Приключение в космическом королевстве

Людмила Стефановна Петрушевская

Приключение в космическом королевстве

В мире все возможно, и один раз король космоса Ктор наказал народы планеты Хе, и народы эти, видимо, погрузились в космические лодки и рассеялись в звездных далях. Жалеть об этих народах не приходилось, жили они скверно, вечно дрались друг с другом и в результате поголовно все сожгли. Ктор их предупреждал заранее, присылал свои летающие тарелки, пока наконец не пришлось отделывать все там заново, то есть планета вернулась в состояние остывшего камня.

Другие книги автора Людмила Стефановна Петрушевская

Людмила Стефановна Петрушевская

Сказка о часах

Жила-была одна бедная женщина. Муж у нее давно умер, и она еле-еле сводила концы с концами. А дочка у нее росла красивая и умная и все вокруг себя замечала: кто во что одет да кто что носит.

Вот приходит дочка из школы домой и давай наряжаться в материны наряды, а мать бедная: одно хорошее платье, да и то заштопано, одна шляпа с цветочками, да и то старая.

Вот дочка наденет платье и шляпу, и ну вертеться, да все не то получается, не так одета, как подруги. Начала дочка искать в шкафу и нашла коробочку, а в той коробочке часики.

Роман «Нас украли. История преступлений» — это детектив нового поколения. В нем не действуют честные, умные следователи, класс, практически исчезнувший у нас. Это та история, в которой жертвы не хотят расследования, и тому есть причина. А вот что это за причина, читатели сами поймут к концу романа: ведь в каждом из нас сидит следователь, благородный, умный, не берущий взяток, стремящийся к истине и понимающий, что на свете есть такая странная вещь, как любовь.

«Дикие Животные сказки», «Морские помойные рассказы», «Пуськи Бятые» — самый известный сборник Людмилы Петрушевской, ее бестселлер. Некоторые слова из книги «Пуськи Бятые» (к примеру, «некузявый», «зюмо-зюмо некузяво») вошли в разговорный язык и в новые словари. А сама сказка «Пуськи Бятые», с которой все началось, существует почти двадцать пять лет, переходя от одного поколения к другому. Теперь это издание попало и вам в руки, дорогие новые читатели.

В этой книге собраны истории, так или иначе связанные с нарушениями закона: иногда человек может просто ошибиться, а иногда – посчитать закон несправедливым. Заглавная повесть сборника «Странствия по поводу смерти» – детектив с элементами триллера, редкий для автора жанр. Еще один триллер, «Конфеты с ликером», – история молодой женщины, жены серийного убийцы, пытающейся спасти своих детей. Также в книге есть рассказы с трогательными сюжетами о любви, но в каждом из них так или иначе заложена опасность – и история ее преодоления. В сущности, эта книга повествует о победах над судьбой.

Людмила Петрушевская (р. 1938) – прозаик, поэт, драматург, эссеист, автор сказок. Ее печатали миллионными тиражами, переводили в разных странах, она награждена десятком премий, литературных, театральных и даже музыкальных (начиная с Государственной и «Триумфа» и заканчивая американской «World Fantasy Award», Всемирной премией фэнтези, кстати, единственной в России).

Книга «Как много знают женщины» – особенная. Это первое – и юбилейное – Собрание сочинений писательницы в одном томе. Здесь и давние, ставшие уже классикой, вещи (ранние рассказы и роман «Время ночь»), и новая проза, пьесы и сказки. В книге читатель обнаружит и самые скандально известные тексты Петрушевской «Пуськи бятые» (которые изучают и в младших классах, и в университетах), а с ними соседствуют волшебные сказки и новеллы о любви. Бытовая драма перемежается здесь с леденящим душу хоррором, а мистика господствует над реальностью, проза иногда звучит как верлибр, и при этом читатель найдет по-настоящему смешные тексты. И это, конечно, не Полное собрание сочинений – но нельзя было выпустить однотомник в несколько тысяч страниц… В общем, читателя ждут неожиданности.

Произведения Л. Петрушевской включены в список из 100 книг, рекомендованных для внешкольного чтения.

В настоящем издании сохранена авторская пунктуация.

Книга Людмилы Петрушевской «Котенок Господа Бога» – это рождественские сказки для взрослых детей, и в каждой из них есть история любви. Причем любви не только простых принцесс к случайным знакомым, но и любви летчиков, ничьих невест и заблудившихся поклонников, любви бедных безвестных принцев к простым десятиклассницам, любви волшебных кукол, котят и улыбающихся лошадей… Любви маленьких мальчиков и взрослых девочек к своим непутевым мамам – и обратной горячей любви.

