Продавец воздуха

В повести Александра Беляева «Продавец воздуха» рассказывается о том, как алчный англичанин мистер Бэйли решил захватить монополию над самым ценным, что есть на нашей планете, — воздухом. Он построил в Якутии подземную лабораторию, куда с помощью мощных установок затягивались воздушные потоки, что спровоцировало невиданные смерчи, разрушения, гибель и страдания миллионов людей.

Отрывок из произведения:

«Окаянный край!» — так писатель В. Г. Короленко назвал Туруханский край. Но название это вполне приложимо и к Якутии. Печальная тощая растительность: в местах, защищённых от ветра, — хилые кедры, тополь да корявые берёзки; дальше к северу — как будто скрюченный болезнью кустарник, ползучая берёза, стелющаяся по земле ольха, вереск; ещё дальше — болота и мхи. Когда глядишь на эти хилые, пришибленные деревья и кустарники, бессильно льнущие к земле, кажется, будто несчастные растения хотят уйти в глубину, скрыться от леденящих ветров, не видеть этого «окаянного края», куда закинула их злая судьба. И если бы их воля, они вытащили бы из мёрзлой земли свои корявые корни и поползли бы туда, на юг, где благодетельное солнце, тепло и ласковый ветер… Но деревья принуждены умирать там, где они родились; всё, что они могут сделать, — это пригнуться ниже под ударами ветра судьбы и ждать своей участи.

Другие книги автора Александр Романович Беляев

Перед вами однотомное издание самого полного в истории отечественной литературы собрания сочинений знаменитого фантаста — Александра Романовича Беляева(1884–1942). Оговоримся, однако: полного все-таки условно. Цель издания — вернуть читателю в первую очередь все (насколько это будет возможно) художественные тексты писателя — вне зависимости от их литературного качества. Произведения выстроены в условно хронологическом порядке. Сначала идут крупные произведения — романы и повести, затем все рассказы писателя, а также две пьесы, статьи и очерки. В заключение же читатель сможет узнать много интересного о трудной жизни и удивительном творчестве писателя из мемуарного очерка, написанного дочерью Александра Романовича — Светланой Александровной Беляевой.

* * * А. Беляев — единственный писатель, у которого было претворено в жизнь такое количество фантазий. Вот для примера небольшая литературно-историческая справка, приведенная в сборнике «Замок ведьм» (изд-во «Пермская книга», 1992). Сначала идет название рассказа из сборника, затем научная идея, затем — осуществлена ли она. «Ни жизнь, ни смерть» Замораживание людей как последнее средство спасения от неизлечимой болезни — осуществлено. Анабиоз живой рыбы для перевозки — осуществлено. Авиэтка с автоматическим управлением — делаются экспериментальные экземпляры. Замена ручного труда машинами — реализовано. Пассажирские дирижабли — реализовано, но потом остановлено. «Сезам, откройся» Механический слуга — реализовано. Телеуправление домашним хозяйством — реализовано. Человекообразные роботы — созданы прототипы. «Мистер Смех» Технология получения музыки заданных эмоциональных свойств — ведутся опыты. Механическое получение музыки — реализовано с помощью ЭВМ. Социология смеха — осуществлено. Технология смеха — ведутся опыты. «Нетленный Мир» Экологическая катастрофа — осуществимо. Дезинфекция короткими волнами — реализовано. «ВЦБИД» Искусственное дождевание — осуществлено. Искусственное рассеивание туч и туманов — осуществлено. «Шторм» Использование энергии ветра — осуществлено. Гидростанции на Волге, Ангаре и Енисее — реализовано. Гидроаккумулятор — осуществлено. «Земля горит» Гидростанция на Волге как средство мелиорации засушливых земель — осуществлено. Заводы по переработке сельхозсырья в колхозах — осуществлено, но не до конца. Агрогорода — осуществимо. Кабели электропередач — осуществимо, но распространения не получило. Электротракторы — осуществлено. Ионизация воздуха — осуществлено. Биологическая борьба с вредителями — осуществлено. Добыча нефти со дна моря — реализовано. Плавучие буровые — осуществлено. Пенотушение пожара — осуществлено. Москва-порт — осуществлено. В девяти повестях и рассказах книги содержится приблизительно 52 научно-фантастические идеи. Из них к настоящему времени, хотя и не до стадии экспериментальных образцов, осуществлено 42 идеи. Отброшены или остаются фантастическими 10 идей.Дочь писателя Светлана Александровна Беляева

