Притворщик

Кристина М. Кэрри

Притворщик

"Вампиры играют людей, которые играют вампиров"

"Интервью с вампиром".

Гэбриэл последний раз коснулся пальцами клавиш и слегка откинулся назад. Прощальный аккорд золотистым блеском повис в воздухе, долго еще плавно парил среди полутьмы небольшого клуба на одной из центральных улочек города. Он положил руки на клавиши, и стал постепенно отключать синтезатор. Его широкие, массивные ладони на удивление легко парили над бесчисленными клавишами и кнопками, опровергая суждение о том, что силовые упражнения и музыка мало совместимы.

Другие книги автора Кристина Кэрри

Кристина М.Кэрри

Трое

Где-то на улице сейчас, должно быть, летний полдень, и солнце вовсю накаляет крыши, заставляя горожан открывать окна, опускать жалюзи и покупать новые мощные кондиционеры. Но в комнате Аллена прохладно, сюда не проникает ни один солнечный луч. Комнату освещают лампы "дневного света", закрепленные на низком на потолке. Для обладающего чувствительными глазами вампира такое название звучит издевкой, ибо спектр излучения лампы не имеет никакого отношения к настоящему дневному свету.

Кристина М. Кэрри

Вернуться до рассвета

"Я вампир, выходящий в парижскую ночь..."

К. М. Кэрри

Он стоял у самой стены здания, подняв лицо в ветреную ночь, хлеставшую по щекам крошечными, но пронзительно холодными каплями влаги. Капли ложились на лицо, застывая на ресницах и длинных прямых прядях волос мерцающими миниатюрными бриллиантами. В свете фонаря его бледное лицо казалось украшенным бесчисленными драгоценными камнями.

Кристина М.Кэрри

Дикарь

Аллен сделал еще несколько шагов по узкому переулку и резко остановился. То лицо, что маячило перед ним эпизодом из муторно-тягучего неприятного ночного сна, казалось под струями дождя неживым. Белая в синеву кожа, всклокоченные, давно не чесанные черные волосы, совершенно безумные глаза - широко раскрытые, с пульсирующими в неярком свете витрин зрачками чувствительными даже к такому перепаду освещения. Одежда - заляпанная землей, порванная в нескольких местах. Аллен отшатнулся - он инстинктивно старался держаться подальше от всего того, что было грязным, шумным или дурно пахнущим. От всего, что причиняло беспокойство.

Кристина М. Кэрри

Танцующий на лезвии

Он выглядел странно. Но не более странно, чем мог бы выглядеть любой другой человек, одевшийся не по времени и не к месту. Черные джинсы, черная же кожаная куртка, плотно застегнутая, из-под которой виднелся только ворот высокой водолазки. Кожаные перчатки, натянутые на рукава куртки и скрепленные зажимами. Поверх всего - мотоциклетный шлем с темным стеклом. Все это было бы нормально, если бы не душная летняя жара, что сжимала вторую неделю в своих объятиях город.

Кристина М. Кэрри

Легенда больших городов

Га-рет, Га-рет.. еле слышно стучит отлаженный мотор. Га-рет, га-рет имя в шелесте шин на скоростном шоссе. Не Маргарет, не Марго. Именно Гарет. Девушка в темных очках нещадно жмет на тормоза и лихим виражом вписывает машину на крохотный пятачок перед небольшим подвальным клубом на узкой центральной улочке. Тормоза жалобно плачут, но Гарет нравится ощущение огромного механизма, слушающегося ее легких прикосновений, почти что мысленных приказов. На вид машина Гарет просто довольно популярная модель "BMW", но только сама девушка и ее механик знают, что на самом деле скрывается под темно-синим, цвета ночного неба, корпусом автомобиля.

Кристина М. Кэрри

Вставшие над обрывом

Аллен медленно шел вдоль по улице. Вглядываясь в лица людей, он думал о том, что сложно найти среди многих - одного, если только тот не старается быть обнаруженным. Их противник же или не умел заметать следы на снежном поле Сети, или же просто получал удовольствие от того, что по его следу неумолимо шли несколько опытных профессионалов. Враждебно настроенных профессионалов.

