Пони исчезают на Луну

Белоснежные каменные палаты были немы и пусты. Свет далёкой Земли нерешительно заглядывал в большие проёмы окон.

Лишь неспешный звонкий перестук подкованных копыт нарушал мёртвую тишину, но и он терялся-путался в огромном пустом пространстве, молчаливом и безразличном.

Найтмэр Мун медленно шла по бесконечному коридору, заканчивающемуся широкой лестницей, и думала. Спустя ровно триста лет после того, как был заложен первый камень постройки, Первый Лунный Дворец был наконец-то возведён до конца. Бескрайние пустынные залы, тонкие башни, паутины хитрых проходов и переходов — в каждый квадратный сантиметр чертога Найтмэр вложила всю свою душу и надежды, все свои радости, горести и переживания. По сути, Дворец являлся отражением своей хозяйки, именно о таком она мечтала всю жизнь. Правда, маленькая часть маленькой пони внутри неё считала замок слишком колоссальным и просторным (зачем им такой размах?), но на её мнение правительница плевать хотела.

Другие книги автора Аня Бутенко

Книга создана для себя и для друзей!

«…Богиня легко вскочила на подоконник и расправила крылья. Сейчас она думала лишь об одном — о своей цели. И о пункте назначения.

О Понивилле…»

Весёлый детский рассказ-фанфик на популярную тему «Сказочных Пони». Возможно, многим понравится, но полностью понятен будет только для истинных знатоков и любителей этого фантастического мира!

Родители ушли на работу? Самое время сделать то, чего они не разрешают! Но какую тайну может открыть маленькая аристократка Рэрити, оставшаяся одна дома на целую ночь?..

Ещё один весёлый детский рассказ-фанфик юного автора Ани Бутенко на популярную тему «Сказочных Пони». Возможно, многим понравится, но полностью понятен будет только для истинных знатоков и любителей этого фантастического мира!

Действие происходит в Понивилле.

После весёлого пробуждения и весёлого завтрака, Твайлайт Спаркл наконец-то встречает Коктэйл, но…

"...Найтмер Мун шла по утренней улице, полностью погружённая в свои мысли. Что это было? Гипноз, магия, или просто галлюцинация, мираж?.."

"...За эти три дня Найтмер ни разу ни на кого не накричала, не ударила, не попыталась затмить солнце хоть на чуточку, и, что самое пугающее и удивительное, она..."

Семьи, вроде Эпплов, небогаты — так чего же тут удивляться, что маленькая ЭпплДжек так обрадовалась простому альбому для рисования?..

Популярные книги в жанре Детская проза

Эта книга посвящена защитникам нашего Отечества — легендарным героям гражданской войны, бойцам Советской Армии и партизанам, громившим фашистских оккупантов, пограничникам, которые и днем и ночью стоят на страже наших рубежей.

Повесть и рассказы

Новеллы о ребятах современной Армении, о воспитании чувства товарищества, мужества.

Вышел я на улицу, сел на корабль и поплыл. Корабль у меня боевой, пиратский. А за поясом у меня пистолет заряженный. Вдруг вижу — с берега Танька-Рыжик рукой машет, кричит что-то. Платье у неё ярко-красное, издалека видно. Подплыл я ближе и спрашиваю:

— Чего тебе, Рыжик?

— Ты что делаешь? — спрашивает. И глаза свои кошачьи щурит.

— Не видно что ли, — отвечаю — на корабле пиратском плыву. Ищу необитаемый остров.

— А можно и мне поплавать?

Комод был такой огромный и пузатый, что никак не мог протиснуться в дверь. Дверь жалобно скрипела, просила о помощи. Но её заглушал женский голос, такой же скрипучий и тонкий, как дверной, только раз в десять сильнее. Испугавшись этих голосов, комод немного поджал живот и наконец всей своей громадой ввалился в коридор. «Уф!» Минутку постоял на всех четырёх пузатых ножках и двинулся дальше. За ним полез сундук. За сундуком шифоньер.

Комната была рада новым жильцам. Она приветливо распахнула обе створки своих дверей, чтобы комоду не пришлось опять поджимать живот. Вещи входили, пока ещё в беспорядке, останавливались посреди комнаты и оглядывались. Каждая выбирала себе место, где ей удобнее будет жить.

Веселая повесть о том, как ребята-шестиклассники выбирали вожака своей компании.