Возможна ли жизнь человеческого разума вне тела? И, если да, то, что ждёт этот разум под властью морально нечистоплотного человека? Ставя свои дерзкие эксперименты, профессор Доуэль и не предполагал, что однажды в роли подопытного животного окажется он сам, а его бывший ученик получит в полную собственность голову своего учителя, чтобы безнаказанно распоряжаться его гениальными мыслями.

Перед вами — первый том самого полного в истории отечественной литературы собрания сочинений знаменитого фантаста. В том вошли первые крупные произведения А. Р. Беляева. Герой романа «Властелин мира» изобретает «машину внушения» и пытается с ее помощью завоевать весь мир. В «Острове погибших кораблей» переплелись в один увлекательный сюжетный клубок авантюрные приключения с погонями и стрельбой, детективная интрига и захватывающее путешествие в Саргассово море. В повести «Последний человек из Атлантиды» писатель попытался реконструировать жизнь легендарного материка, исчезнувшего в океанских пучинах. Завершает том самый известный и читаемый роман фантаста — «Человек-амфибия», неоднократно экранизированная пронзительная история юноши, который в результате хирургической операции получил возможность жить в океане. Впервые с 1938 года читатель сможет прочитать главу из романа «Человек-амфибия», исключенную из последующих изданий.

Александр Беляев (1884–1942) — один из основоположников жанра научной фантастики в нашей стране. Прикованный к постели, писатель жил в изумительном мире, созданном его воображением. Силой своей фантазии он рисовал будущее, предвосхищая возможность дальнейших открытий и новых достижений.

В романе «Ариэль» главный герой приобретает способность летать. Этот чудесный дар едва не делает его орудием шайки преступников.

А.Р. Беляев — один из зачинателей советской научно-фантастической литературы, создавший за свою короткую жизнь более двадцати повестей и романов, несколько десятков рассказов, множество очерков, критических статей, пьес, сценариев. В сборник вошли как и хорошо знакомые читателям произведения (“Вечный хлеб”, “Последний человек из Атлантиды”, “Прыжок в ничто”), так и малоизвестные (“Золотая гора”).

Содержание:

Вечный хлеб

Последний человек из Атлантиды

Прыжок в ничто

Золотая гора

“Он обгонял время… и звал вперед…” Послесловие М.А.Соколовой

Иллюстрации: С.Ю. Ермолова

Послесловие: М.А. Соколовой

На 2-й стр. обложки рисунок В. ЛОГОВСКОГО.

«Константин Эдуардович Циолковский космический человек. Гражданин Эфирного Острова…

Математик, физик, астроном, механик, биолог, социолог, изобретатель, «патриарх звездоплавания» Циолковский мыслит астрономическими цифрами, считает миллионами, биллионами, миллиардами. Бесконечность не устрашает его…»

Эти слова принадлежат Александру Беляеву. Ученый-мечтатель и писатель-фантаст… Они оба мечтали о покорении космоса, оба, пусть в разных областях, работали над «великой задачей XX века».

Исследователи творчества Циолковского и Беляева обнаружили переписку между ученым и писателем.

Открыта еще одна страница, которая рассказывает о большом внимании Циолковского к фантастике и о глубоком интересе романиста к идеям космических полетов.

Переписка впервые опубликована на страницах «Искателя».

В книгу вошли известные научно-фантастические произведения А. Р. Беляева. «Властелин мира» - роман о проблемах телепатии, власти человека над миром и над самим собой; в нем автор подчеркивает, что наука не должна служить орудием злой воли. «Голова профессора Доуэля» - повесть о фантастическом открытии профессора Доуэля, научившегося поддерживать жизнь отделенной от тела человеческой головы. Действие приключенческой повести «Остров Погибших Кораблей» происходит в Саргассовом море, куда течениями принесено множество погибших кораблей. «Ариэль» - последний роман А.Р. Беляева, это поэтическая сказка о летающем юноше.

