Предатели или жертвы войны: коллаборационизм в Карелии в годы Второй мировой войны 1939-1945 гг.

Монография посвящена слабо изученной в отечественной историографии проблеме — коллаборационизму на территории Карелии в годы Второй мировой войны. Автор рассматривает факты сотрудничества финского гражданского населения и военнопленных с советскими органами власти в период Зимней войны (1939–1940) и сотрудничества советских людей и военнопленных Красной Армии с финской оккупационной администрацией в годы оккупации территории Советской Карелии (1941–1944). Книга подготовлена на базе широкого круга источников, основу которого составили архивные документы из фондов государственных и ведомственных архивов России и Финляндии. Многие архивные документы впервые вводятся в научный оборот.

Отрывок из произведения:

В 2009 г. в Издательстве Петрозаводского государственного университета (ПетрГУ) вышла в свет моя монография «Карелия в годы военных испытаний. Политическое и социально-экономическое положение Советской Карелии в период Второй мировой войны 1939–1945 гг.». Среди широкого круга вопросов, освещенных в книге, определенное место отводилось и проблеме коллаборационизма среди финского и советского населения в военный период. Однако задачи, поставленные во введении, не позволили в полном объеме раскрыть эту тему.

Другие книги автора Сергей Геннадьевич Веригин

Монография посвящена слабо изученной проблеме в отечественной историографии Второй мировой войны. Автор показывает борьбу органов безопасности Карелии против финских спецслужб в советско-финляндской войне 1939–1940 гг., в межвоенный период (март 1940 — июнь 1941 г.) и в годы Великой Отечественной войны на Карельском фронте (июнь 1941 — сентябрь 1944 г.). Особое внимание уделено противодействию деятельности финских разведывательно-диверсионных школ в советском тылу в 1942–1944 гг., располагавшихся как на оккупированной территории Карелии, так и в приграничных районах Финляндии.

Издание подготовлено на базе широкого круга источников, основу которого составили архивные документы из фондов государственных и ведомственных архивов России и Финляндии. Многие архивные документы впервые вводятся в научный оборот.

Популярные книги в жанре История

В войнах первой половины XIX в. артиллерия играла важную роль, недаром современники называли ее «богом войны». Впервые читателю предлагается детальный рассказ о действиях артиллерии в Отечественной войне 1812 г. На примере известных сражений автор показывает особенности использования орудий в русской и французской армиях, рассматривает состав и оснащение артиллерийских частей, а также артиллерийские трофеи, захваченные русскими войсками. Книга иллюстрирована уникальными фотографиями.

Книга военного историка А. Б. Широкорада повествует о наименее известном аспекте Гражданской войны в России – боевых действиях на реках и озерах. Речные и озерные красные и белые флотилии сыграли в этой войне крайне важную роль. Как правило, огневая мощь флотилий существенно превосходила огневую мощь сухопутных войск, сражавшихся на различных фронтах и театрах военных действий. Тема речной войны очень интересна, но почти неизвестна нашим читателям. Своей книгой, широко используя иллюстрации и карты, автор попытался восполнить этот пробел. Картина боевых действий дана объективно, без заведомых пристрастий. Ведь по обе стороны баррикад сражались русские люди, и с каждой стороны среди них были как герои, так и трусы и глупцы.

Уже первый из Династии Романовых, Царь Михаил Федорович, венчанный на царство 11 июля 1613 г., вынужден был озаботиться непростыми отношениями Руси с Крымом, а точнее — с Крымским ханством и его разбойными набегами на русские земли.

