Послесловие к повести К Окпи `Южноафриканская авантюра`

Сергей Кулик

[Послесловие]

к повести К.Окпи "Южноафриканская авантюра", так же изданной под названием "БОСС терпит фиаско" в сборнике "Современный нигерийский детектив" - М. "Радуга", 1989 г.

КАЛУ ОКПИ - нигерийский поэт и прозаик, родился в 1947 году в провинции Имо. Изучал юриспруденцию в одном из нигерийских университетов, затем продолжил образование в Нью-Йоркском университете, где специализировался по кино- и тележурналистике. После завершения университетского курса вернулся на родину, работает на радио и телевидении.

Другие книги автора Сергей Федорович Кулик

Приключенческая повесть военного летчика потерпевшего крушение своего самолета над сибирской тайгой, и долгие месяцы выживания в дикой природе на пути возвращения к людям.

Писатель-африканист, посвятивший изучению Черного континента многие годы жизни, рассказывает о самобытных традициях народов Южной и Восточной Африки.

Читатель побывает в древнем Асуме, увидит архитектуру старинных городов, познакомится с обычаями и укладом жизни пигмеев, нилотов и бушменов, узнает о многих тайных ритуалах, какие редко кому из европейцев удавалось увидеть. Быт далеких предков соседствует с современной жизнью.

Популярные книги в жанре Публицистика

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

Сталин — первое имя России. Это выявил государственный телеканал, предложив миллионам зрителей назвать самое почитаемое лицо русской истории. Ошеломляющий результат. Сталина шельмовала всемогущая пропаганда, начиная с хрущевского ХХ съезда, а ему в народе посвящались поэмы. На могилу Сталина пятьдесят лет валили падаль, мусор и гадость, а могила прорастала розами. На Сталина после разгрома СССР набрасывались легионы демонов, вгрызался Сванидзе, впивался "Мемориал", а ему ставили памятники, чеканили ордена. Уже почти не осталось воинов-сталинистов, которые брали штурмом европейские столицы, кровенили свежими ранами стены рейхстага, а их Победу попрали изменники Горбачев и Ельцин, всадив топор в спину "красной" страны. Почти не осталось великих конструкторов и оружейников, градостроителей и космистов, с именем Сталина созидавших гигантские заводы, строивших города, запускавших ракеты на Луну и на Марс, — творцов несметных народных богатств, украденных горсткой мерзавцев. Первая волна сталинистов ушла с земли, но чудесным образом явились молодые поколения, для которых Сталин остается вождем, и перед этим бессильна слизь либерального телевидения, льющего помои уже не на могилу Генералиссимуса, а прямо в человеческую душу, стремясь превратить её в бесчувственную липкую муть.

В современном мире все социальные и политические системы проистекают из феномена Орды. Запад, вследствие прямой оккупации и системного подавления, вернее практически полного уничтожения собственных элит приобрёл понятие надвластного, надсовестного и наднравственного Права. Главенство мёртвого Закона стало основой жизни Западного общества. Закон можно изменить, но только вперёд. Обратной силы он не имеет. В Западном Проекте это обусловило доминирование мошенничества, лжи, фальши. Запад не понимает и не может понять справедливость вне Закона, вне уложений Права. Сила может изменить Закон, но не может изменить его последствий. Восток, после власти Орды, получил иероглифическое единство. Основное население Поднебесной империи начало думать не через понятия и категории социума, а через силлогизмы своеобразной письменности, только в ней ища и находя ответы на вопросы бытия. Россия, после Орды получила исключительный примат центральной власти, не ограниченной ничем, кроме внутреннего восприятия справедливости и целесообразности владыки. Исторически, власть от Орды представлял исключительно верховный правитель – великий князь, хан, царь, безо всяких промежуточных звеньев, без распределения, во всей полноте. Вниз власть спускалась чисто волюнтаристски, по произволу сначала хана, князя, потом царя, императора, генсека. После ослабления и ухода Орды с реальной политической сцены, власть вынуждена искать поддержки внутри русского общества.

