мя и наставь!" - воззвал Роберт с силой. "Вразуми мя и наставь! На путь истинный", - ехидно отозвалось внутри голосом доктора Терентия Кайдалова. Роберт вспомнил, что Бог тоже отец и обращаться к нему надо бы по-сыновьи. Как - он не знал. "Папа..." - сказал он с сомнением. Отозвался, конечно, Терентий. Доброе лицо его с насмешкой глядело на сына, губы вздрагивали, но слов было не разобрать. "Атеист несчастный", - молвил Роберт, отгоняя отца. "Ну, скорее агностик", - возразил Терентий.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Берендеев Кирилл

В четырех стенах

"Приветствую тебя, Виталий!"

Написав эти слова, он откинулся на спинку стула и посмотрел в окно, незаметно для себя постукивая ручкой по столешнице. Мысли теснились в голове; еще вчера вечером, укладываясь спать, он заготавливал первые фразы послания; из-за этого разволновался и долго лежал в темноте, повертываясь с боку на бок, слушая далекое тиканье ходиков и пытаясь примирить свой взволнованный разум с его меланхоличным перестуком, забыться и заснуть. И сегодня, едва он написал стандартную приветственную фразу, все те же недреманные мысли столпились пред его внутренним взором, и каждая старалась привлечь к себе внимание, вылезти вперед, забыв про стройность изложения и собственную малую важность.

Дмитрий Биленкин

Не бывает

Экспериментируя, профессор Арцинович был въедлив, как серная кислота, и тверд, как молибденовая сталь. Но даже сталь утомляется. В тот день его настолько замучили пляшущие в глазах черные мушки, что он вопреки обыкновению взял велосипед и покатил дышать свежим воздухом.

От научного городка до деревенских проселков было рукой подать, и некоторое время спустя профессор очутился в незнакомой местности. Мирно светило солнце; слева от пыльной дороги были сосенки, справа зеленел овес, а навстречу Арциновичу летел человек.

Дмитрий Биленкин

Однажды ночью

Неоном горели в ночном воздухе названия многочисленных отелей. Было тепло и тихо, но осень уже пробралась в этот уголок юга. Отражая свет фонарей, всюду лежали опавшие листья, отчего полутьму аллей наполнял мягкий отсвет, и какая-то запоздалая пара остановилась, чтобы полюбоваться им, глубже вдохнуть щемящий запах и услышать далекий шум моря.

- Гляди, лошадь! - встрепенулась девушка.

Бесшумно возникнув из темноты, асфальтовую дорожку неторопливо, можно сказать, задумчиво пересекала лошадь. Она была без седла, уздечки и шла, наклонив голову, в полосах света. Юноша и девушка замерли, так это было необычно и так соответствовало тишине ночи, когда спят машины и люди. Пожалуй, это было даже неправдоподобно - вот так, сама по себе гуляющая посреди международного курорта лошадь.

Дмитрий Биленкин

Откуда он?

Юрьев все еще не решается выступить с научным сообщением о появлении на Земле в июне 1958 года неведомого творения природы. Я его понимаю. В подтверждение своих слов он не может представить толстого журнала наблюдений, диаграмм, фотографий и таблиц анализов - тут легко прослыть мистификатором.

По-моему, однако, все же лучше выслушивать упреки в ротозействе, чем дальше молчать о случившемся.

Упреки мы, конечно, заслужили. Нас подвела будничность обстановки. Никто из нас, даже Юрьев, хотя он теперь и отрицает это, не допускал и мысли о том, что можно встретиться с необыкновенным явлением природы в дачном подмосковном поселке. Улицы с гуляющими дачниками, крючкохвостыми дворнягами и белыми инкубаторными курами, приусадебные делянки, за оградой которых зреет садовая клубника, редис и огурцы, сутолока перрона в момент прибытия электрички так мало подходят для поразительных открытий. Это не оправдывает нас, но по крайней мере поясняет наше тогдашнее поведение и первоначальное скептическое отношение к мысли о необычной природе Неведомого.

Дмитрий Биленкин

ПАРАДОКСЫ ФАНТАЗИИ

С конца 40-х годов земные радиостанции и особенно телестанции почти удвоили радиояркость Солнечной системы в метровом диапазоне волн. Кванты электромагнитных выплесков уже докатились до Веги и Фомальгаута. Многие из нас говаривали в микрофон; быть может, наши смятые, чудовищно ослабленные расстоянием голоса сейчас изучают где-нибудь в звездных далях? Вероятность этого ничтожна, но не равна нулю.

Дмитрий Биленкин

Проблема подарка

Результат небывалых событий и надежд фирма "Интерпланет" со всеми своими апартаментами, блистательными экспертами и безграничными кредитами была, если разобраться, самым грандиозным в истории мыльным пузырем.

