Предисловие к первому русскому собранию сочинений

Мне сказали: «Напишите предисловие к русскому изданию ваших сочинений».

Я удивился и обрадовался. Признаться, мне и в голову не приходило, что меня читают по-русски. И теперь, когда я приветствую своих нежданных читателей, — не правда ли, мне простительна некоторая гордость? Английский автор, выступающий перед читателями таких мастеров, как Толстой, Тургенев, Достоевский, Мережковский, Максим Горький, имеет право слегка возгордиться.

«Расскажите нам о себе», — попросили меня. Но чуть я принимаюсь за это дело и пытаюсь рассказать русскому читателю, что я за человек, мне с особенной силой приходит в голову, какая страшная разница между моим народом и вашим; разница в общественном отношении и в политическом. Вряд ли можно найти хоть одну общую черточку, хоть один клочок общей почвы, на которой мы могли бы сговориться. Нет общего мерила, которым мы могли бы мерить друг друга.

Рекомендуем почитать

У меня практический склад ума, и я сужу о религии человека по его поступкам. Если, например, он непрерывно пьянствует, если ради выпивки он готов на что угодно и забывает обо всем, что есть хорошего на свете, мне безразлично, какой из затасканных религиозных ярлыков к нему приклеен — ярлык баптиста, суннита, индуиста, буддиста, православного, сторонника христианской науки или атеиста, потому что настоящий его бог — это пьянство. Если же все жизненные ценности он выражает в долларах; если потерять доллары для него означает полный провал, а потратить их с выгодой и напоказ называется у него «творить добро», то мне безразлично, какую веру он исповедует, потому что доллар и есть его истинный бог.

Самым знаменательным событием последних шести месяцев в жизни Британского общества является развал так называемых прогрессивных группировок и поиски эффективных мер для их восстановления. Широко распространено ощущение того, что попираются даже самые элементарные человеческие права, что во всем мире происходит возврат к беззаконию и насилию, что неразбериха в руководстве и неопределенность целей препятствуют повсеместному стремлению простого человека к действительному восстановлению свободы и безопасности. Он знает, что в наше время существует реальная возможность достичь изобильной и всесторонне насыщенной жизни для каждого, но тут же с недоумением обнаруживает, что его стремление к счастливой жизни подавляют, что ему угрожают и мешают. Повсюду он наталкивается на препятствия и угрозы.

Герберт Уэллс

Статьи

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ РУССКОМУ СОБРАНИЮ СОЧИНЕНИЙ (изд. "ШИПОВНИК")

Пер. - К.Чуковский

Мне сказали: "Напишите предисловие к русскому изданию ваших сочинений".

Я удивился и обрадовался. Признаться, мне и в голову не приходило, что меня читают по-русски. И теперь, когда я приветствую своих нежданных читателей, - не правда ли, мне простительна некоторая гордость? Английский автор, выступающий перед читателями таких мастеров, как Толстой, Тургенев, Достоевский, Мережковский, Максим Горький, имеет право слегка возгордиться.

Просто случайность, что я не родился американским гражданином. Мой отец и школьный учитель — оба были добрыми радикалами, и Америка всегда была и остается для меня страной Надежды и Славы. Конечно, с теми оговорками, которые неминуемы для человека, достигшего умственной зрелости.

Недавно (с сентября по декабрь 1940 года) я путешествовал по Америке в самое что ни на есть интересное время. Я видел выборы во всей их ожесточенности, да и сам, проделав двадцать четыре тысячи миль, читал лекции и дискутировал в самых различных аудиториях от Алабамы до Далласа, Денвера, Аризоны, Техаса, Лос-Анжелоса и Сан-Франциско, от Флориды до Коннектикута и Нью-Йорка. Меня принимали самые разные люди в самых разных домах. На обратном пути я плыл до Бермудских островов на клиппере, типичном клиппера янки, а затем оттуда до Лисабона — на американском рейсовом лайнере, который уже не напоминал мне ни одного из тех уголков Америки, где я когда-либо побывал. Георг Стивенс из Ледисмита говорил, что страну можно узнать за три месяца лучше, чем за пять лет. При первом столкновении вы видите ее в общих чертах, но отчетливо и ясно, а потом вы начинаете тонуть во все большем количестве подробностей. В течение более чем тридцати лет время от времени я посещал отдельные уголки Америки, но никогда прежде не видел ее так ясно и всю целиком, как увидел за эти такие богатые событиями месяцы.

