Постскриптум

Кани Джеронимо

Постскриптум

Ей

Мы проснулись в одной постели в начале девятого.

- Я опаздываю! - услышал я сквозь сон ЕЕ радостный голос.

ОНА вскочила с постели, и запрыгала на ней, словно маленький ребенок.

- Вста-вай! Вста-вай! Вста-вай! - весело повторяла ОНА.

С тех пор, как ОНА вернулась, я давно не видел ЕЕ такой довольной.

- Куда ты опаздываешь? - спросила я, кладя голову на руку, согнутую в локте и глядя на ЕЕ ноги.

Другие книги автора Кани Джеронимо

Кани Джеронимо

Лола

Лола проснулась. Встала с постели и прошла в ванную. Из зеркала на нее смотрела абсолютно голая девушка с татуировкой на животе и крашенными в огненно рыжий цвет волосами.

- Ненавижу тебя, - со злобой сказала Лола своему отражению.

Она повернула краны и подставила под теплую воду свое тело. Постояв минут пять под душем, Лола выключила воду, и, не вытираясь, прошла на кухню, оставляя после себя мокрые следы.

Кани Джеронимо

Кровь с молоком

Ботинки, они как люди. Они стареют. Их надо чистить. Особенно зимой. Соль выступает практически сразу, как приходишь домой. И даже если смыть ее водой, то стоит им высохнуть, как соль появляется снова.

Их кожа становиться старой. Они изнашиваются. Их выбрасывают. А потом забывают.

Бывает так, что будущее есть, а смысла в этом будущем нет.

А бывает и наоборот, смысл есть, а вот будущего нет.

Кани Джеронимо

История "красоты"

Когда я начинал писать "Красоту", я и не думал, что через пару месяцев после ее выхода многие будут называть меня Тимуром.

Идея написать повесть появилась теплой майской ночью по дороге домой. Тогда я еще не был один, а потому сюжет в голове отличался от того, который получился в написанной повести.

Придя домой, я сел за стол, и под тусклым светом настольной лампы написал первую главу. Позже и первая глава претерпела значительные изменения в виду произошедших событий.

Кани Джеронимо

Ярость

- Десерт Игл?

- Есть.

- Глок?

- Обрез?

- Есть.

- Запасные патроны?

- Есть.

- Охотничий нож?

- Есть.

- Мачете?

- Есть.

- Моток широкой клейкой ленты... Прозрачная... Есть?

- Есть.

- Перчатки?

- Есть.

- Удавка?

- Есть.

- Веревка?

- Есть. Только мыла для полного счастья не хватает.

- Шутник... Спички непромокаемые. Десять коробков...

Кани Джеронимо

Любовь

Omnia vincit amor,

Et nos cedamus amori.

Все побеждает любовь

покоримся и мы любви.

О любви сказаны миллионы слов и написаны горы книг. Есть формулы любви, научные определения, философские трактаты. И все же для каждого человека, вступающего в жизнь, любовь - это что-то таинственное, что-то непонятное, что можно постигнуть, лишь пройдя самому этот путь обретения и потерь. Нередко так бывает, что прошлый опыт и формирует точку зрения на это старое как мир и столь же загадочное чувство - любовь!

Кани Джеронимо

[НГ]

Каждый Новый Год ожидаешь чуда... Его ждешь, и ждешь... а оно не приходит... И не придет... Так получается, что в бой курантов думаешь, что вот-вот, еще чуть-чуть, оно сейчас придет... Часы пробили полночь... Шампанское полилось рекой... И через мгновение все уже уплетают салат и запивают его вином... А ты стоишь и не знаешь: садиться тебе за стол или пойти и повеситься...

Каждый год я жду чуда на Новый Год... С самого детства... А его так и не было... И будет ли...

Кани Джеронимо

Разговор о литературе... и не только

Что сейчас читаю люди? Что сейчас читает молодежь? Я еду в метро и смотрю на обложки книг пассажиров: Незнанский, Донцова, Полякова... Пауло Коэльо. "Алхимика", в основном, читают девушки. Почему? Потому что это самый МОДНЫЙ автор сегодня. Я не скажу, что Коэльо плохо пишет. Но это не та литература, которая сейчас нужна современным людям, молодым людям, наконец, просто мыслящим людям.

Кани Джеронимо

Пульпа

Айлурофобия, кинофобия, офидофобия, аквафобия, акрофобия, никтофобия, пирофобия, охлофобия, стазифобия, аматофобия, мизофобия, неофобия, панофобия, трихофобия, фобофобия, фонофобия, дисморфофобия, трискайдефобия, амаксофобия, базилофобия, стазибазифобия...