У Кати было несчастливое детство: мать настолько сильно любила отца, что для нее не существовало больше никого. Вот и выросла девочка с ощущением сиротства, с обидой на мать и подсознательной готовностью повторить ее судьбу… Так начинается рассказ Маши Трауб. А в рассказе Андрея Геласимова ситуация противоположная – даже страшный ярлык неполноценного ребенка не мешает матери по-настоящему любить свое дитя.

В этом сборнике – рассказы о детях, смеющихся и плачущих, счастливых и несчастных, которые ждут самого главного – любви.

Эта книга Людмилы Петрушевской посвящена любви — вернее, она посвящена разным случаям любви, начиная от почти детской, безнадежной и вечной, и заканчивая любовью умной и мудрой, готовой ко всему, прощающей и спасительной. Писательница, судя по всему, знает множество историй, и иногда это почти что сказки со счастливым концом, а иногда они похожи на старые баллады, в которых бессмертной остается только любовь.

В настоящем издании сохранена авторская пунктуация.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Людмила Стефановна Петрушевская

Человек

Жил-был один человек, и все над ним смеялись.

Идет он по улице, а на него показывают пальцами и хохочут.

Войдет в магазин - продавщицы от смеха путают гири, а кассиры слабеют, надрывая животики, и забывают давать сдачу.

И грузчики перестают носить товары, а с хохотом продают их каким-то посторонним людям.

Войдет он в столовую - у поваров начинается веселье, пригорает каша и в компот забывают класть сахар, а в котлеты мясо!

Барбара Пикард

Рыцарь и наяда озера

перевод Светлана Лихачева

Ранним летним утром, когда солнце стояло еще невысоко над горизонтом, мимо озера проезжал юный рыцарь. Озеро это в народе называли Озером Наяды, ибо говорилось, что бессмертный дух в образе прекрасной женщины обитает в его глубинах; порою наяду видели среди сверкающих волн, порою - на поросшем травою берегу. Говорилось также, что на дне озера таится дворец с башнями и шпилями, в окружении дивных садов, где цветут невиданные цветы и переливаются всеми цветами радуги озерные раковины, - именно там будто бы и жила наяда.

Барбара Пикард

Третья ведьма

перевод Светлана Лихачева

Охотясь в лесу неподалеку от города, молодой король, что совсем недавно унаследовал отцовский трон, отстал от спутников и заплутал в чаще. Юноша скакал все вперед и вперед, надеясь отыскать дорогу и выбраться из лабиринта деревьев, и вот, наконец, подъехал к невысокому домику, сложенному из серого камня. Мох и лишайники затянули черепичную крышу; тут и там среди мха золотились желтые цветы очитка; взгляд всадника отметил тяжелую дубовую дверь и несколько плотно занавешенных окон.

Дмитрий Пинский

Сказка старого шкафа

В одной большой квартире на полу, около большого старого шкафа, собрались маленькие игрушки. Игрушки были маленькими, но их было очень много. И все о чем-то думали и улыбались.

А потом кто-то что-то сказал.

А за ним еще кто-то.

И скоро все стали о чем-то говорить.

А потом все стали радоваться...

Вот тут-то и проснулся Старый шкаф.

- По какому поводу собрались? Чему радуетесь? Чего прыгаете?

Дмитрий Пинский

Солнышко

Солнышко - это солнышко. Оно - круглое и светлое. А вокруг него иногда летают планеты. Планеты, которые летают вокруг Солнышка, - маленькие и темные. Они прилетели издалека, заметив Солнышко. А теперь летают вокруг Солнышка и мешают всем спать.

Мое Солнышко мне очень нравится. Но не потому, что оно очень светлое. А потому, что оно очень послушное. Оно иногда светит мне, когда это нужно, а иногда и не светит. В это время Солнышко отдыхает.

Наль Подольский

СТАРЫЙ ТРАМВАЙ

Говорят, что трамвайных путей в нашем городе столько, что если их вытянуть в одну линию, можно объехать чуть не вокруг всей Земли. И носятся по этим путям целыми днями сотни трамваев. Звенят трамваи в звонки, визжат тормозами, скрежещут колесами на поворотах, и рельсы под ними стонут и дребезжат. По ночам все вагоны разъезжаются в трамвайные парки и, словно лошади в конюшнях, спят до утра. Тихо тогда на улицах. Лежат в тишине трамвайные рельсы, блестят при свете луны, иногда тихонько позвякивают - наверное, он тоже спят, и звенят от того, что им снятся сны.

