Правда о Кларе Цеткин

Клыпа Петя

Правда о Кларе Цеткин

КЛАРА ЦЕТКИH - ТРАHСГАЛАКТИЧЕСКИЙ ОБОРОТЕHЬ

------------------------------------------

ПРЕДИСЛОВИЕ

Я работал над этим трактатом в жутком состоянии духа, обливаясь слезами ярости и периодически проливая водку на свои кожаные штаны. Опубликован он был в альманахе "Ptitzefabriken und Grosse Jajtzen" в 1939 году, но актуальность свою, я уверен, не утратил. Все факты соответствуют действительности. В 1943 году, когда мной был пущен под откос эшелон фашиствующих латиноамериканских феминисток, многие из них, корчась под обломками локомотива, подтверждали под присягой все нижеизложенное. "Да, - кряхтели они, - Твой трактат великолепен!" И умирали, умирали...

Популярные книги в жанре Юмористическая проза

Было мне лет двенадцать, и держал я аквариум. И не просто держал аквариум, а занимался этим делом, можно сказать, очень даже профессионально: не только приобретал разных экзотических рыбок на иркутском "птичьем рынке", но и пытался разводить их у себя. А дело это - достаточно хлопотное, требующее и определённого опыта, и знаний, и терпения, и специальной литературы.

 Интернета в первой половине восьмидесятых, понятное дело, и в помине не было - и не было никакой литературы по аквариумистике ни в одном из книжных магазинов города. Что-то можно было, конечно же, найти в детской библиотеке - но те книжки, которые были там, в основном, давали лишь краткий обзор существующих пород аквариумных рыбок - да и то, самых известных - но этим только и ограничивались. Остальную информацию приходилось добывать, где придётся.

Страницы этой книги были представлены на выставке «Фантастическое искусство, дада и сюрреализм» в нью-йоркском Музее современного искусства в 1936 г. Их изучал Макс Эрнст и воспроизводил в своем журнале Ж. Батай. «Ну и жизнь!», чьи авторы фактически изобрели роман-коллаж, стала настольным пособием дадаистов и сюрреалистов.

Сочетание чисто английского абсурдного юмора и иллюстраций, заимствованных из торгового каталога, превращается в едкую сатиру на чванливую аристократию, тотальное пародирование рекламы, литературных стилей и жанров, нравов и образа мыслей: такова веселая книга «Ну и жизнь!», созданная в начале ХХ века и до сих пор не утратившая своей популярности.

Кандидата в парламент пригласили отдохнуть от предвыборной кутерьмы в тихом сельском поместье…

«Неужели люди, привязываясь к домашним животным, со временем начинают до невероятия напоминать своих питомцев?» — эта мысль нашла полное подтверждение в случае почтенного сельского джентльмена Гроуби Лингтона.

Всем известно, что телевидение – это рассадник порока и пропасть лихих денег. Уж если они в эфире творят такое, что же тогда говорить про реальную жизнь!? Известно это и генералу Гаврилову, которому сверху было поручено прекратить, наконец, разгул всей этой телевизионной братии, окопавшейся в Останкино.

По поручению генерала майор Васюков начинает добычу отборнейшего компромата на обитателей Королёва, 12. Мздоимство, чревоугодие, бесконечные прелюбодеяния – это далеко не полный список любимых грехов персонажей пятидесяти секретных отчетов Васюкова. Окунитесь в тайны быта продюсеров, телеведущих, режиссеров и даже охранников телецентра и узнайте, хватит ли всего этого, чтобы закрыть российское телевидение навсегда, или же это только дробинка для огромного жадного и похотливого телечудовища.

В газете, где я тогда работал (будем называть ее, скажем, «Комсомольской правдой»), как — то сама собой придумалась замечательная рубрика: «Факт нашей жизни». Публиковали под ней все хорошее, что в нашей жизни тогда еще случалось — новоселье, например, или прием в пионеры, и размещали эту (как правило, небольшую по объему публицистику) на первой полосе, снабдив соответствующей случаю работой какого — либо фотомастера из отдела иллюстраций.

Не скрою, в этом жанре я тогда добился определенных успехов — мною рубрику открыли, мною большей частью продолжали, на мне она, по сути, и прогорела, лопнула. Кстати, именно «новоселье» оказалось первым, «фактом»: мне подсунули фотокарточку вселения атоммашевца Фролова в новую и замечательную квартиру, и я, помню, с присущей образностью писал, как гулко стучал дочкин мяч (имевший место на снимке) по еще необставленной комнате… Ничего, слесарь Фролов, писал я, еще обзаведешься гарнитурами! Счастливо тебе жить — поживать да добра наживать. А потом, в целях обобщения, я привел общую площадь ежегодно сдаваемого в стране жилья и с гордостью отметил, покопавшись в справочнике, что есть целые государства (Лихтенштейн я имел в виду, что ли?), вся территория которых — меньше…

Приключения Мяуна продолжаются. Это только в сказках дело заканчивается свадьбой, а у Мяуна после замужества хозяйки жизнь только начинается! Дел множество – надо устраивать себе и окружающим комфортную и нескучную жизнь, кому-то мешать, кому-то помогать, не забывая про себя любимого. Ведь говорящий кот – явление редкое, в быту прихотливое, но в хозяйстве незаменимое! Он способен лишить вас покоя, покончить со скукой и напрочь удалить хандру, используя для этого все доступные ему подлапные средства, начиная с родственников и знакомых и заканчивая собаками, воронами, козлами и крысами.

