Последняя сволочь

Лью Мартин, известный среди малышей Стонтон-Сити как «дядюшка Лью», сидел на стуле, закинув ногу на ногу, и мечтал о том благословенном часе, когда он сможет наконец уйти в отставку и отдохнуть. Всякий раз как Лью пытался подсчитать, сколько бесконечно долгих часов он провел на дежурстве, бродя по улицам города, или торчал столбом на перекрестке Белвер-стрит и Кеннеди-авеню, регулируя движение, у бедняги начинала кружиться голова и только крепкое словечко помогало не рехнуться окончательно. Лью Мартин звезд с неба не хватал, но был честным служакой и уже почти тридцать лет добросовестно выполнял порученную ему работу. Но сейчас, когда делать было решительно нечего, полицейский позволил себе погрузиться в мечты и вероятно уже в тысячный раз подумать над важной проблемой — стоит ли, получив отставку, обосноваться на родине жены, в Кентукки, неподалеку от Мэдисона, или же уехать на оставленную ему родителями ферму в окрестностях Роллы, в самом сердце Миссури. Впрочем, и сейчас Лью не смог прийти к окончательному решению, тем более что в управление с перекошенным лицом влетел Джордж Росли, владелец знаменитого в городе ресторана «Маисовый початок». Мартин давно знал старика Джорджа и очень любил его. Росли уже стукнуло семьдесят два года, однако он сохранил юношескую живость и стройность, а заодно и удивительно мощную глотку. Полицейский дружески приветствовал старого знакомого.

Другие книги автора Шарль Эксбрайя

Очередной сборник объединил в себе три детективных романа, обладающих всеми достоинствами этого жанра. Как всегда: острый сюжет, мастерски закрученная интрига, циничная изощренность преступников и высокий профессионализм детективов.

Знакомство со сборником доставит много волнующих, приятных минут читателю.

В настоящий сборник вошли два шпионских романа: «В тенетах смерти» Алена Пажа и «Да здравствует Че Гевара» из знаменитой серии «С. А. С.» популярного во Франции и в мире Жерара де Виллье, а также ироничное криминальное произведение Шарля Эксбрая «Мы еще увидимся, детка...».

Сегодня нас ждет очень интересная встреча. Знакомьтесь — Иможен Мак-Картери, Рыжеволосое Недоразумение, как зовут ее сотрудники. Однако необузданность нрава не мешает ей стать удачливым детективом.

Медсестра склонилась над бледной молодой женщиной, освежила ей лицо ватным тампоном, смоченным в лавандовой воде, и объявила, что у нее родился чудный мальчуган. Когда Мод Бессетт услышала эти слова, радость переполнила ее настолько, что серое ливерпульское небо, проглядывавшее сквозь окно Уолтонской больницы, показалось ей голубым. Такое с ней случилось первый раз в жизни. До нее долетел крик ребенка, которого обмывали, и она улыбнулась, твердо зная, что еще ни один маленький англичанин не кричал так красиво и что, дав жизнь сыну, она совершила единственный в истории Объединенного королевства такого рода подвиг. Мод Бессетт протянула руки, и в них вложили что-то красное, дергающееся и захлебывающееся от яростного крика, в котором молодая мать с радостью признала восьмое чудо света.

Жан смотрел на Элен. Он был не в силах оторвать взгляд от ее лица, которое смерть сделала вдруг чужим. Он уже не узнавал ни линии носа, ни пугающие тени щек, ни глаза, пустые зрачки которых смотрели в потолок… Ничто не напоминало прежнюю Элен.

Жан снял трубку телефона. Телефонистка долго не отвечала. Было около двух часов ночи. Он назвал номер, его быстро соединили, тем не менее пришлось переждать несколько длинных гудков, пока в трубке не послышался сонный и раздраженный голос:

Иможен Мак-Картри

Арчибальд Мак-Клостоу — сержант, начальник полиции Каллендера

Сэмюель Тайлер — констебль

Эндрю Копланд — суперинтендант полиции графства Перт

Кейт Мак-Дугал — директор колледжа Пембертон

Мойра — его жена

Оуэн Риз — преподаватель английского языка

Морин Мак-Фаддн — преподаватель французского языка

Элспет Уайтлоу — преподаватель физики и химии

Гордон Бакстер — преподаватель физкультуры

...Пять старых женщин расстались поздно ночью. Выходя на улицу, они тихонько смеялись и подталкивали друг друга, как школьницы, убежавшие с уроков. Игра, которую предложила Базилия, внесет волнующие переживания в их унылое существование. А то, что они сделают все сами, а мужья ничего не будут знать, давало им возможность взять реванш за вечную супружескую покорность. А то, что в конце последует смерть людей, совершенно не трогало их. Они уже давно жили на грани жизни и смерти, и их не пугала ни жизнь, ни смерть...

