Последний штрих

Евгений Лотош

Последний штрих

- ...признан виновным в сговоре с предателем, а потому подлежащим смерти.

Все. Дальше тянуть некуда. Будем считать, что монета выпала орлом. Сильный толчок - и створки могучих деревянных дверей, провернувшись на смазанных петлях, распахиваются настежь, с грохотом врезаясь в каменную стену. Воевода осекается на полуслове, замирает с открытым ртом. В направленном на вход в зал взгляде - кипящая ярость и желание убивать.

Другие книги автора Евгений Валерьевич Лотош

Солнце пекло лицо и плечи. Сержант Родонец снял фуражку и вытер лоб рукавом форменного кителя, чтобы хоть как-то избавиться от заливающего глаза пота. Жесткая ткань облегчения не принесла: пот она впитывала плохо, зато кожу терзала не хуже наждака. Ободранный лоб уже давно немилосердно саднил — а до конца дежурства оставалось еще шесть часов. Да какое там конец — смена только-только началась!

Сержант водрузил фуражку обратно на взмокшую макушку и уныло поплелся в обход пыльной привокзальной площади. Хотя в соответствии с календарем шла лишь первая декада официального лета, жарища уже стояла такая, какая не каждый год случается даже в разгар сезона. Хотя сердце подсказывало, что стоило бы перебирать форменными ботинками пошустрее, чтобы вернуться в хоть плохонькую, но тень вокзала, ноги отказывались шевелиться. Валька, сволочь, сидит сейчас в зале ожидания под вентилятором и тянет воду из бутылки, конфискованной в одном из коммерческих киосков. И скалится, небось — он умный, надрал напарника в «орел-решку»! Вот явится капитан с инспекцией — засадит всем по самые гланды за нарушение порядка патрулирования… Родонец вытащил из бокового кармана собственную полупустую пластиковую бутылку и глотнул отвратительно теплой воды, тщательно прополоскав рот. Гадость. Ну, по крайней мере, он ее честно купил, а не реквизировал у торгашей по праву удостоверения.

Бывает, что истории суждено повторяться отнюдь не в виде фарса…

Огромное грозное некогда государство Народной Справедливости переживает не лучшие времена. Экономика Ростании рушится под неподъемной тяжестью ВПК, неэффективное сельское хозяйство не в состоянии справиться с нарастающим дефицитом продовольствия, наркотики расползаются по улицам, проникая в респектабельные доселе семьи, а государство бессильно остановить всплеск воровства и бандитизма. Но пропагандистская государственная машина не сбавляет оборотов, не допуская самой мысли даже о незначительной смене курса.

Государство обречено. Глиняные ноги колосса давно должны были развалиться под тяжестью торса. И лишь благодаря Хранителям, веками тайно оберегавшим человечество, печальный исход на время откладывается. Но их мало, и они устали от безвестности, устали спасать мир, не получая за то никакой благодарности. Их Совет узурпирует все больше власти, организация разлагается изнутри, и иссякший приток свежих кадров лишь усугубляет дело.

И что остается кукловоду, отчаянно дергающему за ускользающие из рук ниточки? Все, чего он пытался достичь, гниет и распадается, а ответы на главные вопросы так и не найдены. Да и существуют ли они, эти ответы? Сейчас уже неважно. Главное – понять, можно ли снова, в самый последний раз, спасти этот мир…

В этом мире больше нет Хранителей. Но его проблемы не исчезли вместе с таинственной организацией. Молодой и неопытный Народный Председатель отчаянно пытается бороться одновременно и с нарастающим кризисом в экономике, и с откровенным саботажем старой бюрократической гвардии. И, кажется, борьбу эту он проигрывает по всем фронтам. Его последний шанс – секретный план, который в тайне от всех разработала и запустила его канцелярия. Но на его реализацию требуется время. То самое время, которого ему отчаянно не хватает.

Но и это – лишь часть его проблем. Странные сны преследуют его ночами. Чужой мир, похожий и непохожий на его собственный, властно предъявляет на него права. Странно искаженная история его собственного мира развертывается перед его глазами. Но не было в его мире ни Российской империи, ни города по имени Москва, ни Охранного отделения, и невиданные устройства – самолеты – рассекают там воздух, и бурная осень 1905 года накатывает на страну подобно шторму…

Сон? Сумасшествие? Реальность? Неизвестно. И остается только барахтаться в окружающем молоке в надежде когда-нибудь сбить из него масло и выкарабкаться из проклятой ловушки. Две огромные империи трещат по всем швам, разваливаясь на части, и судьбы обеих во многом зависят от того, чего именно сумеет добиться один-единственный человек.

