Полуангелы

Первая вечерняя звезда зажглась над вечным городом, бросая свет на множество строений, устремившихся колоннами и шпилями вверх, в темнеющее небо. Одно из них выглядело гигантом среди остальных, стоя основанием далеко вниз, а вершиной почти касаясь облаков, позолоченных заходящим солнцем – такой громадой была Башня Пандилекса, выстроенная для повелителя этой земли. Каждый день длинная тонкая тень Башни медленно ползла через город, и горожане избегали её, стараться держаться освещённых солнцем мест. Это было связано с поверьем, что через эту тень Пандилекс узнаёт обо всём, что делается в городке. Неудивительно, что все относились к нему с благоговением и страхом.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Это просто сказка, сказка для взрослых. Завершение истории о Сергее и прекрасной принцессе, о мире, где Большое Зло хотело победить Добро. Завершение истории о доброте и справедливости, о человечности и жертве.

О людях, которые еще не открыли в себе Людей. О мире, в котором действительно может быть Мир. И о семье, которая действительно может стать Семьей…

Для одного человека – слишком сложный путь, и такой же сложный выбор… Что это было, сон или видение? Мечта или реальность? Разве подобное могло происходить в действительности? Королевства Подгорного Шеола и наступающий Рох, ужас преисподней и дружба настоящих друзей. И прекрасная принцесса, с невероятными глазами. Которые обещали ждать…

Повесть совсем не юмористическая. Философская, скорее.

«Начни с начала!» Вряд ли покойному Монро понравилось бы это заявление. Он любил неожиданность и предпочитал начинать с середины.

Мы были два последних монриста, и лоскутное знамя Великого Керка звучно хлопало над нашими головами. Подняты мосты и опущены чугунные решетки, закрывающие ворота нашего замка, а с плоской крыши донжона открывается невыразимо прекрасная равнина. По ее пыльным дорогам задумчиво едут христианские и сарацинские рыцари и прекрасная дама с единорогом, а вдали, там, где поднявшаяся на дыбы земля упирается в узенькую полоску неба, смутно виден парус. Печальный и беззащитный мир романтизма, мир картин Ганса Мемлинга, лежит перед нами, и мы, два последних его рыцаря, покидаем наш опустевший замок, чтобы сломить за него копья перед всеми людьми чужих миров.

Темные глаза юноши обшаривали окрестности. Такова жизнь — всегда в движении, всегда настороже. Он заметил шевеление слева, между двумя ветхими хижинами из дерева и глины. Ребенок. Играющий ребенок, благоразумно держится в тени.

Что-то справа — женщина в глубокой нише за окном. Окно дыра в стене: никто в этом районе Калимпорта не был настолько богат, чтобы застеклить окна. Женщина стояла, не шевелясь, наблюдая за ним, не догадываясь, что и он, в свою очередь, наблюдал за ней.

Что ответить, если вопрос задаст девушка ветра? А-а… Вам представляется картинка, где красуется некий Ветер, у которого есть девушка, вопрошающая пустоту, куда какими-то обстоятельствами занесло и вас. В мозгу сразу складывается десяток вариантов. В одном вы получаете от Ветра по физии. В другом нахально уводите девушку из под его носа, чтобы не хлопал ушами. В третьем расстилаетесь перед девушкой ковровой дорожкой…

А всё не так…

В день рождения лил дождь. Небо делало вид, что страдает, отгородясь от мира косыми струями. Когда вокруг холодно и мокро, кажется, что весь мир скорбит вместе с тобой по исчезнувшему году. И на душе в этот день скребли безжалостные кошки. Много кошек, и если про них помнить, никогда не почувствуешь себя одиноким и позаброшенным. В компании скребущих когтей жизнь ворочается уныло и неохотно. Особенно, когда над головой небо, забрызганное цементом, а ветер оборачивается стаей до омерзения скользких и противных слизняков. Я боялся, что и встреча окажется склизкой. Встречи и расставанья подчиняются незримым законам. В тот день я выучил один из них. Простейший, надо сказать, закон. Сначала дует ветер, потом приходит девушка. Но нам кажется, что мы живём в мире, где ветра нескончаемы.

Дождь застал их в городском парке. Даже не дождь, а гроза. Одна из тех летних гроз, которые внезапно заполняют своей чернотой лазурный небосклон, прогоняя солнце, и быстро, с громом и молниями, извергают вниз мощные потоки воды. Шумные ручьи разливаются чуть ли не на половину дороги, а одежда на случайных прохожих промокает за пять секунд. Но нет в них тягучей безысходности осенней серой пелены, потому что, то тут, то там весело проглядывают кусочки неба, а вынырнувшее солнце дарит на черном грозовом фоне семицветный мостик радуги, а то и два за раз.