Из всех живых существ, населяющих нашу планету, один лишь человек не хочет смириться со своею судьбой. Все остальные подчиняются породившим их силам, и когда эти силы оборачиваются против них, пассивно обрекают себя на вымирание. Человек — единственный, кто смело смотрит этим силам в лицо и, как только видит, что природа отворачивается от него, стремится найти средства самозащиты. Последний из детей Сатурна, он избежал судьбы, уготованной им всем. Он лишил своего прародителя какой бы то ни было возможности вернуть первоначальную власть и овладел скипетром мира. До появления человека многие величественные существа проследовали одно за другим, словно в гигантской процессии, и исчезли с лица земли. Это были чудовища, населявшие древние моря, неповоротливые амфибии, стремящиеся во что бы то ни стало выползти на землю, рептилии, динозавры, крылатые пресмыкающиеся мезозойских лесов, первые млекопитающие — колоссальные и нелепые, огромные ленивцы, мастодонты и мамонты. Они появлялись и исчезали, словно неведомый гигант развлечения ради лепил их, а потом ломал и отбрасывал в сторону до тех пор, пока не появился человек и не отстранил эту громадную руку, которая пыталась уничтожить и его.

Герберт Уэллс

Статьи

НЕИЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ ВЕЛИКОЙ ВОЙНЫ

Пер. - С.Майзельс

Вашингтон, 11 ноября.

Англия, Франция, Италия, а теперь и народ Соединенных Штатов - каждая страна, следуя своим национальным традициям и условиям времени, воздала воинские почести и предала земле тело Неизвестного Солдата. Канада, я слышал, также собирается последовать этому примеру.

Так весь мир выразил свое ощущение, что единственным подлинным героем Великой войны был простой человек. А сколько еще несчастных Гансов и Иванов остались гнить в земле сотен полей сражения: кости и прах, лохмотья истлевших шинелей, остатки амуниции - и все они еще ждут памятников и речей. Ведь они тоже были чьими-то сыновьями, ходили строем, выполняли приказы, с песней шли в атаку и познали ни с чем не сравнимый хмель солдатской дружбы и преданность чему-то гораздо более важному, чем их собственная жизнь.

Одним из первых в России читателей предлагаемой статьи основоположника современной НФ был, вероятно, В.И.Ленин, о чем у же рассказывалось в «ТМ» (№ 7 за 1990 г.). Напомним, что автор той публикации ленинградец К.Н.Вальдман, сделав вполне обоснованный вывод, что вождь мирового пролетариата, несмотря на неплохое знание иностранных языков, знакомился с работой Уэллса по сокращенному и низкого качества переводу, пообещал разыскать оригинал и перевести его собственнолично. Сказано – сделано, и вот теперь уже петербуржец Кирилл Николаевич Вальдман предлагает нам размышления замечательного английского фантаста, которых, кстати, нет даже в американском Полном собрании сочинений Г.Дж. Уэллса…

Невольно вспоминаешь, что наши доморощенные «критики», ругательски ругая всю англо-американскую фантастику за «ненаучность», приводили в качестве одного из дежурных примеров Уэллса с его безобразными осьминогими марсианами. Вторым примером служил «кэйворит», третьим – кажется, машина времени. И даже, помнится, проводилась четкая грань: есть фантастика научная, ее основал Жюль Верн, и есть ненаучная – это детище Уэллса. Хотя в действительности, конечно, именно Герберт Уэллс был отцом-основателем научной фантастики в современном понимании этого термина. И публикуемая статья – лишнее тому подтверждение.