Тройное кольцо генераторов метрики, окружившее систему, синхронно следовало за звездой в ее бесконечном полете сквозь мертвую космическую пустыню. В ожидании команды, которая все не поступала, фантомные механизмы Демиургов бесстрастно следили за бесформенным комком красного сияния, прилепившимся почти к самому северному полюсу солнца Паллы. Сенсорные массивы бесстрастно регистрировали малейшие колебания интенсивности и спектра излучений Красной Звезды, и длинная цепочка зондов тянулась за планетарной системой, обозначая бесконечную, медленно рассасывающуюся червоточину измененного пространства. Фантомы ждали, готовые выполнить заранее запрограммированную последовательность команд.

Нескольким… хм… героям в очередной раз выпадает честь победить бессмертного тирана. Хотят ли они это делать? А кому это интересно? Игра гонит их вперед - разрушая города, в которых они задержались, натравливая бандитов и враженских ищеек, уничтожая тех, кто протянул им руку помощи. Избежать этого давления можно только одним способом - бесславно погибнув. Много ли шансов у слепых щенят выжить на поле жестокой брани, под копытами боевых коней, в пожарищах захваченных городов? Ни одного… если только не найдется человек, способный открыть им глаза. Да полноте - человек ли? Таинственный Серый Князь - отнюдь не порождение привычного мира.

Игра дарует пешкам Тактика туз в рукаве - способность уничтожить Стратега в рукопашной битве. Но чтобы разыграть эту карту, Отряд должен пробиться вплотную к своей цели. К предводителю огромных армий и непобедимых флотов? Повелителю империи, окруженному непобедимыми телохранителями? Нечеловеческой сущности, владеющей силами, недоступными даже пониманию простого смертного? Ха! Справиться с Демиургом, за плечами которого десятки Игр и сотни миллионов лет опыта бывшего человечества, невозможно. У микроскопического Отряда есть лишь малый шанс проскользнуть через все заслоны, но и он призрачен: напропалую жульничающий Игрок уже сдал им крапленую колоду.

Некоторые чудеса не могут случиться даже в мире, где царит магия. Отряд обречен на поражение. Но Игрок не подозревает, что у нынешней Игры - двойное дно. И, быть может, нынешним поколениям обитателей планеты все-таки суждено пережить Пробуждение Звезд…

Детство, даже самое теплое и безмятежное, когда-то заканчивается. И рано или поздно птенцам приходит время выпархивать из гнезда в окружающий мир. Твоя семья никуда не исчезла, и тебе всегда есть где найти сочувствие и опору, но этот мир холоден и равнодушен. И никто, кроме тебя самого, не сможет проложить тебе дорогу в жизни.

Синдоо, чудо-ребенок, небесное детя, она привыкла к уединению своей комнаты и тихой безвестности задних рядов университетских аудиторий. Чудовищный демон, божественный дар и божественное проклятье, скован у нее внутри могучими цепями и не ведает свободы. Лишь самые близкие знают о сжигающем чувстве старой вины, грызущем ее душу, и лишь самые близкие догадываются, на что на самом деле способна невысокая девушка с мальчишеской фигуркой, которой в ее двадцать лет не дашь и семнадцати.

Вечно скрывать свой дар от окружающих невозможно — он дан не для того, чтобы до скончания веков спать глубоко внутри. Но не стоит ожидать от нее чудес, совершаемых на ярко освещенной сцене под торжествующее пение фанфар. Ей еще только предстоит научиться пользоваться знаниями, аккуратно разложенными по полочкам в ее голове, и грязь и кровь хирургического отделения станут тем маслом, которому предстоит закалить гордый клинок ее дара. Могучие силы незримо присутствуют за ее спиной. Но помогают они только тем, кто помогает себе сам, и Избранная Дочь — не исключение. И когда смертельная опасность окутывает ее своей тенью, и когда другу в беде требуется помощь, она может надеяться только на себя.

Но она выстоит. Она не имеет права не выстоять. Ведь ей еще только предстоит начать обратный отсчет на шкале когда-то прерванных жизней…

02.30.1232. Бывшая игровая площадка игровая площадка №1150098-LXB-11206

Желтый карлик прокладывал путь сквозь бесконечное ледяное пространство космоса. Звезда оставалась полностью равнодушной и к увлекаемым силой ее притяжения массам вещества, и к странным энергетическим структурам, сопровождающим ее по собственной инициативе. Часть из них искажала саму плоть пространства, вызывая безумные флуктуации законов физики, а часть безмятежно купалась в волнах аномальности, пульсируя, разрастаясь и сокращаясь. Медленно рассасывающаяся червоточина измененного континуума отмечала путь звезды сквозь вакуум. Маяки следящих сенсорных массивов один за другим зажигались вдоль нее, словно фонари вдоль дороги, скрытой ночным мраком. Крупицы твердотельных и гигантские рои фантомных зондов Демиургов пронизывали зоны аномальности, перемещаясь по сложным траекториям вокруг самой звезды и зловещего красного комка холодной плазмы у ее северного полюса. И совсем рядом, на поверхности одного из каменных кусков, обозначаемого акустической вибрацией и символом "Палла", копошилась незаметная для Вселенной разумная биологическая жизнь, защищаемая лишь генераторами метрики внутри голубой луны Труффы и красной луны Инганно.

