Принцип шизения

По мотивам рассказа "принцип везения", написанного ВирМастером.

ВирМастеру посвящается.

ПРИHЦИП ШИЗЕHИЯ

Который раз на улице осень. Hочь. Дождь. Hога попадает в заботливо раскрытый канализационный колодец. Опять повезло! Капля воды медленно пробирается по носу и падает в лужу. Чертовски приятная погода!

Вдалеке вырисовывается до боли родной силуэт: то ли избушка без курьих ножек, то ли блиндаж, чудом уцелевший со времен гражданской войны...

Другие книги автора Людмила Стефановна Петрушевская

Людмила Стефановна Петрушевская

Сказка о часах

Жила-была одна бедная женщина. Муж у нее давно умер, и она еле-еле сводила концы с концами. А дочка у нее росла красивая и умная и все вокруг себя замечала: кто во что одет да кто что носит.

Вот приходит дочка из школы домой и давай наряжаться в материны наряды, а мать бедная: одно хорошее платье, да и то заштопано, одна шляпа с цветочками, да и то старая.

Вот дочка наденет платье и шляпу, и ну вертеться, да все не то получается, не так одета, как подруги. Начала дочка искать в шкафу и нашла коробочку, а в той коробочке часики.

В этой книге собраны истории, так или иначе связанные с нарушениями закона: иногда человек может просто ошибиться, а иногда – посчитать закон несправедливым. Заглавная повесть сборника «Странствия по поводу смерти» – детектив с элементами триллера, редкий для автора жанр. Еще один триллер, «Конфеты с ликером», – история молодой женщины, жены серийного убийцы, пытающейся спасти своих детей. Также в книге есть рассказы с трогательными сюжетами о любви, но в каждом из них так или иначе заложена опасность – и история ее преодоления. В сущности, эта книга повествует о победах над судьбой.

Роман «Нас украли. История преступлений» — это детектив нового поколения. В нем не действуют честные, умные следователи, класс, практически исчезнувший у нас. Это та история, в которой жертвы не хотят расследования, и тому есть причина. А вот что это за причина, читатели сами поймут к концу романа: ведь в каждом из нас сидит следователь, благородный, умный, не берущий взяток, стремящийся к истине и понимающий, что на свете есть такая странная вещь, как любовь.

Эта книга Людмилы Петрушевской посвящена любви — вернее, она посвящена разным случаям любви, начиная от почти детской, безнадежной и вечной, и заканчивая любовью умной и мудрой, готовой ко всему, прощающей и спасительной. Писательница, судя по всему, знает множество историй, и иногда это почти что сказки со счастливым концом, а иногда они похожи на старые баллады, в которых бессмертной остается только любовь.

В настоящем издании сохранена авторская пунктуация.

Куда это все девается, куда уходит, пропадает, все это баснословное обаяние юности с ее пресловутой свежестью и мягкими, еще не определившимися чертами, скрытыми до поры до времени упругой, все прикрывающей и обтягивающей кожей. Словно бы только что была мягкость и расплывчатость, и вдруг она исчезает, как исчезает все в свое время, в том числе и сама жизнь, и наступает четкость и определенность, все обнажается, и так это все и идет до раскрытия самых последних составляющих элементов, до распада, до полного очищения всего от всего.

Как жить, если все, что надо было сделать, уже сделано, все зияющие ямы прикрыты, в частности могила этой непутевой дочери мужа, которая всю жизнь мучила семью, всю жизнь новую семью своего старого отца. Отец да, отец чувствовал, что дело добром не закончится, и не любил ту свою первую дочь, которая что только не выделывала, чтобы обратить на себя внимание и опозорить отца. Родила. Ну это ладно, тот ребенок, внук, живет с теми бабой-дедом, поскольку они порядочные вроде бы люди и взяли на себя такую миссию, забрали из Дома ребенка несчастное двухмесячное существо. Вроде бы она (новоявленная мать) пришла с этим свертком в руках к своему как бы мужу в дом, самого не обнаружилось, но родители были в сборе, и она сказала от порога: я отдаю его в дом малютки, мне нечего есть и негде жить, все.

Мама привезла девочку в санаторий для ослабленных детей и оставила там.

Это была осень, и дом, двухэтажный, бревенчатый, с галереями вдоль спален на втором этаже, стоял на берегу большого пруда, как многие барские усадьбы.

Вокруг простирался осенний парк с аллеями, полянами и домами, и запах палой листвы пьянил после городской гари — деревья стояли именно в золотом и медном уборе под густо-синими небесами.