Александр Беляев – один из основоположников советской фантастики. В своих произведениях, написанных еще в 1920—1930-е годы, он предсказал современные достижения трансплантологии, генной инженерии, биохимии. В одном из его романов появился прообраз современных орбитальных станций. Но прежде всего его творчество – это гимн свободе, воспевание человека, пытающегося победить земное притяжение.

Представляем лучшие романы Александра Беляева.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Силецкий Александр Валентинович

Солнечная сторона

Диллия

Отличная выдалась погода, просто загляденье! Еще два-три таких денька - и кончено... Начнутся бури, ветры ураганной силы поднимут к небу зыбкие пески, померкнет солнце над планетой и накатит осень. Время, когда все живое цепенеет... Работу придется прервать до весны. До весны... Долгий срок! Так что надо спешить, успеть еще хотя бы малость. Это ведь тоже приблизит долгожданный миг - Начало Единения и Благодати. Что ж, думал Фрам, вышагивая по кабинету, за год мы сделали совсем немало. Если будем так и впредь... Главное - не сбиться с темпа. И каждый год все больше и быстрей. И лучше - безусловно! Он распахнул окно. Там, внизу,- до горизонта - клокотала стройка. Бесподобная симфония труда, а он, Фрам, - дирижер, несравненный маэстро. Творец! Это так... А сколько прежде было споров и сомнений, как он воевал!.. Все позади. Победа? Хорошо бы... Стройка рвалась в пустыню, через бесконечные барханы и солончаки - в глубь континента, а с противоположной стороны, как и здесь, тоже рыли канал, прокладывая русло небывалой искусственной реки, чтобы когда-нибудь точно посреди материка, единственного на планете, без ручьев и водоемов, иссушенного знойным солнцем, концы канала встретились, образовав Великий Водный Путь, который напоит не знающие влаги земли, даст им жизнь... Это лишь начало, думал Фрам. А сколько еще впереди!.. На смену нам придут другие, внесут свои коррективы, но дело, самое дело - останется. Это прежде человек ютился возле узкой линии прибоя, на океанском берегу. Пустая суша нас разъединяла. Но теперь... Да, только вместе все мы одолеем эти мертвые пространства, взрастим сады, преобразим природу... Будет много каналов. Пока таких вот, мелких, узких, не слишком прочных и несовершенных... Потом придумают иные - лучше, крепче. Но, старые и новые, будут они повсюду. И вечно будет сад цвести, рождая радость и любовь, и красоту, и мир - всегда! Ведь нам самим возделывать свой сад... "Лишь бы не плакало..." В детстве я выдумал себе игру: на большом листе ватмана, вооружившись красками и кистью, я нарисовал свой, воображенный мир, с безбрежным океаном и континентом средь него, - так получилась карта, пестрая, удивительная, ничуть не похожая на нашу, земную. Я придумал контуры государств и государствам дал названия, нанес на карту разной величины кружки-города, а когда все было готово, положил этот раскрашенный мир на свой письменный стол и принялся фантазировать, воображая, как живут люди в изобретенных мною странах, как они воюют друг с другом, открывают далекие острова... Я играл целыми днями, придумывал для каждого государства историю, законы; кое-где даже случались революции - честно говоря, их я устраивал по собственному усмотрению, не слишком-то считаясь с тем, что служит истинной причиной этих социальных потрясений. Короче, я сотворил свою планету и развлекался, забавлялся с нею, как порой другие забавляются с электрическими железными дорогами или оловянными солдатиками, с той лишь разницей, что этот мир я создал сам. Я делался старше, но игра - а бог ее знает, насколько это теперь уже была игра? - не прекращалась, только свою карту, тоже повзрослевшую, несколько потрепанную и уцветшую, я убрал, чтоб не мешала, со стола и перевесил на стену. Со временем мои сверстники взялись исподволь подсмеиваться надо мной и этим моим "странным хобби" (надо же им было как-то все назвать!) и стали именовать меня не иначе, как "милый чудак", но я не обижался. Сам-то я нисколечко не верил в собственную чудаковатость, однако и других разубеждать не собирался. Разубеждают в двух случаях: либо когда хотят выдать за истину свою неправоту, либо когда пытаются доказать неправоту остальных. Мне это было совершенно ни к чему. Ни то ни другое. А он все висел и висел на стене, мной нарисованный когда-то и вечно мой мирок - красный, черный, белый, желтый, голубой... Десятое измерение, солнечная сторона той поры, которая зовется детством...

