Приключения девочки Насти

Привет! Меня зовут Катя. Я очень люблю фантазировать, и это мои самые первые сказки. Здесь, в обычном мире, живёт вроде бы обычная девочка. Да, она обычная, но только не во сне… Сон – как вторая жизнь, и только там ты можешь делать всё, что захочешь. Однако для Насти не всё так просто. Она должна будет бороться со злом, или она больше никогда не будет видеть сны.

Отрывок из произведения:

Жила-была девочка Настя. Ей было 10 лет. У неё были каштановые волосы, карие глаза и нежно-розовые губы.

Она жила в городе с родителями и ходила в школу, в 4 класс, а летом уезжала на дачу.

Как-то вечером, осенью, Настя легла спать. Когда Настя открыла глаза, то увидела, что она находится в своем саду на даче. А кругом были старые, разрушенные дома. Она побежала по дорожке и услышала чей-то писк. Проведя рукой по дорожке, Настя услышала:

Популярные книги в жанре Сказка

Антон Казанский

"Римидалв"

Посвящается бывшему мастеpу по pежиссуpе...

В сеpедине леса, в самой его чаще, под стаpой елью был муpавейник. Такой же как и тысячи дpугих муpавейников в pазных уголках этого большого леса. Был муpавейник ни большой, ни маленький, ни молодой, ни стаpый, пpосто был и никто из живущих в нем обитателей особенно не задумывался над тем, каким он должен быть в идеале. Каждый знал здесь свое место и занимался своим особенным делом.

Пу Сун-лин

Лисий сон

Мой приятель Би И-ань был человек решительный, ни с кем не считавшийся, смелый, своевольный и самодовольный. С виду он был тучный, весь оброс волосами. Имя его среди ученых того времени было известно.

Как-то раз он поехал по делам в имение к своему дяде губернатору и расположился там на ночлег во втором этаже дома, в котором, как рассказывали, всегда жило много лисиц. Би часто читал повесть о "Синем Фениксе" и всякий раз уносился в тот мир, всей душой досадуя, что с ним ни разу этого не случалось. Поэтому, очутившись здесь, на этой вышке, он настроил соответствующим образом свои мысли, сосредоточил все свое воображение, а затем пошел к себе спать. Солнце уже склонялось к закату. Дело было летом. Стояла жаркая и душная погода. Он лег против двери и заснул. Во сне ему показалось, что кто-то его будит. Проснулся, оглянулся - видит, стоит какая-то женщина, в возрасте, как говорил Конфуций, когда уже "не колеблются" (имеется в виду 40 лет), но сохранившая еще одухотворенное изящество. Би в испуге вскочил, спросил ее, кто она, зачем здесь...

«У девицы Лады мозги кверх тормашками, она верит, что прискачет лунный витязь Крэлл и утащит её от всяких обстоятельств куда-то в счастье. Вот такая Ассоль местного значения».

Жил в роду Заксоров один парень по имени Чунгу. Парень как парень, всё как у людей: два уха, два глаза, один нос, две ноги, две рущ, одна голова. Только говорили про Чунгу, что в голове у него совсем пусто. Мало работал, много ел Чунгу. Мало думал, всему верил парень Чунгу. Так и жил. Ел, спал, на берегу сидел, в голове чесал, никуда не ходил.

Пробовал отец приучить сына к охоте. Собирался с собой в тайгу взять.

Одели Чунгу во весь охотничий наряд. Унты надели сохатиные, с шёлковой вышивкой. Наколенники натянули расшитые. Штаны из лучшей ровдуги. Халат белый, оленьей шерстью шитый. Подпоясали Чунгу поясом из утиных головок. Повязку, шитую шелками, на голову надели, да шапочку из шкурок кабарги с беличьим хвостиком. В руки копьё дали с насечками. Сбоку лук со стрелами повесили, на пояс — два ножа — один кривой, другой прямой.

Один слабый против сильного, что мышь против медведя: накроет лапой — и нет ее! А два слабых против сильного — ещё посмотреть надо, чья возьмёт!

Один медведь совсем закон забыл: стал озорничать, стал мелких зверьков обижать. Не стало от него житья ни мышам, ни еврашкам, ни хорькам. И тарбаганам, и тушканчикам, и колонкам от него житья не стало. Кто бы его винил, если бы медведь с голоду на них польстился? А то медведь — сытый, жирный! Не столько ест, сколько давит. Понравилось ему малышей гонять. И нигде от него не скроешься: в дупле — достанет, в норе — достанет, на ветке достанет и в воде — достанет!

Смелому — никакая беда не помеха! Смелый сквозь огонь и воду пройдёт только крепче станет. О смелом да храбром долго люди помнят. Отец сыну о смелом да храбром сказки сказывает.

Давно это было. Тогда нивхи ещё каменные наконечники к стрелам делали, тогда нивхи ещё деревянным крючком рыбу ловили. Тогда амурский лиман Малым морем звали — Ля-ери.