Четверть века спустя после Пробуждения Звезд мир Неожиданности на грани гибели. Изолирующий планетарную систему кокон лопнул, и континуум Большой Вселенной постепенно аннулирует локальные физические законы. Лишенный эфирных связок, Игровой Мир медленно рассыпается на части в буквальном смысле слова. Цунами опустошают острова и побережья. Пылевые бури, землетрясения и извержения вулканов гонят на север кочевые племена Сураграша. Истощенная земля не родит, северные княжества на грани голодомора, а Храм призывает верных на святой поход против язычников. Беспощадная война между Четырьми Княжествами и племенами Сураграша, должная истребить большую часть населения, вот-вот обрушится на Западный материк.

Даже могучие Демиурги бессильно развели руками. Они так и не нашли способа стабилизировать общество, лишившееся законов Игры и не получившее ничего взамен. Решение принято: миллионы обречены на гибель. Лишь немногим жителям Западного континента суждено выжить в надвигающемся урагане, чтобы с чистого листа приступить к написанию новой истории. И только один рискует встать перед бурей в надежде если не предотвратить ее, то хотя бы ослабить. Бывший Хранитель, бывший Серый Князь, бывший фаворит Первого Конструктора в одиночку идет против течения, и нельзя сказать, что некоторым Демиургам это нравится. Бывший Хранитель - но бывший ли?

Немногие верные сторонники и старые враги не в силах помочь ему преломить ход вещей. И никто не способен поддержать его в момент последнего искушения. Но его ученикам суждено продолжить начатое тем, кого впоследствии назовут Богом…

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Новый председатель колхоза «Светлый путь», что имеется в селе Медведка, сразу же ретиво принялся за искоренение пьянки. Перво-наперво были строго предупреждены самогонщики, а затем ликвидирован винный отдел в местном универсальном магазине. Пром- и продтовары размещались в просторной пятистенке, всем заведовала и торговала Нюся. Закрытие винного отдела она пережила тяжело. Несколько дней ходила с заплаканными глазами и скандалила в сельсовете, требуя снижения плана. Значимый тёмный привесок к товарообороту давали бутылки «бормотухи», разные портвейны и, конечно, водка. Жители Медведки забегали за хмельным больше по праздникам и по случаю приезда родни из дальних мест. Основными же потребителями считались буровики. Который год бурили они в тайге, километров за двадцать от деревни, и в любую погоду навещали Нюсю. Несколько раз даже, к восторгу деревенских ребятишек, прилетали на вертолёте. Товар всегда забирали оптом, сдачи не брали.

Как трудно молодому поколению понять привязанности старшего... А конфликт непонимания повторяется между каждыми новыми поколениями в новом своем витке. И не так важно, что непонятно новому поколению: езда в переполненных электричках на дачный огород или путешествие на глиссере в родной город…

«Восторг Калифорнии» пошел на посадку. На информационном табло загорелась соответствующая надпись, а потом в салоне появилась длинноногая стюардесса и на правильном до отвращения интерлинге поздравила «уважаемых пассажиров» с окончанием пути и прибытием на планету Зор.

Бесс проводил глазами стройную фигурку и вздохнул. Вздохнул просто так, на всякий случай, поскольку прекрасно знал, что стюардесса – всего-навсего оптический робот, и ее внешний вид полностью зависит от того, что хочет увидеть тот, кто на нее смотрит. Вполне вероятно, что кристаллическому кубу с Лингемы стюардесса представлялась идеально правильным параллелепипедом. Во всяком случае, Бесс готов был заложить месячную выпивку против стакана воды, что куб тоже вздохнул.

Вы помните, как это началось? Цуккербиллер поднялся на кафедру и поправил очки. Затем громко высморкался и вытащил из кармана узкого лоснящегося пиджака клочок бумажки.

– Современная наука наконец-то имеет возможность однозначно решить самый драматический вопрос, который мучает человечество с незапамятных времен. Каждый человек, вслух и втихомолку, про себя и в обществе друзей в силу своих умственных способностей каждый день и каждый час решает этот вопрос. Решает и терзается в бессилии его решить. Он решает его…

Из газет все знают, как погиб доктор Глориан. Накануне своего отъезда на охоту он чистил ружье, и оно случайно выстрелило. Говорят, что любое оружие хотя бы один раз стреляет помимо воли хозяина. Корреспонденты так и изображают гибель Глориана.