Константин СИТНИКОВ

БЕС ОПЕЧАТОК

- Надеюсь, ты понимаешь, Алексей Алексеевич, что больше так продолжаться не может? Посмотри, что ты тут понаписал, - редактор выбросил на стол пачечку испещренных на машинке листков, которые веером легли по толстому оргстеклу, и брезгливо поддел их ногтем.

Переминаясь на длинных ногах и проклиная все на свете, молодой журналист потупил томные взоры на убористые строчки, жирно подчеркнутые красным фломастером, но ничего не смог разобрать: строчки наскакивали одна на другую, буквы, как букашки, бестолково мельтешили в глазах.

Константин СИТНИКОВ

ПОСЛЕДНЕЕ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ

При падении его оглушило. Руслан с трудом выбрался из кустов на залитую солнцем площадку заправочной станции и, пошатываясь, направился к телефонной будке. В ушах у него звенело, и сначала ему показалось, что телефон не работает. Только потом он различил в трубке долгие гудки. Дяди не было дома. Он вытащил жетон из окошечка и снова опустил его в щель. Но, протянув руку к диску, вдруг понял, что намертво забыл номер музейной вахты. Тщетные попытки вспомнить его вызвали лишь головную боль. Привалившись горячим лбом к прохладному стеклу, он некоторое время боролся с мучительной тошнотой. Затем его все же вырвало, и это принесло небольшое облегчение. Поморщившись, он поспешил на воздух.

Константин СИТНИКОВ

ТРОСТЬ

"Dirteen! Dirteen!! - Mein Gott,

it is Dirteen o'clock!!"

Edgar Allan Poe,

The Devil in the Belfry

3 октября 1849 года дверь таверны "Кут энд Сарджент", что на Ломбард-стрит, в Балтиморе, распахнулась, и на пороге появился невысокий, худощавый мужчина лет сорока в черном свободном пальто, под которым виднелась помятая жилетка и не первой свежести сорочка; мешковатые, заношенные панталоны приходились ему явно не в пору, а шелковый платок на шее был повязан весьма дурно и неряшливо. Длинные вьющиеся волосы, спутанные и давно немытые, ниспадали по сторонам, открывая широкий, иссеченный морщинами лоб; усы под узким, хрящеватым носом еще хранили на себе следы черной краски; тонкие бледные губы были расслаблены и слегка подрагивали. Мужчина не был пьян; даже если он и выпил в тот день, то не больше одного стакана легкого вина; и все же его изможденное, помятое лицо несло на себе явственные отпечатки недавнего запоя и мучительного похмелья; распахнув дверь, он приподнял голову и, слегка прищурившись, обвел взглядом небольшой зал с низким закопченным потолком.

Ант Скаландис

Непорочное зачатие Касьяна Пролеткина

Если кто-нибудь скажет вам, что у Марии Луизы О'Брайен во время рождения Мигеля Сантьяго Хортеса появилось кислое молоко (а есть еще и такие шутники, которые утверждают, что у нее было и не молоко вовсе, а молочный коктейль, что-то вроде той ужасной смеси молока с водкой, которую чилийцы называют кола-моно) - не верьте, никому не верьте, потому что у Марии Луизы О'Брайен вообще не было молока. Сразу после родов она потеряла сознание и через шесть часов умерла не приходя в себя. Вскрытие показало, что Хортес, перепугавшись в последнюю минуту, пытался выбраться сам с помощью абсолютера, каковой, надо отдать ему должное, применял не как огнестрельное, а как холодное оружие, оставаясь гуманистом до последних мгновений своей жизни. И хотя увечья, нанесенные Марии Луизе, были все-же весьма значительны, врачи продолжали утверждать, что главной, а по существу и единственной причиной смерти стал психошок. "Как вы думаете, говорили врачи - что ощущает женщина, когда из чрева ее появляется не голенький кричащий младенец, а уменьшенный до размеров младенца капитан дальней разведки в разорванном, залитом кровью скафандре с нашивками контактеро первого класса, и появляется необычайно резво, помогая себе руками и ногами, а, наконец, выскочив, палит из абсолютера в белый свет, как в копеечку и затем почти тут же падает замертво?"