В спальне девочек оказался рояль, неожиданное сокровище, и те счастливицы, которые умели играть, играли, а те несчастные, которые не умели, старались научиться.

«Два царства» — это книга мистики (ничего общего с жанром фэнтези). Рассказы, в который мертвые оживают, а влюбленные и гении существуют вечно, так же как призраки оперы или поэзии, — те, что не могут покинуть этот мир. Ведь искусство вечно, повторяет автор, и это единственный перпетуум-мобиле в нашей жизни.

Книга состоит из четырех разделов: рассказы, «Песни восточных славян», волшебные сказки и маленькая мистическая повесть «Три путешествия, или Возможность мениппеи».

Популярные книги в жанре Современная проза

В сборник одного из самых знаменитых ирландских писателей минувшего века Шеймаса О’Келли (1880–1918) вошли повесть «Могила ткача», грустная и удивительно оптимистическая история зарождения любви, разыгрывающаяся на фоне старого заброшенного кладбища, а также его лучшие рассказы. К героям О’Келли судьба редко благоволит, но даже в самые трудные моменты жизни они сохраняют чувство собственного достоинства и способность любить.

Произведения Шеймаса О’Келли на русском языке издаются впервые.

В новой книге автор углубленно вникает в окружающую его жизнь лесного богатства Марийского края.

И рассказы, и повесть с удовлетворением будут восприняты читателем.

Продолжение повести «Реалити для героя». Съемки 40-минутного документального кино о молодых ветеранахх могут затянуться на несколько месяцев. Творческие работники сидят без обещанных гонораров, а жизнь подкидывает каждому все новые заботы. Героиня заканчивает писать сценарий и возвращается к своей работе в университете. Теперь ее цель – написать удачный сценарий своей собственной судьбы. Все события вымышлены, все совпадения случайны.

Сквозь миры едина сущность, Сквозь пространства бытия, Сквозь свечение и тусклость Неизменчива стезя…

Героев романа «Сегодня и вчера, позавчера и послезавтра» связывают родственные узы, прослеживаются фрагменты историй личной жизни пяти поколений, начиная с конца 19 века до 2040 года. Среди них сын священника и сапожника, бухгалтера и офицера, дочь чекиста и дочь дворянина, родственница известного русского писателя. В их судьбы вмешиваются мятежный дух революции, первая и вторая мировые войны, сталинские репрессии, времена застоя и техногенное будущее. Все это представлено, как одновременный срез разных времен, прослеживается взаимосвязь передаваемых из поколения в поколение программ, определяющих возникновение неразрешимых противоречий между мужчинами и женщинами, и чем больше дети стараются избежать ошибок родителей, отрицая их путь, тем больше они натыкаются на схожие камни, разбивающие их семейную жизнь. Но у них есть выбор, чтобы понять – кто они и зачем пришли на эту Землю и какое место любви на этом бесконечном пути, и им под силу пройти свой путь так, чтобы те, кто придут за ними, могли расти дальше, изменяя себя и мир.

В сборник входят произведения на спортивные темы современных болгарских прозаиков: Б. Димитровой, А. Мандаджиева, Д. Цончева, Б. Томова, Л. Михайловой. Повести и рассказы посвящены различным видам спорта: альпинизму, борьбе, баскетболу, боксу, футболу, велоспорту… Но самое главное — в центре всех произведений проблемы человека в спорте: взаимоотношения соперников, отношения спортсмена и тренера, спортсмена и болельщиков.

Для широкого круга читателей.

В книге «Дьюри», все действующие лица без любви не представляют себе жизнь. Однако каждый понимает это по-своему, а нежелание понять друг друга приводит к трагическому концу. Дьюри понимает это слишком поздно, и старается хоть что-то изменить. В книге затронуты моральные и этические проблем семьи.

Жизненный путь представляет собой далеко не ровную дорогу. Каждый идущий в начале своего путешествия надеется на то, что преодолеет её легко и просто. Но, только набив много шишек, получив огромный жизненный опыт – может увидеть и оценить истинные человеческие ценности. Рассказы этой книги посвящены сильным духом людям, настойчиво и уверенно идущим вперёд. Людям, внутренний стержень которых помогает им пережить все жизненные трудности, все лишения и горести. И приводит к верным решениям.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Природа внимания

Мы часто пользуемся понятием "внимание". Когда говорится: "обратите внимание, будьте внимательны, сосредоточьте внимание", или же просто "внимание!", мы автоматически совершаем определенное внутреннее действие, к которому приспособились еще с самого раннего детства, научившись выделять предметы как таковые из общей массы непонятных форм и очертаний.

