Посмотри в искристый круг

Михаил Далин

ПОСМОТРИ В ИСКРИСТЫЙ КРУГ

Загляни в сосуд прозрачный,

Посмотри в искристый круг,

Мир реальный, мир невзрачный,

Мир пустой и неудачный

Вдруг исчезнет, как недуг.

Был уже вечер, но в воздухе ещё стояла жара, медлившая уходить, зацепившаяся своими удушливыми щупальцами за окна домов, мимо которых я шёл, за погашенные фонари вдоль улицы, квелые деревья и за редких прохожих. Я возвращался с работы и был уже на полпути от метро к своему дому. Я каждый день ходил этой дорогой, но, как ни странно, она до сих пор не успела мне надоесть, как надоело почти всё в этом мире. Просто мне нравился район, в котором я жил, не смотря на пропитанный гарью и заводским смрадом воздух, который славился грязным даже в этом городе, и забывая об унылой череде жёлтых домов, что тянулись вдоль тесных улочек почти без растительности. Зато это был глухой уголок не очень далеко от центра, малолюдный и удивительно тихий для промышленных кварталов. Тыльной стороной ладони я вытер со лба пот. Вспомнились недавние неурядицы на работе: скандал с начальником, ссора с одним из программистов. Конечно, я тогда погорячился, ведь я сам программист, сам знаю, что большой проект делать - не рассказы писать, точный срок здесь не угадать, тут и самые опытные могут не уложиться. Самому ведь приходится каждый день доказывать начальнику, что я не верблюд, а компьютер - не дойная корова. Тут только я заметил, что, будучи погружен в свои мысли, свернул с выученного наизусть пути на боковую улочку, где бывал тоже не редко. оги сами, не спросив разрешения, повели меня туда, куда я так часто заглядывал в последнее время по дороге домой. Вот уж вправду ноги выпивку чуят, усмехнулся я про себя. Сегодня я вообще-то собирался заняться накопившимися за неделю делами, но теперь поворачивать совершенно не хотелось и соблазн одолел меня. К чёрту дела, подумал я, это судьба. С внезапно нахлынувшей лёгкостью на душе я толкнул дверь пивного бара и вошёл в приятную прохладу отделанных деревом стен вместительного, почти пустого помещения. Круглые столы стояли в два ряда, каждый в окружении массивных стульев. Друг от друга столы были отделены широкими проходами. Посетителей почти не было, лишь влюблённая парочка у двери и трое мужичков завсегдатаев подальше, их я видел тут часто и считал заводскими рабочими. Здесь всегда было мало народу, и я удивлялся, как хозяину при этом удаётся сохранять в баре невысокие цены и содержать в приличном виде наполовину пустующий зал. Я подошёл к стойке и заказал сразу две кружки тёмного, чтобы не ходить за добавкой. Мне всегда нравилось наблюдать за пенящейся струёй, которая наполняет прозрачную ёмкость подобно морскому прибою, покрывающему забежавшей дальше других волной выкопанную детьми ямку в песке. Я и сейчас был поглощён подобным наблюдением, одновременно выискивая в кармане железную мелочь. а душе становилось всё легче и спокойней. Подхватив кружки, я понёс их в сумрак зала, прочь от залитой светом стойки. Окна были плотно зашторены и зал освещался лишь редкими слабыми светильниками в форме бочонков пива, равномерно развешанными вдоль стен. Здесь всегда было только искуственное освещение, которое делало столики отчуждённее, но всю обстановку уютнее, а порою даже заставляло вообразить, что вы попали в какой-то средневековый трактир. Вот за это я и любил заведение. Сев за дальний столик, подальше от голосов и света, я пригубил пиво. Да, хорошее местечко, но не стоит бывать здесь так часто, думал я тогда. Мне представилось, что вскоре я превращусь в одного из завсегдатаев, стану похож на тех мужичков, что сидят через два стола от меня. У меня будет такая же грязная и поношенная одежда, поношенное лицо тёмного цвета. Моя речь обзаведётся новым лингвистическим арсеналом, каждая фраза не будет обходиться без крепкого русского словечка. о ведь они рабочие, а я программист, человек умственного труда! Хотя что с того, одно другого не лучше. Давно пора мне плюнуть на свой умственный труд, пойти за станок, работать день за днём с грязными руками да чистыми мозгами. Впрочем, как я могу рассуждать о физическом труде, если я с ним до сих пор по-настоящему не сталкивался? С детства я испытывал к нему какое-то врождённое пренебрежение, а благодаря своим интеллектуальным способностям, которые взрослые называли "великолепными" или "блестящими", я без труда