Томас Скортиа

Телефонный разговор

- Алло, - со свойственной старикам громогласностью позвал он. - Алло, алло... это Флейкер. Алло...

- Когда вы услышите сигнал точного времени...

- Проклятье, - выругался он. - Я не хотел...

- ...Будет...

- Алло, - послышался в трубке немолодой женский голос.

- Алло, - ответил он. - Вальтер, почему ты не отвечаешь?

- О, как хорошо, что ты позвонил, - продолжал незнакомый голос. Ужасно мило с твоей стороны.

Наум СЛАДКИЙ

ПОСЛЕДНЯЯ ЗАГАДКА ТУНГУССКОГО МЕТЕОРИТА

ШАЛОВЛИВЫЙ ПИСАТЕЛЬ

Выдающийся художник XX века Наум Исакович Сладкий родился в 1960 г. в городе Бобруйске. Город этот известен по литературе: среди сыновей лейтенанта Шмидта он считался прекрасным, высококультурным местом. Читатель не должен обижаться, что не знает ни Бобруйска, ни Н.Сладкого. Познать Воркуту хуже, чем познать Бобруйск, и познать Горького хуже, чем Сладкого. Но шутки в сторону - Н.Сладкий больше известен как художник красками, да и то в основном за границей. Творчество его делится на два периода: ранний и поздний. Ранний период соответствует пребыванию Н.Сладкого в стенах Московского Университета. Там Сладкий познал обнаженную натуру; и там он оттачивал грани своего мастерства. Тогда же начались его первые шалости как художника. Он написал одну из самых необычных картин нашего времени, применив в качестве основы ленты для оклейки окон. Некоторое время Н.Сладкого можно было видеть в коридорах высотного здания Университета с отверткой и плоскогубцами в руках, с железной баночкой на поясе. Он отковыривал дубовые панели и ловил тараканов. Каждый таракан в дальнейшем старательно изображался на отведенном ему участке ленты для оклейки окон. Потом Н.Сладкий выпускал тараканов обратно. За это Н.Сладкого исключили со второго курса механико-математического факультета: оказывается, тараканов следовало возвращать на те самые места, где они были взяты. Дело в том, что научная традиция предписывала нумеровать при изъятии как тараканов, так и места их извлечения. Н.Сладкий, конечно, заметил бы номера и догадался, в чем дело, но номера стерлись, так как последнюю инвентаризацию тараканов производил еще Пафнутий Львович Чебышев. Трудности усугублялись тем, что чебышевская ревизия тараканов производилась еще в старом здании Университета, и при перевозке тараканов на новом месте не были должным образом воспроизведены номера, имевшиеся ранее на старых местах. Уф! Надеюсь, что вы все поняли. Короче говоря, Н.Сладкого сделали крайним, и выгнали его из Университета. Художник был вынужден распродавать свою картину ничего не смыслящим в искусстве дилетантам, тупой, бессмысленной толпе в вестибюлях метро, по частям, отрезая изображения тараканов ножницами. Доверчивые иностранцы покупали тараканов пачками, думая, что это билеты для посадки в поезд. Проходило не менее получаса, прежде чем снизу появлялась процессия, состоящая обычно из взволнованных иностранцев, уборщиц со швабрами, милиционеров и каких-то молодых людей в светлых пиджаках. К этому времени Н.Сладкий уже исчезал - с долларами в кармане. В кругу знатоков искусства особенно ценятся отрезки, содержащие пять и более тараканов. Одна из таких картин находилась в Париже, в Метрополитен-опера, где Н.Сладкий выступал в позднем периоде своей творческой биографии. В Метрополитен-опера Н.Сладкий исполнял обычно кантаты Свиридова. Специально сформированный отряд на вертолете доставил Н.Сладкого обратно в Москву (кстати, этот эпизод описан в настоящей повести), прямо в кабинет Свиридова. Полгода Н.Сладкий был вынужден обучать канареек Свиридова, которые затем были отправлены в Метрополитен-опера на место покинувшего театр великого артиста. Но в основном Н.Сладкий прославился как художник красками. О его картинах можно рассказывать бесконечно. Так, в качестве эскиза нового герба им была предложена картина "Буревестник". Присутствовавший на презентации директор гастронома "Центральный" умер от инфаркта. Следствие показало отсутствие состава преступления: буревестник был слишком похож на тех кур, что продавались в гастрономе, но был красным. Слишком интенсивный цвет и в дальнейшем неизменно приводил в замешательство работников торговли, и герб пришлось заменить на старый. Но что-то я заболтался. Лучше один раз понюхать, чем сто раз потрогать (то есть, тьфу, я хотел сказать: почитать книжку перед сном). В общем, честь имею представить вам первый литературный опыт Н.Сладкого - известного певца нашего времени.