Его сын, вернувший России в 1654 году Левобережную Украину, Алексей Михайлович, «Тишайший» (который, если верить историкам, был на самом деле весьма вспыльчивым человеком, да и о многочисленных «соляных» бунтах во время его правления следует помнить, и при котором Русь была уже вовсе не маленьким княжеством, а набирающим силу царством, расширившим свои границы далеко за Уральский хребет и еще при Иване Грозном раз и навсегда замирившим Казань тем единственным способом, который и оказался понятен всем ханствам бывшей Золотой Орды), предпочитал все-таки действовать дипломатически — отправлял в Крым послов с дарами. Послы убеждали ханов жить с Русью в мире. Те не возражали, но мир с ними по-прежнему был короткий и весьма неустойчивый… поэтому по велению Алексея Михайловича на южных рубежах строились засечные черты, чтобы преградить ханским ордам дорогу в Россию.

Монография посвящена исследованию положения и деятельности Русской Православной Церкви в Среднем Поволжье в конце XIX – начале XX веков. Подробно рассмотрены структура епархиального управления, особенности социального положения приходского духовенства, система церковно-приходских попечительств и советов. Обозначены и проанализированы основные направления деятельности Церкви в указанный период – политическое, экономическое, просветительское, культурное.

Данная работа предназначена для студентов, аспирантов, преподавателей высших учебных заведений, а также для всех читателей, интересующихся отечественной историей и историей Церкви.

2-е издание, переработанное и дополненное.

Вопросъ рѣшается. — Неожиданный пунктъ нападенiя. — Капитанъ Семсъ. — Инструкцiи президента. — Созданiе флота. — Отъ стараго къ новому. — Важное порученiе. — Назначенiе на Сэмтеръ. — Дѣйствительный характеръ конфедеративнаго «пирата».

Президентъ конфедеративныхъ штатовъ приступилъ къ формированiю армiи для защиты свободы Юга. Въ странѣ, гдѣ преобладаетъ единодушiе, и доблесть есть одно изъ нацiональныхъ качествъ — формированiе армiи не представляетъ большихъ затрудненiй. Нельзя сказать того же относительно флота. Кровные Южане, служившiе въ рядахъ армiи, перешли на сторону своихъ штатовъ; матросы же привязаны къ судамъ своимъ также, какъ и къ отечеству, и считаютъ одною изъ своихъ священныхъ обязанностей не измѣнять имъ. Несмотря на это, г. Дэвисъ если и не имѣлъ большаго выбора въ офицерахъ, въ числѣ соотечественниковъ своихъ онъ нашелъ много достойныхъ людей, какъ это достаточно показала недавняя исторiя Юга. Найти опытныхъ и надежныхъ моряковъ оказалось легче, чѣмъ дать имъ какое-нибудь назначенiе. Аталантическiй океанъ и порты Америки находились въ то время исключительно во власти президента Линкольна. Югъ не имѣлъ никакого голоса на моряхъ. Купцы Нью-Iорка и Бостона были увѣрены, что война мало ихъ касается, и, вотируя въ пользу вторженiя въ Южные штаты, они не допускали и мысли о возможности вреда для себя. Суда ихъ гордо входили въ гавани и безпрепятственно плавали по океану. Несмотря на предстоявшую войну, страховыя конторы довольствовались премiями мирнаго времени. Да и въ самомъ дѣлѣ, чего было бояться? Югъ не имѣлъ ни одного судна. Кое-гдѣ нашелся бы еще пароходъ, который можно было бы вооружить; но что сдѣлалъ бы онъ противъ такихъ ходкихъ и грозныхъ судовъ, какъ Brooklyn, Powhattan, Niagara и дюжины другихъ? По мнѣнiю американскихъ негоцiантовъ, положенiе было вполнѣ безопасное; Южнанамъ предстояло жестокое пораженiе безъ всякой возможности съ своей стороны нанести вредъ противнику.

Наполеон уничтожил республику, обескровил Францию, но его, как и французскую революцию, принимают с благоговением, а Величайшую революцию, которая была настроена на освобождение человека, которая создала страну, на которую надеялось большая половина мира, и которая произошла и победила в России, пытаются забыть… Тем самым, оскверняя память, как тех кто верили Ей, так и тех, которые погибли, выступая против Нее.