Что же делать, если в семье растёт прелестный, милый, обаятельный, но исключительно избалованный мамой мальчик? И что нужно сделать, если он уже вырос, выучился, но так и остался неисправимым Игорешенькой – маменькиным любимым сыночком, который практически ничего не умеет и не хочет делать? Герои этой книги решили вопрос оригинально. Записывайте рецепт: берём избалованного парня – маменькиного сынка, помещаем его в замкнутое пространство с тремя весьма своенравными кошками, вредной и пронырливой собакой – помесью таксы с фокстерьером, добавляем чрезвычайно громкого, капризного и хулиганистого какаду, взбалтываем и оставляем настаиваться. Всё что не смогли исправить люди, запросто скорректируют кошки, собаки и красавец-какаду по кличке Гаврила!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Ричард Кнаак — достойный ученик «профессора Толкина». Человек, который сумел воспринять принципы толкиновской школы фэнтези практически дословно — и создать на их основе свой собственный, личный мир.

Нимт начал умирать давным-давно. Агония могла бы длиться тысячелетиями… но этот мир уже перестал годиться даже для враадов.

Страна-за-Пеленой изменила их жизнь так, как ничто иное за почти бесконечную жизнь враадов. Призрачная держава привлекла их своими пологими холмами и долинами, покрытыми бурной порослью, тем более заманчивыми, что к ним нельзя было прикоснуться…

Ричард Кнаак — достойный ученик «профессора Толкина». Человек, который сумел воспринять принципы толкиновской школы фэнтези практически дословно — и создать на их основе свой собственный, личный мир.

Мир, в котором маг Кейб Бедлам и его супруга Гвендолин снова и снова оказываются втянутыми в войны «меча и магии»…

Мир, в котором в полные покоя, солнцем залитые волшебные земли вторгаются безжалостные волки-рейдеры, не знающие пощады и владеющие ужасными колдовскими секретами…

Мир, в котором отважный Уэллен Бедлам отправляется во главе горстки смельчаков на дальний, легендарный континент, где, как гласит сказание, правит сильнейший из живущих ныне драконов — Пурпурный…

Где-то в стране Пурпурного Дракона таится, сказано, Книга драконов — ключ к тайнам великой волшебной Силы. Однако горе тому, кто дерзнет прикоснуться к Книге драконов, — и трижды горе рискнувшему вмешаться в ход истории Драконьего Царства…

Ричард Кнаак — достойный ученик «профессора Толкина». Человек, который сумел воспринять принципы толкиновской школы фэнтези практически дословно — и создать на их основе свой собственный, личный мир.

Мир, в котором маг Кейб Бедлам и его супруга Гвендолин снова и снова оказываются втянутыми в войны «меча и магии»…

Мир, в котором в полные покоя, солнцем залитые волшебные земли вторгаются безжалостные волки — рейдеры, не знающие пощады и владеющие ужасными колдовскими секретами…

Мир, в котором отважный Уэллен Бедлам отправляется во главе горстки смельчаков на дальний, легендарный континент, где, как гласит сказание, правит сильнейший из живущих ныне драконов — Пурпурный…

Где-то в стране Пурпурного Дракона таится, сказано, Книга драконов — ключ к тайнам великой волшебной Силы. Однако горе тому, кто дерзнет прикоснуться к Книге драконов, — и трижды горе рискнувшему вмешаться в ход истории Драконьего Царства…

Ричард Кнаак — достойный ученик «профессора Толкина». Человек, который сумел воспринять принципы толкиновской школы фэнтези практически дословно — и создать на их основе свой собственный, личный мир.

Мир, в котором лежит, где-то за таинственными Вратами, загадочная, недоступная земля — некогда прекрасная и цветущая, а ныне познавшая кошмар нашествия безжалостных завоевателей, что поклоняются волчьеголовому Разрушителю…

Мир, в котором плетет свои черные интриги полубезумный король магической страны «повелителей коней» и играет в чудовищную, до поры лишь ему одному понятную игру создатель Коня-призрака — демона, вырвавшегося из тысячелетнего заточения…

Мир, которому вновь и вновь угрожает опасность…

И тогда Зеленый Дракон поднимает против врагов магию Стихий…

И тогда могучий Грифон отправляется в смертельно опасный путь, дабы призвать на помощь защитникам Добра великого бога драконьего племени…

И тогда Конь-призрак вступает в битву с Силою, его породившей и готовой овладеть им снова…

Черные времена грядут для Драконьих Королевств.

Дни гнева. Дни Страдания. Дни Мужества…