Чтобы читатель должным образом оценил роман «Война в воздухе», я хочу предварить его несколькими словами. «Война в воздухе» стоит в одном ряду с такими написанными мной в разные годы произведениями, как «Освобожденный мир» и «Когда спящий проснется». Романы эти обычно называют «научно-фантастическими», или «романами о будущем», но удачнее было бы определить их как «фантазии о возможном». Автор обращается к тому, что уже наметилось в реальности, и показывает, как велики могут быть последствия этих явлений, когда они разовьются.

Другие книги автора Герберт Уэллс

Вниманию читателей предлагается самый известный роман знаменитого английского писателя Герберта Уэллса «Человек-невидимка». Трагическая история талантливого ученого, совершившего удивительное открытие и возомнившего себя «сверхчеловеком», отличается напряженным, почти детективным сюжетом и поражает сочетанием психологической и бытовой достоверности с фантастичностью происходящих событий.

Первый перевод романа на русский язык (1901 г.)

Роман Герберта Уэллса (1866–1946) «Война миров» давно и прочно вошел в сокровищницу мировой литературы, выдержав массу переизданий, кино– и телеэкранизаций, породив тысячи подражателей в разных жанрах. Вместе с тем роман далеко выходит за рамки научной фантастики, став для поколений читателей романом-предупреждением. Повествование ведется от первого лица, что создает эффект присутствия и неизмеримо усиливает впечатление от страшных картин порабощения Земли механизированными существами. Вполне допуская, что для современного читателя многое в нем может показаться наивным и устаревшим – роман появился на излете XIX века, – он тем не менее остается глубоким и захватывающе интересным.

«Машина времени» – первый научно-фантастический роман Герберта Уэллса, описывающий путешествие в мир будущего, населенный двумя видами существ, в которые превратился человек: морлоков, обитающих в подземном мире и обслуживающих машины, и хрупких элоев, совершенно не приспособленных для труда. Также в книгу вошли рассказы разных лет.

Собрание сочинений в пятнадцати томах классика научно-фантастической литературы ХХ столетия Герберта Уэллса (1866–1946), под общей редакцией Ю.Кагарлицкого.

Осенью 1920 года Г.Д.Уэллс после пребывания в Советской России и по возвращении в Англию выпустил книгу, в которой рассказал о своих впечатлениях. Наверное, еще ни одна книга до этого не вызывала столько шума на Западе, а также негодования среди белогвардейской эмиграции.

«Война миров». Одно из самых масштабных полотен за всю историю мировой фантастики, не имеющее аналогов в литературе, предельно реалистичная картина конфронтации человечества с неведомым. Нападение марсиан на Землю показано как масштабный катаклизм, поставивший сотни тысяч обычных граждан перед фактом крушения прежнего патриархального мира, вторжения страшного будущего, полной дегуманизации людской психологии.

«Первые люди на Луне». Яркий, увлекательный роман о приключениях двух энтузиастов, сумевших на шаре, сделанном из особого вещества, достичь Луны и познакомиться с жизнью ее обитателей, селенитов. Идеальное сочетание фантастики, юмора и тонких социальных наблюдений делает это произведение по-прежнему интересным и любимым читателями разных поколений.

В середине девятнадцатого века в нашем странном мире стало невиданно расти и множиться число людей той особой категории, по большей части немолодых, которых называют учеными — и очень правильно называют, хоть им это совсем не нравится. Настолько не нравится, что со страниц «Природы» — органа, который с самого начала служит им вечным и неизменным рупором, — слово это тщательно изгоняют как некую непристойность. Но госпожа публика и ее пресса другого мнения, она-то их именует только так, а не иначе, и если кто-либо из них привлечет к себе хоть капельку внимания, мы величаем его «выдающийся ученый», «маститый ученый», «прославленный ученый», а то и еще пышнее.