Мир всегда существовал в пределах необходимости. Самостоятельно человечество редко предпринимало даже минимальные усилия к развитию. Человек довольно легко привыкает к ничегонеделанию и только острая необходимость заставляет его совершать некие шаги к развитию собственному и мира вокруг. Народы в различных странах и регионах мира существовали, придерживаясь разных установок социального устройства и принципов общежития. Восточные народы руководствовались установками на традиции и естественный порядок в природе и социуме. Запад предлагал главенство раз и навсегда установленного Права. Права, которое выше законов природы, а вернее подменяет их. Славянское мироощущение выдвигало примат общечеловеческой справедливости, примат совести. Так же распределялась власть и собственность. На Востоке, путём традиций и обычаев, на Западе, через установленное Право, в славянском мире, а затем и в Русском мире, через ощущение справедливости и правды. Попытки внедрения как восточной, так и западной модели, в России и в странах со схожим мироощущением приводили к революционному взрыву, бунту, черному переделу власти, страны, собственности. Власть в Русском социальном пространстве должна была основываться исключительно на понятиях справедливости, в противном случае она всегда становилась нелегитимной и неустойчивой. Да, эта власть иногда поддерживалась в течение столетий. Но это была власть узурпированная, власть на насилии, власть поддерживаемая искусственно, через прямое порабощение. Эффективность такой власти всегда крайне низка. В этом причины странного, на первый взгляд, развития России. Оно проходит скачками, в догоняющем ключе. Страна стремительно догоняет и перегоняет Запад при наличия ощущения справедливости происходящий перемен, и погружается в спячку, апатию, при уверенности в несправедливости происходящего.

С начала формирования советского общества до его окончательного разрушения можно наблюдать несколько социально-экономических феноменов. Сам Советский Союз появился, как реакция русского общества на капиталистические реформы царизма. Общинный характер земледелия, торговли и даже мелкой и средней промышленности в России не нуждался в либеральной рыночной экономике. Она была для него разрушительна. Даже крупные промышленные предприятия прекрасно обходились без открытых псевдоконкурентных рынков. В них нуждались только немногие банки, ориентированные на экспортно-импортные операции и, естественно, дискриминируемые в стране евреи. Все другие народности обладали собственностью, возможностью традиционных отношений и связей. Не случаен тот факт, что подавляющее большинство высшего и среднего руководящего состава большевиков являлись евреями или полукровками. В этом они в корне отличались от меньшевистский фракции социал-демократической партии. Уже после февральской буржуазной революции большевики взяли курс на пролетарскую революцию. Под руководством Троцкого, Зиновьева, Каменева, Рыкова и других, состоялся перехват, вернее передача власти. Большое личное участие в этом принимал Керенский. Ленин не имел сколь ни будь значительного влияния на партию, представляя собой больше теоретическую мысль, приспосабливая марксизм к русской почве. Впрочем судя по всему он вполне разделял ненависть Маркса к России и русскому народу. Перед новоявленной коммунистической партией стояла задача не создания нового государства и общества. Это считалось невозможным в принципе, полнейшей утопией. Ставилась задача уничтожения страны, как явления, фрагментирования её, с последующем поглощением другими субъектами международного права и экономики. Эта задача была мила сердцам очень многих недругам нашей страны. В этом благом деле большевиков поддерживали и сформировавшийся международный капитал и кайзеровская Германия, и даже Антанта. Дело двигалось к полному истощению Германии и к концу Великой войны. А делится плодами победы не было никакого резона.

Научно-технический прогресс явился важным элементом и необходимым условием Западного Проекта. Без него невозможно себе представить осуществление тотального доминирования в мире, а следовательно, распространения, так называемого «свободного» рынка. Без подавляющего технического и организационного превосходства, Запад не смог бы распространять своё влияние дальше своей небольшой территории и собственного маленького населения. Предел роста и предел существования этого типа системы был бы достигнут к началу 19-го века, после чего, неизбежно последовал бы крах системы и отказ от ссудного процента. Это в лучшем случае. Скорее же, крах мог произойти сразу. Без научно-технической революции у ссудного процента не было шансов на существование. И наоборот, ссудный процент подстёгивал научно-технический прогресс, направляя его ко всё более расточительному, ко всё более экстенсивному использованию природных и людских ресурсов.