Для русских политика как множественность управления сродни катастрофы или как отмечал Салтыков – Щедрин «божьего попущения». Русский человек совершенно не терпит «семибоярщину» и относительно спокойно чувствует себя только при наличии одного политика или вождя во главе всего своего общества. Проблема в том, что мир тесен, ресурсы ограничены, а борьба за них только обостряется. Поэтому и подходы к политике могут быть разными.

Писатель Дрю Миддлтон, например, о британцах писал так: «Британцы по самой своей сути политическая нация… Они рассматривают политику и правление как серьёзное, достойное, а главное – интересное занятие. Для многих британцев техника политики и правления в Нигерии, или Луизиане, или Исландии столь же увлекательна, как и новый реактивный истребитель для энтузиаста-авиатора. Они давно знакомы со всем этим делом, и всё же оно остаётся для них удивительно интересным».

Эта книга о том, как русская эмиграция после 1917 года вынуждена была через создание общественных организаций заниматься политикой за рубежом, так как и «рак на горе свистнул» и «жареный петух клюнул». Примечательно, что эти общественные организации русской эмиграции и послужили основой для создания всего мирового сообщества.

«Казачество сегодня на государственном уровне рассматривается, в основном, как общественное движение. Вместе с тем, ни одному общественному движению не посвящено столько нормативно-правовых документов, как казачеству: Указы Президента Российской Федерации, Постановления Правительства, Законы и Постановления Государственной Думы, Решения субъектов РФ. Следовательно, государственная власть постоянно держит руку на «пульсе» Российских казаков. И это не случайно…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Роман Бориса Васильева «Ровесница века» завершает масштабную, охватывающую более двух веков российской истории «сагу об Олексиных», в которую входят также романы «Картежник и бретер, игрок и дуэлянт», «Были и небыли», «Утоли моя печали…» и «Дом, который построил Дед». На долю героини романа, одной из последних представительниц старинного дворянского рода Олексиных, выпало немало горьких испытаний. Ее муж, герой Гражданской войны, был расстрелян, дети отправлены в детский дом, а сама она долгие годы провела в лагерях. Но мужество и сила духа не покинули Калерию Викентьевну ни на минуту. Ей удалось не только выжить, но и выстоять, сохранив и умение прощать, и сострадание, и, главное, — любовь к Родине, которую дворяне Олексины пронесли через века.

Действие романа «Преступление Сильвестра Бонара» происходит в Париже 1860—1880-х гг. Его герой — старый книжник, одержимый благородной страстью к старинным рукописям, очень близок самому автору. Под каждым словом этого объяснения в любви родному городу мог бы подписаться и сам Анатоль Франс — сын букиниста, парижанин, ставший одним из самых знаменитых писателей Франции и Европы.

Это не учебник жизни. И не памфлет, разоблачающий «грязные» предвыборные политтехнологии. И не пособие по одурачиванию себе подобных. Эта книга куда познавательнее, полезнее, остроумнее и, пожалуй, опаснее и того, и другого, и третьего. Поэтому каждого, кто собрался её купить, следует предостеречь: «Осторожно! Вас вооружают знанием, обладание которым может представлять угрозу!» В первую очередь – для вас самих. В книгу добавлено приложение, проливающее дополнительный свет как на личность самого автора, так и на фигуры некоторых персонажей.

Прошлое порой напоминает о себе самым жестоким и внезапным образом. Разве могла я предположить, соглашаясь на свидание с королевским дознавателем, что в итоге буду обвинена в убийстве? И нити этого преступления тянутся в мои тайны. Те тайны, которые я так безуспешно и старательно пыталась забыть. У моего компаньона Ричарда оказался лишь один череп, который он хранил в холодильнике. А вокруг меня отныне целый бал скелетов фамильных секретов. Главное – выйти из этого испытания с честью! Вторая книга из цикла «Улицы разбитых артефактов».