Последнее средство

Владимир Сухих

Последнее средство

Шаман был стар, очень стар. На глаз ему можно было дать лет девяносто. А может быть и все сто. Мелко тряся белой, как лунь головой, он тщательно осматривал больного. Перед тем, как начать простукивать грудную клетку, он даже заставил того раздеться.

- Сразу видно, старой школы мастер, - прошептал заворожено тощий длинный мужик в грязном балахоне, осторожно подвинувшись к очагу, где над огнем висел большой котел с кипящим варевом. Тени, подчиняясь движению пламени, причудливо метались по облезлым кирпичным стенам комнаты. На полках и полочках ближе к мутному оконцу стояли большие банки с заспиртованными змеями и лягушками, в банках поменьше плавали пиявки. Под потолком висели березовые веники, пучки сушеного зверобоя, подорожник. В темных углах возле коробок с какими-то кореньями бегали и пищали мыши. Целитель, чтобы лучше рассмотреть больного, дрожащими руками зажег возле него большую сальную свечу.

Другие книги автора Владимир Сухих

Фантастика — пожалуй, единственный жанр, интерес к которому неизменно силен во всем мире. Люди всегда пытались угадать будущее или просто мечтали — и в этом причина успеха фантастической литературы.

Представленные рассказы — именно русская фантастика. Многие авторы этого сборника — дебютанты, но все они — победители конкурса, организованного независимыми экспертами.

Владимир Сухих

Дедуктивный метод

Такого идиотского задания, я еще в жизни не получал. Вчера проторчал в этой забегаловке, и сегодня уже все утро. А здесь в Нью-Йорке сейчас сыро, холодно. Сегодня с ночи идет дождь, и я уж думал, что опять весь день псу под хвост. Но сегодня она пришла, черт ее подери. У нее наверное ломка началась без здешнего мерзкого кофе. Она обычно ходит сюда каждое утро. Сухая чопорная англичанка лет шестидесяти. Ей бы лет сорок скинуть, да и тогда я бы на нее не клюнул, хоть и блондинка. Сидит себе в отдельной кабинке, попивает свое пойло мелкими глотками и не ест ничего. В осанке чувствуется интеллектуальное превосходство над окружающими, - так сказал мой новый босс, молодой сын старого хозяина. Не могу с ним не согласиться, в данном случае. Это он загнал меня в Нью-Йоркский дождь из теплого Вегаса. Недавно он вернулся из университета, что-то там по космосу, и папаша старый босс, передал ему почти все дела. На покой захотел. И сейчас в казино новый хозяин. Между прочим, большой знаток и ценитель детективных романов. А я здесь мерзну. На практике.

Владимир Сухих

Братья меньшие

- Пил, пью, и буду пить! И никакая железяка мне не указ! - Здоровенный бородатый рокер, весь увешанный цепями поверх проклепанной кожаной куртки хватил кулачищем по нарам. От такого могучего проявления чувств, проснулась вся, задремавшая было, кутузка. Затем рокер могучей лапой сгреб своего собеседника за воротник, придвинул к себе и рявкнул ему прямо в лицо: - Запомни, придурок, ни ты мне не указ, ни паршивый автомат по продаже спиртного!

Владимир Сухих

Чудо природы

Дед Пахом слыл в деревне колдуном. Долгую он жизнь прожил. Много повидал, много знал. Лапти праздничные сплести, ось тележную починить - к нему шли. Мог и горшок дырявый запаять и травки особой заварить. Погоду хорошо предсказывал. Выйдет, бывало, весной на огород, разотрет горсть земли в ладонях, на небо посмотрит, на остатки снега и скажет, будет нынче весна теплой или нет. Надо уже высевать морковь на грядку или еще подождать. А будет ли лето дождливым, так вообще посреди зимы мог точно сказать.

