Проблемы комизма и смеха

В очередной том полного Собрания трудов В.Я. Проппа входят его работы о смехе, впервые собранные вместе. Классификация видов смеха, осуществленная в — пусть незавершенной — книге "Проблемы комизма и смеха" признается одной из лучших в современной гуманитарной науке, а статья "Ритуальный смех в фольклоре" является связующим звеном между этой, последней книгой Проппа и его классической дилогией о волшебной сказке.

Отрывок из произведения:

Беглый обзор существующих теорий комического дает не очень утешительную картину. Поневоле напрашивается здесь вопрос: нужна ли нам вообще теория? Их было очень много. Стоит ли к многочисленным существующим теориям прибавлять еще одну? Может быть, такая теория не более как игра ума, мертвая схоластика, бесполезная в жизни философема? На первый взгляд такой скептицизм не лишен некоторого основания. Действительно, величайшие юмористы и сатирики великолепно обходились без всякой теории. Обходятся без нее и современные юмористы-профессионалы, писатели, работники театра, кино, эстрады, цирка. Однако это еще не значит, что теория нам не нужна. Теория нужна в любой области человеческих знаний. Ни одна наука без теории в наши дни обходиться не может. Теория прежде всего имеет познавательное значение, и знание ее — один из элементов научного мировоззрения вообще.

Другие книги автора Владимир Яковлевич Пропп

Впервые знаменитая дилогия о волшебной сказке выходят в свет как единое (по замыслу автора) произведение. Обширные комментирующие статьи, библиография, именной указатель, указатель персонажей превращает книгу в учебное и справочное пособие по сказковедению, а необычайно широкий охват гуманитарного материала, глубина его освоения и доходчивый стиль изложения давно ввели составляющие ее произведения в общемировой культурный фонд современного образованного человека.

Впервые знаменитая дилогия о волшебной сказке выходят в свет как единое (по замыслу автора) произведение. Обширные комментирующие статьи, библиография, именной указатель, указатель персонажей превращает книгу в учебное и справочное пособие по сказковедению, а необычайно широкий охват гуманитарного материала, глубина его освоения и доходчивый стиль изложения давно ввели составляющие ее произведения в общемировой культурный фонд современного образованного человека.

В книге публикуются произведения выдающихся отечественных ученых А. С. Орлова (1871–1947) и В. Я. Проппа (1895–1970), посвященные героической теме в русском фольклоре и книжных источниках.

Героизм был излюбленной темой русского фольклора с глубокой древности, причем повествования о воинских подвигах привлекали особое внимание русских не только как приключения, интересные своим драматизмом, но понимались как беззаветный труд во благо и на славу Русской земли. В фольклоре и литературе наши предки выработали картины, полные великих образов, создали прекрасные памятники русского героизма «в память предыдущим родам».

Популярные книги в жанре Литературоведение

С.А.Рейсер

Некоторые проблемы изучения романа "Что делать?"

1

Для текстолога роман "Что делать?" представляет особенный интерес: важнейшим источником является журнал "Современник" (1863, ЭЭ 3, 4, 5), в котором произведение было напечатано. Ни корректуры, ни беловой рукописи не сохранилось.

Автор, находившийся в заключении в Алексеевском равелине Петропавловской крепости, конечно, должен был писать с оглядкой на цензуру, гораздо большею, чем литератор, находившийся на свободе. "Чернышевский из своего далека прислал нам роман", - прозрачно намекал Н. С. Лесков. {Николай Горохов . Николай Гаврилович Чернышевский в его романе "Что делать?". (Письмо к издателю "Северной пчелы"). - В кн.: Н. С. Лесков. Собр. соч. в одиннадцати томах, т. X. М., 1958, стр. 20.} Эта осторожность и забота о судьбе романа очевидны a priori и наглядно подтверждаются маскировочной "Заметкой для А. Н. Пыпина и Н. А. Некрасова", смысл которой был в 1953 г. убедительно раскрыт в работе Б. Я. Бухштаба. {Б. Я. Бухштаб. Записка Чернышевского о романе "Что делать?". Перепеч. в кн.: Б. Я. Бухштаб. Библиографические разыскания по русской литературе XIX века. М., 1966, стр. 117-132.}

В. Скороденко

Рассказы Джона Кольера, или

Логика безумного мира

"- Умоляю вас, сэр,- воскликнула она...- вы мне одно скажите: куда я попала?