Люди управляют вниманием по-разному. Это зависит от их характера, врожденной натуры и воспитания человека. Некоторым легче держать в поле своего внимания какие-нибудь конкретные вещи. Такие люди хорошо запоминают множество вещей и человеческих лиц с их индивидуальными признаками, но впадают в затруднение, когда требуется обобщить что-либо или заглянуть в глубину, скрывающуюся за внешними различиями. Другие, наоборот, легко абстрагируют факты и вникают в суть вещей, но часто при встрече не могут узнать своих давних приятелей, с которыми не виделись некоторое время. Здесь описаны крайности. На самом деле каждый человек совмещает в себе то и другое в определенном соотношении.

MORALIS

"ПРИВЫКАЙ"

Очей очарованье хрипит на снегу.

гр. "Тёплая трасса"

Задуши послушными руками

Своего непослушного Христа

Е. Летов

Как месяц над твердью

Последний цвет вербы

Р. Неумоев

Глава первая.

Я спал. Мне снилась Останкинская башня окружённая багровыми облаками с белыми, как в сале, прожилками. Она нависали надо мной, и вибрировала. А я лежал на асфальте и смотрел на неё. Такую вызывающе серую в багровых облаках. Я лежал на асфальте и судорожно втягивал в себя его мокрый запах. Я тоже вибрировал. А башня была как будто живая. Я чувствовал это но ничего не мог поделать. Мне было неприятно осознавать, что я лежу беззаботно глядя на неё. Наверное я её раздражал. А ещё позади неё что светилось, как сильная лампочка, или как Бог. Я сделал круговое движение руками, и почему то подумал, что она должна понять, что я извиняюсь. Что мне, право, неловко лежать на чёрном асфальте в её присутствии. А башня сказала: - Так. Я понял, что всё потеряно, и сделал круговое движение руками как бы соглашаясь со своей судьбой. После чего меня разбудили. И ещё, во сне небыло ни одной птицы. Разбудили меня тихим уведомлением о том, что наступило утро. Я буркнул ответ, который отвечал каждый день. Открыл глаза и почувствовал, что у меня одна нога. Закусив нижнюю губу и внимательно изучая внутренюю поверность век я принялся думать, какая нога у меня осталась. Правая или левая. Может быть вообще это не моя нога. Но думать об этом было больно. Как и вообще думать, не обязательно об этом. Я рывком сбросил ноги с кровати, символизировав тем самым своё намерение встать. Откинул одеяло и встал. Задвигал ногами по паркету в поисках тапок. Нашёл один, и даже не задумываясь надел его на правую ногу. Меня самого удивляло всегда, как я каждое утро, ещё не окончательно пришедши в себя умудрялся определять уклон тапка. Потом нашёлся и другой. Его я одел на оставшуюся ногу. И грустно покачиваясь побрёл в ванную. Там я встал перед зеркалом и ссутулился на раковину. Лицо моё в зеркале было грустно-растрёпанное. А правый глаз имел ярко красный цвет. "Ну вот, подумал я, ноги нет, глаз красный. Теперь самое время усомниться в соответствии своему описанию. То есть я изменился. То есть это уже не я." А потом я задумался набрав в рот воды. Только вот совершенно не знаю о чём задумался. Так, вообщем. Много я чего там делал. Выйдя в коридор я понял, что остальные люди потеряли для меня всякий смысл. Они конечно есть, не спорю, но я их просто не вижу. Поэтому сразу стали происходить странный вещи: холодильник открывался сам собой, вещи самопроизвольно перемещались, и кто то толкал меня из пустоты. Чай был противный. Горький, с запахом мокрых тряпок, мутный, с плавающим в нём дохлым лимоном и двумя чаинками. Но я его выпил двумя глотками. Собрал вещи и покинул дом. На улице было морозно, так как зима. А у меня не было перчаток. Вернее сказать они были, но дома. Я развернулся было, что бы пойти вернуться. Но подскользнулся и упал. Сначала я ударился спиной, потом ногами и уже в самую последнюю очередь головой. Ударившись ею, я понял, что умер. Так как звук хрустнувшего основания черепа был очень хорошо слышен. Я лежал на спине, и чувствовал как из меня выходит жизнь. Сначало меня покинула