Владимир Сухих

Моцарт и Сальери

Дмитрий Петрович Салерин заявился, как всегда, не вовремя. Сергей Васильевич Моцаров с досадой оторвался от толстой тетради, куда он с удовольствием начал записывать очередную, давно продуманную главу романа. Пухленький, лысоватый человечек, как опостылевший черт, с мороза вскочивший в не очень теплую комнату, окружающими считался, впрочем, самым большим другом Сергея Васильевича. Попытки разубедить всех в обратном, ввиду абсолютной безуспешности, Сергей Васильевич оставил уже лет двадцать назад, сразу после окончания литературного института. Пусть его. С самого детства Салерин, фигурально выражаясь, ездил на Моцарове. Во дворе, где они имели счастье проживать и общаться, маленький Дима постоянно что-то выменивал и выпрашивал у Сергея. В школе, естественно, регулярно списывал, а то и вовсе подсовывал черновичок, с просьбой накатать задачку-другую или хотя бы маленький-маленький планчик на маленькое-маленькое сочиненьице. Ведь не может же друг Сережа бросить в беде своего лучшего друга Диму, до литературных способностей которого никому нет дела. Что, впрочем, не помешало юному Дмитрию поступить вместе с Сергеем в литинститут. За сочинение на вступительном экзамене Дмитрий получил "отлично", а Сергей почему-то только "хорошо". Ну не мог Сергей отказать лучшему другу. А в институт поступил на следующий год, ничего страшного. И с девушкой своей по его просьбе познакомил, она потом Диму сама бросила, уехала с дочерью домой. В институте их и прозвали - Моцарт и Сальери.

Владимир Сухих

Я подарю тебе звезду

- Девушка, можно с вами познакомиться! Вы мне почему-то очень понравились. Вы красивая! - поравнялся со стремительно летящей по тротуару девушкой молодой парень.

- Я не знакомлюсь на улице, - на ходу смерила его взглядом девушка.

- Почему? - не отставал молодой человек.

- Потому, что на улице не бывает приличных людей! - не сбавляла темп девушка.

- А где они бывают? - продолжал свое наступление молодой человек.

Владимир Сухих

Экзамен

Проходите молодые люди, рассаживайтесь. Талончик за оплату экзамена у всех, надеюсь имеется, чтобы не усугублять: Прекрасно, прекрасно:Это у вас первый экзамен? Чудесно, чудесно: Поздравляю вас с началом весенней сессии! От сессии до сессии живут студенты весело! Что вы сказали? Совершенно с вами согласен: раньше было проще. Но с этим ничего не поделаешь! О времена, о нравы! Но господа студенты к делу, к делу! Давайте приступать! Как говорят в Америке: время - деньги! Что вы хотите, молодые люди? На задние парты пересесть? Да я понимаю, что там вы отвлекаться меньше будете. Разумеется можно. Только нужно будет талончик на пересадочку оплатить. Ну, как за что? Согласитесь, что потенциальная вероятность списывания студентом прямо пропорциональна удаленности от преподавателя! А я и не сказал, что вы собираетесь. Вы невнимательны, молодой человек! Вот вы весь семестр так и проболтались! Повторяю - потенциальная вероятность! А приверженность нашего общества правам человека не позволяет чинить необоснованные препятствия недоказанным намерениям! Поэтому специальным решением Ректора пересадка на экзамене разрешена. Вот ваш талончик, молодой человек. А вот ваш. И ваш. И вы девушка желаете, где поспокойнее? Сдачи у меня, к сожалению, нет. Ну и правильно. В вашем юном возрасте мелочиться ни к чему. Эта нехорошая привычка придет с годами.

Владимир Сухих

Первопечатник

Ослепительное июльское солнце стояло в зените. В белесом от зноя небе крутил петли и заливался трелями жаворонок. Одуревшие от жары кузнечики, что есть сил трещали и прыгали в зарослях густой высохшей травы на заливном лугу. На берегу озера стоял обтекаемый, ощетинившийся разнообразными антеннами и мягко поблескивающими фиолетовыми чешуйками солнечных батарей, выдвинувшихся из корпуса, электрический джип последней модели. Двери машины, для того чтобы не включать кондиционер в салоне, были настежь распахнуты. Так автопилот быстрее зарядит тяговые батареи бесплатной энергией. Накануне вся элита клубной тусовки, состоящая из двух парней и трех девушек, единогласно решила обкатать новый электромобиль в ближайший уикэнд на дальних озерах.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Василий Акимович проснулся, как от толчка. На пульте перед ним лукаво подмаргивал красный глазок. В наушниках стоял комариный писк сигнала бедствия, который, собственно говоря, и вывел его из состояния лёгкого забытья.

