Последние метры

В этой книге повествуется о беспокойных буднях советских пограничников, об их верности воинскому долгу. Автор рассказывает о молодых воинах границы, которые несут службу по охране западных и южных рубежей нашей Родины. Художник И. В. Махов.  СОДЕРЖАНИЕ:  «Высота»  «Скажи слово сам»  «Жизнь вез пустоты»  «Урок не по учебнику»  «Мгновения границы»  «Последний шаг»  «Этюды с натуры»  «След, который оставишь»

Отрывок из произведения:

Вновь перечитывая очерки и рассказы Виктора Пшеничникова, собранные в этой книге, я невольно вспомнил, как мне довелось, в силу моих должностных обязанностей, подписывать ему первое редакционное задание для поездки на пограничную заставу.

Многое ли можно увидеть за двухнедельную командировку, тем более, если она первая, и каждый шаг на заставе таит в себе новизну открытия? Наверное, не очень.

Но Виктор Пшеничников сумел увидеть. Уже самый первый его очерк, который он написал, вернувшись с границы, заметно отличался от привычных стандартов, которые, к сожалению, нередко можно встретить среди материалов о пограничниках. Не игнорируя внешние приметы границы, Виктор Пшеничников увидел на пограничной заставе прежде всего человека - молодого человека нашего времени, выполняющего почетную обязанность гражданина Страны Советов, столь прекрасно запечатленную в нашем Основном Законе - Конституции СССР.

Другие книги автора Виктор Лукьянович Пшеничников

На I–IV страницах обложки рисунки Бориса ФЕДЮШКИНА к повести «ТРОПОЮ ДЖЕЙРАНА».

На II странице обложки рисунок Юрия МАКАРОВА к повести-гипотезе «ТАЙНА ЗАГАДОЧНЫХ ЗНАНИЙ».

На III странице обложки рисунок Геннадия ФИЛАТОВА к повести «ИНТРИГА».

Виктор ПШЕНИЧНИКОВ

ТРОПОЮ ДЖЕЙРАНА

Повесть

1

"...И три дня будешь идти, и три ночи, а все равно не пройдешь. Сорок несчастий, сорок бед встанут у тебя на пути, и ты покоришься, глупый человек. Тебя сомнут горы, засыплют камни, опрокинут в бездонную пропасть, и тело твое разорвет на части злобный зверь. А уцелеешь, не отступишься, все равно не минует тебя кара аллаха. Сгубит тебя, безумец, пустыня, убьет неутолимая жажда, и тогда выклюют твои очи грифы..."

На таможне в аэропорте была пресечена попытка ввезти в СССР тексты антисоветского, подстрекательского содержания.

Очередной сборник серии «Стрела» посвящен воинам-пограничникам. Велика протяженность нашей границы. В Заполярье и Кушке, в Бресте и на острове Ратманова зимой и летом, днем и ночью идут по дозорным тропам солдаты в зеленых фуражках. Самоотверженность, преданность своему народу — таковы основные черты этих молодых людей.

Третий сборник остросюжетных, приключенческих произведений, принадлежащих перу молодых писателей — членов Военно-патриотического литературного объединения «Отечество».

Книга для занимательного и увлекательного чтения, рассчитанная на широкую аудиторию любого возраста.

На I, IV стр. обложки и на стр. 2 и 17 рисунки Ю. Макарова к рассказу Виктора Пшеничникова «Черный бриллиант» и к рассказу Клиффорда Д. Саймака «Штуковина».

На II стр. обложки и на стр. 18, 103, 104 и 120 рисунки В. Лукьянца к повести Анатолия Ромова «При невыясненных обстоятельствах» и рассказу Андрея Дмитрука «Лесной царь».

На III стр. обложки и на стр. 121 рисунки Н. Гришина к рассказу Дж. Э. Джейвора «Счастливой охоты!».