освоил профессию программиста. Конечно же, физический труд мне тоже надоест, наверняка ещё быстрее чем работа, которой я сейчас занимаюсь. Всё надоедает в этом жалком мире, гнусном мире, мире прямых углов и однообразных линий. В памяти всплыли детские мечты о том, чтобы быть могучим рыцарем, непобедимым воином, о фантастических мирах, населённых чудовищами, магами и отважными храбрецами. Я представил, что иду по синей бугристой земле, местами покрытой чем-то вроде гравия малинового цвета. адо мной простирается багровый купол неба, на котором не видно солнца, но при этом всё залито равномерным, довольно ярким светом. Время от времени небесный свод пронзают стремительные, оранжевого цвета вспышки; они похожи на молнии, но не спускаются к поверхности, а бегут параллельно ей. Меня окружают приземистые строения из каких-то скрюченных чёрных брёвен. Всего их здесь не более сотни, за ними, покуда видит глаз, во все стороны расстилается бугристая синяя равнина с редкими холмиками. Дома выглядят так, будто пережили несколько пожаров и наводнений, но мне откуда-то известно, что таков был и их первоначальный вид. Что-то оторвало меня от фантазирования, и я увидел, что именно: моя кружка опустела. Я держал её перевёрнутой над раскрытым ртом, но оттуда уже даже не капало. Странный сегодня день, подумалось мне, я как в трансе. Оглядевшись, я увидел, что все посетители куда-то делись, за стойкой никого не видно, но скорее всего бармен просто присел за бочкой. Пододвинув к себе вторую кружку и сожалея, что половина удовольствия уже позади, я отхлебнул глоточек. Я смотрел на тёмную искрящуюся жидкость, заключённую в прозрачные стенки, сжатые моими пальцами. Отражённое лицо казалось каким-то необычным, но, как ни странно, более подходящим мне, чем мои настоящие черты, не искажённые колыханиями и пузырьками. Мне почудилось, что я вижу в отражении за собой то кусок багрового неба, то покорёженный чёрный дом, то уходящие вдаль синие бугры. Странно, вроде бы и выпил совсем немного. ет, пиво тут явно ни при чём, сегодня со мной вообще странные вещи происходят. о меня это уже не волновало, я погрузился в воспоминания о своём сказочном мире. Пиво кончилось, и я встал со стула, забирая пустые кружки. Какая-то странность в освещении привлекла моё внимание. Я заметил, что граница освещённого ближайшим светильником пространства слегка колеблется, как будто под футляром в виде бочонка стоит свеча, а не обыкновенная электрическая лампочка. Без сомнения, зал действительно освещался свечами, это доказывал запах, который я сейчас почувствовал. Удивительно, как я раньше этого не замечал, может быть свечи поставили недавно? В танцующем мягком свете дерево стен казалось темнее, чем обычно. Когда я ставил кружки на стойку, мой взгляд упал на бармена. Странно, раньше я никогда не видел здесь этого здоровяка. аверно, его приняли на работу не так давно, а несколько минут назад он сменил молодого парня, у которого я брал сегодня пиво. Однако, если он будет храпеть на всю округу как сейчас, навряд ли задержится на новом месте. Я вышел на улицу и увидел покосившееся деревянное строение напротив. Я точно помнил, что этого чёрного монстра здесь быть не могло, но почему-то на сей раз я удивился намного меньше, чем в баре, когда заметил странность в освещении. Я свернул направо и побрёл по синим буграм дороги, слушая, как под ногами шуршат и побрякивают мелкие малиновые камушки. Багровое, беспокойное небо пялилось на меня сверху, но я уже почти не удивлялся. Оранжевая вспышка беззвучно пролетела вдоль линии горизонта прямо у меня перед глазами, вызвав ощущение чего-то родного и давно позабытого. В сердце появилась сладостная тянущая лёгкость, как бывает, когда нахлынут ностальгические воспоминания о чём-то очень дорогом, но утраченного много лет назад. Я почувствовал, что иду не своей походкой, мои движения стали свободней и размереннее. Я опустил глаза и увидел чужие ноги, шагающие твёрдой поступью. Эти ноги когда-то были моими, но я уже давно сменил их на хилые ходули в хлопчатобумажных брюках, а теперь произошёл обратный обмен. Память возвращалась постепенно. Подойдя к колодцу, я зачерпнул ведро зеленоватой воды, от которой веяло прохладой, сделал долгий глоток, наслаждаясь горьковатым позабытым вкусом, подождал, пока круги ряби на воде улягутся и нагнулся над зеркальной гладью. В отражении я узнал себя...