Попавший в кораблекрушение Чарльз Эдвард Прендик, оказывается на острове, где живёт и работает доктор Моро со своим помощником. Он становится нечаянным свидетелем экспериментов учёного, а также их последствий.

Герой романа уснул летним вечером на рубеже XIX и XX веков и проснулся в «прекрасном новом мире» спустя двести лет…

Популярные книги в жанре Публицистика

Борис Екимов

Итоги "тринадцатой пятилетки"

Советские "пятилетки" - нынче уже история, но по времени близкая. Конечно, выцвели, обветшали, но еще висят кое-где в провинции плакаты, на каменных стенах не стерлись "письмена": "Планы пятилетки - в жизнь!" И вот еще одна позади - тринадцатая, официально не объявленная, - число несчастливое, годы 1992 - 1996-й.

Какой была она для сельской России? Говорить о России в целом легче "от имени народа", как выражаются - "народ не поймет", "народ не простит". Грешат этим не только правители, депутаты, но все подряд. Вот хороший, милый актер, которого многие любят по прежним фильмам, сообщает нам: "Я знаю, как живут и что думают люди во Владимире, Рязани, Калуге, те, кто работает на земле, и те, кто уехал от нее. Недавно президент издал указ о праве на землю. Есть надежда, что вырастет урожай".

Вл. Гаков

ВОЗВРАЩЕНИЕ КОСМИЧЕСКОГО РОБИНЗОНА

История переводов зарубежной научной фантастики у нас в стране сама по себе фантастична, донельзя и, право, стоит любого из уже переведенных "зубодробительных" боевиков! Кто и когда напишет ее - эту парадоксальную, разумом принципиально не постигаемую и совершенно непредсказуемую хронику десятилетиями создававшейся системы "ложного зрения", с помощью которой российские любители фантастики смотрели на литературу малознакомого Зазеркалья?

Глущенко Сева

Статья, не принятая в газеты

Здравствуй, малыш!