Пшеничников Виктор Лукьянович из того поколения, чьи судьбы с юных лет опалила война. Он родился на Урале, воспитывался в детском доме. Окончил ремесленное училище и начал работать кузнецом на Магнитогорском металлургическом комбинате. Старшие его товарищи, наставники, трудились здесь еще в годы Великой Отечественной войны, когда гигант отечественной металлургии давал для фронта сотни тысяч снарядов… Эти люди и стали его учителями, привили гордость за звание рабочего человека, а сам их труд — тяжелый и благородный — побудил к творчеству.

Впервые писать он начал в армии, когда служил в Забайкалье, и героями этих рассказов стали солдаты, его сверстники.

После службы в Советской Армии В. Л. Пшеничников учился в Литературном институте им. А. М. Горького и одновременно работал в журнале «Пограничник». С этих же пор его судьба накрепко связана с границей. Первая его повесть о воинах в зеленых фуражках — «Там, где живут мужчины» — вышла в 1976 году в Библиотечке журнала «Пограничник» и была тепло встречена читателями, получила одобрение критики.

Рассказы В. Л. Пшеничникова публиковались в газетах «Литературная Россия», «Московская правда», журналах «Пограничник», «Советский воин», «Искатель» и других, выходили в издательствах «Советская Россия», «Известия», «Современник», «ДОСААФ», Военном издательстве, издавались за рубежом.

Он автор книг повестей и рассказов: «Последние метры», «Куда не идут поезда», «Восемь минут тревоги», «День, когда шел дождь» и других.

Рассказы о пограничной службе, которая требует от молодых воинов отваги, знаний, большого воинского умения.

Книга издана в связи с 40-летием Победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Популярные книги в жанре Советская классическая проза

Ашот Арзуманян — известный армянский прозаик автор ряда романов, повестей и очерков изданных на армянском и русском языках («Мальчик из Санаина», «Око Бюракана», «Тайна булата», «Адмирал», «Тайфун», «Чудесная эстафета» и др.). Все эти книги — о наших современниках, которые прокладывают новые пути в науке.

Героями книги «Арагац» являются видные деятели армянской культуры прошлого и настоящего, современные армянские ученые: астрофизики, физиологи, археологи, представители мира искусства: художники, архитекторы, музыканты, театральные деятели.

Утопию надо толковать расширительно: это не только общественный идеализм, это желание жить. Глубоко осознанное желание в отличие от желания биологического. Где кончается реализм, где начинается утопия - никто не знает и знать не должен. Мысль как таковая не дает для этого никаких оснований.

Без утопии не было бы и всего того, что мы называем идеями, идейностью и духовностью. Утопии различаются между собой не столько идеями - все они возникают, как правило, из идей высоких и высочайших, - сколько теми средствами, которые утопист принимает для достижения своих целей: насильственные эти средства или ненасильственные.

На террасе в этом доме, на косяке у двери были многие карандашные пометки, с инициалами против каждой пометки и датою; каждый раз (раньше, когда дом не был еще разрушен), когда ремонтировался дом, всегда отдавались распоряжения не закрашивать эти даты, — и до сих пор еще хранятся пометки: «К. М. 12 апр. 61 г.», «К. М. 29 апр. 62 г.» — каждые две буквы, хранящие за собою имя, с каждым годом шли вверх. Потом на двадцатипятилетие исчезали года и появлялись вновь в самом низу двери. Инициалы К. М. — Катюша Малинина, прабабка Катерина Ивановна, возросли высоко: высока была и стройна в молодости правительница дома Катерина Ивановна. И каждая первая в роде, так случалось, возникая через каждое двадцатипятилетие внизу двери, дорастала до Катерины Ивановны. И последние даты, «Н. К.11 апр. 924 г.» — достигли зарубок шестьдесят второго рода Катерины Ивановны, появившись у пола 7 мая (когда цвела уже, должно быть, сирень под террасой) тысяча девятьсот восьмого года. Н. К. Нонна Калитина, последняя в роде, даты ее и зарубины возрастали в годы —914, 917, 919, 920–924.

Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой революцией, а собственной жизнью, которые плакали и смеялись, радовались маленьким радостям жизни и огорчались мелким житейским неурядицам, жили и умирали.

Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой революцией, а собственной жизнью, которые плакали и смеялись, радовались маленьким радостям жизни и огорчались мелким житейским неурядицам, жили и умирали.

Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой революцией, а собственной жизнью, которые плакали и смеялись, радовались маленьким радостям жизни и огорчались мелким житейским неурядицам, жили и умирали.

Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой революцией, а собственной жизнью, которые плакали и смеялись, радовались маленьким радостям жизни и огорчались мелким житейским неурядицам, жили и умирали.

Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой революцией, а собственной жизнью, которые плакали и смеялись, радовались маленьким радостям жизни и огорчались мелким житейским неурядицам, жили и умирали.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Многие саги повествуют о Лемане Руссе, Владыке Зимы и Войны, самом грозном из примархов — сыновей Императора. На пике Великого крестового похода Космические Волки пытаются привести к Согласию мятежную планету Дулан. Разъяренный непокорностью тирана Дарата, Русс клянется лично казнить правителя, но Лев Эль’Джонсон, брат Лемана и повелитель Темных Ангелов, советует действовать более осмотрительно. Теперь войскам Дарата противостоят два легиона Астартес, но между союзниками растет напряжение, а соперничество Волка и Льва угрожает захлестнуть всех.

В сборник Юрия Сотника, вышедшего в серии «Новинки детской литературы» №№ 52–53 в 1951 году, вошли повесть «Про наши дела» и ранние рассказы писателя.

Огромный талант Владимира Сергеевича Бушина давно снискал себе тысячи поклонников и не только потому, что его обладатель известен своим великолепным литературным стилем, остротой и глубиной в изложении материала, точностью в мельчайших деталях, но и за его мужественную гражданскую позицию. Защита Отечества — так можно кратко обозначить главную цель жизни и творчества Бушина. Сын офицера, внук солдата — ветерана русско-японской войны, Владимир Бушин и сам защищал нашу Родину: с осени 1942 года — он на фронте, в составе 54-й армии прошел путь от Калуги до Кёнигсберга, а потом в Маньчжурии воевал с японцами. На фронте он вступил в коммунистическую партию и остался верен ей до сих пор. В своих работах В. С. Бушин последовательно защищает советское прошлое, презрительно относясь к антисоветчине. Он выступает с критикой таких российских политиков и общественных деятелей, как Н. Михалков, А. Яковлев, Е. Гайдар, Е. Евтушенко, Ф. Бурлацкий, А. Собчак, Г. Явлинский, Б. Ельцин, Д. Гранин, В. Солоухин, Л. Разгон, А. Солженицын, С. Говорухин, В. Шумейко, Э. Радзинский, В. Новодворская, Г. Бурбулис… В предлагаемой вниманию читателей книге собраны лучшие статьи В. С. Бушина за последние годы, которые по праву позволяют причислить его к классикам русской мысли.

Чарльз Буковски — выдающийся американский писатель и поэт, давно ставший культовой фигурой во всем мире; лучшим поэтом Америки называли его Том Уэйтс и Жан Жене. Буковски всегда имел бóльшую популярность в Европе, чем в США, и в одной Германии прижизненный тираж его книг перевалил в сумме за два миллиона. Тексты его, несмотря на порой шокирующий натурализм, полны лиричности, даже своеобразной сентиментальности, а образ рассказчика, алкаша и бабника, во многом автобиографичен (столь же автобиографичен поставленный по сценарию Буковски фильм Барбета Шрёдера «Пьянь» с Микки Рурком и Фэй Данауэй в главных ролях) и вызывает у российского читателя неизбежные ассоциации с другим знаменитым изгоем — Сергеем Довлатовым. В предлагаемой вашему вниманию книге собраны интервью с Буковски за тридцать лет — с начала 1960-х годов, когда он, еще почти не публикуясь, успел заработать славу «героя подполья», и до последних лет жизни, когда культовое признание наконец стало массовым. У каждого ведь свое определение поэзии и поэта. Я считаю поэтом Чарльза Буковски — и думаю, многие со мной согласятся. Том Уэйтс Он не стеснялся в выражениях — у него не было времени на метафоры. Боно (U2) Буковски — величайший из современных поэтов Америки. Жан-Поль Сартр