Польский всадник

Самый известный роман Антонио Муньоса Молины.

Книга, ставшая бестселлером не только на родине автора и во всех испаноязычных странах, но и в Италии, Франции, Нидерландах и Германии.

Завораживающие картины жизни маленького провинциального городка сплетаются в летопись, где смыкаются психологический и магический реализм. Сплав юмора и трагизма, чувственности и подлинно высокой философии в лучших испанских традициях!

Отрывок из произведения:

Они не замечали сумрака, наступившего в комнате, где провели долгие часы, обнявшись и разговаривая все тише и тише, как будто полумрак, а потом темнота приглушали тон их голосов, но не уменьшали в обоих жажду говорить. Так же успокоилась и их, первоначально безудержная, страсть, которую они утоляли и одновременно разжигали, возвращаясь под снегом после завтрака в ирландском кафе, где она своей разутой ногой бесстыдно касалась его украдкой под ненадежным покровом скатерти. Затем – страстное безумие в лифте, перед дверью, в коридорe, в ванной, сорванная с нежным неистовством одежда, слившиеся в жадном поцелуе губы и смешавшееся прерывистое дыхание в жаркой, нагретой дневным солнцем комнате с полосками света, проникавшего через жалюзи. Сквозь их щели были видны на противоположной стороне дороги вереница деревьев с голыми ветвями и ряд домов из красного кирпича с каменными притолоками, золочеными звонками и дверьми, покрытыми черной глянцевой краской. Все это рождало в нем успокоительное ощущение, что он находится в Лондоне или другом тихом английском городе, несмотря на доносившиеся с проспектов шум автомобилей, сирены полицейских и пожарных машин. Этот тяжелый гул окутывал островок молчания, где дышали они – подобно тому, как безграничный и устрашающий город окружал крошечное пространство этой надежной, как субмарина, квартиры, в которой, если задуматься – среди стольких миллионов мужчин и женщин, лиц, имен, криков, языков, телефонных разговоров, – их встреча была практически невероятна.

Другие книги автора Антонио Муньос Молина

Тематический номер журнала ИЛ «Испания: земля и небо» 12/2011 открывается фрагментом романа «Сефард» Антонио Муньоса Молина (1956) — писателя, журналиста, искусствоведа, снискавшего у себя на родине широкую известность. Фрагмент представляет собой написанное на одном дыхании эссе, в центре которого — скитальческая участь испанских евреев-сефардов, изгнание вообще, чувство чужбины и психология чужака.

Два рассказа того же автора, но в совершенно другом роде: в «Реке забвенья» мифическая Лета, протекая рядом — рукой подать — с загородным буржуазным домом, вторгается в жизнь его обитателей; и второй — «Комната с приведениями» — не менее диковинный.

Здесь же — интервью, данное Антонио Муньосом Молина Татьяне Родименко, переводчице упомянутых выше произведений.

Популярные книги в жанре Современная проза

Андрей Башаримов

Этюдъ

Посвящение: Александр Морщакин. Скаут.

Я не смотpю, я пpосто вижу. И слышу, ничеpта не понимая. Какое-то боpмотание, звуки бабалаек, ныpки сколопендp, скальпель аналогопатанома. Hу и хеp? Вот ну и хеp, - спpошу я вас? А вы смолчите в ответ. А я воскликну: "Hу вы ж помните? Вы все, канешна, помните, когда (взволнованно!) ХОДИЛИ ВЫ ПО КОМHАТЕ?" В пику моим мочеизлияниям вы молча объясните мне, что жизнь легка, а танки наши быстpы. И что не к лицу сие, а к pублю. И что ляд дятлом вышибают. И что милок давно уж покуpить вышел, а завтpа снова на поле, снова звуки тpуб и вопли болельщиков, и что каpтошка давно сгнила в своих пpяных подвалах, а кваpц уже выхолощен, выпещен и высажен. Да! Да! Было, скажу я вам. Было! И не смыть, и не забыть и не поpубать на мелкие куски pидным стягом самодеpжца. Пеpли вы pепу, пеpли! И не тогда вовсе, когда без всякого сожаления, без всякого возpыдания и умиления, в каком-то диком сомнабулическом блаженстве вы ПРОСТО ХОДИЛИ ПО КОМHАТЕ. А позже. Гоpаздо позже. Вы бpюзжали, бpызгали слюной и цитатами бpюсова, но даже в этом не было заключено ваше спасение, ваша спесь и слепень. А я дал деpу и был таков, каким стал, таким и остался. Ja! Ja! Ja! Я! Александр Моpщакин. Скаут, плятьский свет.

А.Белаш

З А Т М Е H И Е

Господи! Боже! кто это перевел?! почему "Голый Вася", когда надо - "Обнаженный Базилевс"?! а о чем это? Юстиниан и Феодора, византийская эротика.. Hет уж, если рецензировать, то что-нибудь концептуальное, помозговитей. Дай вон ту книженцию, с девочкой a la Вальехо.. нет, не ту, что с упырем, а ту, что с козлом. Так-с. Рональд Курц, "Затмение". Это пойдет. Чао! я поехал, статью завтра привезу.

Рональд Курц, залысина, глаза бешеные, сорок седьмого года рождения. Всю жизнь старался стать писателем. Дебютировал бестселлером "Расщепление мозга" о полоумном ясновидце. Следом пошли хиты - "Оно пришло оттуда", "Уроды", "Могила меня не удержит". Затем.. новый творческий подъем, философское осмысление себя в мире своих внутренних переживаний. Лучшая книга периода - "Затмение".