Другие книги автора Михаил Далин

Михаил Далин

У Д А Ч H А Я О Х О Т А

Солнце уже почти село, когда человек вышел к деревне. Весь день он пробирался через болото, осторожно перешагивая и перепрыгивая с кочки на кочку, часто проваливался по колено в жадную жижу, но высокие болотные сапоги не давали ногам промокнуть. Весь запас еды он истратил в обед, затем в ход пошла клюква, густым узором покрывавшая моховой ковёр. Клюквы было много и в корзине, которая с каждым шагом постукивала по левой ноге, а при прыжках круто подскакивала, грозя распрощаться с частью содержимого. Человек очень устал, так как с пяти часов утра он шёл не останавливаясь, разве что нагибаясь время от времени за очередной горстью ягод. Только один раз он устроил привал, во время которого пообедал и позволил себе часа три сна. Лишь под вечер человек вступил на твёрдую землю, когда подошёл к длинному, заросшему сосняком холму посреди необъятного болота. Могучие деревья встречали его мёртвой тишиной, пока он поднимался по пологому склону. Деревня открылась взгляду неожиданно, когда сосны расступились перед широко раскинувшейся опушкой леса, и сразу же предчувствие успеха стало приятно щекотать человеку сердце. Селение было совсем мелкое, всего пять домов, он направился к ближайшему, стоявшему на отшибе у самого склона. Ветхая, покосившаяся изба недружелюбно щурилась ему закрытыми ставнями окон. Гнилые, наполовину развалившиеся ступеньки крыльца невесело скрипели, пока он шёл по ним к бревенчатой двери. Он постучал по растрескавшимся, но толстым и оттого ещё крепким брёвнам, однако ответа не последовало. Пришлось постучаться ещё раз, после чего вроде бы послышалось тихое повизгивание половиц, будто кто-то осторожно крался, стараясь не нашуметь. Через минуту за дверью раздался скрипучий голос: - Кого там ещё занесло? - Я заблудился, пустите переночевать, пожалуйста. Дверь слегка приоткрылась, через щель выглянул недоверчивый глаз. - Это кто ещё такой? - Да городской я, приехал в вашу глухомань за ягодой и заблудился вот на болоте. Звякнула цепочка и дверь распахнулась полностью. Показалась хозяйка горбатая седая старуха со сморщенной кожей и скрюченными пальцами. Зло сверкнув глазами, она посмотрела на почти полную корзину. Затем упёрлась взглядом в рюкзак за плечами человека. - А ну покажи, что у тебя там! - Да ничего особенного, - в голосе звучало удивление и даже обида, но всё же он снял рюкзак и открыл его перед старухой. - Смотрите. Старуха заглянула в полупустой рюкзак и запустила в него свои худощавые руки. Перерыв всё, что там было, она выудила сложенный перочинный нож, раскрыла его, внимательно осмотрела и спросила ворчливо: - А это тебе на что? - Да так... хлеб резать. Даже не подумав сложить нож, старуха кинула его в рюкзак и, удовлетворённо хмыкнув, шагнула на порог, жестом приглашая войти. В избе неприятно пахло и было не прибрано, по крайней мере так казалось в тусклом свете свечки. Старуха сказала человеку садиться за стол, а сама почти исчезла в темноте дальнего угла и будто вовсе забыла о госте, занимаясь каким-то своим делом. Слышно было лишь, как она кряхтит и скребёт чем-то по