Сегодня я расскажу тебе сказку о добром старом священнике и злом телеканале HТВ. Слушай. Жил был один священник и было ему много-много лет. Всю свою жизнь он постился и молился, поэтому совсем исхудал. Остались у него кожа да кости, да еще открытая душа и большие голубые глаза. Hикогда, никогда в своей жизни он не прикасался к женщинам, не пил вина, а про существование денег и вовсе не знал. Только, что о них в газетах писали. Зато он воспитывал нескольких мальчиков-сирот, таких как ты, малыш. Такой уж он был святой человек. И еще. Он никогда, ну почти никогда, не смотрел телевизор. Разве что самые благочестивые программы. Hо таких, дружок, в телевизоре показывают мало, поэтому он предпочитал его не смотреть вовсе. И вот однажды открывает он программу передач, чтобы узнать когда будет его любимая благочестивая программа и видит страшное слово "искушение". Сначала подумал священник, что ему почудилось. Hо нет, пригляделся, так и есть. И не просто "искушение", а "последнее", да кого бы то подумал? Hи за что не догадаешься! Самого Христа. Занервничал священник, даже ногти стал грызть от волнения - ты же тоже грызешь ногти, когда волнуешься, правда, малыш? Кто же это, думает священник, до такого греха дошел, чтобы про искушение в программу ставить. Успокоился немножко, стал дальше читать - HТВ. Это, малыш, телеканал так называется. Его захватили злые люди, масоны и евреи, которые издавна хотели нашу православную Русь погубить, и теперь малыш, делают на этом телеканале такое, что и сказать страшно. И додумались эти злые люди показать всем-всем, кто живет в нашей стране фильм про такое вот искушение. Священник старенький, он-то знал, что искушаться могут только такие простые людей как мы с тобой, малыш. Hо если речь идет о Христе, сам понимаешь, добра не жди. Особенно, если снял фильм враг рода человеческого дядя-католик. И начал священник думать, как же ему помочь всем-всем людям нашей страны. Ты же понимаешь, дружок, что могло бы произойти, если бы все они этот фильм увидели. Сначала он посылал телеграммы злым дядям на HТВ, но они были настолько злые, что все его телеграммы выбрасывали в туалет и даже воду не спускали. Чтобы все могли ходить и смотреть на эти телеграммы, которые там плавали. Вот такие они были злые. Правда, два раза они фильм отменили, думали, наверное, что старенький священник успокоится или, не дай Бог, умрет. Hо прошло время и старенький священник не умер, а опять открыл программу, чтобы посмотреть, когда будет его любимая благочестивая передача. И опять увидел то же знакомое слово. А потом он включил телевизор, чтобы посмотреть ту передачу, которую искал в программе, и случайно нажал не на ту кнопочку и попал на телеканал HТВ. Если бы ты знал, что он там увидел, малыш. Страшно сказать, но увидел он картинки из того самого фильма, который задумали показать враги русского народа из HТВ. Я не буду рассказывать тебе, малыш, что было на этих картинках, но поверь мне, это было очень нехорошо. Hастолько, насколько представь себе, если бы ты вышел из туалета с голой попкой, и все это увидели. А еще, если бы ты вышел не один, а с девочкой из соседней группы, с которой - я все знаю дружок - вы иногда подглядываете друг другу в штанишки. Этого уже старенький священник, который как ты помнишь никогда не смотрел на женщин и воспитывал мальчиков-сирот, не выдержал. Он взял в одну руку иконку, а в другую руку плакатик, на котором нарисовали его подопечные мальчики-сироты написали крупными буквами "Евреи с HТВ погубят Россию" и пошел к телецентру Останкино. Ты, наверное, знаешь малыш, такую большую телебашню. Вот туда он и пошел. Бедный старенький священник стоял там, стоял, пел молитвы и всем показывал свой плакатик, но никто ему не верил. А злой дядя Женя Киселев, который ведет программу для взрослых про то, как все друг друга обманывают, назвал в этой своей противной программе старенького священника фашистом. Священник замерз и ушел, а злые люди с HТВ фильм показали. Только ты не волнуйся, малыш, ничего плохого все же не произошло. Потому что наш добрый старенький священник успел поговорить со всеми-всеми, кто к нему приходил или звонил. И все эти люди дружно выключили телевизор, когда показывали этот гадкий фильм. Hо, конечно, знакомых у нашего священника было не очень много и поэтому другие люди этот фильм посмотрели и это было очень плохо для них. Старенький священник знал, что всем им теперь гореть в геенне огненной и очень переживал. Так переживал, что написал письмо нашему президенту и всем дядям-министрам и даже главному в Москве дяденьке - мэру и всем-всем, чтобы они покаялись. И тогда злые дяди и тети с HТВ испугались. Они-то знали, малыш, что президент сильно рассердится, когда узнает, что они натворили и как обидели русский народ. И рассердятся министры, и главный в Москве дяденька мэр. И тогда у них могут отнять их противный телеканал HТВ. Особенно испугался дядя Женя - ведь это он назвал старенького священника фашистом. А еще испугался дядя Леня Парфенов. Ты его уже, наверное, не помнишь, малыш, он теперь почти не появляется на экране телевизора, потому что он большой начальник. Hо твои родители, наверняка, его знают. А ведь именно этот дядя Леня придумал показать гадкий фильм по телеканалу и заработать на этом большую-пребольшую кучу денег. А теперь тоже испугался. И вот сидят дядя Женя и дядя Леня, и еще всякие другие дяди - их начальники и думают: что же нам теперь делать? Hаверное, нам нужно попросить прощения. Особенно об этом думали дядя Женя и дядя Леня, которые на самом деле были простые русские люди и очень переживали, что так получилось. Они позвонили старенькому доброму священнику и стали говорить: "Простите нас, простите, мы на самом деле хорошие, мы простые русские люди", а тот с ним и разговаривать не стал. Потому что, разве можно разговаривать со всякими гадкими дядями, которые ругаются плохими словами на священников и показывают нехорошие фильмы.. Пусть себе горят в геенне огненной. И вот так они сидят и просят прощения до сих пор, уже света белого не видят, только наш добрый старенький священник их не прощает. Только ты не волнуйся, малыш, в сказках всегда все кончается хорошо. Он обязательно простит их когда-нибудь в будущем, когда они искупят свой грех. А у этих злых дядь грехов много и искупать их придется долго. До тех пор, пока они совсем не покаются и не придумают на своем противном телеканале самую благочестивую программу на телевидении из всех, которые когда-либо существовали на земле. А старого доброго священника тогда будут показывать в начале каждой телепередачи, чтобы он рассказывал деткам и взрослым, как им правильно жить. А пока старенький добрый священник священник сидит и ждет, когда злые дяди из HТВ окончательно исправятся и рассказывает своим подопечным мальчикам-сиротам день за днем Библию. Страница за страницей. И конечно никогда-никогда не разрешает смотреть гадкий телеканал HТВ. Hадеюсь, ты понял, малыш, что и тебе никогда-никогда не надо смотреть этот канал. Вот такая сказка, малыш.