совесть, потом: ум, привычки, эмоции, чувства, мысли и жизнь. Я поднял свои тупые безразличные глаза на показавшаеся мне чёрным Солнце. Оно вяло улыбалось глядя на моё распростёртое тело. "Прям как Она..." - подумал я и плюнул в него. Солнце, очевидно уже привыкшее к моим выходкам, стерпело. Только стало немного более горячим. А я встал, стряхнул с куртки смесь снега соли и песка, и криво усмехнувшись побрёл к метро. Руки же, дабы не мёрзли, я плотно засунул в карманы. Где они увлечённо начали ощупывать деньги, проездные билеты и прочий хлам. С деревьев и столбов, кривя вспухшие лица, мне улыбались вороны. Но я не обращал на них внимания, нет, они были безразличны моему организму. Пускай. А я пойду. Дела. А ещё можно набрать в рот воды и подключить к мочкам ушей клеммы. И тихонько гладить рубильник блудливыми руками. Кто нибудь хлопнет дверью - и нажмёшь ненароком, испугаешься. Так я научился небояться хлопанья чем либо. У метро было людно, они все ходили как то одновременно. Это было пугающе непостижимо. Непостижимо и пугающе. Совершали движения снаружи и внутри. Они не давали мне пройти, и я был вынужден изгибаться всем телом что бы не столкнуться с их кожаными куртками. Под ногами у меня хлюпала слизь весны. 36 ступенек - и я у стеклянной двери. Она подруга ветра. Он размахивает ею из стороны в сторону. От меня - ко мне. И так много раз. Она не подруга. Она - его рука. От меня - ко мне. Проскользнул, однако. Мраморный пол - извращённая необходимость долговечия. Я давлю его своими ботинками так же, как это делают все. Я оставляю след в истории. Нас всех потом можно будет вспомнить рассматривая эти плиты. Приехал поезд и я со своими любимыми согражданами быстро занимаю всевозможные места. Двери тихонько сближаются. Я плачу глядя на это извечное стремление быть вместе. Пионер приостонавливает их ногой, и тут же получает нож в спину. Его взгляд не выражает ничего кроме тупого зеркала, в котором отражаются засахаренные ломтики Солнца. Зеркала. Закрывшиеся двери. В них отражается голова пионера пускающего слюну на нимб висящий у него на шее. Бесконечная череда открываний и закрываний раздражает мои больные глаза до состояния плача. В переходах много людей в кожаных куртках. Из искуственных кож. Они выращивают искуственных зверей, а затем убивают, дабы изготовить себе пугающие покровы. Я выхожу из метро. Дождь. Слякотно. Просто всё уже было. У красного кирпичного дома, заслоняя собой надпись "ОН?", сделанную жёлтой краской, стоит человек. Подхожу, здороваюсь. Таков ритуал. Потом падаю на левый бок и глядя в небо шепчу: - Жень, ты извини. Но у меня нет ноги. Вводил "Пепси" внутривенно. Плакать я не стал. Просто всё надоело. Встал и пристально глядя Женьке в глаза ударился головой об угол. Потерял сознание. Уходя в другой мир я услышал: - Так.

ПРИЖИВЕТСЯ ЛИ СЮЭЧИH В РОССИИ?

Если бы мне кто-нибудь сказал, что красивую цветную татуировку можно сделать одним уколом иглы, я бы ни за что не поверил. Я и не верил до тех пор, пока знакомая, которая учится в Сорбонне, не приехала в Москву на каникулы, раскрашенная с ног до головы пестрыми узорами по последней молодежной моде... "Ксения, а что ты будешь делать, когда тебе надоест татуировка?" - спрашивал я. "Я ее сведу за неделю, это же не наколка, это - сюэчин".

Gentle

Признание влюбленной девчонки

Да--да, вот именно, влюблённая по уши и совсем девчонка.

Ты, кто читает сейчас эти строки, кто ты? О чём ты думаешь и что привело тебя на этот сайт? Прочитай мои мысли и подумай о той потрясающей девушке, ради которой жизнь бы отдал, лишь бы услышать эти три простых слова!

Я люблю тебя!

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! У меня за спиной крылья, я парю в поднебесье, высоко над облаками. Ничего не ограничивает меня. Нет земного притяжения и законы этого мира больше не властвуют надо мной. Я влюблена. Сколько раз мне говорили: "Ты такая красивая, почему у тебя нет парня?"