Они находили следы его кредитных карт при покупках и регистраций в гостиницах, следы выхода в Сеть и случайных задержаний при превышении скорости. Их противник не покидал города - чужого города в мире, разграфленном на невидимые участки строгим распорядком жизни бессмертных. Он был рядом - что-то замышлял, планировал, дразнил. Письма, записки, другие приветы - Аллен и его приятели получали их регулярно.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

…Литература, это как зеркало. Она позволяет нам нередко взглянуть на себя с совершенно другой стороны. Да собственно и не только литература. Любой человек, который создает что-то сложное, что-то требующее от него сил, ума, творчества, так или иначе создает в какой-то мере отражение себя самого. Каждая такая вещь в какой-то мере «Зеркало души». Не знаю, понравится вам или нет, но попробуйте. Пока что еще ни один человек, его прочитавший, не разочаровался…

…Город вo время малого потопа некрасив. Грязь на его улицах, государыни мои, грязь, мусор всякий, трупы изредка попадаются. И тиной пахнет. Так пахнет, что голова кружится. Вы-то уж и не помните, как оно бывает, когда выйдешь на улицу — а тиной-то и не пахнет… И не чувствуете вони этой мерзостной. А я помню… Ну дa ничего, до большого потопа недолго осталось, недолго мне помнить… Помирать мне пора, государыни мои, помирать, а то уж и язык стал старческий, в инверсиях путается, эпитетов пугается, все мое высшее образование черной кошке по хвост. Ну дa ничего, вот большой потоп скоро, ах, говорил это уже? Ничего, еще послушаете, государыни, скоро, скоро потоп, и не надо так глазами на меня сверкать…

Чего вспугнулся-то? Сиди, не бойся, филин это. Рано еще, не время. Я скажу когда.

Ты про ольмень-цвет от кого узнал? От Вовки? Я думал — от Алексея Борисовича… А Вовка, как он там? Ну? Неуж до выставки допустили? Гляди, названье какое изобрел — «Свет солнечный», великое название… Чего ж мне-то, хитрованец, ни строчки? Картину его выставили, а он — молчок. Первая… Мало что первая, отец ведь.

Брось-ка еще хворосту. Вон оттуда. Люблю, когда полыхает.

«– Как вы знаете, изучая микромир и создавая все более совершенные нанообъекты в самых различных… м-нэ… областях, мы столкнулись с проблемой: наши приборы не позволяют нам конструировать системы с использованием атомарной энергии. То есть энергетическая подпитка нанороботов, нанокомпьютеров, наносканеров и прочих объектов идет извне. А мечта всех нанологов – научится получать энергию прямо там, в микромире! Вы, как ученый, я думаю, хорошо представляете, как это важно.»

Третья Мировая ядерная война в начале 21 века погубила человеческую цивилизацию. Немногим удалось избежать смерти, благодаря гению ученого, сумевшего задолго предвидеть Катастрофу и предпринять всё необходимое для спасения рода людского и главных достижений его культуры и науки. Два острова, максимально отдалённых от зараженных радиацией материков, стали приютом для выживших. Но даже эта малая горстка людей не смогла существовать в мире и согласии и потому разделилась, образовав два враждующих между собой города-государства. С тех пор прошло 200 лет.

Героиня романа, Мэй Линд, живёт на Демократическом острове. Ей 30 лет, у неё нет семьи, друзей и удачной карьеры, она невысокого мнения о своей внешности и талантах и ведёт себя «ниже травы, тише воды». В один прекрасный день Мэй просыпается, но обнаруживает себя не дома в уютной постельке, а в больнице. К тому же, выясняется, что она страдает амнезией, так как ничего не помнит о последних 6 месяцах своей жизни. За это время её внешность и характер кардинально изменились: она уже не серая мышка, а привлекательная молодая женщина, способная на неординарные поступки. Эти новоприобретенные качества оказались как нельзя кстати, потому что власти всерьёз обвиняют её в предательстве Демократического государства и в пособничестве коварному, но неуловимому террористу со странным прозвищем Прометей, призывающему к сотрудничеству между островами. За эти преступления ей грозит ужасная смертная казнь на электрическом стуле. Но она уже не та, которая, склонив голову, подчиняется обстоятельствам.