Максим Горький как зеркало российского

предпринимательстваК 130-летию со дня рождения

Что мы знаем о Максиме Горьком? Для большинства из нас он автор довольно скучного, на мой взгляд, романа из жизни революционеров, обязательного к изучению по школьной программе. Кто-то может вспомнить, что в молодости будущий писатель совершал хождения в народ, кончал "свои университеты" и написал несколько рассказов из жизни босяков, а зрелые годы убил на сочинение многопудовых эпопей из жизни купцов-самодуров и недоучившихся интеллигентов. Не правда ли, сведения довольно-таки скудные для биографии фигуры с мировым именем? Тем не менее что-либо большее об этом человеке мало кому известно, и в определенном смысле Горький это одна из наиболее загадочных фигур новейшей российской истории, обстоятельства жизни которого всячески избегали предавать огласке попеременно то его противники, то его официальные друзья.

А.М.Горький

О беспокойной книге

Я - не мальчишка, мне сорок лет, да! Я знаю жизнь, как морщины на своих ладонях и щеках, меня нечему и некому учить. У меня семья, и, чтобы создать ей благосостояние, я гнул спину двадцать лет, да-с! Гнуть спину занятие не особенно лёгкое и совсем не приятное. Но - это было, прошло, и я теперь желаю отдохнуть от трудов жизни - вот что я прошу понять вас, сударь мой!

Отдыхая, я люблю почитать. Чтение - высокое удовольствие для культурного человека, я ценю книгу, она - моя дорогая привычка. Но я отнюдь не принадлежу к тем чудакам, которые бросаются на всякую книгу, как голодные на хлеб, ищут в ней какого-то нового слова и ждут от неё указаний, как жить.

Максим Горький

О евреях

I.

Время от времени - и все чаще! - обстоятельства понуждают русского писателя напоминать соотечественникам своим некоторые неоспоримые, азбучные истины.

Это очень трудная обязанность - мучительно неловко говорить взрослым и грамотным людям:

- Господа! Нужно быть человечными, человечность не только красива, но и полезна для вас. Нужно быть справедливыми, справедливость - основа культуры. Необходимо заботиться об усвоении идей права и гражданской свободы, полезность усвоения идей этих наглядно доказана высотою культуры западно-европейских стран, например, Англии.

Алексей Тарханов – журналист, архитектор, художественный критик, собственный корреспондент ИД «Коммерсантъ» во Франции. Вместе с автором мы увидим сегодняшний Париж – зимой и летом, на параде, на карантине, во время забастовок, в дни праздников и в дни трагедий. Поговорим о еде и вине, об искусстве, о моде, ее мифах и создателях из Louis Vuitton, Dior, Hermès. Услышим голоса тех, кто навсегда влюбился в Париж: Шарля Азнавура, Шарлотты Генсбур, Zaz, Пьера Кардена, Адель Экзаркопулос, Ренаты Литвиновой, Евы Грин.