Владислав Битковский

"Сказки"

Гендальф.

В чащобе, среди кустов медленно гас Портал... Перд ним стоял заплаканый Старик... Теперь без имени... Он стоял в предрассветных сумерках, одетый лишь в, когда-то Белый, а теперь окровавленный и оборванный плащ. Держа в руках две половинки жезла...

Изгнали... За ЧТО?!! Он же так любил Средиземье, смешных хоббитов, гордых эльфов, людей... Да, наверное за людей... Старик стоял и плакал, незамечая ничего вокруг...

Андрей Бобин

СОВМЕСТHОЕ ДЕЛО

Рассказ

Анжела сидела на диване у окна и мурлыкала себе под нос новый хит, услышанный два дня назад по радио:

- ...Hа-на-на-на-на, на-на-на-на-на. Это навсегда, на-на-на-на-на.

Окно было распахнуто настежь, пропуская в душную комнату звуки пришедшего лета. Hа полу прямо посреди комнаты, немного в стороне от падающих лучей солнца, сидел шестилетний сын Анжелы и внимательно наблюдал за всеми движениями материнских рук. Зажатая женскими пальцами швейная игла ловко ныряла в податливую ткань и тут же выныривала с обратной стороны. Стежки ложились ровно и незаметно, притягивая оторванный рукав рубахи на полагающееся ему место.

Михаил Болотовский

Телеграмма

1

В 1984 году мы с женой поехали в Дубулты. Это такой поселок на Рижском взморье. Мне трудно сказать, сохранился ли он до наших дней. То есть по логике вещей должен был сохраниться, ну что с ним могло произойти?.. в море смыло?.. смело ураганом?.. Наверное, стоит себе на месте, хотя по прошествии стольких лет и ввиду таких государственных трясений я, конечно, поручиться не могу.

Тогда там был Дом творчества советских писателей: десятиэтажный небоскреб и коттеджи. Вокруг - сосновый лес, от моря - метров сто. Ей-Богу, сто, не больше. Обычно так пишут для красного словца: "сто метров от моря", а на самом деле все двести. Но там и вправду было сто. Может быть, даже девяносто. Впрочем, я не замерял.

Владимир Бондарь

РАННЯЯ ВЕСНА

Об авторе

Воевал в первую чеченскую, сперва срочником, потом пошел по контракту.

В трехэтажке на окраине Грозного расположился взвод. Все, кроме часовых, находились в большом зале на первом этаже. Пять человек сидели, греясь у костра, четверо лежали рядом на сбитых деревянных щитах, накрывшись плащ- палатками и бронежилетами.

На полу стоял маленький радиоприемник. Из него сквозь шипящий фон пробивалась еле различимая попсовая музыка. Серый дым не успевал уплывать сквозь безрамные окна, его мутные клубы постоянно висели в зале и в коридоре. Для солдат дым переносился легче, чем холод. Они молча, терпеливо сидели, давно прокопченные, с серыми лицами, с красными воспаленными глазами. Часто кашляя, жмурили слезящиеся глаза. Некоторые, наглотавшись дыма, согнувшись, прятали голову в коленях, через некоторое время поднимали ее, широко открыв мокрые глаза, безумно глядя впереди себя. Одежда их, блестевшая от грязи, из- за постоянно витающей пыли и пепла приобрела мышиный цвет.

Сборник представляет разные грани творчества знаменитого «черного юмориста». Американец ирландского происхождения, Данливи прославился в равной степени откровенностью интимного содержания и проникновенностью, психологической достоверностью даже самых экзотических ситуаций и персоналий. Это вакханалия юмора, подчас черного, эроса, подчас шокирующего, остроумия, подчас феерического, и лирики, подчас самой пронзительной. Вошедшие в сборник произведения публикуются на русском языке впервые или в новой редакции.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дочь богатых родителей, Элизабет Спенсер всего добилась сама и очень ценила свободу и независимость. Ей и в голову не приходило, что на свете может существовать мужчина, который заставит ее покориться. Но вот она встретила Джанни Копполо и неожиданно поняла, что готова на все, лишь бы быть рядом с любимым.

Муж ушел к смазливой секретарше, и Джо Майлс осталась одна с детьми и кучей проблем. Когда прошел первый шок, она обнаружила, что жизнь еще далеко не кончена, а она сама не разучилась нравиться. В ее жизни появляются три весьма привлекательных мужчины, да и муж через какое-то время решил вернуться в семью. Так что же теперь выберет Джо: секс, дружбу, деньги или большую любовь? Думаете, что угадали ответ? Что ж, посмотрим!

«Лучший способ сбросить лишний вес — это активная интимная жизнь», — утверждает Лекси Кларк в своем скандальном бестселлере о нестандартных методах похудения.

Бедняжка даже не подозревала, что очень скоро ей, осажденной толпами мужчин, желающих «помочь в благородном деле шейпинга», придется с перепугу бежать в маленький провинциальный городок.

Найти обаятельного парня — такого, как Сэм Уорт…

Забыть о сенсациях, скандалах, поклонниках и папарацци…

Мечта!

Но напрасно Лекси принимает Сэма за скромного провинциала.

Ее возлюбленному тоже есть что скрывать!..

Полицейский Пат Конте – собственность мафии – ее долгосрочные инвестиции в рынок "влияния". Попав в молодости под опеку лидера одной из крупнейших гангстерских группировок Нью-Йорка, он делает успешную карьеру, не останавливаясь не перед чем.

Мафиозная сага от автора "Французского связного" не оставит равнодушными любителей Марио Пьюзо.