Шарль Эксбрая наряду с Ж. Сименоном, С.-А. Стееманом и Л. Тома является крупнейшим мастером детектива во французской литературе XX века. Опубликовав более сотни романов, он добился общеевропейской, а к началу 70-х годов и всемирной популярности. Прозу Эксбрая отличают мастерски выстроенный сюжет, в основе которого обычно лежит кошмарное преступление, неожиданные повороты событий, зловещая атмосфера тайны, раскрывающейся лишь на последних страницах. Книги Эксбрая написаны прекрасным прозрачным языком, с истинно французским вкусом и юмором.

Популярные книги в жанре Криминальный детектив

Энциклопедия преступлений и катастроф открывается томом «Ограбления и кражи». Читателю будет интересно познакомиться с информацией, не представленной ни в каких других аналогичных антологиях.

Данный том знцикопедии посвящен таким проявлениям преступного мира, как бандитизм, ограбления и воровство.

Вниманию читателя представлен разнообразный материал: от биографий знаменитых гангстеров и описаний сенсационных ограблений до случаев воровства, существовавшего на разных уровнях (от государственного до бытового). Особый интерес вызовут страницы, отсутствующие во всех зарубежных антологиях.

Частный детектив и дамский любимец Дэнни Бойд берется раскрывать самые запутанные криминальные дела. Он всегда готов рискнуть своей репутацией, а то и жизнью, а потому виртуозно выбирается из самых опасных ситуаций.

Великолепный Рик Холман, детектив и не чуждающийся женских чар плейбой, вновь распутывает паутину интриг, попадая при этом в серьезные переделки. То он расследует загадочное исчезновение дочери голливудского киноактера, то выслеживает сбежавшего мужа кинозвезды и при этом сам попадает под подозрение в убийстве, то вникает в непростые отношения рок-певицы с автором ее песен и раскрывает убийство поставщика наркотиков, в котором она оказалась замешанной.

Содержание:

Все дело в пакете

Роковой котенок

Куда исчезла Чарити?

Катание с американских горок

В сборник включены две повести, написанные в жанре психологического детектива.

В авантюрно-психологической повести Романа Романцева противостояние следователя и преступника обусловлено не только их социальными ролями, но и типами личности, воплощенными в них. К тому же между ними, как и требуют каноны жанра, — женщина. Повествовательная тактика, избранная автором, позволяет читателю отождествлять себя последовательно с каждым из героев повести — и, таким образом, быть может, ясней обозначить формы и формулы нравственных законов жизни.

В повести Владимира Кондратьева трагическое происшествие как бы лишено мотивов, оно словно лишь осуществляет волю судьбы. Смерть, как возмездие, завершает расщепленное, лишенное внутреннего стимула существование одного из героев. Тайна оказывается раскрыта благодаря мощному интуитивному усилию сыщика, его проникновению в психологические обстоятельства совершившегося.

Старик жил в уединенной хижине и часто наблюдал за живописным озером. Однажды он увидел, как мужчина сбросил в воду маленькую девочку…

Тоору Миёси пришел в литературу из газеты «Йомиури», где он долгое время проработал журналистом-международником. Роман «По законам железных людей», опубликованный в 1988 году, наследует лучшие традиции социального направления в японском детективе.

Электронные часы с четырьмя меняющимися цифрами вместо двух движущихся стрелок показывали шестнадцать пятнадцать. Я не сомневался в том, что дело обстоит именно так, потому что это устройство, несмотря на необычную форму (к которой за двенадцать лет можно было бы уже как-то привыкнуть), показывало время не хуже, чем любые другие нормальные часы.

