Профессионал жизни

Книга известного драматурга Валентина Азерникова включает шесть пьес. Большинство из них идет на сценах театров страны и за рубежом. Такие, как «Возможны варианты», «Третьего не дано», «Чудак-человек», имели большой зрительский успех. Книга позволит еще раз встретиться с полюбившимися героями.

Отрывок из произведения:

Паша Добрынин – профессионал жизни,

Катя Корниенко – любовь Паши.

Люся– жена Паши.

Оля – подруга Паши.

Юра Самойлов – коллега Паши.

Юлик – приятель Паши.

Новиков – начальник Паши.

Емцов – знакомый Паши.

Витюня – друг детства Паши.

Серафимов – директор театра.

Постников – главный режиссер.

Лена – дочка Новикова.

Зюзин – ответчик.

Посетитель – на выставке.

Другие книги автора Валентин Захарович Азерников

Романы известных современных писателей посвящены жизни и трагической судьбе двоих людей, оставивших след в истории и памяти человечества: императора Александра II и светлейшей княгини Юрьевской (Екатерины Долгоруковой).

«Императрица тихо скончалась. Господи, прими её душу и отпусти мои вольные или невольные грехи... Сегодня кончилась моя двойная жизнь. Буду ли я счастливее в будущем? Я очень опечален. А Она не скрывает своей радости. Она говорит уже о легализации её положения; это недоверие меня убивает! Я сделаю для неё всё, что будет в моей власти...»

(Дневник императора Александра II,

22 мая 1880 года).

Катя – натура на редкость восторженная, романтическая и к тому же весьма целеустремленная. Она готова мчаться хоть на край света за любимым, для которого, как выясняется, была лишь мимолетным увлечением. Конечно, Кате придется пролить немало слез – однако под занавес судьба просто не может ей не улыбнуться…

Памятливый телезритель может обнаружить некоторое несоответствие между тем, что он прочитает, и тем, что видел на экране. Это и называется «режиссерской трактовкой».

Эта книга — об опасных путешествиях, о случайных находках, о важных открытиях, о замечательных людях.

И вместе с тем она — о каучуке.

Ибо все это самым тесным образом переплелось в его истории.

Эта энциклопедия рассказывает о великих открытиях в области физики, которым посвятили свою жизнь выдающиеся ученые. Она расширит знания школьников по истории науки, поможет при работе над докладами и рефератами. Богатый иллюстративный материал демонстрирует действие законов физики и работу физических приборов. Закон плавающих тел, гальваническое электричество, электромагнитная индукция, рентгеновские лучи, радиоактивность, цепные реакции — эти и другие великие открытия выстрадали своей жизнью, заполненной напряженным трудом, крупнейшие ученые мира Архимед, М. Фарадей, Э. Резерфорд, А. Беккерель, Н. Семенов… Богатый иллюстративный материал познакомит школьников с действием физических законов, расскажет об устройстве и работе многих приборов. Книги серии «ПОПУЛЯРНАЯ ШКОЛЬНАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ» адресованы тем, кто стремится к углубленному изучению предметов школьного курса. Они помогут в работе над рефератами и при подготовке к экзаменам. Увлекательное чтение для всей семьи!

Рассказы о великих открытиях и выдающихся учёных.

Из этой книги вы узнаете: о законе плавающих тел; о законе всемирного тяготения; о гальваническом электричестве; о электролизе; о электромагнетизме; о термоэлектричестве; о рентгеновских лучах; о радиоактивности; о электромагнитных волнах; о строении атома; о камере Вильсона; о интерференции рентгеновских лучей; о цепных разветвлённых реакциях и многих других открытиях.

А также узнаете о жизни Архимеда, Исаака Ньютона, Луиджи Гальвани, Алессандро Вольте, Хэмфри Дэви, Вильгельма Рентгена и других учёных, сделавших эти открытия.

Книга известного драматурга Валентина Азерникова включает шесть пьес. Большинство из них идет на сценах театров страны и за рубежом. Такие, как »Возможны варианты», «Третьего не дано», «Чудак-человек», имели большой зрительский успех. Книга позволит еще раз встретиться с полюбившимися героями.

Сценарий кинокомедии, которая вполне могла быть и телевизионной. Не поставлена пока ни на одной киностудии. В этом есть свое преимущество: читателю не грозит разочарование от сравнения прочитанного и увиденного.