Страх котов, страх собак, страх змей, страх воды, страх высоты, страх тьмы, страх огня, страх толпы, страх стоять, страх пыли, страх грязи, страх нового, страх всего, страх волос, страх страха, страх звука, страх воображаемых дефектов внешности, страх числа тринадцать, страх ездить на транспорте, страх ходьбы, страх вертикального положения и ходьбы...

Популярные книги в жанре Современная проза

Светлой памяти Висенты Альварес,

Нашей любимой бабушки, известной

В пяти провинциях кубинского Ориенте

Как Ма Висента Солнце, склоняясь к западу, пробралось сквозь чащу ветвей огромного агуакате, волной залило мозаичный пол на веранде, заставило светиться изнутри мраморные столбики балюстрады, заиграло на вьюнках, ползущих везде, где оказывалась хоть самая малая опора для цепких усиков, разом накалило полированные подлокотники качалки, шелк платья и батистовое шитье нижних юбок, сброшенные туфли мягкой кожи, припекло босые ноги, свешивавшиеся на цветные плиты. Засверкали тяжелые серебряные браслеты, сложенные на столике черного дерева, засиял огненный блик на золоченом ободке кофейной чашки, запереливались перламутром павлиньи перья в большом веере. Четвертый час пополудни, жара скоро начнет спадать.

«…Раз уж ты сам заговорил про Веню Шаламова, то новости таковы.

Его опять выгнали из университета. В двадцать семь лет это тревожно, ведь его выгоняют уже четвертый раз. Сам он, правда, говорит об этом несколько иначе. Обычно он говорит, что опять собирается поступать в университет. Обычно он говорит, что уже четыре раза поступал в университет и все четыре раза удачно. Нисколько он не подрос, зимой бегает на лыжах. Глаза выпуклые и пестрые, с веселой искрой. Действительно, не одного цвета, как у всех, а как бы пестрые, как бы с искрой. Одна девчонка с курса, влюбленная в Веню, сравнила Венны глаза с яйцами Фаберже. Не все знают, что она глупая. Оказавшись беременной, например, натиралась кремом для похудания.

Стая амуров… Дотошный мог бы сосчитать: триста два. По фасаду, на крыше, внутри по всем потолкам. На перилах крыльца красовались четверо – правда, с обколотыми до тупых культяпок крыльями. Особнячок был облеплен амурами, как брошенный бутерброд мухами. В народе, к слову сказать, так и назывался: Дом амуров.

Но нет, ничего такого… Правда, дебютировал особняк как гнездышко парамоновской содержанки Лидии Леру, но сразу вслед за тем (ещё и паркет не во всех комнатах дотёрли) стал штабом 24-го Летучего красноармейского полка, потом конторой Рыбхоза. “Молодой Республике – свежую рыбу!”. Долго пробыл дурдомом. А когда построили новый многоэтажный психдиспансер на северной окраине, Дом амуров ни с того ни с сего превратился в художественную студию. (Обучение детей рисованию гипсовых яиц и кубов, лепке лошадок, а во втором этаже – несколько мастерских местных художников).

— Хемосинтез, — провозгласила биологичка и шестнадцатитонным взглядом обвела класс. — Сидоров.

Лёшка Сидоров неверным шагом прошёл к доске и тоже обвёл взглядом класс. Его взгляд был светел и тих. Таким взглядом обводит умирающий родственников, собравшихся у его смертного одра.

— Хемосинтез, — начал он и глубоко задумался. Прошло полминуты.

— Молчание — золото! — язвительно заметила биологичка.

Лёшка выдохнул воздух, как перед стаканом спирта, и решился:

В «Литературке» — клуб «12 стульев».

В «Комсомолке» — клуб «КВН»

…….

В Красноярке — клуб ПВРЗ.

Везде клубы. Нам завидно. Мы тоже хотим клуб.

У клуба пока нет названия, но у него есть администрация. А раз есть администрация, она должна выносить решения. И мы выносим такие решения:

1. закрыть клуб на банкет;

2. провести юбилейное (первое) заседание;

3. наградить себя медалью «За взятие авторучки»;

— Черт! — я поскользнулся на глинистом крутом берегу и шлепнулся рядом с залитым дождем кострищем. Пила жалобно взвизгнула.

Я выпростался из рюкзака и с омерзением провел рукой по штанам. Капал дождь. А может, и снег. А может, еще что-нибудь. В темноте и тумане ничего не было видно. Слышно тоже было плохо: рядом вырывался из-под моста Сисим и ударялся о стену тальника. Половодье!

— Секи время! — сказал Качаев.

— Четыре! — нерадостно доложил я. Мне почему-то хотелось колбасы.