Все естественные или спонтанные общественные формации не планировали и не предполагали планировать будущее обществ, их развитие. Все общественные формации объявляли себя в виде конечного продукта. Все социальные структуры предполагали себя, как вечные и неизменные, а чаще всего, данными свыше, божественными. Эволюционные изменения вроде бы признавались, но только, как дела давно (или недавно) ушедших дней. Настоящее положение дел в социальной сфере принималось, если не идеальным, то, во всяком случае, конечным. Так небольшие доделки, навести глянец, и хорош! Все старались убедить всех, что к данному положению дел в социальной сфере привели естественный ход истории, что по другому и быть не может. Чаще всего действия социальных законов считались пережитком прошлых социальных устройств. Законы и уложения служили для преодоления «дикости», действительно естественных, социальных законов. Происходили постоянные сшибки здравого смысла с положениями и нормами морали, этики, а потом – законности и права. Несмотря на полную безнадёжность затеи, люди старались поддерживать и удерживать именно настоящее положение дел. Это касается не только власти. Всегда находилось масса людей, старавшихся удержать в современном им состоянии всё, до чего они только могли дотянуться.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Леонид Куликов

Детские стихи

БЕЛОЧКА-УМЕЛОЧКА

Под зеленою сосной

Вырос домик расписной,

И жила в нем белочка, ,

Белочка-умелочка.

Хорошо она жила:

Чай с орехами пила,

Вечером на лесенке

Распевала песенки.

Наша белка - мастерица:

Сшила кофточку лисице,

А зайчонку - тапочки

На четыре лапочки.

Медвежонку - распашонку

Всем бельчаткам - по перчаткам,

Николай Куликов

Космос зовет

Тяжело ступая, Риэл прошел мимо огромных красно-оранжевых статуй, изъеденных временем. Эти статуи изваяли предки Риэла, тысячелетия тому назад прилетевшие на Венеру. С тех пор и стоят они перед зданием Великого Совета, огромные, величественные, даже чуть пугающие. Правая аллегорически изображает Марс, левая - Солнце. Между ними ступени из такого же красного камня, ведущие к огромным черно-золотым воротам.