Радий Петрович ПОГОДИН

МАКСИМ И МАРУСЬКА

Рассказ

Мальчишку звали Максим. Тяжеловатый и не очень подвижный на вид, он шагал по земле, как по лестнице, всё выше и выше, и глядел вокруг взглядом долгим и строгим.

Паук!

Думает Максим - зачем паук? Зачем он выплетает сетку, такую тонкую и некрепкую и с большими дырками?

Цветок!

Думает Максим - зачем цветок? Зачем он растёт такой яркий, ярче другого? И зачем вообще цветы растут среди трав?

Егор Полторак

ДВА ВЕСТНИКА

Глава первая

Бородатый Карла жил в табакерке, которая пылилась в собрании древностей в одной квартире на Васильевском острове. Кроме него в квартире жила старушка по прозвищу Буся, любившая играть на гитаре, и белая толстая болонка, когда-то умевшая делать сальто назад. Приходящая внучка знала про Карлу, потому что о нем ей рассказывала старушка, и болонка тоже знала. А внучка не думала, что болонка знает, потому что полагала ее глупым животным, не способным к наукам. А бабушка, конечно, наоборот про болонку считала. А болонка больше любила внучку, а к бабушке относилась покровительственно и несколько высокомерно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Людмила ПЕТРУШЕВСКАЯ

Приключения утюга и сапога

СКАЗОЧНАЯ ПОВЕСТЬ

Глава первая

Жил-был утюг.

Жил-был утюг. Он очень стеснялся того, что ходит босой, буквально с голой подошвой, и в конце концов пошел к сапожнику. Утюг долго думал, заказать ли ему босоножку или лодочку на каблуке, или пусть это будет валенок с калошей. Но в конце концов сапожник прервал его мечтания и сшил ему сапог как полагается: на гвоздях, голенище гармошкой, каблук ковбойский! Утюг очень обрадовался да и нырнул в сапог и стал там жить. Для наблюдений за природой он купил себе подзорную трубу и притом, что его никто не видел, сам утюг прекрасно понимал, куда идти, и ходил взад и вперед для тренировки. При этом все думали, что вот - идет себе одинокий сапог с подзорной трубой за голенищем, и не особенно обращали на него внимания. Помаршировав по суше и освоив это дело, утюг решил поплавать. Он подошел к реке, разулся, заткнул подзорную трубу подальше в сапог, сапог положил для сохранности в крапиву и нырнул! И тут же оказался в компании рыб и лягушек на самом дне. Рыбы и лягушки окружили утюг, попробовали его на вкус, и вкус утюга им не подошел. Тогда они стали играть вокруг утюга в прятки, и одну рыбку так и не нашли, она закопалась под утюг и заснула там. Утюгу не очень понравилось под водой, и он стал уговаривать рыб и лягушек вытащить его на берег. Утюга беспокоило, не украли ли его сапог воры и разбойники. Рыбы посовещались с лягушками и придумали, как им быть. На закате к реке пришел старичок-рыболов и закинул удочку по своей привычке, и водные жители воспользовались этим. Они изъяли с крючка у дедушки кусок тухлой колбасы, колбасу поделили, а крючок зацепили за ручку утюга - и отступили, беззвучно смеясь. Старичок был упорный, и к утру, придумав одно техническое приспособление (веревка, палка плюс гнилой пень), он все-таки вытащил из реки тяжелый утюг и неприятно удивился такому улову. Рыбы просто прыснули со смеху, но беззвучно, так как находились в воде. Старичок долго и громко удивлялся, и на этом мы его покинем, а вот утюг оказался на берегу, поблагодарил бешено ругающегося рыболова и помчался к своему сапогу. Он нашел его там, где оставил, в крапиве (утюг точно рассчитал, воры не любят зарослей крапивы), и прежде всего достал из сапога подзорную трубу, а уж потом надел сапог, приладил трубу в голенище и пошел путешествовать дальше. Он уже освоил сушу и водное пространство, оставалось только научиться летать. Так что наш утюг купил билет на самолет. Однако ехать на самолете оказалось таким же скучным делом, как и ехать в трамвае - все сидят, всех трясет, мотор работает,- с той только разницей, что вместо домов и прохожих по сторонам наблюдаются неподвижные облака. То есть никакого ощущения полета! Утюг расположился поудобнее, стащил сапог, вынул подзорную трубу и стал смотреть на неподвижные облака, а больше ему делать было нечего. Тогда утюг надел сапог, сунул в голенище свою верную подзорную трубу, выпил стакан минералки, поднесенный стюардессой, и прыгнул вниз. "Вот это да,- думал утюг падая,- с такой скоростью я еще никогда не путешествовал!" И он запел песню туристов "Мы едем, едем, едем", но буквально на втором "едем" полет закончился, и утюг воткнулся в чью-то грядку с укропом. Сам утюг ничего не понял, он во все время полета вниз смотрел вверх через свою подзорную трубу и видел только неподвижные облака. У него даже не свистело в ушах, так как утюг падал в компании с сапогом, то есть внутри сапога, а там, как известно, темно, тепло и не дует. Только снаружи что-то выло. На самом деле это выл ветер, а утюг думал, что неужели это его встречают с духовым оркестром? Причем оркестр мощно грянул вступление и так на этом и завяз, дудя все одно и то же беспрерывно! Даже было как-то странно. Но не успел утюгу надоесть этот вступительный вой, как все кончилось, и он оказался буквально в яме. То есть раньше это была грядка с укропом, пока туда не брякнулся сапог. В огороде тут же заорали: - Кто это кидается сапогами?! Но к яме не подошли на всякий случай, видимо, ожидая падения второго сапога: как известно, сапоги ходят парами. А утюг сидел в большой яме и смотрел в подзорную трубу наверх, где поверх голенища все так же стояли неподвижные облака. Хозяева, не дождавшись пришествия второго сапога, вытащили первый сапог из ямы, внимательно осмотрели его, но сапог уже на первый взгляд выглядел больным (от удара частично отвалилась подошва) и в хозяйстве явно не пригодился бы, даже если его припрятать в сарае на случай, если кому-нибудь отпилят ногу (бывают такие случаи, и к ним тоже надо приготовиться), однако тут хозяева не стали ничего запасать и, ругаясь насчет испорченной грядки, швырнули рваный сапог на деревенскую свалку, где, кстати, утюг расположился с большими удобствами: благодаря отвалившейся подметке он мог теперь глядеть не только вверх, на неподвижные облака, но и вперед, в сторону смотровой щели! Сапожнику ведь надо было бы как раз сделать утюгу сапог-босоножку с круговым обзором, но эта мысль не заехала сапожнику в его несвежую голову, а вот теперь благодаря падению с самолета у утюга было широкое поле зрения!