Я бы никогда не написал этот документ, если бы после того, как сенсация, вызванная смертью Глориана, утихла, вдруг в газетах не появилось заявление его адвоката, Виктора Бомпа, о том, что по просьбе жены и ближайших родственников покойного он не будет вести расследования обстоятельств гибели ученого. «Пусть люди сами решат, – писал Виктор Бомп, – было ли это самоубийство или несчастный случай».

Это началось в день возвращения Альберта из поездки по Европе. Он подъехал к вилле своего отца и расплачивался с шофером такси, как вдруг из-за изгороди вылетел огромный пестрый мяч и запрыгал по сырой асфальтовой дороге.

– Будьте добры, передайте мне мяч, – услышал он женский голос.

Он повернулся и увидел белокурую головку девушки. Она выглядывала из-за изгороди, на ее тоненькой стройной шее серебрилась нитка жемчуга.

– Здравствуйте. Кто вы такая? – спросил Альберт, протягивая ей мяч.

Сорен Алазян оказался невысоким, худощавым, очень подвижным армянином с небольшими усиками на тонком напряженном лице. Такой образ возник в глубине экрана. Алазян сказал что-то неслышное, заразительно засмеялся и исчез.

Гостев сунул в карман овальную пластинку с округлыми зубчиками — ключ от своей квартиры, который машинально крутил в руках, недовольно оглянулся на оператора — молодого парня с короткой, старящей его бородкой.

— Что случилось?

— Посмотри, что это?

Редактор всемирно известного еженедельника «Планеты» Уво Бенев, к которому было обращено восклицание, человек, по слухам, знавший все, что происходит в солнечной системе, заинтересованно повернулся к иллюминатору и целую минуту смотрел вниз. Под аэробусом текла река. То есть было полное впечатление настоящего потока, хотя какие могли быть реки среди лунных, пропастей, где для того, чтобы выжать стакан воды, нужно переработать тонну руды.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Евгений Лотош

Ужин при свечах

Огоньки свечей неярко подрагивали в неизвестно откуда тянущем сквознячке, еле ощутимом, но неприятно холодящем шею под левым ухом. Виктор дернул головой, пытаясь избавиться от неприятного ощущения. Елена может подумать, что он боится, мелькнуло в голове. Не стоит вводить девушку в заблуждение. Вряд ли она что-то решает, но все же... У нее такие красивые черные глаза, большие и влажные, как у лани. Интересно, почему лани? Почему не осьминога? У того глаза тоже большие и очень влажные. Влажнее не бывает... Надо же, он еще способен иронизировать!

Лотов Алексей Александрович

ВВЕДЕНИЕ В ФИЛОСОФИЮ КОМПЬЮТЕРНЫХ СУЩЕСТВ

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

ИЗЛОЖЕННЫЙ ЗДЕСЬ МАТЕРИАЛ, ВЕРОЯТНЕЕ ВСЕГО, ВСТУПИТ В КОНФЛИКТ С

ВАШИМ МИРОВОЗРЕНИЕМ. МИРОВОЗРЕНИЕ - САМАЯ КОНСЕРВАТИВНАЯ ЧАСТЬ

СОЗНАНИЯ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРАЯ ЛЕЖИТ БЛИЖЕ К ПОДСОЗНАНИЮ, ЧЕМ К

СОЗНАНИЮ. ПОДСОЗНАНИЕ ВСЕГДА ПЫТАЕТСЯ ВЫТЕСНИТЬ ИНФОРМАЦИЮ С

ОТРИЦАТЕЛЬНЫМИ ЭМОЦИЯМИ. ПОЭТОМУ ВАМ ОЧЕНЬ ЛЕГКО БУДЕТ ДОКАЗАТЬ

Изысканная, как алмаз, хрупкая, как тонкое стекло, Риба Фаррел существовала словно в унылом сером тумане, пока не встретила неутомимого искателя сокровищ Чанса Уокера. Откуда ему было знать, что в Долине Смерти его ждет самая драгоценная находка из всех, что удалось сделать за всю жизнь? Только он мог спасти эту грустную чувственную красоту, и только она могла научить его любить.

Трэвис Дэнверс, миллионер с лицом н телом античного бога и душой бесстрашного искателя приключений, был мужчиной, опасным для женщин. Но судьба посмеялась над ним – послала ему встречу с Кэт Кохран, имеющей все основания не доверять роду мужскому. И теперь Трэвис, впервые в жизни пылая подлинной страстью, снова и снова пытается любой ценой завоевать любовь и доверие Кэт и доказать, что может сделать ее счастливой, а сделать это будет непросто…