Николай КУЛИКОВ

Л Ю Д И

С

Ю Ж Н О Г О

К Р Е С Т А

- Как же мы будем с ними разговаривать? - спросила Белла. - С помощью вот этих штук, - ответил Валерка, прикрепив себе к виску черную коробочку. - Теперь я знаю все языки Вселенной. Обыкновенное кибернетическое устройство, между прочим, их изобретение. В этот момент автобус так тряхнуло, что Валерка вынужден был замолчать. - Ну, а что же будем мы делать? - снова спросила Белла. - Как что? Показывать планету. Автобус вторично тряхнуло. - Вот черт! Ну и дорога, - выругался Валерка, но автобус уже свернул на прямое шоссе. До кордона ехать пришлось очень медленно, в плотном потоке автомашин. У кордона туристов отсеяли, и только микроавтобус гордо поехал дальше. - Приехали, - сказал Валерка, вставая. - Где? - Вот, - Валерка показал на многоэтажное здание, сверкающее на солнце стеклом. - Вот здесь и живут пришельцы из иного мира. Один из пришельцев стоял на лестнице и с наслаждением втягивал в себя свежий степной воздух. - Привет, - коротко бросил ему Валерка. - Здравствуй, - ответил пришелец, отвешивая церемонный поклон Белле. - Это - Белла, а это - Ркеор, - сказал Валерка. Белла протянула руку Ркеору, а он вначале не понял жеста, отпрянул, потом что-то вспомнил и пожал крошечную ручку Беллы. - Вот этому человеку мы и будем показывать планету. - Сначала составим план, - сказала Белла. - План? Зачем нам нужен план? Положимся на волю случая, так будет интереснее, - сказал Валерка. Ркеор улыбнулся и посмотрел на них. - Итак, что же, план или случай? - спросил Валерка. - Давай случай, - ответил Ркеор. - Порядок, - обрадовался Валерка и вызывающе посмотрел на Беллу. Она молчала. - Подождите меня здесь. Я сейчас приду, - Ркеор быстро сбежал по ступенькам и скрылся в глубине здания. Валерка постучал пальцем по пластмассовым перилам, носком ботинка попробовал отколоть кусочек от гранитной ступени, а Ркеора все еще не было. Наконец он вышел, одетый в черный матовый костюм и черные блестящие ботинки. - Все понятно: мы собираемся странствовать по планете инкогнито. Так, конечно, мы лучше увидим жизнь. Но в таком виде можно идти и на прием к королеве Англии, - сказал Валерка Ркеору. - А что? - обеспокоенно спросил Ркеор. - Ничего. Можете садиться в микроавтобус, сэр. Автобус снова дернулся и покатился по шоссе. - Куда? - спросил Валерка. - В город. Белла шепотом сказала Валерке: - Я тебя не понимаю, как ты можешь так разговаривать с ним? Ведь он же не Витька из третьей лаборатории! - А что? Хотя он работает в своем звездолете не в третьей, а в одиннадцатой лаборатории, но, честное слово, это не меняет дела. - Боже мой! Ведь он же прилетел с другой планеты... - И ты думаешь, что ему до сих пор не осточертело торчать на дипломатических приемах и видеть натянутые, сжатые в маску лица? - Что такое "боже мой"? - вдруг спросил Ркеор. Белла покраснела: Ркеор все слышал. Валерка остался невозмутим: - "Боже мой" - это бессмысленное восклицание. Оно вошло в язык из религии. Ркеор снова повернулся к окну - приближался город. ...Ркеор постигал ступени развития земной архитектуры, а Белла, уткнувшись в стекло, разжигала в себе ненависть к Валерке. Она сильно обиделась на него. - Может быть, Валерик, мы прекратим лекцию и покажем Ркеору жизнь планеты? - Что ты понимаешь в архитектуре! - ответил Валерка. - А жизнь планеты? Ну, жизнь планеты яснее всего видна на вокзалах. В этот момент удар грома заложил Белле уши, сверкнула молния, и хлынул ливень. - Дождь, - сказал Валерка. - Город всего интереснее во время дождя, если конечно, ты сам останешься сух. Он остановил автобус и открыл дверцу сильно промокшим парням. - Старик! - сказал один из них, влезая в автобус. - До института Астрофизики подкинешь? - Пожалуйста, - Валерка радушно указал на пустые места. Астрофизики уселись на задних скамьях; вода текла с них, тоненькими струйками ползла по стенкам автобуса и собиралась на полу. - После такой бани мне снова придется красить автобус, - с сокрушением сказал Валерка. Один из астрофизиков постучал по стенке автобуса и ответил: - Достаточно нескольких миллионных грамма технеция и эта штука никогда не заржавеет. - Будет весело, если весь мировой запас технеция уйдет на автобусы, возразил Валерка. - В звездах спектрального класса содержится огромное количество технеция, - сказал Ркеор. - Ну, еще не доказано, - вспыхнул астрофизик, - эти данные - результат анализов, которые можно поставить под сомнение. - Под сомнение тут ставить нечего, - спокойно сказал второй астрофизик. Да, высокое содержание технеция согласуется и с теорией эволюции звезд. Хотя, может быть, ты ставишь под сомнение и ее? - А если? - Тогда как же ты объяснишь вспышки сверхновых звезд? - При этих словах Валерка круто повернулся к астрофизикам. Если бы кто-нибудь из них встретился с ним взглядом... Но этого не случилось. - Так как же все-таки ты объяснишь вспышки сверхновых? - продолжал астрофизик. - Например, что ты скажешь о сверхновой, что недавно вспыхнула в созвездии Южного Креста? - Координаты! Координаты звезды? - быстро спросил Ркеор. Астрофизик удивленно посмотрел на Ркеора, но ответил. И вдруг понял, что еще мгновение - и Валерка бросится на него. Лицо водителя было страшно. - Почему я не знал об этом? - голос Ркеора был очень тих. Тонкая кожа на его лице посерела. - Мы думали, чем позднее ты узнаешь, тем будет лучше. Хотели тебя подготовить, - ответил Валерка. Астрофизики смотрели на них, ничего не понимая. - Это Ркеор с Южного Креста, - объяснила Белла. - У меня нет родины... Кончился дождь и из-за тучи выглянуло желтое солнце. Оно было маленьким и круглым.

Куликов В.В., Гаврилов Д.А.

Универсальный Язык или ШАГ ЗА ГОРИЗОНТ

1. Наука и средневековая церковь. Право на истину

2. Новые тенденции или 'хорошо забытые' традиции

3. От революции в науке к эволюции духа

4. Универсальный язык-транслятор диал

5. Информационное Общество

6. Встреча с Высшим Разумом

ПРИЛОЖЕНИЕ

К ВОПРОСУ О НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКЕ

1. Наука и средневековая церковь. Право на истину