Сергей СМИРНОВ

ЗАМЕТКИ О БЕЛОЗЕРОВЕ

Научно-фантастический рассказ

Все мы - камни, упавшие в воду: от нас идут круги. Это любимая фраза Белозерова. Он часто повторял ее, особенно в последние месяцы перед гибелью. Как задумается, так потом наверняка улыбнется и скажет. Впрочем, в самые последние наши встречи он будто совсем ни о чем не задумывался: он казался рабом каких-то навязчивых жестов, взгляд его подолгу вцеплялся в, казалось бы, незначащие предметы, он вел себя как следователь на месте преступления, почти не разговаривал и только изредка, как бы извиняясь за свои странности, грустно вздыхал. Он производил впечатление человека с расстроенной психикой; понимал, что тревожит друзей, и очень от этого страдал. Глядеть на него было больно, но вот в чем все мы ему завидовали: каждый из нас, его друзей, чувствовал, что груз знания, который обрушился на Белозерова, его бы раздавил гораздо быстрее и безжалостней. Белозеров казался нам чудом психической выносливости... Бывало, я полушутя спрашивал его, как это он справляется со всеми своими ежедневными открытиями. Он всегда хмыкал недоуменно и пожимал плечами. И только однажды вдруг сосредоточенно нахмурился, взглянул на меня пристально и сказал такое:

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Снежная равнина. Истомлённые собаки тянут нарты. Собак погоняет каюр, но и он спотыкается от усталости. На нартах лежит человек, бессильно свесив голову. Каюр падает. Собаки останавливаются и, как по команде, ложатся на снег.

Рядом со снежной равниной растут кактусы. В тени зелёных каштанов по тротуару идёт маленький человек, почти карлик, в отлично сшитом летнем фланелевом костюме и шляпе-панаме с широкими полями. Он не может не видеть драмы в снежной пустыне, но равнодушно проходит мимо.

Сорок лет миновало с тех пор, как на Земле разразилась страшная планетарная катастрофа, и мир снова балансирует на краю пропасти. Полуразумное гигантское существо из глубин Вселенной, заключив союз с создателями смертельного вируса, замыслило уничтожить все живое на планете. И, как это ни парадоксально, у него есть помощники на Земле, последователи древнего культа, которые из поколения в поколение передают легенду о грядущем пришествии в наш мир космического зла. Казалось бы, планета обречена. Однако доктор Тахион, инопланетный ученый, тот самый, что четыре десятилетия назад в одиночку попытался помешать распространению вируса, поднимает на борьбу его жертвы — тузов, наделенных невообразимыми способностями…

Очень скоро невозможно будет себе представить жизнь без Интернета, точно так же, как сейчас мы не понимаем, как это до конца 1990-х годов обходились без мобильного телефона. В этой книге рассказывается о том, как Интернет постепенно и не всегда заметно для нас меняет качество нашей жизни. Здесь собраны самые интересные и полезные находки, которые были сделаны автором за многолетнюю карьеру интернет-обозревателя. Это не просто интересные идеи, а сервисы, которые могут пригодиться в работе, личной жизни, быту и при общении с другими людьми, а также способствовать духовному развитию. Одни из них уже широко используются, о других читатель узнает впервые. Для нормальных, здравомыслящих людей, Интернет – это друг. Он полезный и интересный, веселый и общительный, доступный и загадочный. Главное, что он совершенно не страшный.

Для дошкольного возраста.