В поисках истины главной героине предстоит решить ряд головоломок, основанных на красочных античных сказаниях, победить мифических чудовищ в экспериментальном виртуальном мире, найти человека, которого одни считают великим Злодеем, а другие — великим Учителем, свести воедино противоборствующие политические силы, чтобы поднять восстание, раскрыть грандиозный обман, длящийся уже 200 лет и ответить на самый главный вопрос: если жизнь — театр, а люди в нём актёры, то кто тогда режиссёр? Боль, страх, унижение, ненависть, любовь, предательство — всё это должна испытать Мэй, чтобы сыграть в этом спектакле от начала до конца.

Наряду с великолепными образцами классической фантастики («Орля», «Кто знает?», «Шевелюра» и др.), перу Мопассана принадлежат и отдельные менее известные новеллы, безусловно, относящиеся уже к научной фантастике. Одним из ее образцов можно считать рассказ «Гости с Марса», за который не было бы стыдно и писателю-фантасту первой половины 20 века.

Рассказ был впервые опубликован в 1889 году в журнале «Политические и литературные анналы» и только в 1957 году перепечатан в журнале «Фиксьон».

Повесть о чрезвычайных и фантастических событиях из жизни Михаила Стерженькова, записанная с его слов.

С дирижабля в Тихий океан упал глубоководный аппарат. Внутри него находился человек. Спасти его предстоит Аракелову — человеку-батиандру, исследователю глубин.

Позже повесть вошла в состав романа «Нептунова арфа».

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Льюис Кэрролл

Лук, седло и удила

Слуга, подай сюда мой лук,

Неси его скорей!

Конечно лук, а не урюк!

Зеленый лук-порей.

Да нашинкуй его, мой друг,

И маслицем полей!

Слуга, подай сюда седло

Я пылом разогрет!

Не говори, что не дошло:

Ждать больше мочи нет.

Седло барашка, я сказал,

Подай мне на обед!

Слуга, подай мне удила,

Довольно нам шутить!

Основные даты жизни и творчества Кэрролла (Чарлза Лютвиджа Доджсона)

1832, 27 января - родился в деревне Дэрсбери, графство Чешир.

1843 - семья переезжает в деревню Крофт, неподалеку от Ричмонда (графство Йоркшир).

1844-1845 - Школа в Ричмонде.

1845 - Издает "Полезную и назидательную поэзию", первый из "семейных журналов" (опубликован в 1954 г.).

1846 - Поступает в школу Рэгби.

1851, январь - Поступает в Крайст Черч, Оксфорд. Смерть матери, Фрэнсис Джейн Доджсон.

Льюис Кэрролл

Песня Садовника

Он думал -- перед ним Жираф,

Играющий в лото; Протер глаза, а перед ним -

На Вешалке Пальто. "Нигде на свете,- он вздохнул,

Не ждет меня никто!"

Он думал -- на сковороде

Готовая Треска; Протер глаза, а перед ним -

Еловая Доска. "Тоска,- шепнул он, зарыдав,

Куда ни глянь, тоска!"

Он думал, что на потолке

Сидит большой Паук; Протер глаза, а перед ним -

Льюис Кэрролл

Шмель в парике

Перевод Н. М. Демуровой

...и она совсем уже собралась перепрыгнуть через ручеек, как вдруг услышала глубокий издох, - казалось, кто-то вздыхал в лесу у нее за спиной.

.....Кому-то там _очень_ грустно, - подумала Алиса, с тревогой вглядываясь в лес. На земле, облокотись о ствол, съежившись и дрожа, словно от холода, сидело какое-то существо, весьма похожее на дряхлого старичка (только лицом оно больше походило на шмеля).