дереву. Человек решил нарушить молчание и неловко осведомился: - Звать-то вас как? - Как звать, не тебе знать, - сказала старуха с нескрываемой враждебностью в голосе и прибавила непонятно зачем, - вот жизнь-то пошла! Больше старуха ничего не говорила, да и он теперь молчал. Hе менее часа прошло, прежде чем бабка вышла на свет и достала из шкафа стеклянные банки с едой, завёрнутые сверху бумагой. - Ешь, - приказала она, накрыв на стол, - а я уже ужинала. Hе смотря на то, что вся еда была холодная, угощение оказалось вкусным. Проголодавшись с дороги, человек резво набросился на кушанье. Старуха внимательно следила за тем, как он уписывает солёные огурцы, маринованные грибы, салаты. Закончив трапезу, он поблагодарил хозяйку: - Спасибо, очень вкусно. - Спасибо в карман не положишь, - проворчала старуха, зажгла ещё одну свечу от первой и, качнув ею в сторону низкой дверцы, отдала ему. - Иди спать в ту комнату. Взяв в одну руку свечку, а в другую корзину и рюкзак он пошёл туда, куда велела старуха. Войдя в комнату и оглянувшись, он заметил недобрую улыбку на лице у бабки, но та даже не подумала её спрятать, а только шире растянула морщинистые губы. Он закрыл дверь и подошёл к широкой незастеленной кровати. Поставив вещи у изголовья и задув свечу, он лёг. Ложе оказалось удивительно мягким и его сразу потянуло в сон, он сомкнул глаза... Посреди ночи дверь в комнату тихонько отворилась. В проёме показалась свечка, вслед за ней сгорбившаяся фигура. Пальцы старухи ещё сильнее скрючились и потемнели, острые чёрные когти на левой руке сжимали свечу, а на правой были растопырены и нацелены на человека. Вытянувшаяся вперёд голова рассматривала его бусинками глаз, притаившимися под нависшими мохнатыми бровями. Рот приоткрылся, обнажив длинные, похожие на сабли, зубы, с губ закапала слюна. Старуха стала осторожно приближаться к кровати. Внезапно человек открыл глаза и резким движением опустил руку в корзину с клюквой. Хлюпнули раздавленные ягоды, старуха рывком кинулась на свою жертву, а свеча в её руке потухла. В полной темноте на кровати шла борьба, наполнившая комнату рычанием и криками. Потом стало тише, раздался предсмертный хрип и спустя мгновение комната была залита мягким синеватым сиянием. Свет исходил от серебристого длинного ножа, который человек держал в блестящей красными разводами руке. Hо это были лишь следы раздавленной клюквы, зато с ножа капала ещё тёплая зелёная жидкость, такая же, как та, что сочилась из порезов у старухи, распростёршейся на полу.

Популярные книги в жанре Современная проза

Владимир Полин

Путевые заметки или неотправленные письма к Маше.

Hабрано под "Scooter"

17.02.99 [07:25]

Тосно. Спали в подъезде. Вчера зависали у человека в Павловске, там мощнейше накурились. Давно меня так не пёрло. Решили ехать во Владик.

17.02.99 [19:08]

Трубников Бор. За весь день - один водитель. Подвёз с выезда из Тосно до Любани.

У меня мёрзнут ноги, руки. У Жени ноги мокрые. Hикто не останавливается. Просили еды в деревне - отказ. Все ссылаются на её отсутствие всвязи с задержками зарплаты.

Андрей Полонский.

"Зеркало реальности"

Перечень ненормального

1.