Василий Акимович мигом стряхнул дремоту и по видеофону доложил начальнику спасательной станции о полученных сигналах.

Северное полушарие Марса отличается, как известно, крайне неустойчивым, капризным климатом. Среди лета вдруг может пойти сухой град величиной с кулак или ливень, в минуту образующий бурные потоки, которые все смывают на своём пути. А о страшных песчаных бурях, снискавших дурную славу по всей Солнечной системе, и говорить нечего. В последние годы здесь велись большие инженерные работы. На побережье строился современный океанский порт, возводился новый космодром с антигравитационным поясом, закладывались многоэтажные ангары для орнитоптеров – основного вида транспорта на Марсе. Несмотря на то, что основная масса работ выполнялась кибернетическими роботами, людей на стройках также было немало. Ибо гигантские комплексы сооружений, целиком и полностью возводимые роботами без помощи людей, оставались пока что, к сожалению, достоянием фантастов.

Информация стекалась сюда со всех стволов, лав и штреков. Это был центр отсека или командной рубки, где располагался круглый пульт управления всем комплексом.

Не обычный, а сдвоенный термометр, серебристый столбик на левой шкале которого превысил цифру 19, показал: там, наверху, температура воздуха в тени равна двадцати градусам по Цельсию. Неплохо для апреля в умеренной полосе. Правая шкала показывала температуру внизу.

Здесь, внизу, понятия «день» и «ночь» были чисто условными. Пластиковые стены слабо светились холодным безжизненным огнем: фосфоресцировали листы, из которых манипуляторы сшивали рубку. Об этом, очевидно, знали люди из Центра, проверявшие перед отправкой сюда каждый рулон пластика, каждый прибор, каждый моток проволоки. Поэтому Большой Мозг решил оставить свечение, хотя для аппаратов, считывающих информацию с экранов при помощи инфралучей, освещение было ни к чему.

Света Баржин зажигать не стал. Отработанным движением повесив плащ на вешалку, он прошел в комнату и сел в кресло.

Закурил. Дым показался каким-то сладковатым, неприятным, — и то сказать, третья пачка за сегодня…

В квартире стояла тишина. Особая, электрическая: вот утробно заворчал на кухне холодильник, чуть слышно стрекотал в прихожей счетчик — современный эквивалент сверчка; замурлыкал свою песенку кондиционер… Было в этой тишине что-то чужое, тоскливое.

Научно-исследовательский корабль «Меркурий» вошел в систему Эпсилон Эридана.

— Координаты 423–688–321, — доложил штурман.

— Выключить автоматическое управление. Посадка на планете номер семь, — отдал распоряжение капитан Ларр.

Зелено-голубой диск на щите видеографа все увеличивался, пока наконец не заполнил весь экран.

Двигатели «Меркурия» взревели, корпус его начал мелко вибрировать, затем все стихло. Перегрузка, вызванная ускорением, ослабла; люди с облегчением почувствовали, что снова могут двигаться нормально.

Иван-младший научный сотрудник сектора изучения волшебств Кощеевых, разбирал архивы. Все он уже разобрал, только никак не мог найти конца самой древней сказки, в которой рассказывалось, почему царь Кощей бессмертным стал. Пришлось ему поэтому в прошлое отправиться-в царство Кощеево, прознать, как Кощей бессмертным стал, а вернувшись-сказку дописать.

1969 год. Главный герой, звоня в телефонной будке, обнаружил двухкопеечную монету, датированную 1996 годом. Главный герой начинает перебирать возможные варианты: фальшивка, заводской брак, чья-то дурацкая шутка или монета из будущего, случайно оставленная путешественником во времени…

Мир после ядерной войны. К власти в Америке пришла военщина, установившая тоталитарный строй. Ситуацию пытаются исправить пришельцы из будущего.