- В Ад, куда же еще! - ответил он, рассмеявшись от всего сердца.

- Ох, вот счастье-то!- воскликнула девушка.- А я было решила, что это Буэнос-Айрес.

- Они почти все так думают,- заметил наш герой,- из-за этого лайнера".

Такой диалог происходит в новелле "Дьявол, Джордж и Рози" между двумя последними персонажами, и он отражает принципы, с которыми ее автор подходил к построению своих прихотливых, барочных, гротескных и большей частью фантастических сюжетов. Писатель, как то типично для создателей английской философско-нравоописательной притчи от Свифта до Мюриэл Спарк, брал за основу либо чисто фантастическое допущение, либо ситуацию, вполне правдоподобную и даже житейскую, однако напряженную до абсурда и гротескно заостренную, как, например, в рассказах "Другая американская трагедия" или "Бешеные деньги". Но в рамках фантасмагории или абсурда действие развивалось в согласии с определенными закономерностями, персонажи поступали именно так, как диктовали их характер и коллизия, в которую они попадали по воле автора.

Уильям Теккерей

Английские юмористы XVIII века {1}

(Отрывок)

Перевод Н. Я. Рыковой

...Слова, так же как и люди, становятся привычными для публики и, став широко известными повсюду, находят признание и в обществе. Так что даже самая сдержанная и утонченная дама из присутствующих здесь наверное слышала данное выражение от сына или брата, обучающегося в школе, и разрешит мне назвать Уильяма Конгрива, эсквайра, самым выдающимся литературным "щеголем" своего времени. В моем экземпляре джонсоновских "Биографий" {2} у Конгрива самый роскошный парик и вид у него в нем самый лихой по сравнению с прочими достойными лавров знаменитостями. Выглядывая из-под нагромождения пышных локонов, он словно хочет сказать: "Я и есть великий мистер Конгрив". Его и называли великим мистером Конгривом *. С начала до конца своей деятельности он вызывал всеобщее восхищение. Получив образование в Ирландии в том же колледже, что и Свифт {3}, он поселился в Лондоне в Миддл-Темпле, где блаженно пренебрегал юриспруденцией, но зато весьма широко посещал кофейни и театры, появлялся в боковых ложах, а также в тавернах на Пьяцце и в аллеях Сент-Джеймсского парка, блестящий, красивый и с самого начала победоносный. Все сразу же признали этого юношу вождем. Великий мистер Драйден ** объявил его равным Шекспиру и завещал ему никем не оспариваемый венец короля поэтов. Драйден пишет о нем: "Мистер Конгрив оказал мне любезность перечитать "Энеиду" и сравнить мой перевод с оригиналом. Мне никогда не будет стыдно признать, что этот замечательный юноша указал мне на множество ошибок, которые я и постарался исправить".

В 1791 году А. И. Мусин–Пушкин был назначен обер–прокурором Святейшего Синода. В том же году, 11 августа, Екатериной II был издан указ, по которому Синоду разрешалось собрать и изъять из монастырских архивов и библиотек рукописи, представляющие интерес для русской истории.

Этим занялся А. И. Мусин–Пушкин. Не позже 1792 года (точная дата не установлена) он приобретает сборник XVI века, в котором обнаруживается список «Слова о полку Игореве».

Новая русская литература (Пушкин. Гоголь, Белинский). Издание третье. 1910.

Орфография сохранена.

Во всех четырех романах «Александрийского квартета» основные темы, определяющие трактовку образов и событий, заявляются сразу, на первых же страницах, прежде чем прихоть рассказчика и стоящая за ней воля автора разбросают их по головам и вариациям. Открывающий «Жюстин» лирический гимн, темой которого является Александрия, а пафосом — память, очень быстро выводит на основные структурообразующие темы книги — поэзию Константиноса Кавафиса и гностический миф о Софии. О Кавафисе речь впереди, пока же обратимся к гностикам.