Это пришло из детства. Точнее, из отрочества, из ранней юности. Когда авторитеты уже поколеблены, но еще не рухнули. Самое пленительное время. От размышлений пухнет голова, на улице весна, в голове гудит любовь. Hа повестке дня - перечень ненормального. Они уверенно утверждают: делай, так положено! "Кем положено?" - кротко спрашиваешь ты и получаешь под зад могучей отцовской рукой. Во все времена этот процесс назывался "социальной адаптацией" и шел он, как признают авторитеты, тем успешнее, чем тяжелее была рука. Клеймо на плече, думал ты, - лучшее средство против бунта. Зачем постоянно бить детей, уж лучше их уродовать.

Евгений Попов

Кто-то был, приходил и ушел

Рассказ

Ирина Аркадьевна Снегина, сорока двух лет, частенько возвращалась в свою квартиру глубочайшей ночью, что было связано с ее профессией, заключавшейся в игре на домре-прима 2 в профессиональном оркестре народных инструментов. Отнюдь не собираюсь представлять ее как вымороченную опустошенную фригидную персону - одинокую, с прошлой любовью, - за эдакую гуманистическую особу отнюдь я не собираюсь выдавать Ирину Аркадьевну. Кому хочется видеть таких баб, тот пусть едет в Ленинград, там таких честных полные коммуналки, а кому хочется про такую Женщину прочитать художественное произведение, тот пускай мои литературные листы тут же откладывает в сторону, ибо ничего подобного он здесь не найдет.

Евгений Попов

НОВАЯ АТМОСФЕРА

- Видите ли, атмосфера - это воздушная газообразная оболочка, окружающая нашу Землю. Это, по удачному выражению одного ученого, шуба Земли. Только благодаря атмосфере существует жизнь на Земле. Голубой цвет неба и тот объясняется рассеиванием солнечных лучей в атмосфере. Раньше атмосфера состояла из кислорода. Немного азота, немного водяных паров. Как вас в школе учили. Вы ведь в школе-то учились?

- Учился. Я окончил десять классов.

Евгений Попов

Подлинная история "Зеленых музыкантов"

Роман-комментарий

Памяти Г. А.

Основной целью этого сочинения, написанного на исходе века и тысячелетия, является демонстрация грядущему поколению молодежи страданий и ошибок их "промотавшихся отцов" (М. Ю. Лермонтов).

Чтобы молодежь, с одной стороны, гордилась отцами, а с другой - этих ошибок и страданий избегла. Чтоб она жила весело и счастливо в отведенные ей Господом сроки, что, в принципе, не противоречит мятущейся человеческой натуре.

Общение с манипулятором похоже на прогулку по минному полю – никогда не знаешь, где подорвешься.

Не смогли отказаться от просьбы начальника, потому что «только вы сможете справиться с этой задачей»? Терпите своего партнера, ведь «с таким характером, кроме него, вы никому не нужны»? Жертвуете собой, чтобы не упасть в глазах друзей? Если вам знакомы эти ситуации и вы часто испытываете стыд, вину и одиночество – вы подорвались на мине манипулятора.

Доктор Саймон почти 30 лет изучает проблемных личностей и знает все о методах эффективной борьбы с ними. Автор уверен, что в арсенале манипуляторов десятки приемов и тактик, с помощью которых они пользуются добротой, состраданием, любовью и надеждой жертвы, оставляя взамен страхи и сомнения. Эта книга поможет вам изучить ловушки манипулятора, чтобы никогда в них не попадаться.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Он не хочет признавать, что делает тебе больно. Для него нормально повышать голос, оскорблять или применять силу. Он ни во что не ставит твое мнение. Он не остановится, пока ты сама не прекратишь это безумие.

Советы, изложенные здесь, помогут распознать абьюзера и вооружат вас инструментами самозащиты, физической или психологической, от агрессивных и контролирующих мужчин. А также позволят скорректировать негативное поведение партнера, если он готов меняться.

Миллионы людей в мире подвергаются физическому и эмоциональному насилию. Это семейные разборки или притеснение на работе, нападение на улице или стрельба в школе. Даже если кажется, что тема насилия вас не касается, это не так. Криминалисты утверждают: лишь 1 % преступников оказывается за решеткой. Как понять, стоит ли доверять человеку из своего окружения? Не является ли он абьюзером и домашним тираном? Джо Наварро, профайлер ФБР, написал эту книгу, чтобы помочь простым людям защититься от токсичного влияния. Он разделил опасных личностей на четыре психотипа, объяснил мотивы их поступков и дал четкие описания, как вычислить таких людей и противостоять им.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ИГОРЬ ДАМАСКИН

ДВАДЦАТЬ МИНУТ В ОКТЯБРЕ

Диверсант Скорцени заставил Венгрию

остаться с Гитлером до конца...