Сухбат Афлатуни (Евгений Абдуллаев) – феномен современной прозы, соединивший в себе ясную аналитичность Запада и сказочную метафоричность Востока. Лауреат «Русской премии», финалист «Ясной поляны» и «Большой книги», Афлатуни размышляет над политикой и внутренней жизнью современной литературы как Критик.

Уникальная хроника последних лет: скандалы вокруг литературных премий, полемика авторов, закрытие старых журналов и открытие новых… мир и тайны литературных звезд, – все это собрано под одной обложкой.

От автора «Поклонение волхвов», «Дождь в разрезе», «Приют для бездомных кактусов».

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Мистер Кнопф попросил меня написать предисловие к этому сборнику моих фантастических повестей. Они помещены в хронологическом порядке, но позвольте мне сразу предупредить тех, кто не знаком пока ни с одной из моих вещей, что им, вероятно, приятней всего будет начать с «Человека-невидимки» или «Борьбы миров». В «Машине времени» суховато написано то, что связано с четвертым измерением, а «Остров доктора Моро» оставляет по себе довольно тяжелое чувство.

«Машина времени» была опубликована в 1895 году. Легко заметить, что она написана неопытной рукой; но в ней была известная оригинальность, спасшая ее от забвения; спустя треть века еще можно найти для нее издателей и, возможно, даже читателей. В окончательном своем виде — если не считать некоторых мелких исправлений — книга была написана в Севеноаксе, графство Кент. Ее автор зарабатывал себе на хлеб как журналист. Наступил неурожайный месяц, когда едва ли одна его статья была напечатана или оплачена в какой-либо из газет, где он сотрудничал; поскольку все редакции в Лондоне, склонные его терпеть, были завалены его не напечатанными пока статьями, не имело смысла писать что-нибудь еще, пока не растает ворох рукописей. Чем сокрушаться по поводу столь печального оборота дел, он написал эту повесть, надеясь, что ее удастся напечатать в каком-нибудь новом месте. Он помнит, как писал ее как-то поздним летним вечером, у открытого окна, и докучливая хозяйка ворчала, стоя во тьме снаружи, что он без конца жжет свет. Хозяйка уверяла спящий мир, что не уйдет к себе, пока лампа не потухнет; он писал под аккомпанемент ее ворчания. И он помнит, как обсуждал эту книгу и лежащие в ее основе идеи, гуляя в Ноул-парке со своей милой спутницей, которая так поддерживала его в эти бурные и голодные годы, когда будущее было смутно и полно надежд.

Мистер Лайонс, австралийский премьер-министр — этот типичный британский политический деятель, хоть он и родом из Тасмании, — впутался в пустяковый, но очень показательный спор с автором этих строк. Порой случайный жест полнее раскрывает идейную позицию и умонастроение, чем пространное заявление, и мистер Лайонс бесхитростно и прямо высказал все, что он думает, тем самым обнажив всю нерешительность, неискренность и опасность, которая таится в нынешнем руководстве Британского Содружества.

Теперешняя Мировая война началась в Испании, когда там было предано законное правительство. Великобритания и Америка запретили Испании закупить военное снаряжение, необходимое для подавления путча генерала Франко, и это в конце концов погубило либеральное республиканское правительство. Я путешествовал по Испании в 1932 году. Я вел свою машину от Барселоны вдоль берега на Ельчи и Мурсию, через Сьерра Невада до Гренады, затем от Кордовы и Толедо на Мадрид и через Сарагоссу и Монтсерат снова до Барселоны. Я проезжал через страну, озаренную улыбкой, явно возбужденную своими политическими заботами, но живую. Мой друг Де лос Риос был поглощен работой по созданию тысяч школ, необходимых для ликвидации неграмотности. Авантюра Франко опустошила эту солнечную страну, и сегодня там царит тоталитарный террор, который ждет скорого отмщения. Почему наши так называемые демократические страны покинули в беде законное правительство?