Людмила Стефановна ПЕТРУШЕВСКАЯ

Принц с золотыми волосами

Сказка

Жил-был принц с золотыми волосами, вернее, он родился-то лысым, как большинство детей, и никто не знал, что к году у него появятся золотые кудряшки.

А когда они появились, королевская семья была оскорблена: откуда у мальчика рыжие волосы?

Были исследованы все королевские хроники, все портреты царствующей семьи отца (мать не принималась во внимание, мать, молоденькая королева, происходила из далекого, за горами и морями, захудалого государства, оттуда и почту-то не брали и туда не передавали, а королеву привезли, как водится, по портрету в виде самой красивой девушки мира, что, в конечном итоге, ни к чему хорошему не привело, об этом давно предупреждали все дамы королевства: руби сук, да по себе).

Людмила Стефановна Петрушевская

Принцесса Белоножка, или Кто любит, носит на руках

Жила-была младшая принцесса, и все ее любили. У нее были ручки как из лепестков роз, а ножки белые, словно лепестки лилии. С одной стороны, это было красиво, но, с другой стороны, уж очень младшая принцесса была нежная и чувствительная, чуть что - она плакала. За это ее не ругали, но такого поведения в семье не одобряли. "Нельзя так распускаться, - говорили мама, папа, бабушка и дедушка-король. - Надо держать себя в руках. Ты уже большая".

Людмила Стефановна Петрушевская

Пуськи бятые

Сяпала Калуша с калушатами по напушке. И увазила бутявку, и волит:

- Калушата! Калушаточки! Бутявка!

Калушата присяпали и бутявку стрямкали. И подудонились.

А Калуша волит:

- Оее! Оее! Бутявка-то некузявая!

Калушатa бутявку вычучили.

Бутявка вздребезнулась, сопритюкнулась и усяпала с напушки.

А Калуша волит калушатам:

- Не трямкайте бутявок, бутявки любые и зюмо-зюмо некузявые. От бутявок дудонятся.