А главная проблема всех нефоров — гопники, черт их дери. Даже страшно сказать, сколько вокруг гопников развелось. Прохода нет. Вон, вон один идет. Зажрался. Сто рублей старухе сунул. Мне бы кто так. Пойти у него денег нааскать что-ли. Не сто рублей. Сразу пять штук попрошу. А лучше десять. Ага, нааскал. Как дал он мне по фэйсу. Бабушке небось не врезал. Побоялся. А бедного нефора любой обидеть норовит. О, толпа идет. Затылки бритые. Морды кирпичом. Натуральные гопники. Тут ударом по морде не отделаешься. Ой, бить будут. Ногами. А ботиночки то подкованные. И бежать некуда. Все. Поздняк метаться. Сейчас за шиворот сгребут и… Мимо прошли. И не посмотрел на меня никто даже. Вот гады. А все равно гопники. Не ударили, так хотели. А не хотели, так подумали. Не рискнули только. Правильно. Куда им. Я если разойдусь, то… Вот этими самыми руками стенку каменную порушу. Да прямо сейчас, если захочу. Не хочу только. Устал. В троллейбус влез. Сел. В окно смотрю. Что значит, дедушке место уступи?! Ладно, ладно, садись, не гнусавь над ухом только. Ну гопник старый. А разве не гопник? Я может о смысле жизни думал, а он — "место уступи". Теперь вот стой из-за него. А стоя о смысле жизни как-то не думается. Какой тут смысл жизни, когда со всех сторон давка. Рука тяжеленная на плечо легла. Поворачиваюсь — точно гопник. Ну кто еще кроме гопника будет абонемент у нефора проверять? Ну все, кончилось мое терпение. Теперь держитесь… Уехал троллейбус. А я здесь остался. Холодно тут и сыро. Да ладно, все равно через две остановки выходить. Или через пять. Наплевать! Вон свои люди идут. Сейчас у них сигаретку стрельнем. А повезет, так и косячок забьем. Хотя еще посмотреть надо, какие это свои. Первый то — гопник. Денег мне вчера отказался занять. Говорит, не отдаешь никогда. Так в этом же весь и кайф! Занять, и не отдать! Сегодня я у тебя займу, завтра ты у меня. Жизнь! А второй не только гопник, но и жлоб. Не захотел менять свою косуху на мою именную фенечку. Да такой второй фенечки во всей вселенной не существует. А он в свою паршивую косуху вцепился. Крохобор. И третий тоже гопник. Зря что ли с этими двумя путается. Нет, не пойду я к ним. Чего я у гопников не видел? Один буду. Один! Потому что кругом только гопники. Потому что я — единственный истинный нефор! И пусть все знают об этом!..

Хотелось бы настоятельно обратить внимание на следующие вещи, прежде чем Вы рискнете заняться непосредственно содержимым этого романа:

1. Несмотря на то, что в книге описано немало реально происходивших событий, все упомянутые персонажи, кроме королевы Лауры, являются чисто собирательными образами.

2. Эта книга не о «великих мира сего», а только о почитателях и подражателях.

Все надписи и фразы, касающиеся вышеупомянутых персон, взяты из жизни, поэтому автор за них никакой ответственности не несет.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Опоздавшие к лету» – легендарный концептуальный цикл произведений одного из ведущих мастеров отечественной интеллектуальной фантастики Андрея Лазарчука, писателя удостоенного ВСЕХ возможных премий этого жанра, присуждаемых в нашей стране.

«Проклятое время в проклятой стране».

Антиутопия – как «реализм грядущего».

«Мир описанный Лазарчуком болен и нам его посетителям а на самом деле пациентам требуется лекарство».

Цитировать можно долго. Пытаться понять – еще дольше. Но проще – набраться мужества и попытаться просто ВОЙТИ в жесткий жестокий трагический мир «Опоздавших к лету».

Клуб любителей экстремальных свадеб.

«Золотое дно» спортсменов и каскадеров, предлагающих голливудским кинозвездам самые невероятные варианты свадебных церемоний, – и бесконечная головная боль для его учредителя, некогда знаменитого трюкача Илая Маккейна.

А уж когда в «экстремальную свадьбу» вмешивается чопорная устроительница праздничных банкетов Марни Бэнкс, ситуация и вовсе выходит из-под контроля.

Эту женщину хочется убить – или соблазнить.

Но вот можно ли в нее влюбиться – и выжить после такого опасного трюка?

Эдриан Спенс, граф Олбрайт, скандально известный дуэлянт и повеса, хотел только одного — отомстить. Жестоко отомстить своей семье, искалечившей его жизнь и ожесточившей его душу. Хитростью и обманом Эдриан сумел обвенчаться с невестой собственного брата, прекрасной, как богиня, и невинной, точно ангел, леди Лилианой Дэшелл. Однако за любым браком, даже заключенным ради мести, следует, как известно, брачная ночь… Ночь, способная зажечь в мужчине и женщине пламя подлинной, страстной, неодолимой Любви!

Безжалостный обольститель, раненный собственным же оружием? Бывает и такое. Джулиан Дейн, о похождениях которого ходили легенды, меньше всего на свете мог ожидать, что юная Клодия, подруга его младших сестер, однажды превратится в прелестную, соблазнительную женщину, способную покорить любого мужчину.

Каково повесе и ловеласу, привыкшему к легким победам, сгорать от страсти и мечтать покорить Клодию – не зная, станут ли мечты явью?..