Разумеется, это мелочь, и я не упомянул бы о ней, если бы она не была еще одним следствием минувшей войны. До войны в Америке часы всегда нумеровали до двенадцати, добавляя лишь две буковки: «д. п.» и «п. п.», означавшие «до полудня» и «после полудня» соответственно. Естественно, когда приходится сражаться в разных уголках света, от побережья Нормандии до Окинавы, на земле, в воздухе, на воде и под водой, время следует как-то упорядочить, нормировать. В результате все достаточно быстро привыкли отсчитывать часы и минуты от 00.01 до 23.59. Может, это и вправду лучше?

Что происходит с нами? Какова цель нашей жизни? Интернет, вот кто забирает наше время. Попадая в его сети, ты обречен, он правит тобой. Что это, черт возьми?!Трудно поверить, но большую часть жизни мы стали проводить в соц. сети, неважно какая она, будь познавательной или развлекательной, но мы в сети каждый день, каждую минуты, тратим бессмысленно свое драгоценное время на чужие комментарии и репосты. Люди выкладывают свое фото, описывают себя, свой характер, настроение, удачи и не удачи. Люди сошли с ума? Они не понимают что это никому не нужно. Глядя на чужое фото, где знакомый твой наслаждается жизнью, где — то на берегу теплого моря, человек скорее завидует ему, чем радуется за него. Люди становятся завистливыми, угнетая себя, называя себя неудачниками...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

— Ma que![1] Вы слишком торопитесь, Алессандро! Повторяю вам: прежде чем добавлять бульон, подождите, пока вино испарится, иначе вместо «оссо буко»[2] у вас получится гнусная бурда, недостойная нёба Тарчинини! Просто невероятно, до чего у вас, пьемонтцев, упрямые головы!

— Может, это оттого, что нам, пьемонтцам, живется куда тяжелее, чем обитателям Вероны, а потому у нас гораздо меньше времени на кухонные изыски? Или, возможно, туринцы просто глупее веронцев?

Мне нравится Куршвель. Там, наверху, возникает ощущение, будто я больше не принадлежу к тому миру людей, где обычно вынужден вести довольно странный образ жизни. Под предлогом служения отчизне мне пришлось совершить немало поступков, хоть и необходимых, но такого свойства, что гордиться особенно нечем, во всяком случае, когда, как говаривали во времена монархии, я возвращаюсь к «партикулярной» жизни. Единственным оправданием того, что к тридцати четырем годам я успел прикончить полдюжины ближних, может служить лишь их собственное откровенное стремление отправить меня туда, где оказались сами. Причина проста — последние восемь лет я работаю в секретных службах, а при таком ремесле не рекомендуется ни воротить нос от грязи, ни щепетильничать.

Они шли, взявшись за руки и не говоря ни слова. Майское солнце играло на покрытых барашками пены волнах моря, и, казалось, сам воздух источает сияние. Молодому человеку исполнилось двадцать два года, девушке — семнадцать. В таком возрасте всегда воображаешь, будто жизнь готовит тебе одни несравненные радости. Они любили друг друга с тех пор как себя помнили, и уже тогда не сомневались, что у него не будет иной жены, а у нее — супруга.

Молодой человек только что вернулся из армии, девушка — закончила школу. Впрочем, на уроках она в основном писала письма возлюбленному, хотя пылкие чувства облекались не в самую блестящую форму. Но только дураки считают, будто орфография имеет какое бы то ни было отношение к любви. Медленным шагом они гуляли по Фаро, и сад казался им настоящим преддверием рая. Девушка смотрела на парня с восхищением, он на нее — с нежностью, и оба думали, что впереди у них целая вечность. Проходившая мимо старуха с улыбкой посмотрела на влюбленных. Они чуть снисходительно улыбнулись в ответ, не понимая, как это можно постареть.

Каждый день, покидая уютную квартирку на Маргарет-террас, в Челси, Рут Трексмор на мгновение замирала на пороге и окидывала ее кокетливое убранство горделивым взглядом — всего этого она добилась собственным трудом и величайшим рвением. Потом Рут садилась в автобус и с чистой совестью ехала на Оксфорд-стрит в контору фирмы Вулвертон, где заведовала персоналом.

В то утро, как, впрочем, уже довольно давно, едва открыв дверь кабинета, мисс Трексмор посмотрела на вазу из доултонского фарфора — там опять стояли цветы. Этот ежеутренний знак внимания и удивлял, и слегка раздражал Рут, ибо, несмотря на все расспросы служащих конторы, ей так и не удалось выяснить, кто с таким трогательным упорством украшает ее кабинет.