Тогда на самом берегу Амура одна деревня стояла. Жили в ней нивхи — не хорошо и не худо. Много рыбы идёт — нивхи весёлые, песни поют, сыты по горло. Мало рыбы идёт, плохой улов — молчат нивхи, мох курят да потуже пояса на животах затягивают.

(Припев песенки "листики зеленые" сочинила Аня Герасимова в возрасте 1 года и 11 месяцев; сказку о паровозике-трусишке сочинила она же, но уже совсем большая: в 2 года и 5 месяцев. Сказку о мандаринке и бананчике сочинила мама – Лена Герасимова)

Между полутора и двумя годами с ребенком происходит удивительное превращение: он начинает слушать сказки и понимать сюжет. Но сказок для этого возраста написано очень мало. Все, что сложнее "трех поросят", уже выходит за рамки понимания малыша. Конечно, можно рассказывать и разучивать стишки и песенки, но они не заменят сказки, потому что в них нет полноценного сюжета.

Население края Плюмпация состояло из короля, его семьи и свиты, восьмидесяти двух чиновников и слепого великана. Слепой великан постоянно спал и во сне же производил некоторые полезные для жизни действия, как-то: рвал и жевал траву, перекатывался с одного пастбища на другое, зимою закапывался в снег, чтобы не замерзать. Время от времени чиновники Плюмпации использовали великана в интересах государства: заставляли носить камни, складывать из них жилища, собирать урожай или идти на войну со слепыми великанами других соседних государств. Все это слепой великан делал, не сопротивляясь, потому что продолжал спать. Чиновники, украшенные перьямим, с королем во главе, выходилил на холм и глядели на битвы великанов (порой даже трех или четырех) и радовались, видя завидную силушку своего героя. Получив несколько синяков и царапин, герой возвращался в свои поля и продолжал спать, пожевывая траву. Казалось бы, государство Плюмпация живет на редкость хорошо и правильно, ничего не предвещало грядущих перемен. Да как бы не так.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В монографии изучается дореволюционное и постреволюционное законодательство России, законодательство ряда зарубежных стран, в том числе бывшего социалистического пространства. Рассматриваются виды наказаний, которые могли быть назначены за совершение преступлений на разных этапах развития российского государства, а также существующие за рубежом. Изучается становление системы наказаний в ее современном понимании, прослеживаются тенденции построения системы уголовных наказаний в истории России и в зарубежном уголовном законодательстве. Автором делаются конкретные рекомендации относительно возможного использования исторического и зарубежного опыта при дальнейшем совершенствовании российской системы уголовных наказаний.

Книга представит интерес для студентов, аспирантов, преподавателей юридических факультетов, научных сотрудников, а также для всех интересующихся уголовным правом.

Необходимым условием для решения комплекса проблем счастья, долголетия и бессмертия, является прежде всего гармония между личностью и окружающим миром. Человек может установить эту гармонию только лишь в том случае, если знает истину о структуре мира. Этому вопросу и посвящается данная книга.

В структуре всего Относительного Мира существуют в высшей степени гармония и порядок, установленные Абсолютным Богом. Чтобы построить рай на Земле, человечество обязано вписаться в эту гармонию. В противном случае его ждет неизбежная катастрофа.

Середина 1930-х годов. Самое начало жаркого лета. Дачный посёлок в дальнем Подмосковье. Настоящая летняя идиллия…

Встречи, привычные и неожиданные. Любовь и предстоящая разлука. Разговоры о поисках смысла жизни – и детали быта, такие далёкие и узнаваемые…

А где-то рядом неслышной поступью проходит судьба. Судьба страны – и судьба каждого из героев книги. Для кого-то – Удача, для многих – Немезида. Большого террора ещё нет, а в Москве готовится Первый съезд советских писателей…

Дачный посёлок Вершки живёт своей жизнью. Любовь и Ненависть. Жизнь и Смерть. Высокое и Низкое. Реальность и Иллюзия. Запад и Восток.

Лето столетия в разгаре. Какой же будет осень?

«Тут на какое-то мгновение померк свет, а потом, казалось, вспыхнул ещё ярче, и рядом с господином я увидела не то девушку, не то птицу – аккурат с господина ростом. Голова была человеческая – красивое лицо, длинные, пышные такие волосы, а вот вместо рук были крылья, а вместо человеческих ног – птичьи лапы с огромными когтями, я даже услышала, как они, эти когти, в тишине цокают, будто каблучки. А издалека – смотришь, она вроде есть, эта дева-птица, но вроде как её и нет, она вся соткана из воздуха»…

Ключевое слово для сюжета этой книги – тайна. Тайна гения и его творений, тайна художника и его большой любви. Энергия любви волшебна, кто освещен ею, может сам творить чудеса.