Предел прощения

Рафис Фаизович Кадыров — врач, банкир, политик, президент крупной Международной компании, член союза писателей России. Написал шесть книг, две из них переведены на английский, немецкий, французский и украинский языки.

Человек нелегкой судьбы, но высоких нравственных принципов. Эта книга о том, что происходит за нашими окнами, на что мы молчаливо взираем и какие тернии приходиться преодолевать человеку на пути к правде, добру, справедливости.

Отрывок из произведения:

Николай ВЫХИН,

независимый экономический эксперт.

Дорогой читатель! Я с большим интересом прочитал предложенную вашему вниманию книгу, в которой, как писал Пушкин, сочетание «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет». Мы, молодые жители Башкортостана, в 90-е годы — учащиеся школ и вузов, экономику, в сущности, учили по Кадырову: и не только по изданиям, которым он помогал дойти к читателю (первым ласточкам осмысления новой экономики), но и по его практической деятельности: ведь в экономике нового мира он был, поистине первопроходцем.

Популярные книги в жанре Публицистика

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

«С радостию прочитал я в 46-й книжке «Сына отечества» под статьею: «Российский театр» известие о блистательном появлении русской «Федры» на петербургской сцене, с замечаниями г. сочинителя об игре актеров и о самом переводе. Давно носился слух, что г. Лобанов им занимается; давно уже любители словесности нетерпеливо ожидали окончания труда его, а прекрасный перевод «Ифигении в Авлиде» увеличивал сие нетерпение…»

«В 64-м и 65-м №№ «Северной пчелы» напечатаны суждения об игре г. Щепкина в «Эзопе» и «Чванстве Транжирина». Любовь к истине заставляет нас сказать, что они совершенно несправедливы: или пристрастие к гг. актерам, занимающим эти роли в Петербурге, или неведение театрального искусства внушили сочинителю такие приговоры. Он говорит, что г. Щепкин не удовлетворил ожиданию публики; что главное достоинство роли Эзопа состоит в искусном чтении басен, чего он не выполнил, и что г. Брянский в этой роли лучше г. Щепкина…»

«Много нападений выдержала и одолела христианская религия в течение девятнадцати веков: некоторые из них были яростнее – ни одно не представляло такой важности, как выдерживаемое ею в наше время…»

«Вы знаете, о ком и о чем должно быть, да и не может не быть наше первое слово. Вот уже целый месяц, как во всем русском обществе, у всех, кто только не совсем заглох душою и способен жить не одною личною, но и общею жизнию, – у всех, и на устах и в памяти, одно дорогое и любезное имя… Да, завтра 19 апреля, ровно месяц, как убыло в России человеком, которому нет замены, с которым ушло от нас целое богатство духа – убыло Самариным Юрием…»

«К числу самых интересных слухов, которыми полнятся теперь Москва и Петербург, принадлежат, бесспорно, слухи о преобразовании Главного управления по делам печати. По словам петербургских газет, в городе рассказывают: одни – будто управление имеет как-то примкнуть к сенату; другие – будто оно организуется в самостоятельное учреждение; третьи, наконец, – будто имеется в виду создать новое министерство „полиции“, в ведение которого отойдет и литература. В какой степени достоверны эти толки – мы не знаем, но не в этом покуда дело. Довольно уже и того, что они существуют, и существуют, конечно, не без основания…»

«„Биржевым Ведомостям“ не понравилась наша статья об евреях, – именно та статья, в которой мы доказываем, и, как кажется, доказали довольно ясно, всю нелепость названия „Русские Моисеева закона“ и всю тщету усилий выделить идею народной (православной) веры из идеи русской народности. Что „Биржевым Ведомостям“ статья наша пришлась не по сердцу, это совершенно в порядке вещей и нас нимало не удивляет: признаться сказать, мы бы даже несколько смутились, если б случилось противное, – если бы, например, они удостоили нас своим сочувствием или похвалою: до такой степени убеждения „Дня“ постоянно противоположны духу и направлению сей почтенной газеты…»

«Что бы ни говорили о современном состоянии нашего общества, сколько бы сходства ни представляло оно с гниением разлагающегося трупа, но при всем том, везде и отовсюду чутко чувствуется и слышно слышится животворное веяние свежего вольного воздуха. Новая жизненная сила отовсюду подступает и обдает нас своими волнами. Да, повеяло, потянуло новым, еще не передышанным воздухом! Но по закону, общему для мира физического и для мира нравственного, движение свежей воздушной струи ускоряет самое разложение, а потому и понятно, что в то же время сильнее распространяется зловоние газов и атмосфера наполняется вредными, удушливыми миазмами…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Илья Михайлович Лавров — русский советский писатель, член Союза писателей СССР (1956), литературовед, актёр.

Илья Лавров родился 2 августа 1917 года в городе Новониколаевске, закончил Новосибирский театральный техникум в 1936 году, работал 15 лет театральным актёром. Играл в драматических театрах Новокузнецка, Новосибирска, Томска, Нальчика, Ферганы, Элисты, Читы. Первый рассказ был опубликован в 1952 году (журнал «Крестьянка»). Первый сборник рассказов «Ночные сторожа» вышел в 1955 году в Чите.

Его творчество выделяется своим тонким лиризмом, свойственным создаваемым Лавровым образам, чуткостью к внутреннему миру героев произведений и романтизмом.

Российский информационный технический журнал

«Головокружение от успехов» после поражения немцев под Москвой оказалось недолгим, но расплачиваться за него пришлось большой кровью — весной и летом 1942 года Красная Армия потерпела ряд сокрушительных поражений, которые по своим масштабам были сопоставимы с катастрофой начала войны, но которые уже невозможно было оправдать «внезапностью вражеского нападения». Почему 42-й так и не стал «победным» годом «полного разгрома гитлеровских войск», как объявил в своем приказе Сталин? По чьей вине вместо того, чтобы «гнать немцев на запад без остановки», Красная Армия была отброшена до Волги и Кавказа? Как удалось избежать краха и вернуть стратегическую инициативу? И где на самом деле решалась судьба войны — в Сталинграде или на совсем другом фронте?..

От Харьковской катастрофы до Сталинградского триумфа, от «Ржевской мясорубки» до прорыва Ленинградской блокады — эта книга позволяет по-новому взглянуть на решающие сражения войны, раскрывая подоплеку событий и восстанавливая подлинную историю переломного года Великой Отечественной.

В центре повести Ларисы Исаровой «Запонки императора, или орехи для беззубых» — незаурядная героиня, занимающаяся расследованием преступления. Было напечатано в журнале «Смена» 1992, 4-6