Город за окнами был сер, как невымытая пепельница, и взгляд директора тоскливо скользил по плоским крышам и подернутым пеленой фасадам. Горизонт утяжеляли заводские дымы, чей сумрак всякий раз напоминал о задаче, которую так и не удалось решить.

Дмитрий Биленкин

ТАМ ЧУДЕСА...

Не успел я опомниться после внезапного выброса и чуточку оглядеться, как чужая действительность преподнесла мне свой первый сюрприз. На горизонте вспыхнули чьи-то огненные глаза, во мраке затрепетали далекие усики светолокации, смутно обозначились какие-то темные громоносные фигуры; все это так напоминало ночное шествие оргов, что я едва не бросился их приветствовать. Но стоило мне вглядеться, как Вселенная зримо напомнила, что двух одинаковых миров не бывает и всякая новая планета, в особенности если ты очутился на ней не по своей воле, - уравнение с тысячью неизвестных.

Дмитрий Биленкин

Уходящих - прости

На свете есть много дыр, и Наира еще не худшая. За овалом окна муть и вихрь, желтая пена мглы, сернистый мрак, сам воздух помещения словно колышется под этим напором, хотя такого не может быть, база загерметизирована не хуже, чем консервная банка, и в ней, кстати, так же тесно. Под боком из аппаратуры Кенига рвется вой и свист, щелканье, лай, кашель, бормотание, щебет, будто в электромагнитных полях планеты трудятся сотни пересмешников, и, закрыв глаза, легко представить себе как стадо взбесившихся камнедробилок, так и хорал неземных голосов. Сквозь весь этот кавардак пробивается мерное титиканье позывных Стронгина. Ох, и неуютно же ему сейчас в вездеходе! Впрочем, весь этот грязно-желтый за окном самум не смог бы перевернуть даже парусник, так разрежен воздух Наири. А, погожих дней на планете немного.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Татьяна Львова

Распятая

Обнаженная, ты лежишь на широкой, как мир, кровати. Ты лежишь на спине. Каждая из твоих рук и лодыжек тянется к одному из четырех углов постели. Ты хочешь, чтобы я тебя успокоил... что-ж, я могу. Но сначала поцелуй. В вишенку пупка, подрагивающую в середине твоего нервного живота.

Эти фантазии, в которых любимую привязывают к предметам мебели, пахнут шоколадом. Горько-сладкий вкус греха, в который мы погружаемся вместе, с твоими мечтами, в которых твой патрон насилует тебя на полированном офисном столе, консьержка заходит в твой номер, когда ты онанируешь в душе, и этот твой старый дядя, который залезал тебе, шестнадцатилетней, под юбку, оглаживая матовые девичьи ноги. Его руки скользили по твоей коже, так же, как и мои сейчас - ты все это помнишь, и в мечтах рождается реальность.

Марк Львовский

Несколько слова автора по завершению

цикла рассказов о Щасливкинде

Из цикла "Здравствуйте, я Щасливкинд"

На этом я намерен расстаться, хотя бы временно, с г-ном Щасливкиндом. Дело в том, что он уже не просит, а требует, пользуясь моим мягким характером, описывать всё, происходящее с ним, включая даже сны. Так, недавно ему приснилось, что его голос на референдуме должен однозначно решить судьбу Голан.

Марк Львовский

Секретная миссия

Из цикла "Здравствуйте, я Щасливкинд"

Эту историю Щасливкинд поклялся не разглашать в течение двадцати пяти лет. Он лишь записал ее от третьего лица, и текст был положен в один из самых секретных сейфов Мосада.

Вот эта история.

Был дивный день конца февраля 1998 года, тот самый день, когда Саддам Хусейн, правитель Ирака, решил отложить на неопределенное время бомбардировку Израиля ракетами, начиненными вирусом сибирской язвы.

Марк Львовский

Внук

Из цикла "Здравствуйте, я Щасливкинд"

Рождение внука Щасливкинд отпраздновал просто: "немедленно выпил". Это был тот еще день. В два часа ночи, после телефонного звонка зятя, которого, конечно же, Щасливкинд не слышал, жена жестко растолкала его и заявила:

- Хватит спать! Твоя дочь рожает!

Как вам нравится это обвинительное "хватит спать"? Спать никогда не хватит. Щасливкинд, большой любитель бокса - не в смысле участвовать, естественно, а в смысле смотреть, - до двенадцати ночи ждал нокаута в поединке двух толстых, потных, незлобивых негров. Однако те провисели друг на друге все десять раундов, а по окончании долго и самозабвенно целовались. Проклиная этих горе-боксеров, Щасливкинд отправился спать не только с тяжелой головой, но и с тяжелым, простите, брюхом, ибо во время трансляции поединка, чтобы не заснуть, он ел сначала орехи, потом чернослив и, наконец, мороженое.