Свою новую книгу Людмила Улицкая назвала весьма провокативно – непроза. И это отчасти лукавство, потому что и сценарии, и личные дневники, и мемуары, и пьесы читаются как единое повествование, тема которого – жизнь как театр. Бумажный, не отделимый от писательского ремесла.

“Реальность ускользает. Всё острее чувствуется граница, и вдруг мы обнаруживаем, как важны детали личного прошлого, как много было всего дано – и радостей, и страданий, и знания. Великий театр жизни, в котором главное, что остается, – текст. Я занимаюсь текстами. Что из них существенно, а что нет, покажет время”. (Людмила Улицкая)

Любовь к себе – это умение выбирать свободу! Когда ты себя любишь, ты точно знаешь, чего хочешь, и идешь к этому.

Как избавиться от негативного шума в голове, принять себя, перестать сомневаться в будущем и излучать в мир счастье и позитив? Татьяна Мужицкая, известный психолог и бизнес-тренер, поделится техниками, как соединить в себе энергии инь и ян, отдаться на волю обстоятельств и одновременно трансформировать мир, наполнив его собой. Эта книга научит вас принимать подарки от Вселенной, получать удовольствие от жизни и любить себя в каждом своем проявлении.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кани Джеронимо

Распятое солнце

Гере было около года, когда его впервые решил постричь. По всем признакам он был мальчиком. Но вот волосы его росли чересчур быстро. К восьми месяцам Гериной жизни они достигли плеч, и так и остановились на этой отметке. Конечно, жалко было стричь такие густые черные волосы. Не каждая девушка, даже в сознательном возрасте, может похвастаться такой богатой красотой. И, наверное, если бы была жива мать Геры, она бы настояла на том, чтобы к его волосам не прикасались ни ножницами, ни каким бы то ни было другим острым предметом. Но так иногда случается в жизни, что даже мамы умирают, какими бы они красивыми и добрыми ни были.

Кани Джеронимо

Смерть и самоубийство

Здесь, в общем, нечего делать, кроме того, чтобы жрать

Здесь страшно быть убитым, но страшнее убивать

И очень хочется руки на себя наложить, но я буду жить

Андрей "Дельфин" Лысиков

[СМЕРТЬ]

На что похожа смерть?

Этот вопрос человечество задает себе с момента своего возникновения. Однако эта тема вызывает, пожалуй, наиболее серьезное отношение у всех людей, независимо от эмоционального типа или принадлежности к той или иной социальной группе. Однако, несмотря на этот интерес, несомненно, и то, что для большинства очень трудно говорить о смерти. Сама тема о смерти - табу. Человек чувствует подсознательно, что, сталкиваясь со смертью в какой-либо форме, даже косвенно, он неизбежно оказывается перед перспективой своей собственной смерти, картина своей смерти как бы приближается к нему и делается более реальной и мыслимой. Достаточно вспомнить свои ощущения, когда оказываешься на кладбище. Даже такая встреча со смертью вызывает весьма тревожное ощущение. Так или иначе, возможно полу осознанно, в нас просыпается страх: "Это случится и со мной".

Кани Джеронимо

Соломенная шляпка

Я жил у своей тети. Моя мать умерла при родах. Отец очень сильно переживал ее смерть, и свою боль пытался утопить в алкоголе. Как-то раз, выпив бутылку виски, ему вздумалось покататься на машине. Домой он не вернулся...

У тети был четырехэтажный особняк. Вокруг дома был огромный двор с зеленой травой.

Это был обычный летний день. Мне только-только исполнилось три года. Как всегда, меня по утрам кормили овсяной кашей. Как и любой ребенок в моем возрасте я плохо кушал. Не доев больше половины моего завтрака, я освободился от цепких рук моей тети. У меня была няня, но тетя всегда кормила меня сама. Как будто хотела вымолить себе прощение за то, что случилось с моими родителями. В чем была ее вина, я не знаю. Может, ей так было легче?

Кани Джеронимо

Существо

психологический портрет

Оно маленькое. По строению тела, очень похоже на пингвина. У него большие зеленые глаза. Оно пушистое. Правда его шерстка очень быстро пачкается, поэтому ему приходится по несколько раз в сутки принимать душ. Гораздо больше, чем два раза. И гораздо больше, чем надо любому из существ, существующих на планете.

Оно много молчит. Предпочитает не вступать в контакт, хоть и не боится людей. Только одиночества. Конечно, оно любит бывать одно и размышлять о жизни. Но это вовсе не значит, что оно одиноко. Если его прогоняют, оно никуда не уходит, надеясь, что это всего лишь эмоции. Но если оно видит, что его прогоняют по настоящему, оно уходит. Вот таких моментов существо боится больше всего. Потому, что вслед за ними, как раз и наступает одиночество. Даже если его потом попросят вернуться, оно все равно уже будет одиноким.