Книга известного драматурга Валентина Азерникова включает шесть пьес. Большинство из них идет на сценах театров страны и за рубежом. Такие, как »Возможны варианты», «Третьего не дано», «Чудак-человек», имели большой зрительский успех. Книга позволит еще раз встретиться с полюбившимися героями.

Популярные книги в жанре Драматургия: прочее

Номер гостиницы с четырьмя раздельными кроватями. Приглушенно слышна песня, которую исполняет ресторанный ансамбль:

«Ах, белый теплоход! Гудка тревожный бас
Встречает за кормой сиянье синих глаз.
Ах, белый теплоход, бегущая вода,
Опять уходишь ты, скажи, куда?».

Входит нетрезвый молодой человек лет 25, в костюме, без галстука. В руках у него бутылка шампанского и коробка шоколадных конфет. Гостеприимным жестом он распахивает дверь. В номер входит красивая женщина в элегантном костюме. В руках у нее огромный букет роз, перевязанный галстуком. Видно, что она навеселе, но в тоже время смущена и чувствует себя неуютно.

Венеция. Февраль. Время карнавала. Первые вечерние огни дрожат, отражаясь в каналах, бегут навстречу еще далекому, собирающему толпу празднику. Хлоя стоит у раскрытого окна, слушает сладостную, разрывающую душу песню. Клава — рядом.

Хлоя. Гондольере! Гондольере! Коме си кьяме куэста кансоне? Э Винициана? Нон. Л'О маи сентита прима, этуре ла музика итальяна мо ло коноско. Ди ун по иль карнавале э джа коминчато? Э куанто дурера? Э ла прима вольта ке венго а Венеция, довэ коминчиа иль карнавале? Суль канал Гранде, э довэ финише? Ва бэне лашиамо пердэрэ, волье сентирти кантаре адэссо, комтамца а кантарэ.

Ночь на Волге. У набережной старый пароход, превращенный в ресторан. За зашторенными окнами слышна музыка. На одной из палуб элегантно одетый Раздорский. Рядом Зудин, худой, с печальным и одновременно восторженным лицом.

Зудин. И вот еще одна история на ту же тему. Одна бывшая саратовская знаменитость, артист Алферов, многие годы регулярно стригся под полубокс. Под полубокс! Почему? А потому, что получил когда-то постоянную халтуру на областном радио. Еженедельно, по утрам, в воскресенье, в самое благословенное время, своим бархатным голосом, от которого млели женщины и распускались комнатные растения, артист Алферов вел цикл передач «Уроки атеизма». А до этого он носил красивейшие волосы, как у короля Людовика… Я помню, когда он появился у нас с длинными волосами, мы все тогда решили — вот и до нашего Саратова дошла свобода! Избивали его милиционеры за прическу регулярно, в театре умоляли подстричься. Он отвечал — нет! И подстригся! Иначе эту передачу не получил бы! И двадцать лет он стригся только под полубокс. Недавно вижу: старый Алферов, волосы опять до плеч, как у монаха. Стоит у храма, вещает, как по радио — подайте смертельно больному, ради Господа нашего Иисуса Христа. И вижу, что люди ему подают, и больше, чем другим. И я сказал ему — артист Семен Алферов, когда-то я снимал тебя на стенд «Лучшие люди Саратова» в прическе полубокс.

Стол, пара кресел, кровать, — разбросаны по сцене как будто наугад. На самом деле пространство хорошо организовано. Никаких излишеств, как то: статуэток, рюшечек, пейзажей и портретов, плакатов и постеров, бумажных цветов, сабель, ковров — словом, ничего из того, что служит безусловным украшением наших квартир, но так мешает пьесе «Танцевать, не умирая». Чистая среда. Если салатница, то — стеклянная (касается посуды вообще). На столе: глубокая тарелка с апельсинами и овощи для салата. Возле кровати — высокое, в человеческий рост, зеркало и ширма.

«Развалины стадиона заросли диким бурьяном. Среди вздыбленных досок и щебня несколько чудом сохранившихся рядов восточной трибуны. Внизу свалены в кучу развороченные глыбы постаментов с остатками спортивных скульптур, только одна поставлена прямо – гимнастка, с отбитой головой. На футбольном поле, в сухом безветрии, стоят могучие лопухи. За высокой стеной с треснувшими гипсовыми чашами угадывается неторопливая жизнь провинциального города в разгар жаркого летнего дня. Два молодых человека с дорожными сумками в руках проникли на территорию заброшенного стадиона и по полю направились к восточной трибуне…»