Какой школе приятно получить новичка вроде Женьки Перчихина? На родительском собрании одна мамаша прямо сказала: «Нельзя в классе держать такого негативиста». Ребята про это пронюхали, и пошло — Женька-Негативист. Слово понятное. Многие ребята увлекаются фото. Черное на негативе получается белым, а белое — черным. Хотите еще понятней? Женька не просто Женька, а Женька-Наоборот.

Дома у Жени и вовсе не гладко. Стоит ему полниться в квартире Перчихиных, вещи словно бросаются врассыпную, — так уверяет Надежда Андреевна, мама. Жени. Когда он, ее несносный сынок, ложится спать, тахта превращается в логово. Не в постель, а именно и логово, в берлогу дикого зверя. Одеяло дыбом. Кем жизнь дыбом!

В повести показан всего один месяц из жизни восьмого «Б» и чинной семьи Перчихиных. Всего один месяц! Но и за этот срок многое может случиться. Все-таки что же?

Надо прочесть повесть от первой до последней страницы — коротко не расскажешь…

В 1945 году в Париже автору этой книги довелось беседовать с выдающимся деятелем французского и международного рабочего движения Марселем Кашеном.

Вспоминая о героической борьбе французских патриотов в годы второй мировой войны, товарищ Кашен рассказал о самоотверженном поведении двух ребят — советского мальчика и французской девочки, бежавших из фашистской Германии и принявших активное участие в освобождении Парижа.

О необыкновенных приключениях двух Гаврошей и рассказывает эта повесть.

Рассказ Ганны Ожоговской «Как постелешь…» был опубликован в журнале «Костер» № 10 в 1964 году.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ВЛАДИМИР ПИЧЕТА

25-ЛЕТИЕ СОЗДАНИЯ БЕЛОРУССКОЙ ССР

История белорусского на­рода довольно своеобразна. Белорусский народ на протяжении всего своего исто­рического развития вплоть до Великой Октябрьской Социалистической револю­ции не имел своей собственной государственности. Он, как и народ украинский, входил в состав Киевского государства, находившегося под властью Литвы, за­тем Речи Посполитой и после ее упадка перешел под власть царского правитель­ства. Только Великая Октябрьская Социалистическая] Революция дала бело­русскому народу возможность создать свое государство и развить свою культуру, национальную по форме и социалистическую по содержанию.

Любое стихотворение Эдуарда Асадова – торжество смелых и благородных чувств, отстаивание высоких идеалов.

…Севастополь! В рассветном сияньи ночиЧто ответил бы я на вопрос такой?Я люблю его яростно, всей душой,Значит, быть беспристрастным мне трудно очень.Но, однако, сквозь мрак, что рассветом вспорот,Говорю я под яростный птичий звон:Для друзей, для сердец бескорыстных онСамый добрый и мирный на свете город!Но попробуй оскаль свои зубы враг —И забьются под ветром знамена славы!И опять будет все непременно так:Это снова и гнев, и стальной кулак,Это снова твердыня родной державы!Книга также выходила под названием «Дума о Севастополе (сборник)».

Это роман, все герои которого существовали на самом деле. Почти все его события документально зафиксированы. А сам роман состоит из слов, которые действительно были сказаны; из проповедей катаров, которые были произнесены на самом деле; из точных жестов их христианских ритуалов; из цитат допросов инквизиторов; из безжалостного и холодного рвения их приговоров. Роман, где рассказывается об ужасном конце окситанского катаризма в начале 14 столетия через призму живой страсти одной их последних верующих, Гильельмы Маури из Монтайю: молодой женщины, которая, не поколебавшись, пошла против течения, вся, полностью отдавшись своему религиозному и любовному выбору. И это течение унесло ее жизнь…

Теперь автор предлагает новую книгу, новый фрагмент мозаики. Новый пазл огромной фрески, грандиозной картины под названием «Зима катаризма», которую я попыталась нарисовать, передать ее в красках, во плоти, в контексте — через призму судьбы нескольких персонажей, живших в в первой трети XIV-го века, в те исторические времена, когда в Окситании под ударами Инквизиции погибла Церковь добрых людей.

Славному пастуху далеких перегонов скота через Пиренеи и беглецу из–за ереси, Пейре Маури, родом из Монтайю, в течение двадцати лет удавалось избегать Инквизиции. Меж вершин высокогорной Сердани и зимними пастбищами королевства Валенсия, он жил как свободный человек, исповедуя свою катарскую веру. Подлинная история, подлинный роман — в этой книге еще раз соединились незаурядные писательские качества и искренние чувства, обеспечившие успех Нераскаявшейся.

В Сынах Несчастья описана первая половина жизни Пейре Маури на фоне ужасной хроники уничтожения христианской Церкви.