Во второй половине 1944 года одна за одной стали выходить из войны страны - союзницы гитлеровской Германии: Италия, Финляндия, Болгария, Румыния... Исключением из этого скорбного для Третьего рейха списка стала только Венгрия, оставшаяся единственным его союзником в Европе практически до самого конца. Советская историческая наука обходила молчанием причины такой верности. Между тем, оказывается, Венгрия тоже сделала попытку покинуть гитлеровский блок, но этому помешал только инспирированный немцами государственный переворот. Решающую роль в нём сыграли командос под началом главного диверсанта Третьего рейха Отто Скорцени.

Иоанн Дамаскин

Беседа сарацина с христианином

На вопрос сарацина: "Кого ты считаешь виновником добра и зла?", христианин отвечает: "Мы говорим, что только Бог и никто другой есть виновник всяческих благ, но не зла". На это сарацин говорит: "Кого ты называешь виновником зла?"

X. Разумеется, того, кто по своей воле диавол, и нас, людей.

С. Из-за чего?

X. Из-за свободной воли.

С. Так что, ты свободен, и что хочешь, можешь делать и делаешь?

Дмитрий Дамера

Нарсил калибра 5,45

1. Крепко ли спят Валары?

Раннее утро, дворец Валаров.

Верховному Валару снился приятный сон: он парит над Ардой на могучем орле, а внизу все народы вздымают к небу руки и кричат: Манве! Манве!

- Манве!! - очередной крик был очень громким и совсем не музыкальным. Верховный Валар продрал глаза - у его постели стоял Тулкас. - Извини, босс, что так рано, - начал он. - но у нас опять проблемы. Манве хотел было выругаться, но сдержался: - Что там опять? - Пойдем, сам посмотришь. - Ты что, олух Илуватора небесного, сказать мне не можешь? - Нет. - Тулкасу не нравилось, когда его обзывали и кулаки его сжались. - Ну ладно, ладно. Манве встал, напялил халат и поплелся за Тулкасом, мысленно говоря о том, что он имел интимные контакты со всеми Валарами вместе взятыми и Тулкасом лично посредством рога Боромира и ручки от Андрила. Благо шли они не долго - лишь до зала, где стоял Палантир. - Смотри. - Тулкас махнул рукой в сторону мутного шара, который был уже старый и начинал барахлить, и отошел. Манве осторожно приблизился к Палантиру, носящему явные следы тулкасовских попыток починить его рубчатые следы от ботинок и борозды от ударов разнообразным оружием, и вгляделся. - Нет, только не это! - прошептал он. Верховному Валару было от чего расстраиваться: случилось то, чего Валары боялись уже давно, а именно ХБР "Центр" решил исполнить свое давнее обещание и прогуляться по Валинору. И пришел он явно не один. - Хирдоносцы "Бешеный мумак", "Ортханк", "Барук", "Барлог", "Морской волк" и эскадра сопровождения. В том числе "Казад- Дум" с мониторами и крейсер "Саурон". Это вторжение, босс. Манве показалось, что он уже слышит вой призраков и рев приземляющихся хирдолетов.

Ури Дан

Операция "Энтеббе"

ПРЕДИСЛОВИЕ

Однажды, во время моего пребывания в Америке, я посетил еврейскую общину Атланты (штат Джорджия). Наш генеральный консул передал мне, что губернатор, человек в то время мало кому известный за пределами своего штата, хотел бы встретиться со мной.

В воскресенье, во второй половине дня, мы отправились на расположенный неподалеку от Атланты завод "Локхид", выпускающий гигантские транспортные самолеты "Геркулес". Войдя внутрь одного из самолетов, я почувствовал себя Ионой во чреве Левиафана.