"Мир Толкина" - одно из самых расхожих понятий, употребляемых каждым, кто говорит или пишет о замечательном английском писателе Джоне Роналде Руэле Толкине (1892-1973). Оно появилось сразу же, как только в середине 50-х гг. увидел свет роман "Властелин колец", и определяло, в основном, необычность романной реальности. После переиздания сказки "Хоббит, или туда и обратно", таких малых произведений, как "Листок Ниггла". "Фермер Жиль из Хэма" и особенно, после посмертного издания цикла сказаний "Сильмариллион", "мир Толкина" стал представляться многим читателям и критикам чем-то автономным и неисчерпаемым. В результате возникла тенденция анализировать и толковать столь необычное литературное явление как бы изнутри, исходя лишь из внутренних критериев текста. В связи с этим представляется важным попытаться проследить, хотя бы в первом приближении, процесс возникновения и формирования того "Вторичного мира", по определении самого писателя, который существует на страницах его произведений.

Одним из важных аспектов обучения иностранным языкам в вузе является текстологический аспект, то есть привлечение всестороннего изучения и анализа иноязычных текстов разных жанров для более глубокого проникновения в сущность языка и более полного его освоения. Особое значение при этом приобретают тексты литературных произведений как носители художественной образности, выражаемой средствами языка. По В.А. Кухаренко [Кухаренко 1973, с. 23], наиболее перспективным и эффективным при комплексном исследовании художественного текста представляется анализ с использованием возможностей лингвистической и литературной стилистики. Рассмотрим результаты его применения на примере изучения средств построения временной перспективы во "Властелине Колец" Дж.Р.Р. Толкиена.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Философы и ученые, размышляющие о строении вселенной и предлагающие современные космогонические теории, неизбежно сталкиваются с понятием времени. Является ли время единственно истинным измерением параметров вселенной? Течет ли время в одном направлении или его можно повернуть вспять? Является ли настоящее продолжением прошлого или началом будущего? И один из самых важных вопросов – было ли у времени начало?

Древние шумеры верили в начало всего сущего, а значит, и в его конец: Момент начала отсчета земного времени составляет основу древней космогонии, так ярко отображенной в шумерских текстах.

Известный историк и лингвист Захария Ситчин, используя свои глубокие знания древних языков, разработал оригинальный и неожиданный подход к изучению шумерского наследия и определил время Начала Начал и Начала Конца:

Знаменитый исследователь Захария Ситчин, автор сенсационных теорий палеоконтакта находит новые убедительные доказательства того, что Земля в древности посещалась пришельцами из космоса, создавшими человеческую расу по образу и подобию своему путём генной инженерии.

Неопровержимые свидетельства этому — древние письменные источники, порой неправильно интерпретируемые и переводимые учёными-традиционалистами. Косвенным подтверждением теории Ситчина является также отсутствие однозначного ответа на вопрос: почему геном человека содержит 223 гена, которые не имеют предшественников на нижних ступенях эволюции? Этот научно подтверждённый факт до сих пор не укладывается ни в одну современную эволюционную теорию.

Опираясь на детально изученные им Священное Писание и документы египетской и шумеро-аккадской цивилизаций, Ситчин реконструирует произошедшую более двух тысяч лет назад ядерную катастрофу, возникшую в ходе войны между «богами», а также воссоздаёт все этапы возникновения человека разумного.

Тысячелетиями люди верили в сверхъестественную природу богов, приписывая им способность жить вечно, и сами стремились достичь божественного бессмертия. В поисках цветка вечной жизни странствовал шумерский царь Гильгамеш, легендарный завоеватель Александр Македонский искал ручей живой воды, мореплаватели Христофор Колумб и ПонсадеЛеон проявили чудеса отваги, пытаясь обнаружить вЗападном полушарии Источник Молодости. Понемногу бессмертие превратилось в миф. Однако знаменитый исследователь Захария Ситчин, автор многочисленных сенсационных работ по альтернативной истории, в своей книге берется доказать, что в древности люди могли становиться подобными богам и жить в десятки раз дольше своих соплеменников.

Множество археологических находок, древних текстов и дошедших до нашего времени легенд, образы и символы которых стало возможно расшифровать только на современном этапе развития науки и техники, неоспоримо свидетельствуют: человек изначально был создан бессмертными существами для вечной жизни.

Известный антрополог Пьер-Ролан Жио в своей книге рассказывает о ранних цивилизациях Бретани. Под давлением саксов часть древнекельтского племени бриттов переселилась с Британских островов в северо-западную Галлию. Автор приводит подробное описание древнейших сооружений, керамики, оружия и бытового инвентаря начиная с эпохи палеолита. Повествование завершается описанием периода покорения Галлии Цезарем.