Сборник продолжает проект, начатый монографией В. Гудковой «Рождение советских сюжетов: типология отечественной драмы 1920–1930-х годов» (НЛО, 2008). Избраны драматические тексты, тематический и проблемный репертуар которых, с точки зрения составителя, наиболее репрезентативен для представления об историко-культурной и художественной ситуации упомянутого десятилетия. В пьесах запечатлены сломы ценностных ориентиров российского общества, приводящие к небывалым прежде коллизиям, новым сюжетам и новым героям. Часть пьес печатается впервые, часть пьес, изданных в 1920-е годы малым тиражом, републикуется. Сборник предваряет вступительная статья, рисующая положение дел в отечественной драматургии 1920–1930-х годов. Книга снабжена историко-реальным комментарием, а также содержит информацию об истории создания пьес, их редакциях и вариантах, первых театральных постановках и отзывах критиков, сведения о биографиях авторов.

Утро. Начало десятого. Лето еще не кончилось, но по утрам уже прохладно. На малоперспективной стоянке в отдаленном микрорайоне стоит машина с зеленым огоньком. На откинутом сиденье полулежит Водитель. Надвинув на глаза кепку, он дремлет. Ему лет двадцать пять. К машине подходит Пассажир, мужчина лет за сорок. Мы так и будем называть его — Пассажир.

Пассажир(стучит в боковое стекло). Эй!.. Проснись!.. Уже утро! Ку-ка-ре-ку!.. Эй!..

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В романе – «Тень власти» действие переносит нас в Нидерланды конца XVI века. Вовсю бушует нидерландская буржуазная революция, свирепствуют герцог Альба, инквизиция и испанские солдаты. В это время испанский наместник Гертруденберга граф Хаим де Хоравер спасает от костра инквизиции прекрасную Марион де Бреголь, обвиненную в служении дьяволу и черной магии. Борьба с инквизиторами и любовь привели его на сторону врагов Испании, где он под именем графа Ван Стинена стал популярным военачальником принца Вильгельма Оранского. Роман насыщен самыми невероятными приключениями, войнами, интригами и любовными историями – всем, что любит читатель авантюрно-исторической литературы.

Труппу, набранную для Большой Ежегодной Рождественской Феерии Тома Барта в старом браддерс-фордском театре «Ройял», раздирала склока. Труппа эта совсем не была «компанией веселых друзей», каковую составлявшие ее актеры усердно изображали – при любезной помощи местного рецензента – на страницах «Браддерсфорд геральд» и «Уикли геральд баджит». Актриса, игравшая Первого мальчика, сказала своему мужу и еще пятидесяти пяти разным лицам, что она может работать с кем угодно и прославилась благодаря этой способности, но что на этот раз дирекция отыскала и пригласила на роль Первой девочки единственную в своем роде актрису, из-за которой никто уже не может работать ни с кем. Первая девочка сказала своей приятельнице, Второму мальчику, что Первый мальчик и Вторая девочка все портят и могут очень даже просто погубить спектакль. Королева фей то и дело подчеркивала, что по причине всем известной мягкости своего характера она не хочет поднимать шума, но что рано или поздно Второй девочке придется услышать кое-что не слишком приятное. Джонни Уингфилд заявлял, что публика ждет прежде всего хорошей, крепкой игры главного комика, которому на сцене должна быть предоставлена полная свобода, но кое-кто этого еще не уразумел. Клоуны Диппи и Доп-пи намекали, что, будь здесь даже две сцены, Джонни Уингфилду все равно их было бы мало.

Генерал от инфантерии Михаил Дмитриевич Скобелев – что мы сегодня знаем о нем? Очень мало, его имя почти забыто, а ведь когда-то его слава гремела по всей России и многие соотечественники именно с ним, человеком действия, связывали надежды на выход из политического кризиса, потрясшего Россию в начале 80-х годов XIX столетия. Рассказу об этом удивительном человеке, многое в жизни и самой смерти которого до сих пор окутано тайной, посвящена данная брошюра.

1. Германия отделена от галлов, ретов и паннонцев реками Рейном и Дунаем, от сарматов и даков – обоюдной боязнью и горами[1]; все прочие её части охватывает Океан[2], омывающий обширные выступы суши и огромной протяженности острова[3] с некоторыми, недавно узнанными нами народами и царями, которых нам открыла война[4]. Рейн берет начало на неприступном и крутом кряже Ретийских Альп и, отклонившись на небольшое расстояние к Западу, впадает в Северный Океан[5]