Дорис Пайк виновна в преднамеренном убийстве Фанни Флакс и приговаривается к лишению личности. Детектив подвергает сомнению приговор. Прежде всего, если убийца организовывает пожар, чтобы скрыть следы преступления, он не оставляет чуть ли не на самом видном месте пистолет, зарегистрированный на его имя. К тому же отсутствует мотив преступления. По всей квартире полно отпечатков — старых и новых, принадлежащих мисс Дорис Пайк. Ее пальчики — всюду. И ни одного отпечатка пальцев самой хозяйки. Нигде. Наконец, еще одно. В квартире царил культ Дорис Пайк. Афиши. Кристаллы записей. Кассеты фильмов. И — ни одной фотографии хозяйки дома. Никакого семейного альбома. Ничего.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Владимир Сухих

Сафари 2015

- Позвольте фрау Мюллер, я помогу вам достать ваши вещи! - солидный господин в сером клетчатом костюме с трудом вытянул чемодан с третьей полки плацкартного вагона.

Маленький походный будильник немки, от тряски подпрыгивающий на столике купе, показывал половину четвертого утра. Но это мало что значило, так как часовой пояс вечером определяли всей туристической группой из Ганновера почти наугад. Они уже успели познакомиться и узнать, что в нынешней группе почти все немцы и лишь случайно затесался один состоятельный бельгиец. Впрочем, он хорошо понимал по-немецки. За забрызганным грязью окном проплывали мутные предрассветные фонари какого-то города. Со скрежетом и шипением поезд начал сбавлять ход.

Владимир Сухих

Самый достойный среди...

...Война компроматов во время последних выборов еще раз показала, что во власть у нас стремятся пролезть люди, совершенно для этого не достойные...- бойко трещала по радио девчушка-корреспондент. Человек в белом халате выключил приемник и еще раз внимательно всмотрелся в экран компьютера, на котором высвечивались разноцветные кривые, разнообразные столбики, кружочки и таблицы, заполненные рядами чисел. Нервно засунув окурок в уже доверху наполненную пепельницу, он нерешительно взял телефонную трубку.

Владимир Сухих

Высшее образование

- Ну, как сходил? Как дела в нашем разлюбезном Деканате? Морда твоя, вижу, стала кислая, - лежащий на тощей студенческой кровати Ник Петров студент третьего курса Университета Прикладной Культуры, затянулся дорогой сигаретой и пустил мощную струю дыма в потолок: - Слухи подтвердились?

- Подтвердились. Ты был прав, - мрачно произнес вошедший - сосед Ника по комнате в общаге, расстегивая набитую бумагами и обучающими дискетами спортивную сумку: - Самый престижный факультет! Такое дерьмо подкинули! В Деканате полный список изменений вывесили. Жуть, что там творится. Толпа прет, весь коридор народом забит, пол Универа в трансе. А дипломники! Злющие, как цепные псы! У них вся учеба насмарку!

Сергей Сухинов

Возвращение к звездам

Акимов стоял в мемориальном зале станции и, опершись руками о прозрачный спектролит, смотрел на выпуклый диск Юпитера. Тысячи раз он видел это грандиознейшее в Солнечной системе зрелище, но так и не мог привыкнуть к стремительному, физически ощутимому вращению сплюснутого гиганта, к прихотливым узорам слоистых облаков, переливающихся всеми оттенками бурого, зеленого и грязно-белого цветов. Особенно интересно наблюдать, как на Юпитер сползает желтое пятнышко Амальтеи: в момент прикосновения к зеленоватому абрису планеты оно вдруг загорается ярким оранжевым светом и полупрозрачным пузырьком начинает скользить по темной полосе, на которой как на привязи держится глаз Большого Красного Пятна. Оно вот-вот должно было вынырнуть из-за спины гиганта, и Акимов ждал этого с болью в сердце.